Древний мир / Код ушедших: Книга вторая. Принцип неопределённости

Михаил Леднев

Древний мир / Код ушедших: Книга вторая. Принцип неопределённости

Глава 1: Шепот кристалла.

Заряженный кристалл-стабилизатор в сердцевине детектора пульсировал ровным, успокаивающим зеленым светом. Без единого сбоя. Это означало, что в радиусе десяти километров от «Укрытия» не было признаков активной кристаллической трансмутации. Ни малейшего флуктуационного выброса, никаких следов «синего тумана».

Виктор Бобырёв отложил паяльную иглу – тонкий шип, выточенный из обломка арбалетного болта и разогреваемый микроглифом Огня. Перед ним на верстаке лежали три готовых «Детектора полевых искажений», похожих на плоские металлические коробочки с молочно-белым кристаллом за слюдяным окошком. Четвертый, контрольный, тихо жужжал в углу, его свет был эталоном спокойствия.

– Три готовы, – сказал он, не оборачиваясь. – Проверь глифы изоляции на контейнерах.

Лоренц, сидевший за столом, покрытым испещренными формулами листами пленки, вздохнул и поднялся. Его лицо было бледным от бессонных ночей, проведенных за изучением образца синего тумана, но в глазах горел упрямый огонек.

– Держаться будут. Я использовал комбинацию Земли и Воды, с упором на инертность. Пока кристалл внутри жив, поле будет стабильным. Твои свинцовые корпуса – хорошая физическая защита.

Они работали в ритме, отточенном за месяцы. Виктор – металл, провода, кристаллы, механика. Лоренц – магия, глифы, теория, тонкая настройка энергопотоков. «Тень», свернувшись на теплом камне у входа, была их живым сканером и стражем. Их «Укрытие» больше не было просто расселиной. Гидротурбина тихо гудела, питая несколько тусклых, но стабильных лампочек. Полки, выдолбленные в скале, ломились от инструментов, образцов, запасов. Это была не пещера отшельников. Это была мастерская. Полевая лаборатория. База.

Именно базу теперь и надо было защитить. Не только от Консорциума, чье молчание за последние три месяца было зловещим, но и от новой, ползучей угрозы, о которой свидетельствовал полубезумный лепет спасенного лесоруба Гэрта и образец в замурованной яме.

– Завтра на рассвете начинаем установку, – объявил Виктор, протирая руки тряпкой. – Три точки: северный рубеж, у старого дуба, где нашли Гэрта; восточный склон, откуда чаще всего дует ветер; и западный, на пути к Высечке. «Тень» проведет нас по безопасным тропам.

– Пахнет снегом, – прозвучал в голове Виктора мысленный голос кошки. Она не открывала глаз. – Скоро. Дни стали короче.

Зима. Еще один вызов. Виктор мысленно прикинул запасы: еды хватит, дров тоже, но соль и лекарственные травы придется пополнять. И обогрев. Его текущая система – просто каменный очаг с вытяжкой – для долгой зимы не годилась. Нужно было думать о печи. Или о чем-то, использующем магическое тепло.

– Ладно, – Лоренц поставил последний контейнер в ящик. – Все герметично. Виктор… я продолжаю анализировать образец. И… есть кое-что странное.

Виктор повернулся к нему, насторожившись. «Странное» в их жизни редко бывало хорошим.

– Что именно?

– Его активность. Она не постоянна. Она пульсирует. С периодом… примерно в двадцать семь часов. И каждый пик активности чуть сильнее предыдущего. Как будто он… дышит. И с каждым вдохом становится чуть больше.

Виктор почувствовал, как по спине пробежал холодок. Не страх, а холодное, знакомое предчувствие проблемы, которую нужно решать.

– Рост? Даже в изоляции?

– В изоляции – да. Очень медленный. Но если в природной среде, с доступом к магии и материи… – Лоренц не договорил. И не нужно было.

– Значит, это не просто туман. Это живой, растущий процесс. Инфекция. – Виктор подошел к яме, где в свинцовом контейнере, опутанном глифами, дремал образец. Он посмотрел на диагностический стержень, воткнутый рядом. График показывал те самые пологие пики. – Нам нужно не просто детектировать его. Нужно понять, как его убивать. «Тихий износ» на него почти не действует. Нужно искать его частоту. Уязвимость.

– Я работаю над этим, – кивнул Лоренц. – Но нужны чистые фракции для экспериментов. У нас почти не осталось Огня и Воды. Воздух – следы.

