ПОСЛЕДНИЙ МЕРИДИАН

— После проверки судна и груза человек может уйти.

Артём коротко рассмеялся.

— Дядю тоже отпустили после проверки?

— У вашего дяди был доступ к военной сети. Пока мы не выяснили, кому он передавал данные, отпустить его было нельзя.

— То есть не отпустили.

— Короткий ответ удобен, но редко честен.

Голос Вельского стал жёстче, хотя громкость не изменилась.

— Мои суда будут через три часа. Скопируйте личные записи, служебный архив оставьте в терминале и спуститесь без оружия. Стрелять никто не станет.

— А если мы ничего не оставим?

— Южная батарейная секция перегревается, пожаротушение не работает. Если один модуль уйдёт в разгон, вы потеряете и башню, и архив.

Катерина прикрыла микрофон ладонью.

— Откуда он видит температуру?

— Маяк снял телеметрию. Или у них осталась закладка после прошлого рейда.

Илья снова открыл канал.

— Три часа. Почти щедрость.

— Я не хочу, чтобы вы погибли, Илья.

— Вы даже не знаете меня.

— В пятнадцать лет вы пытались угнать ремонтный катер, чтобы искать деда в затопленном районе. Береговая охрана сняла вас ещё до выхода из гавани. Этого достаточно.

Илья ничего не сказал.

Катерина коснулась его плеча — коротко, так, чтобы видел только он.

— У меня сохранился фрагмент личной записи Александра. Послушайте.

В эфире зашуршал старый файл. Потом прозвучал голос деда:

— Если маршрут дошёл до Ильи, С-12 выполнил обещание. Не дайте центральному узлу открыть второй слой. Там не убежище. Там способ…

Запись оборвалась.

— Где продолжение?

— Остальное получите после передачи накопителей.

— Вы обрезали запись.

— Конечно. Иначе разговор закончился бы слишком быстро.

Канал закрылся.

Аппаратная снова наполнилась чужими голосами. Теперь они звучали почти тише, чем молчание после Вельского.

— Он мог склеить запись из старых фрагментов.

— Мог и не успеть.

— И изменить смысл.

— Тоже мог.

Она повернулась к нему.

— Но голос ты узнал.

— Узнал. Поэтому и злюсь.

Катерина не стала убеждать его, что это ничего не значит.

Артём вывел на экран температуру батарей. Южная секция достигла шестидесяти двух градусов.

— При тепловом разгоне один блок нагреет соседние. Модули литиевые, вентиляция плохая, пена не поможет. Нужно разорвать цепь.

— Автоматика совсем мертва?

— Контактор не отвечает. Ручной размыкатель находится в С-2 под батарейным отсеком.

Катерина уже брала фонарь и защитные перчатки.

— Покажи, как пройти.

— Сначала копируем архив. Потом лезем к питанию.

— А если температура ещё вырастет?

— Тогда поменяем порядок и пожалеем об этом на бегу.

Они запустили копирование. Половина файлов читалась с ошибками. Артём переносил их на три разных накопителя, чтобы не потерять всё сразу. Катерина снова открыла личный файл отца, но система запросила фразу-ключ.

— Отец любил созвездия, но паролей из них можно придумать сотню.

— Вспомни не слово. Вспомни, что он повторял тебе постоянно.

— Потом у него спросим, — вырвалось у неё.

Она замолчала.

— Слишком добрая фраза для этого места.

— Поэтому и больно.

Он хотел ответить, но снаружи загудел двигатель.

Туман на западе редел. В просвете показалась тёмная точка. Затем вторая.

Артём поднялся к окну.

— Сам Вельский не придёт.

— С чего ты взял?

— Люди с таким чистым голосом первыми под дождь не выходят.

Радиостанция ожила голосом Дорохова:

— Р-3, откройте нижний шлюз и отойдите от оборудования. Больше предупреждений не будет.

Илья посмотрел на часы деда.

С момента разговора с Вельским прошло двадцать семь минут.

— У него удивительно короткие три часа.

Артём проверил монтажный пистолет.

Катерина подняла ракетницу.

Башня под ногами едва заметно вздрогнула.

На панели южной секции загорелся красный огонь.

© Mikhail Play, 2026. Все права защищены.

ГЛАВА 18

Канат между огнём и морем

Первый хлопок был похож на удар дверью.

