Туманные острова

Только на лицах послов от Союза Императора нельзя было прочитать ничего: ни усталости, ни воодушевления. Их лица были покрыты толстым слоем белой краски, скрывающей всю мимику. Именно такими они и должны были предстать перед жителями Союза Мира: обезличенными функциями, выполняющими данное им поручение. Но все же свой возраст им скрыть не удалось, а значит, хоть какая-то человечность в них считывалась.

– Можем ли мы ступить во владения Великого Императора, лучшего из правителей, и предстать пред его представителями? – громко спросил Софус. Он не стал кланяться, и потому Квес, глядя на учителя, тоже остался ровно стоять.

Видимо, все были такие уставшие и измученные долгими прениями по самым разным пунктам договора, что никто уже не обратил внимания на то, что служители не поклонились.

– Десятый Император через наше посредничество принимает вас! – хрипло произнес один из людей, облаченных в оранжевую мантию. – Вам дана честь ступить на его землю.

Софус вошел в зал, и Квес последовал его примеру. Они медленно прошли по ковровой дорожке и приблизились к послам, культурно оставив между собой и ими дистанцию в пару метров.

– Поклонитесь! – еле слышным шепотом сообщил кто-то из чиновников с трибуны. Все остальные промолчали.

– Будете ли вы кланяться? – громко спросил посол.

– Служители могут кланяться только великой Идее, – пояснил Софус.

Послы, сидя на резных стульях, вцепились в подлокотники и посмотрели друг на друга. Каждая мышца их тел выражала напряжение. Один из них сделал какой-то непонятный жест рукой, обращенный, очевидно, ко второму послу. Тот опасливо кивнул.

– Итак, будем считать, что поклон имел место, – сказал один из послов. Все в зале испытали явное облегчение. – Собственно, насколько мы понимаем, – продолжил он, говоря почему-то во множественном числе, – вы – Софус, служитель Идеи, а рядом с вами – ученик Квес. Верно?

– Вы совершенно правы, – кивнул Софус. Не поклонился, а именно кивнул. – Я надеюсь, все проходит успешно, господин посол? – тут же спросил он, не желая тянуть время на пустые разговоры.

Посланник Союза Императора встал со стула и сурово сказал:

– Не болтайте лишнего, уважаемый Софус! Это вы – послы. Вы пришли к нам, в Союз Великого Императора. Именно вы сейчас стоите на нашей священной земле, а не наоборот.

– Прошу простить меня за непродуманное обращение, – тут же поправился Софус. В его голосе, впрочем, не было слышно ни капли искренности. Но посланник Императора удовлетворился этим и уселся на свой резной стул. Люди на трибуне были крайне взволнованы, но никто из них пока не смел вмешиваться в разговор. – Но все же ответьте на вопрос, – продолжал допытываться Софус. – Все ли идет по плану?

– Да, все идет так, как нужно, – кивнул посланник. Второй посланник все время молчал. Иногда он брал из кармана блокнот и что-то записывал в него, никому не показывая. – Мы построили храм, посвященный Идее. Он послужит для сближения наших народов. Десятый Император надеется, что отношения между нашими союзами будут дружескими и теплыми.

– И я желаю того же, – ответил Софус. – Мне приятно слышать эти слова.

– Еще бы! – откликнулся посланник. – Всем приятно слышать слова Императора! Так вот, храм построен. Кроме того, мы отобрали нескольких человек из наших граждан, которые решили изучить ваше учение об Идее. По книгам и пособиям, которые ваше руководство нам заранее прислало, они прилежно учились несколько месяцев. Теперь вы, Софус, должны принять у них экзамен и, в случае успешного прохождения, посвятить их в служители Идеи. Также вам нужно освятить храм, чтобы он мог успешно работать. И сразу уточню: наши люди учились прилежно, и они должны блистательно сдать экзамен. – Он сделал акцент на слове «должны». – Вы поняли, что я имею в виду, Софус?

– Я с удовольствием их проэкзаменую, – сказал он. – И надеюсь, что они успешно сдадут экзамен и приобщатся к Истине.

– Вы хотите сказать, что знаете, что такое Истина? – прищурившись, спросил посланник.