Виктор взглянул на три зеленых цилиндра энергоячеек, лежащих в особом отсеке. Заряд: 41%, 38%, 22%. Скудно. Их примитивное зарядное устройство «Глоток» на разломе давало слишком мало, слишком медленно. Нужен был новый, более мощный источник. Или… смелость спуститься обратно в «Ксилон-3» к тому самому пульсирующему шару, который они «заразили» данными о Консорциуме. Мысль была неприятной.

Вечером, пока Лоренц варил на очаге похлебку из сушеного мяса и кореньев, Виктор взял один из детекторов и вышел наружу. Ночь была ясной и морозной, звезды сияли с ледяным, незнакомым блеском. Он поднялся на свой наблюдательный утес, включил прибор. Зеленый свет. Тишина.

Он смотрел на лес, черный и безмолвный. Где-то там был «Ксилон-3». Где-то на севере – синий туман. Где-то в небе, может быть, парили невидимые глазу корабли Консорциума, собирая данные. Они сидели в центре паутины угроз, и их нити медленно, но верно сходились к этой точке.

Интерфейс «Божественного Наблюдателя» был всегда с ним. Он мысленно вызвал статус.

ВИКТОР БОБЫРЁВ. Уровень 4.

HP: 42/42 | SP: 37/37 | MP: 26/26

Ключевые навыки:

Грубая инженерия (5), Магическая сборка (4), Элементальная алхимия (3), Фракционная оптика (2), Внимание к деталям (3), Тактическое мышление (60%), Хладнокровие (2), Поварское дело (5), Интуиция сапёра (2).

Уникальные способности:

Видение сути (пассив).

Тихий износ (E) (в разработке: «Коррозийный взрыв», «Стазис-поле»).

Откат (F) (1/1 использований. Время до восстановления: 00:00:00).

Откат. Его аварийный клапан. Подарок от глючной системы в самом начале. Он воспользовался им лишь однажды, в «Ксилон-7», когда попытка активировать древний терминал едва не привела к провалу (успех составлял всего 3%).

Он берег эту способность. Раз в сутки. Полная перезагрузка вероятности в локальном масштабе вокруг него. Не предвидение, не контроль – а слепой переброс на другую ветку реальности, где события сложились иначе. Последний аргумент.

Он глубоко вздохнул, выдыхая облачко пара. Завтра начнется новая фаза. Установка детекторов, первые по-настоящему упреждающие действия. Они переставали быть реактивными. Они начинали строить систему.

Внезапно зеленый свет детектора дрогнул. Не погас, не замигал красным. Он просто… вздрогнул. И на секунду его ровное свечение сменилось на слабую, едва уловимую желтизну. Потом снова вернулся к зеленому.

Виктор замер. Это не было аномалией. Это было… предупреждение. Слабое эхо чего-то далекого. Он пригляделся. Стрелка на миниатюрном компасе, встроенном в корпус, качнулась и указала на северо-восток. Не на то место, где взяли образец. Другое направление.

«Тень» появилась рядом бесшумно, как всегда.

– Чувствуешь? – спросил он мысленно.

– Нет. Но прибор твой… он уловил то, чего нет. Пока нет.

Виктор выключил детектор. Мир снова погрузился в тишину и звездный свет. Но иллюзия спокойствия была разрушена. Их враг не спал. Он дышал. И рос. И, возможно, уже пустил корни в новом месте.

Он спустился вниз, в тепло мастерской, к запаху похлебки и мерцающему свету лампочек. Завтра. Все решится завтра. Они установят детекторы, и тогда у них появятся глаза. А где глаза – там можно будет прицелиться.

Но пока что в северо-восточной части леса, куда указала стрелка, в глубокой ложбине, скрытой вечным полусумраком, синий, переливающийся туман стелился по земле уже третьи сутки. Он был пока тонким, не выше щиколотки. Но под ним трава и мох уже стали хрупкими и звонкими, как стекло. А в самом центре ложбины, там, где когда-то бил чистый родник, теперь зияла трещина в камне. И из трещины, в такт медленному, глубокому пульсу, сочилось густое, фосфоресцирующее сияние. Не туман. Нечто более плотное. Нечто, что было ядром.

Первый детектор еще не был установлен, но угроза уже делала свой следующий ход. Игра на опережение только начиналась, и Виктор даже не подозревал, насколько близко к его новым стенам подползли корни будущей бури.