Второй пришёл снизу и отозвался во всей башне. Свет мигнул. Из вентиляции потянуло сладковатым химическим запахом. На схеме питания южный батарейный блок стал красным, затем погас вместе со всем сектором.

— Контакты сварились. Цепь всё ещё под током.

— Ручной размыкатель где?

— С-2. Прямо под аккумуляторным отсеком.

Катерина уже надевала защитные очки, перчатки и фильтрующий респиратор.

— Я спущусь.

— Там может быть токсичный дым.

— Поэтому ты останешься у вентиляции и скажешь, когда пора бежать.

Илья взял её за локоть.

— Я иду с тобой.

— Ты нужен наверху. И нога у тебя хуже.

— Там заклинивший размыкатель. Это моя работа.

— А здесь два катера и кран, на который ты смотришь с первой минуты.

Он понял, что она заметила.

— Горячую дверь не открывай. Перед размыкателем не стой. Белый плотный дым — сразу назад.

— Услышала.

— Катя, без геройства.

Она остановилась на лестнице. Он впервые назвал её так вслух.

— Увижу дым — уйду. Обещаю.

Катерина исчезла в шахте.

Снаружи заговорил громкоговоритель Дорохова:

— Р-3, через пять минут нижняя площадка будет занята. Не сопротивляйтесь.

Илья вышел на западный балкон. Катера подходили с двух сторон. Один нёс абордажную группу, второй держался дальше и прикрывал прожектором.

Над южной площадкой висела старая сервисная ферма — тяжёлая решётчатая конструкция, которой когда-то поднимали грузы с воды. Её удерживал кран и два страховочных троса.

— Что придумал?

— Опущу ферму перед катером. Не на людей. Волна прижмёт их к внешней стороне.

— Она больше тонны.

— Поэтому я использую кран.

— Страховочный трос весь в ржавчине.

— Снаружи. Сердцевина ещё живая.

— Когда успел проверить?

— Пока ты жаловался на кашу.

Артём посмотрел вниз, на их плот.

— Лопнет трос — ферма снесёт плот.

— Значит, плот убираем. Есть спасательная лодка?

— На северных шлюпбалках сервисный катамаран. Двигателя и батареи нет, правый понтон понемногу травит.

— Перенеси на неё мотор и батарею. Сначала архив и воду.

— Сам?

— Пока сам. Потом придут лишние руки или паника.

— Обычно паника приходит первой.

— Значит, план проверенный.

Артём побежал вниз.

Илья включил насос крана. Манометр поднялся только до половины рабочего давления, но стрела дрогнула. Он открыл перепускной клапан. Ферма медленно пошла вниз.

— Северин! Отойди от крана!

— Вы дали нам три часа!

— Приказ уже изменился!

— Очень удобно менять приказ издалека!

Первый катер подошёл к южной опоре. Люди подняли багры. Илья опустил ферму ещё на метр. Её нижний край ударил по воде прямо перед носом катера. Волна швырнула судно боком. Никого не задело, но подход сорвался.

— Я не пытаюсь вас утопить! Не вынуждайте передумать!

Дорохов поднял руку, запрещая стрелять.

На северной стороне раздался одиночный выстрел. Пуля ударила в металл далеко от Ильи — предупреждение или ошибка.

Радиостанция зашипела.

— Я у С-2, — сказала Катерина, тяжело дыша. — Дверь горячая.

— Не открывай её.

— Размыкатель за дверью.

— Ты обещала отойти.

— Дыма не вижу. Жар идёт изнутри. Мне хватит нескольких секунд.

Илья закрыл глаза.

— Открой на ладонь. Если воздух рванёт наружу или увидишь белый дым — захлопывай.

— Белый дым — закрываю. Запомнила.

Связь оборвалась.

Артём вернулся, таща герметичный контейнер и свёрнутый парус.

— Архив уже у северных шлюпбалок. Катамаран опустил. Мотор снял, батарею один не подниму.

— Возьми цепную таль.

— А плот оставлять?

Илья посмотрел вниз. Волна прижимала его к бетонной опоре. Мачта скребла по краю площадки.

— Оставляем. Он своё сделал.

Слова дались тяжелее, чем ожидалось. Несколько дней плот был единственным местом, которое зависело только от него. Он строил его руками, расширял, латал, ругал. Теперь тот умирал у опоры, как маленькое судно, которому не дали имени.