Софус ничего не ответил на этот вопрос. Он знал, что если скажет, что знает, то его обвинят в неуважении к Императору. А если скажет, что не знает, то соврет. Повисла напряженная пауза. Посол упрямо ждал ответа, а Софус ничего не собирался ему отвечать. Квес стоял в полной нерешительности, обливаясь потом. Наконец голос подал один из чиновников Союза Мира, сидевший на трибуне:

– Данный вопрос не имеет прямого отношения к делу! Полагаю, не имеет смысла не него отвечать.

– Согласен, – кивнул посланник. – Тогда продолжим. Итак, наши люди успешно сдадут экзамен, вы поняли, Софус?

– Понял, – вымученно кивнул Софус. – Если вам так угодно, они сдадут экзамен. – Квес удивленно вскинул брови. Посланник Императора растянулся в улыбке, и слой белого грима не смог ее скрыть. Этот грим мог скрыть лишь мелкие мимические черты.

– Замечательно! – радостно сказал посланник. – Дальше! Настало время разобрать еще два простых, но важных вопроса. Первое: Десятый Император сказал, что уважает ваше учение и стремится образовывать людей. – В это время второй посланник снова сделал пометку в блокноте. – Поэтому он желает, чтобы не только вы, Софус, но и ваши ученики поехали вместе с вами. Так они не только поупражняются в практике служения, но и смогут своими собственными глазами узреть наши земли. Потом, по возвращении, они смогут поделиться впечатлениями о том, как хороша имперская страна. Так что вы поедете с учениками.

– Благодарю вас за милость, – учтиво ответил Софус.

– Не меня, а Великого и Десятого Императоров! – резко поправил его посланник. – Ибо Великий Император установил закон, а Десятый сейчас его исполняет! – Второй посланник опять записал что-то в блокноте. – Итак, вы поедете втроем. Три места для вас уже готовы. Вы будете жить в лучшей гостинице.

– Прошу меня простить, – к страху чиновников, Софус вновь открыл рот тогда, когда от него этого не ждали, – но у меня его всего один ученик. Его зовут Квес, и он здесь, перед вами. – Софус показал рукой на Квеса, который все это время молча стоял, вытянувшись по струнке.

– Да, я единственный ученик своего учителя, – застенчиво сказал он.

Посланники нахмурились и удивленно переглянулись. Молчаливый посланник недовольно покачал головой и сделал первому жест, чтобы тот продолжил разговор.

– Это неправда, – сказал тот посланник, который говорил до этого. – Нашему Десятому Императору известно, что у вас двое учеников. Зачем вы скрываете этот факт? Вы компрометируете Десятого Императора, ведь своими словами вы как бы намекаете, что наш правитель – страшно сказать – ошибся! – Второй посланник вздрогнул и поежился. – Или вы и правда хотите сказать, что Десятый Император мог ошибиться? Отвечайте же!

Чиновник с трибуны громко сказал:

– Нет, поверьте: Софус не хотел оскорбить честь вашего правителя.

– Действительно не хотел, – развел руками Софус. – И в мыслях такого не было. Я не хочу сказать, что Император не прав. Я лишь хочу сказать, что ученик у меня всего один.

– Во-первых, не Император, а Десятый Император! – шикнул на него посланник. – А во-вторых, у вас два ученика. Ну-ка, – обратился он к молчаливому спутнику, – дай мне бумагу.

Молчаливый посланник порылся в карманах и вытащил записную книжку, где отыскал нужную страницу и протянул ее своему коллеге.

– Один ваш ученик – Квес. Его вы и привели. А еще у вас есть ученица по имени Лия. И она также будет нашей почетной гостьей, как и вы вдвоем.

– Теперь я понял, что вы имели в виду, – ответил Софус. – Да, конечно, я знаю Лию. Только она мне не ученица. Она просто живет при храме. А я учу ее нашему учению, вот и все.

– Раз вы ее учите, значит, она – ваша ученица, разве же нет?

– Нет. Она не имеет официального статуса ученицы. Она не претендует на то, чтобы стать в будущем служительницей Идеи. Я просто занимаюсь с ней в свободное время.

– Это не важно. Десятый Император сказал, что она тоже ваша ученица. Из ваших слов следует то же самое. Не важно: официально или нет, но она у вас учится. И Десятый Император ждет ее в своих владениях.

– Ох, я, конечно, могу привезти и ее тоже, раз вы так настаиваете, – вздохнул Софус. – Но это вызовет некоторые неудобства…

– Не мы настаиваем – это Десятый Император настаивает! – уточнил посланник.

Софус сильно задумался.