Он лег спать, положив «Лучник» версии 2.0 рядом с собой. Сон не шел. Перед глазами стоял ровный зеленый свет прибора и его короткий, тревожный желтый вздох. В ушах звучали слова Лоренца: «Он дышит. И с каждым вдохом становится чуть больше».

В кармане его куртки лежал обгоревший мультитул. Якорь. И три детектора ждали в ящике. Инструменты. Завтра они начнут строить заслон. А сегодня… сегодня они только слушали тихий, нарастающий шепот кристалла, доносящийся из-под земли.

Глава 2: Жёлтый Вздох.

Рассвет встретил их ледяным туманом, стелющимся по земле, но не синим – обычным, влажным и холодным. Виктор, Лоренц и «Тень» вышли из «Укрытия», нагруженные ящиком с детекторами, инструментами и скудным походным пайком. Воздух обжигал легкие. Первый иней серебрил пожухлую траву.

Их первая цель – северный рубеж, у старого дуба, места, где нашли Гэрта. Путь занял несколько часов. Лес был неестественно тих, как бы прислушиваясь. «Тень» шла впереди, ее темная шерсть сливалась с тенями, лишь изредка она останавливалась, чтобы указать безопасный путь вокруг зарослей колючего кустарника или странных, покрытых бледным налетом участков почвы.

Дуб был таким же, как и в тот день: могучий, полузасохший великан. Под ним, в его корнях, еще виднелись следы их импровизированного лагеря – пепел от костра, обрывки бинтов. Виктор установил первый детектор, выбрав место в расщелине между двумя толстыми корнями, обращёнными на север. Лоренц активировал глифы маскировки на свинцовом корпусе – простой узор, заставлявший глаз скользить мимо, не замечая неестественную гладкость металла. Затем он подключил питание от небольшой, отдельной энергоячейки (заряд 15% – хватит на месяц работы в режиме ожидания).

Прибор включился. Кристалл внутри засветился ровным зеленым. Виктор выждал минуту, затем взглянул на мини-компас. Стрелка указывала строго на север. Никаких отклонений.

– Норма, – констатировал он. – Идём дальше. Восточный склон.

Восточный склон был более открытым, поросшим редкими соснами и валунами. Здесь почти постоянно дул пронизывающий ветер с равнин. Они установили второй детектор под нависающей каменной плитой, направив его сенсорную решётку на восток. Процедура повторилась: маскировка, активация. Зеленый свет. Норма.

– Осталась западная точка, на пути к Высечке, – сказал Лоренц, потирая замерзшие руки. – Если и там чисто…

– Не надейся, – оборвал его Виктор. Он не забыл о вчерашнем «желтом вздохе» контрольного прибора. – «Тень», веди.

Путь на запад был более натоптанным – здесь иногда проходили охотники из Высечки, хотя после истории с «синим туманом» активность резко упала. Они двигались быстрее, но бдительность не теряли. Примерно в километре от окраины поселка, в небольшой лощине, поросшей ольхой, они нашли идеальное место для третьего поста: группа валунов образовывала естественный бункер.

Именно здесь всё пошло не так.

«Тень», войдя в лощину первой, внезапно замерла и издала тихое, предостерегающее рычание. Её шерсть встала дыбом.

– Здесь. Запах. Слабый, старый. Но тот самый. И… земля не правильная.

Виктор жестом остановил Лоренца. Он медленно, сняв с плеча «Лучник», двинулся за кошкой. Воздух в лощине был неподвижным и спёртым, несмотря на ветер сверху. Он направил диагностический стержень вперед. Показатели магического фона были… искажёнными. Не хаотично, как в зоне активной гнили, а будто сглаженными. Приглушёнными. Как если бы кто-то набросил на местность толстое, звукопоглощающее одеяло.

И тогда он увидел это. Не на земле, а на стволах нескольких ольх, на обращённых внутрь лощины сторонах. Тончайший, едва заметный налёт. Не синий иней, а бледно-жёлтый, почти лимонный. Он сверкал тускло в косых лучах зимнего солнца, похожий на плесень или странную лишайниковую роспись.

Лоренц, подойдя сзади, ахнул.

– Это… это не активная трансмутация. Это… след. Окаменевший след. Как отпечаток.

– Отпечаток чего? – спросил Виктор, не отрывая взгляда от жёлтых разводов.