— Мотор, вода, архив, инструменты. Всё остальное бросай.

Снизу ударили по двери нижнего яруса. Металл прогнулся.

— Северин, открой! Нам нужен только архив!

— Архив уже не здесь!

Артём ухватился за таль.

— На сколько хватит двери?

— На две плохие идеи.

— А на третью?

— Третья будет нашей.

Башня внезапно заговорила громче. Пожарный режим открыл защищённую очередь и начал выбрасывать её в общий эфир.

— …нас осталось пятеро, вода поднялась до второго этажа…

— …не оставляйте нас здесь…

Потом прозвучал голос Александра Северина:

— Илья, я тебя не бросил. Я просто не успел…

Илья замер.

Эту фразу он видел в тетради, но никогда не слышал.

— Система решила, что носитель погибнет. Сбрасывает в эфир всё неподтверждённое.

— «Рубеж» тоже это слышит?

— Уже.

В нижней двери появилась щель. В неё просунулась рука в перчатке.

Дорохов закричал:

— Не стрелять! Внутри пожар!

— Наконец заметили!

Радиостанция ожила голосом Катерины:

— Рукоять идёт на пару градусов и возвращается.

— Перед ней не стой. Если дуга разорвёт контакты, металл полетит вперёд.

— Нужен рычаг длиннее.

Артём поднёс свой микрофон.

— Ищи красную трубу с крюком. Аварийный багор.

— Нашла.

Илья передал кран Артёму.

— Держи ферму в воде. Полезут вперёд — опускай ещё, но дай людям отойти.

— А ты куда?

— За Катей.

— Там уже люди «Рубежа».

— Поэтому держи дверь и не лезь геройствовать.

Артём усмехнулся без радости.

— От тебя это особенно убедительно.

— Уже пожалел, что сказал.

Коридор С-2 был заполнен серым дымом, но не белым. Илья надел второй аварийный респиратор и спустился. За горячей дверью Катерина стояла сбоку от размыкателя и давила на багор всем весом. Рукоять сдвигалась и возвращалась.

— Назад! Сейчас!

— Ещё чуть-чуть.

Он встал рядом и взялся за багор ниже её рук.

— Ты должен быть наверху!

— Один!

— Илья, ты слышишь меня?

— Два!

Они надавили вместе.

Металл заскрежетал. Внутри шкафа вспыхнула синяя дуга. Размыкатель сорвался вниз. Удар отбросил багор к стене.

Сирена изменила тон.

На панели загорелось:

«ЮЖНАЯ СЕКЦИЯ ОТКЛЮЧЕНА».

Катерина прислонилась к стене.

— Сработал!

— Пожар ещё не остановился.

Из шахты донёсся крик Артёма:

— Наверх! Горит кабельная трасса!

Они поднялись. Огонь уже бежал по оболочке кабелей к мачте. Ветер вытягивал пламя вверх. Высота загорелась первой, будто башня решила начать рушиться с неба.

На северной площадке сервисный катамаран висел в метре над водой. Правый тормоз шлюпбалки заклинило, и корпус перекосило.

— Режем правый трос.

— Ферма рухнет.

— Левый барабан открыт. Канат уйдёт следом. Высота небольшая.

— Уверен?

— Нет времени проверять.

Она достала нож.

— Вот теперь узнаю.

Они перерезали правый трос. Катамаран сорвался, качнулся и ударил понтоном о воду. Левый канат стравился, смягчив падение.

Артём спустил архив и батарею. Снизу на площадке появился человек «Рубежа». Он не целился. Лицо было белым от порошка и дыма.

— Уходите! Верхняя оттяжка сейчас сорвётся!

Над ними лопнул металлический трос.

Решётчатая мачта вздрогнула.

— Артём, вниз!

Парень схватился за канат и спустился в катамаран. Катерина пошла следом.

Илья привязал переносной блок управления к отдельному концу.

— Северин! Брось блок, он утянет тебя вниз!

— Тогда не пытайтесь поймать.

Илья шагнул за край.

Канат обжёг ладони. Внизу Катерина поймала его за куртку и втянула в лодку.

— Мотор сюда!

Артём подал питание. Электродвигатель заработал со второго раза. Катамаран отошёл от опоры.