Ветер чужих земель

Граф вздохнул. Кучер кивнул в сторону Макса.

– И вот с этим тоже. Зачем ты его притащил?

Рэйвен поднялся. Голос был ровный, но в нем чувствовалась усталость:

– Кстати, о Максе. Фарис, прошу тебя, как друга: можешь как-то обуздать свой веселый нрав?

– «Веселый нрав», – хмыкнул кучер, сложив руки на груди. – При чем здесь, вообще, мой нрав?

– Не понял.

Макс затаил дыхание. Сейчас откроется, почему Фарис его терпеть не может.

– Да я… оно само получается... – кучер почесал затылок, – просто ты с ним… как с маленьким и-и-и…

Рэйвен не дал договорить. Его сдавленный смех оборвал фразу.

– Чего ты ржешь? – насупился Фарис.

– Ты ревнуешь? – спросил граф сквозь смех.

– Ещё чего! – возмутился тот.

– Фарис, ты ревнуешь! – Рэйвен ловко перескочил через Макса, повалил кучера на солому. – Ты же всё равно остаёшься моим другом! Навсегда!

Фарис перевернулся, подмял графа под себя.

– Сам дурак! Я же вижу, ты от него не отходишь! И это действует на нервы!

Макс без зазрения совести подсматривал из-под ресниц. Шок от слова «ревнуешь» еще не прошел, но куда сильнее его поразило другое: они могли ругаться и валять друг друга по соломе – и это было не про драку, не про ссору. Это было доверие. Про то, что рядом – свой.

– Сам посуди, – Рэйвен снова прижал Фариса к земле. – Как он сможет жить в этом мире, если я его не научу?

– Учи! – кучер дернулся и перевалил графа на спину. – Но меньше опекай. Ты себя гробишь, понимаешь? И если уж на то пошло, я не ревную. Ты мне жена что ли? Я за тебя отвечаю!

– Нечего за меня беспокоиться. Я в полном порядке.

– Уверен? – кучер в одно мгновение выскользнул, выхватил из-за голенища сапога кинжал и прижал к шее графа. – Реакции замедлились, силы уже не те. Да и видок у тебя...

– Ну, может, немного устал, – протянул Рэйвен, отводя от себя нож.

– «Немного устал», – передразнил Фарис. – Когда ты в последний раз нормально спал? А ел? Ну, когда?

– Четвертый день пошел…

– «Четвертый», – кучер слез с графа. – Рэйв, иногда надо думать о себе. Ведь ты был ранен. И сколько крови отдал ему!

Тот промолчал.

– Как долго ты еще способен продержаться без крови, без отдыха? – Фарис сжал ладонь друга. – Сутки, не больше…

– Я уже с ума схожу. Со вчерашнего дня. Пойду, осмотрюсь, заодно и…

– Ну куда ты пойдешь? – кучер притянул его к себе. – Иди сюда.

Он скинул рубаху на пол.

Макс с неестественно расширившимися глазами застыл на лежанке.

– Фарис, я сам могу...

– А если никто не попадется? – Фарис откинул голову назад. – Давай, пока я не передумал.

Макс видел, как граф осторожно отвел темно-каштановые волосы, приобнял друга, склонился над его шеей. Момент укуса парень почувствовал собственной кожей, вздрогнул. Рэйвен слегка отстранился, заглянул Фарису в глаза.

– Не растягивай, – шепотом попросил тот.

Граф кивнул и снова припал к шее друга.

Макс не знал, больно ли это. Судя по тому, как они стиснули друг друга в объятьях, либо больно очень, либо… наоборот.Надо будет спросить у Рэйва, мелькнуло у парня, и тут же стало неловко: он понял, что наблюдает то, чего видеть нежелательно. Но оторваться уже не мог.

Минуты через две Рэйвен отстранился от Фариса, снова заглянул тому в глаза.

– Ты как?

– Нормально, – кучер смахнул с плеча две капли крови, на четвереньках направился к лежанке.

– Спасибо, – Рэйвен поднялся, подобрал его рубашку. – Ты меня очень выручил.

– Знаю, – Фарис смачно зевнул. – Все-таки идешь?

– Я должен, – проговорил граф, одеваясь. – Присмотри за Максом. Без шуток.

– Ладно, Ваше Сиятельство, – он обхватил парня, притянул к себе, укрыл плащом. – Вали, давай. Только долго не гуляй.

Дверь за графом закрылась. В домике воцарилась тишина.

Стиснутый Макс слушал мерное дыхание кучера над ухом и никак не мог уснуть. Он попытался как–нибудь ослабить хватку Фариса, ничего не вышло.

«Ладно, – подумал Макс, чувствуя, что усталость берет свое. – По крайней мере, так теплее».

Он начал медленно проваливаться в сон. Сквозь забытье запахло свежей кровью. Нечто странное начало подниматься в мозгу. Парень решительно подавил это чувство и, наконец, заснул.