– Возможно, прохода того самого тумана. Но очень давнего. Неделю? Две? – Лоренц осторожно приблизил стержень к налёту. Показатели дрогнули. – Структура… стабильна. Инертна. Это не угроза сама по себе. Но…

Интерфейс: Анализ образца… Обнаружены фракции: Кристалл (доминирующая), Воздух (следы), Земля (следы). Состояние: пассивная кристаллизация. Энергетический отклик: минимальный.

ГИПОТЕЗА: Возможно, является «мицелием» или «споровым следом» аномалии «Синий туман».

«Мицелий». Сеть. Если синий туман – это плодовое тело, гриб, то эта жёлтая плесень – его корни, тянущиеся под землёй.

– Ставь детектор здесь, – приказал Виктор. – Прямо в центре лощины. Если это корневая система, то здесь будет самый чуткий отклик на любую активность.

Они установили третий детектор, на этот раз без особой маскировки – валуны и так скрывали лощину от случайного взгляда. Лоренц активировал его. Кристалл замигал, запускаясь, и затем… застыл на тусклом, жёлтом свечении. Не зелёном. Не красном. Жёлтом. Как тот самый вздох контрольного прибора вчера.

Стрелка компаса дрогнула и медленно развернулась, указывая не на север, как предыдущие, а на северо-восток. Точно в то же направление, что и вчера вечером.

– Есть контакт, – тихо сказал Виктор. – Он уже здесь. Или его корни. Детектор видит не активную зону, а… спящую сеть. И она указывает на источник.

– Что будем делать? – спросил Лоренц, и в его голосе прозвучала не робость, а деловая собранность. Они прошли через слишком многое, чтобы паниковать при виде цветной плесени.

– Сначала – карта, – ответил Виктор. Он достал кусок обработанной кожи (трофей с базы Консорциума) и уголь. Нарисовал грубый схематичный круг – их «Укрытие». Отметил три точки установки детекторов. У северного и восточного поставил зелёные галочки. У западного, в лощине, нарисовал жёлтый кружок и стрелку на северо-восток. – У нас есть вектор. И есть подтверждение, что угроза не стоит на месте. Она расширяется. Медленно, но системно.

– Мы не можем ждать, пока она дойдёт до Высечки или до нас, – сказал Лоренц. – Нужно найти этот источник. Ядро. И понять, можно ли его уничтожить.

– Для этого нужна экспедиция. И подготовка. – Виктор посмотрел на свой «Лучник». Заряд – 71%. Мало для неизвестности. – Нам нужны патроны. Энергия. И… возможно, помощь.

Мысль о привлечении кого-то со стороны была неприятной, но необходимой. Борк? Его люди – крепкие ребята, но против кристаллической чумы они беспомощны как младенцы. Нужны были те, кто понимал в магии. Или, как минимум, не боялся странного.

«Тень» обнюхала один из жёлтых налётов и фыркнула, отскочив.

– Мёртвый запах. Как пыль в гробнице. Но под ним… есть сладкая нота. Очень опасная.

– Значит, не такая уж и мёртвая, – заключил Виктор. – Ладно. Работа на сегодня сделана. Возвращаемся. Нужно обдумать следующий шаг.

Они покинули лощину, оставив детектор тихо светиться жёлтым светом в её сердце. Обратный путь в «Укрытие» прошёл в молчании, каждый был погружен в свои мысли.

Вечером, после скудного ужина, они собрались у очага. Виктор разложил перед собой карту.

– Итак, – начал он, указывая углём. – Источник, скорее всего, здесь, в северо-восточном секторе. По нашим старым данным Консорциума, там нет ничего особенного – холмы, ручей, старый лес. Но если гниль выбрала это место… значит, там есть что-то, что её привлекает. Геомагический разлом? Остатки технологий Ушедших? Надо выяснить.

– Я не пойду с тобой, – неожиданно сказал Лоренц. Виктор удивлённо поднял взгляд. – Моё место здесь. Кто-то должен следить за детекторами, анализировать данные, продолжать эксперименты с образцом. Если ты… если что-то пойдёт не так, здесь должен остаться кто-то, кто знает. И кто сможет предупредить Высечку.

В его словах не было трусости. Была холодная, неприятная логика солдата, разделяющего силы. Виктор кивнул. Он ненавидел эту логику, но принимал её.

– Хорошо. Тогда «Тень» со мной. Она лучший следопыт и защита. А ты… – он посмотрел на Лоренца, – приготовь мне «аптечку». Усиленные энергоячейки, если сможешь зарядить. Гранаты, если получится сделать стабильные. И… продолжай копать вглубь. Нам нужно оружие против этой штуки, а не просто детекторы.