– Слава Десятому Императору! – неожиданно для всех воскликнул Квес и подпрыгнул от радости. – Как же я счастлив, что она поедет с нами. Спасибо вам, – сказал он посланникам. Они не ожидали такой выходки, но после пары секунд недоумения все же улыбнулись.

– А парень-то не промах! – усмехнувшись, сказал посланник. – Молодой, а приоритеты уже умеет расставлять. Наши народы точно сдружатся!

Софус от удивления раскрыл рот, но тут же его закрыл. Посланник толкнул в бок своего коллегу:

– Чего сидишь! Пиши в свой блокнот, что Квес восславил Десятого Императора.

– Да, конечно, – впервые за все время подал голос второй посланник и сделал запись.

– Если я повезу с собой Лию, то это вызовет некоторые затруднения, – твердо повторил Софус.

– Какие же? – поморщился посланник. – Ваш ученик уж точно не видит никаких затруднений.

– Простите меня, – сказал Квес. – Я действительно упустил важный момент. Едва ли она может ехать с нами. Я просто так обрадовался, что позабыл об этом.

– В чем дело? – раздраженно спросил посланник.

– После визита к вам мы должны поехать в Союз Охотников – посмотреть, как там обстоят дела с храмами Идеи. Говорят, там начали процветать ереси. Это очень похоже на правду, и меня послали проверить ситуацию.

– И нет никаких проблем, – развел руками посланник. – Вы сможете после визита к нам поехать в Союз Охотников. Мы вас с радостью доставим туда. Десятому Императору ничего не стоит оказать вам такую скромную услугу и подбросить вас до этого Союза.

– Охотно верю, что Десятый Император может и не такое, – вежливо начал отвечать Софус, – но Лия не должна оказаться в Союзе Охотников. Это может быть опасно для нее.

– Почему же? Там все настолько плохо, что женщинам туда лучше вообще не соваться? – усмехнулся посланник. – Только в нашем Союзе женщинам живется по-настоящему хорошо, да?

– Дело в том, что Лие изначально не повезло. Она родилась в худшем Союзе – в Союзе Врагов Идеи. К счастью, однажды, когда ее родных заставили продать ее одному из вождей Союза Охоты, чтобы выручить немного денег, мы перекупили ее у этого вождя. Теперь ей живется хорошо. А иначе она стала бы рабыней. Бедная девушка! Но когда в Союзе Врагов узнали, что девушка воспитывается при храме Идеи – в традициях учения, которое они ненавидят, – они поклялись, что вернут ее себе, обратно. И они исполнят то, в чем поклялись. Благо, и в Союз Мира, и в Союз Свободы, и в Союз Великого Императора врагов Идеи никто не пускает. А вот охотники пускают их к себе, чтобы торговать. Враги делают какие-то особые капканы для поимки животных, и охотникам эти изобретения по душе. Так что они активно торгуют друг с другом. Мы, сторонники Идеи, были против того, чтобы Врагов вообще выпускали из их Союза, – пусть себе ютятся на пяти маленьких островках. Но деньги решили все за нас. Без Врагов охотники не смогли бы так хорошо добывать хтонических чудищ.

– И? Какое отношение этот рассказ имеет к делу? – не понял посланник.

– А такое, что Лие будет небезопасно ступать на землю Союза Охотников. Иначе ее могут силой вернуть к себе Враги Идеи, понимаете?

– Это не проблема! – тут же поднял голос чиновник с трибуны. – Такая мелочь не должна испортить дружбу наших народов. Мы свяжемся с первослужителем Идеи и попросим его, чтобы он разрешил вам поехать в Союз Охоты позже. Вы сможете вернуться к нам, высадить Лию, а уж потом поехать к вашим еретикам. Ересь подождет. Сейчас важнее – дружба с Императором.

– Вот это – хорошая идея, – сказал посланник. – Софус, вы согласны?

– Да. Такой вариант меня устраивает, – сказал он.

– Вот и отлично. Теперь быстро пробежимся по второму нюансу. Тот маршрут путешествия, о котором вы знали, изменился. Теперь мы поступим так. Вы по железной дороге доедете до Острова Объединения и окажетесь на территории Союза Свободы. Мы не станем ступать на территорию этого мерзкого Союза, потому что они приняли в свой состав мятежников.

– Я знаю об этом, – кивнул Софус.

Квес понял, что не в курсе дела, но решил задать этот вопрос учителю потом, наедине.