Рэйвен плавно скользил между деревьями. В темноте его было почти невозможно заметить, если ты не вампир и не зверь.

Луна ушла за тучи, и он ругал себя: много времени упущено.

И еще ругал за мысль, от которой не мог отделаться: Макс, наверняка, все видел. А значит, будет думать. И додумывать.

– Вот ведь черт, – выругался граф, сообразив, до чего Макс мог додуматься. – Похоже, разговор состоится раньше…

Внезапно на востоке ночную высь прорезали неяркие белые вспышки.

– Что за…

Из-за дерева вышел огромный черный волк, замер на мгновенье, поймал в воздухе запах дыма и потрусил в сторону белых всполохов.

На большой, выжженной дня три–четыре назад поляне горел костер. Обыкновенный, из березовых поленьев, только пламя было не красным, а белым, и тепла от него вампир не почувствовал.

Рядом с огнем сидело четверо в странных одеждах, похожих на те, что носил когда-то Номос, только синих.

Пятый ходил вокруг, нашептывая под нос.

Рэйвен не слышал слов, но и без них понимал: ничего хорошего от этой братии ждать не приходится. В то, что они в данный момент охотятся на трэйли, верилось с трудом. Точнее, совсем не верилось.

Время текло медленно.

Пятый маг все нарезал круги, остальные сидели неподвижно.

Рэйвен чувствовал, Сила уходит и минут через десять придется принять обычный облик.

Тут один из сидящих что-то запел. Остальные подхватили, повскакивали, принялись бросать хворост в белый огонь, потом образовали вокруг него подобие хоровода и ударились в бешеный пляс.

От изумления у черного волка сама собой открылась пасть и опустились уши.

Так маги убивались минут пятнадцать.

За это время Рэйвен трансформировался обратно в вампира и, не желая светиться, отполз глубже в кусты и, конечно же, угодил в шиповник.

– Отлично, – прошептал он сквозь зубы.

Шипы лезли под одежду, цеплялись за волосы, кололи где только могли. Было больно, все чесалось, все раздражало. В какой-то момент граф поймал себя на простой мысли: выйти бы сейчас и перебить их всех, лишь бы этот идиотский спектакль закончился.

Рэйвен впился во внешнюю сторону ладони зубами, стиснул так сильно, сколько мог вытерпеть.

«Я должен увидеть, что будет дальше! Должен увидеть! – твердил он про себя. – Это нужно, нужно, нужно…»

Наконец, тот, который вначале был пятым, резко остановился, вскинул руки, что-то прокричал на непонятном языке. Остальные четверо застыли в нелепых позах: кто с задранной ногой, кто, держась одной рукой за поясницу, другой – за голову.

«Боги! Они что, издеваются?» – едва сдерживая смех, размыслил вампир.

Но в следующую секунду графу вдруг расхотелось смеяться.

Главный проорал что-то срывающимся на визг голосом.

Пламя вспыхнуло ярко, как удар молнии. В воздух посыпались серебристые искры, и костер словно провалился внутрь себя.

Когда вспышка опала, в центре остался большой белый шар. Он выглядел плотно, как будто огонь сжали до твердости камня.

Рэйвен перестал дышать.

Шар дрогнул, и из него, бодро напевая ту же песню, посыпались маги. Не один, не двое, не десять. Штук сорок!

Зубы вампира соскользнули с запястья и лязгнули.

– Твою мать…

Главный не дал им даже секунды: что-то рявкнул, и вся эта орава разом начала растекаться по лесу цепью, как сеть, которая опутывает пространство.

Рэйвен кубарем вывалился из шиповника, забыв и про осторожность, и про графскую гордость, собрав последние силы, обратился вороном и рванул к стоянке.

Лишь бы успеть. Лишь бы предупредить.

Граф влетел в сарай, пнул носком сапога Фариса. Тот вскочил, спросонья обнажив клыки, но, увидел перед собой потрепанного друга, убрал оскал.

– Чего?!

– Ничего! Ничего! – воскликнул Рэйвен. – Ты меня еще уговаривал не ходить!

– Да что случилось? Можешь объяснить? Чего ты весь в листьях? – он схватился за плечо графа, но тут же одернул руку.

– Да, я еще коляюсь! – воскликнул тот.

– Что вы орете?

– Маги, – сказал Рэйвен. – Сначала их было пятеро. Они долго кричали, и, примерно, полчаса спустя их стало сорок!

– Маги размножаются спорами? Как грибы? – вскинул изогнутую бровь кучер.

Макс фыркнул.

– Заткнись, Фарис! Они не спорили! Эти пятеро орали заклятье, потом открыли портал и вызвали других, – пояснил Рэйвен, изображая руками портал, магов, и как тех было много, одновременно. – И теперь их тут сорок штук бродит по лесу!