Они договорились, что на подготовку уйдёт три дня. Виктор занялся проверкой и улучшением снаряжения. «Лучник» получил новый, более ёмкий кристаллический аккумулятор (пусть и с риском перегрева). Он собрал три «Фугаса» улучшенной конструкции – теперь детонация происходила не от его маны, а от химико-магического таймера. Ненадёжно, но лучше, чем ничего. Лоренц, тем временем, выжимал из остатков фракций и кристаллов всё, что мог. Он создал два небольших амулета – «Якоря стабильности», которые должны были, по идее, на короткое время создавать вокруг носителя зону, замедляющую кристаллизацию. Теория была шаткой, но проверить её можно было только в поле.

На третью ночь, когда подготовка была почти завершена, завыла сирена.

Не громкая, не оглушительная. Это был тихий, высокий писк, исходивший из контрольного детектора в углу мастерской. Виктор и Лоренц мгновенно вскочили. На экране стержня, подключённого к сети детекторов, мигал значок. Западный пост. Событие: активация мицелиальной сети. Уровень угрозы: низкий (пассивный).

Они уставились на экран. График, показывающий пассивный фон в лощине, резко пошёл вверх. Не до критических значений, но явно за зелёную зону. Что-то разбудило спящие «корни».

– «Тень»! – позвал Виктор.

Кошка была уже у выхода, её уши направлены на запад.

– Не могу понять. Не атака. Не рост. Просто… пробуждение. Как будто кто-то наступил на спящую змею.

Виктор схватил «Лучник» и рюкзак.

– Идём. Проверим.

– Виктор, ночь, – попытался возразить Лоренц.

– Если эта сеть активизируется, у нас может не быть утра. Я быстро. «Тень» со мной. Ты – на связи через стержень.

Они выскользнули в ледяную ночь. Луна, почти полная, заливала лес холодным, синеватым светом, создавая резкие, чёрные тени. Они бежали, не скрываясь, по знакомой тропе. «Тень» мчалась впереди, её силуэт почти неразличим.

Когда они достигли лощины, картина была иной. Жёлтый налёт на деревьях теперь светился. Тусклым, но недвусмысленным лимонным свечением, словно фосфор. Воздух был густым и сладковатым, как от разлагающихся фруктов. В центре лощины, где был установлен детектор, его жёлтый кристалл пульсировал в такт этому свечению, будто отвечая на него.

И посреди лощины, на коленях, склонившись над одним из жёлтых пятен на земле, была фигура.

Человек. Одетый в лохмотья, которые когда-то, возможно, были одеждой путника или охотника. Его руки касались светящегося налёта, а сам он что-то бормотал, низко и бессвязно.

– Стой! Не двигайся! – крикнул Виктор, вскидывая «Лучник».

Человек медленно повернул голову. Его лицо было покрыто теми же жёлтыми кристаллическими прожилками, что и деревья. Глаза не отражали лунного света – они были матовыми, будто затянутыми плёнкой. Из его полуоткрытого рта сочилась струйка того же лимонного сияния.

– Ко-орни… – прохрипел он, и его голос звучал как скрип камня о камень. – Слы-ышат… Кушают…

Это был не монстр. Это был носитель. Заражённый. И он находился здесь, в двух шагах от Высечки.

Виктор ощутил ледяной комок в желудке. Угроза была не абстрактной. Она уже имела лицо. И это лицо бормотало что-то о корнях, которые слышат и кушают.

Глава 3: Корни, Клыки и Коронованный Капуцин.

Жёлтое свечение в лощине мерцало в такт хриплому бормотанию заражённого. Его матовые глаза смотрели сквозь Виктора, будто видя что-то в самой земле под ногами.

«Корни… кушают…»

– Отойди от него, – приказал Виктор, не опуская «Лучник». Его палец лежал на спуске. Он не знал, что эта штука может сделать. Взорваться? Рассыпаться ядовитыми спорами?

Заражённый, словно не слыша, медленно протянул руку к другому светящемуся пятну на земле. Его пальцы, покрытые кристаллической коркой, коснулись его, и свечение усилилось, перетекая на его кожу. Он вздохнул с болезненным удовольствием.

«Тень», стоявшая рядом, зарычала глубже.

– Его разум уже не здесь. Он стал… удобрением. Каналом.

– Что значит «каналом»?

– Он кормит сеть. Своей жизнью. Своей маной. И она через него видит. Чувствует.