– Поэтому вы на корабле доплывете до нейтральных вод и затем пересядете на наш имперский корабль и с комфортом доедете до нашего славно Союза. Назад поедете так же, только в обратном порядке, ясно?

– А не проще ли сразу доплыть от нашего Союза до вашего по нейтральным водам, вообще минуя Союз Свободы? – удивленно спросил Софус.

– Мы думали об этом, – кивнул посланник. – Но тогда нам придется совершить слишком долгое путешествие. Наш корабль может не справиться с такой длинной дорогой. Мы не строим кораблей дальнего плавания. Пока что. А в будущем – как будет воля Десятого или последующих Императоров.

– Ясно, – кивнул Софус. – А мы не можем доплыть до вас на нашем корабле?

– Хватит предложений! – остановил его посланник. – План вашего движения уже утвержден Десятым Императором. А теперь нужно, чтобы вы привели сюда Лию. Мы должны посмотреть на нее. К тому же она нам нужна, чтобы закончить церемонию.

– Она не знает, что нужна на встрече. Ей может понадобиться некоторое время, чтобы добраться сюда. Все уже устали: заседание длится целый день. Может, обойдемся без нее? – смело предложил Квес.

– Нет. Такова воля Десятого Императора, – прервал его посланник.

– Тогда мне стоит сходить за ней? – спросил Квес.

– Да. И побыстрее! – ответил посланник. – У вас максимум полчаса. Иначе вы заставите нас ждать слишком долго.

– Она живет недалеко. Я быстро! – уже убегая, ответил Квес и скрылся из зала.

В зале приема воцарилась гробовая тишина. Молчаливый посланник снова записал что-то в блокнот.

– Та, та-та-та́… Та, та, та-та́-та. – Посланник невольно напел себе под нос какую-то мелодию.

– Я пока присяду? – спросил Софус. – Я уже в годах, мне трудно долго стоять.

– Да, ведь Великий Император милостив, – устало протянул посланник.

Софус уселся на одной из трибун и начал читать про себя какую-то молитву, беззвучно шевеля губами. В гробовой тишине минуты текли очень медленно. Теперь уже все выглядели уставшими. Даже посланники Императора позволили себе незаметно прикрыть глаза. Их дыхание немного замедлилось. Может, они заснули, а может, просто впали в полудрему. Их можно было понять: встреча длилась с самого утра. К тому же с таким ответственным поручением они имели дело впервые за свою карьеру, ведь обычно они решали проблемы исключительно внутри своего Союза. А сегодня они находились так далеко от него, почти на другом конце мира, что явно ощущали отсутствие родной почвы под ногами – в прямом и в переносном смысле. И даже тот факт, что сегодня территория этого зала формально была их собственной территорией, не приносил им успокоения. Они были здесь чужаками и прекрасно осознавали это, как и все присутствующие.

Спустя двадцать семь минут дубовые двери вновь раскрылись. На пороге, тяжело дыша после быстрой ходьбы, стояли Квес и Лия.

Глава 3. Особенная девушка

Все, кто успел заснуть, слегка дернулись и внимательно посмотрели на вошедших. Квес был красный от ходьбы. Лия держалась чуть лучше: ей нужно было проделать путь в два раза короче, ведь она шла только в одну сторону. К тому же большую часть дороги Квес нес ее на руках, потому что решил, что так будет быстрее.

Софус перестал молиться и поднялся, сложив ладони кругом и поцеловав их, что означало завершение молитвы.

Посланники Императора с интересом посмотрели на девушку. Таких нарядов они еще никогда не видели. Внешность Лии сильно отличалась от внешности всех остальных, кто присутствовал в зале. И дело тут было не только в том, что Лия была здесь единственной девушкой. Она также сильно отличалась по стилю одежды. На ней не было парадной мантии. Как и служители Идеи, она была одета в черную одежду. Только вот сам вид этой одежды был иным. На ней была тесная кружевная рубашка с длинными рукавами и высоким воротником, покрытым ажурными узорами. Рукава доходили до самых запястий и завершались двумя маленькими черными пуговицами. Также на ней была надета юбка, доходившая почти до лодыжек и оставлявшая видимой лишь узкую полоску ноги между нижним краем юбки и лодыжкой. Эта полоска кожи была закрыта темными чулками. Но больше всего поражали другие детали одежды. Во-первых, это был тугой шнурованный корсет. Этот аксессуар был в моде, и многие светские дамы носили его не без гордости, но в данном случае каждый отметил бы, что даже по меркам самой высокой моды, которая, как известно, требовала жертв, Лия была перетянута слишком сильно и могла дышать лишь поверхностно. Однако на ее лице не читалось и тени мучения. Видимо, она уже совершенно привыкла к этому затруднению. Второй необычной деталью, которая бросалась в глаза, была ее обувь. Ее ступни были заключены в закрытые туфли на очень высоком и тонком каблуке. Такая обувь считалась несколько пошлой даже по меркам моды. Удивительно было смотреть, как уверенно девушка держится на ногах и спокойно идет к посланникам, даже не пошатываясь.

