Шёпот стеклянных лепестков

Последний — у его виска — повис в воздухе, дрожащий, едва заметный. Он не двигался. Просто смотрел. Я не знаю, как — но я чувствовала, что он видит меня. Что он знает. Я не отвела взгляд. — Я помню тебя, — прошептала я. — Ты был жив. Ты чувствовал. И этого было достаточно.

Осколок моргнул. И исчез. Чёрная рука замолкла. Поверхность стала гладкой, без следов, как будто ничего и не происходило. Сбор завершён.

Я осталась на коленях. Не перед Системой. Перед ним. Перед тем, кого больше нет.