Мысль была отвратительной. Это не просто жертва. Это живой датчик. И если сеть через него видела…

– Придется нейтрализовать, – сквозь зубы процедил Виктор. Он не хотел убивать несчастного, но оставлять живой антенну для кристаллической чумы было нельзя. Он прицелился в ногу. Обычный болт из арбалета, не магия. Надо было обездвижить и изолировать.

Но в тот момент, когда его палец уже сжимал спуск, с края лощины донесся шум. Не тихий, а грубый, сопровождаемый хрюканьем, лязгом ржавого железа и отвратительным хихиканьем.

Из-за валунов на них высыпала орда.

Их было человек десять. Коренастые, с горбоватыми спинами, длинными руками, свисающими почти до земли, и тупыми, злыми мордами цвета запекшейся земли. Гоблины. Не те редкие, полумифические твари из старых сказок, а грязные, вонючие и явно голодные падальщики леса. Одни были вооружены заостренными палками и обломками кос, другие размахивали костями. Их маленькие, красные глазки жадными точками сверкнули в лунном свете, оценивая добычу: двух человек, большую кошку и… светящегося странника.

– О, великолепно, – пробормотал Виктор, переводя прицел с заражённого на приближающуюся толпу. – Выбрали самый подходящий момент для социального визита.

Лоренц, наблюдавший через стержень, пискнул у него в наушнике (примитивный кристаллический передатчик, собранный на коленке):

– Виктор! Что за шум? Датчики фиксируют множественные биологические цели!

– Гоблины! – крикнул в ответ Виктор. – Устраивают пикник! «Тень», дистанция!

Гоблины, почуяв лёгкую, на их взгляд, добычу, ринулись в атаку нестройной, но шумной толпой. Их предводитель, чуть крупнее других, с черепом, насаженным на палку, издал вопль.

В этот момент заражённый, которого все забыли, повернул голову к гоблинам. Его матовые глаза, казалось, заинтересовались новым источником шума и жизни. Он поднял руку.

Из земли рядом с передним гоблином вырвался тонкий, жёлтый кристаллический шип. Он пронзил его босую ступню насквозь. Гоблин взвыл от боли и удивления. Его сородичи замерли в нерешительности.

– Замешательство! Используем! – скомандовал Виктор себе и «Тени». Он выстрелил из «Лучника» не в гоблинов, а в землю перед ними. Энергия Огня, даже в минимальном режиме, взметнула фонтан грязи, дыма и искр. Гоблины отпрянули, закрываясь.

«Тень» использовала момент. Она не бросилась в гущу, а метнулась к флангу, к самому маленькому и, судя по всему, самому трусливому гоблину, который пятился назад. Её фазовый удар пришёлся не по телу, а по его оружию – ржавой косе. Клинок с громким вжингом вылетел из рук существа и, описав дугу, воткнулся в землю рядом с предводителем. Тот дёрнулся, решив, что это новая угроза.

Виктор, тем временем, перезаряжал «Лучник». Его взгляд упал на заражённого. Тот, пронзив одного гоблина, теперь, казалось, забыл о нём. Он снова бормотал, глядя на свои руки, с которых теперь тоже росли мелкие, игольчатые кристаллы. Он мутирует. Быстро.

– Приоритет – светящийся! – крикнул Виктор. – Не дать ему «зацвести»!

Но гоблины оправились от испуга. Дым рассеялся, и они, увидев, что людей всего двое (кошку они считали просто зверем), снова пошли в атаку, теперь более яростно, обозлённые болью сородича.

Пришлось отбиваться. Виктор выстрелил сгустком энергии в ногу ближайшему гоблину. Существо завыло и свалилось, хватаясь за обожжённую конечность. «Тень» оглушала ударами лап, выбивая оружие и ломая хрупкие гоблинские кости, но не убивая – ей хватало скорости и силы, чтобы просто нейтрализовать.

Хаос в лощине достиг апогея. Визг гоблинов, рык «Тени», гул выстрелов «Лучника» и тихое, нарастающее жужжание от заражённого, чье тело теперь покрывалось всё более крупными жёлтыми кристаллами.

И тут произошло нечто, что заставило на секунду замереть всех.

С верхушки одной из ольх, прямо над головами гоблинов, с пронзительным, какофоническим криком сорвалось… нечто. Нечто маленькое, мохнатое и невероятно дерзкое. Оно приземлилось прямо на голову предводителю гоблинов, уселось, словно на трон, и начало… гримасничать.