Посланники изучали внешность Лии с особым интересом. В своем Союзе они никогда не видели таких нарядов. Один из них, который молчал, но вел записи, что-то шепнул на ухо другому. Тот пожал плечами и сделал непонятный жест рукой. Второй кивнул, но ничего записывать не стал.

– Приветствую вас, подданные Императора, – робко сказала Лия и изящно поклонилась. Как она смогла это сделать, да к тому же настолько грациозно, никто не понял. К сожалению, она не заметила отчаянных попыток Квеса показать ей на пальцах число десять. – Для меня большая честь видеть вас.

– Десятого Императора! – стальным тоном ответил посланник. – А не просто Императора.

– Ой, простите, пожалуйста. Я не специально! – покраснела девушка.

– На первый раз простим, – более мягко ответил посланник и, не удержавшись, добавил: – А Квес-то не промах! Он же показывал тебе, что надо сказать «Десятый». Ты не посмотрела.

Лия посмотрела на Квеса. Тот кивнул, но развел руками. Девушка взяла его за руку и снова посмотрела на посланников.

– Зато теперь мы все в сборе! – весело сказал Квес. – И можем завершить церемонию.

– Это и правда хорошо, – заметил посланник.

– Я так поняла, что вы хотели меня видеть? – спросила Лия.

Посланник поморщился.

– Трудно это терпеть! – признался он. – Лия, ты произносишь уже третью фразу, и каждый раз с каким-то отвратительным акцентом. Я едва понимаю смысл того, что ты говоришь. Что это такое?

И правда, произношение слов у Лии и у посланника было совершенно разным. Лия, хотя и имела звонкий приятный голос, сильно огрубляла слова твердыми звуками, резкими окончаниями и нарочитым выделением согласных в своей речи. Посланник же, наоборот, все смягчал и говорил так, словно между словами почти не имелось пробелов, отчего их речь лилась непрерывным сглаженным потоком. Все остальные разговаривали так, что их произношение можно было назвать чем-то средним между этими двумя вариантами. Пробелы между словами были, но не такие акцентированные, как у Лии. Мягких звуков было примерно поровну с твердыми, а окончания не акцентировались, хотя и не проглатывались, как у посланника Императора. Благодаря такой особенности своей речи акценты Лии и посланника казались для жителей Союза Мира одинаково извращенными, но более-менее понятными. Проблем, во всяком случае, тут не возникало. А вот у посланника и Лии из-за сильной разницы в произношении и правда могли появиться проблемы в понимании.

– У нее акцент Врагов Идеи, – пояснил Софус, чтобы поскорее закрыть тему. – Девушка никак не может от него избавиться. От него сложно отучиться.

– Ладно, – кивнул посланник. – Хорошо хоть, что у нас один язык.

– Когда-то давно мы все жили в одной большой стране, – кивнул Софус. – Еще до раскола земли на острова. Вот и сохранили единый язык. Наш язык не меняется, потому что мы бережно к нему относимся. И ваши правители тоже охраняют его от изменений, я правильно понимаю?

– Наши Императоры и правда берегут родной язык, – гордо согласился посланник. – Только вот наши страны никогда не были едиными. С чего вы, Софус, это взяли?

– Этому нас учит наша религия. А данные лингвистов подтверждают это научно.

– Не знаю, что там и кто подтверждает, но наш народ всегда жил отдельно. Если мы и говорим с вами на одном языке, то только потому, что вы переняли его от нас.

– Уважаемый подданный Десятого Императора! – громко сказал чиновник с трибуны. – Вопрос о языке не имеет отношения к сути нашего дела. Пропустим его, дабы не разжигать конфликты.

– Это верное решение, – кивнул Софус. – Давайте-ка лучше завершим церемонию.

Посланник кивнул и потянул подлокотник своего стула вверх. Это оказался замаскированный рычаг, который регулировал высоту подъема сидения над полом. Теперь цилиндр въехал в паз, и стул медленно опустился. Посланник встал и вытянулся в струнку.

– Теперь я вижу вас, всех троих, и должен зафиксировать лица.

Он подошел к трибуне, где на нижней скамейке лежала кожаная сумка, и достал большой фотоаппарат, который с трудом удерживал в руках.

– Улыбнитесь! – сказал он. – Императору нравятся улыбки, а не хмурые гримасы.

Он немного подкрутил колесики на объективе и громко щелкнул затвором. Раздался хлопок, и из аппарата вылетело облако серого дыма. Снизу вышла готовая черно-белая фотография. Ее качество было на редкость хорошее. На лицах всех троих были заметны даже малейшие черты.

– Превосходно! – порадовался посланник, когда убрал фотоаппарат и стал рассматривать фотографию. – Он будет доволен. А теперь поклянитесь в том, что будете честно исполнять свои обязанности, находясь на территории Союза Великого Императора; что не будете нарушать наши законы; что не будете по возвращении распространять о нас лживых слухов и что не будете идти на подкупы со стороны жителей Мятежного острова, чего бы они вам ни предлагали.

Софус вздохнул и повернулся к трибуне.

– Я же просил вас изменить эту часть церемонии, – простонал он. – Идея запрещает нам давать клятвы.

– Почему это? – удивился посланник. – Или ваша религия освобождает вас от обязанности быть честными?

– Дело не в этом, – устало ответил Софус. – Наша религия требует от нас быть честными во всем и со всеми. Поэтому клятва является излишней. Достаточно простого обещания или согласия. А если мы будем клясться, то появится соблазн нарушать свое слово в те моменты, когда клятва не была дана.

– Глупости какие! – закатил глаза посланник.

– Я даже не поднимал этот вопрос, – ответил один из чиновников, – потому что знал, что он приведет только к ссорам. В Союзе Великого Императора многое держится на клятвах. Без них там никуда. Так что переступите через себя и поклянитесь.

– Нормальное отношение! – возмущенно сказал Софус.

– А если я просто скажу «согласен», то что? – подхватил Квес.

Лия не знала, что нужно сказать. Она так и не отпустила руку Квеса.

– Я не хочу, чтобы вся наша сегодняшняя встреча оказалась под угрозой срыва, – сказал посланник. – Без клятвы ничего не получится.

Софус закатил глаза.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Я поклянусь, но только для того, чтобы не смущать вас. Итак, я даю клятву.

– Своей головой, – настоятельно заметил посланник.

– Еще и головой? – поморщился Софус. – Идея в особенности запрещает нам клясться головой, потому что… Ах, ладно! Клянусь своей головой.

– Клянусь головой, – повторил Квес.

– И я тоже клянусь своей головой, – сказала Лия.

Посланник повеселел.

– Отлично! – радостно произнес он. – Я уверен, что мы поладим. Тем более, Лия, твоя обувь даже в некоторой мере вписывается в ту моду, которой нам повелел придерживаться Великий Император. Правда, он говорил о низких и широких каблуках… Но это уже, скажем так, национальные особенности. Не можете же вы быть такими же, как и мы. Пока что.

Второй посланник недовольно толкнул первого под руку. Тот сразу осекся.

– А теперь от лица Десятого Императора мы вручим вам два подарка, – сказал посланник. – Краткое издание «Воли Великого Императора» и, конечно же, пластинку с нашей музыкой. Чтобы еще до прибытия вы могли проникнуться нашим колоритом. Ах да, еще Десятый Император добавил от себя скромный подарок для Лии – заколку. Твои распущенные волосы не в моде в нашем славном Союзе.

Глава 4. Город

Во второй половине дня Квес пошел проветриться на улицу. Он устал от всей этой напыщенной церемонии. К тому же Софус попросил купить ему песочные часы. Зачем они были нужны во время, когда все пользовались механическими часами, Квес не знал, но Софус, будучи консерватором, любил замерять время с помощью песочных часов. У него был целый набор этих часов: на тридцать секунд, на минуту, на две, на пять, на десять и на час. Последние были довольно внушительного размера. И на днях Софус задел рукой часы на минуту, и те разбились.