– С какой целью? – спросил Макс.

– Извини, они мне не доложили, а сам спрашивать я постеснялся!

– А ты чего весь непонятно в чем? – поинтересовался кучер.

– Сидел я там! – отмахнулся граф.

– Где?

– В шиповнике! Непонятно, что ли?!

– Оригинально! – усмехнулся Фарис. – Ты бы еще на елку залез!

– Я его сейчас придушу! – потянулся к нему Рэйвен.

– А это тебя маги покусали? – Фарис смеялся уже в открытую.

– Я говорю серьезно! – на лице его возник оскал. – Прекрати все превращать в шутку!

– Ладно, ладно, – старший убрал улыбку. – Я – сама серьезность. Только, правда, кто тебя?

– Это… Это я сам.

– Зачем?

– Надо было! Мы что, сейчас все подробности выяснять будем? – он сорвался с места. – Уходим!

Фарис схватил его за рукав.

– Куда? Если их там сорок! Куда мы пойдем?

– А что делать?!

– Здесь до утра сидим. Если кто нас найдет, тут мы легче отобьемся, чем на открытом пространстве.

– Они же маги, – покрутил пальцем у виска граф. – Колдуны. Понимаешь, чем это грозит? Один раз молнией долбанут – и все!

– У нас есть выбор? – спокойно спросил старший.

– Выбор есть всегда! Я выведу вас из леса!

– Каким образом? По воздуху? – фыркнул Фарис. – Их сорок! Они пошли кольцом не просто так, понимаешь? Значит, прочесывают лес, Рэйв. Один я пройду. С тобой, может быть, пройду. С ним – нет!

Он демонстративно ткнул в сторону Макса.

– Заткнись! – бросил граф. – Сказал выведу – значит, выведу!

Он выскочил за дверь. Фарис фыркнул и поспешил следом. Максу ничего другого не оставалось, как присоединиться.

На улице Рэйвен поднялся в воздух.

Через несколько минут над лесом пронесся ураганный ветер, небо затянули тяжелые тучи, начал накрапывать дождь.

– Я что-то не пойму, – проговорил парень. – Чем это нам поможет?

– Сам не пойму, – пожал плечами кучер. – Но, по-моему, Рэйв придумал способ сказать всем магам одновременно: «Мы здесь».

– Огонь! – донеслось сверху.

– Ложись! – кучер повалил парня на землю. – Ты чего делаешь?!

Молния ударила в сухое дерево в десяти шагах от них. То моментально вспыхнуло, весело разбрасывая искрящиеся щепки.

– Огонь! – послышалось снова.

– Он что, решил нас убить раньше, чем доберутся маги? – воскликнул Макс, выползая из-под Фариса. – Он что, может бить прицельно?

Рядом вспыхнуло еще одно дерево.

– Может, – кивнул Фарис. – Но, слава Богам, недолго.

– Огонь!

Вскоре пылало около десятка деревьев. Лес занимался. Рэйвен остановил дождь – теперь гореть будет веселее.

Фарис и Макс осторожно поднялись, не отрывая возмущенных взглядов от приближающегося графа.

– Поняли мою задумку? – спросил тот, широко улыбаясь.

– К–конечно! – побледневший кучер развел руками. – Ты решил действовать масштабно: спалить, к черту, лес вместе с магами, трэйли и нами! Правильно?

– Рэйв, правда, как мы сами–то будем выбираться? – спросил Макс. – Лес хорошо занялся.

– Он об этом не подумал! – хмыкнул Фарис.

– Заткнись! – набросился на него граф. – Все я продумал. Уходим… туда!

Рэйвен махнул рукой в темноту и уже собрался сорваться с места, как Макс дернул его за рукав.

– Ты, конечно, извини, но я без штанов никуда не пойду.

– Ты что же, не оделся?! – граф глянул на пылающий ярким костром сарай. – Плохо!

Парень как-то странно на него покосился.

– Чего? – не понял Рэйвен.

– Снимай, – тихо произнес он.

– Чего?

– Снимай штаны, говорю, – повторил парень.

– Чего?! Я – граф!!! – Рэйвен перекричал гул пожара. – Представь, если я заявлюсь в имение без штанов!

Кучер согнулся пополам. Макс перевел взгляд на него.

– На меня даже не смотри, – сквозь смех проговорил тот, – у меня жена ревнивая…

Теперь заржал Рэйвен.

– Ревнивая, значит, жена! А если она узнает, чем вы тут с Его Сиятельством в сарае занимались? – упер руки в боки Макс.

Вампиры перестали смеяться, недобро переглянулись, кинули мрачные взгляды на парня и… заржали снова!

– Ну и смейтесь дальше! – надулся Макс, – а я с… такими не разговариваю.

– Макс, ну не обижайся, – проговорил Рэйвен и тут же закусил губу. – В том, что ты видел, нет ничего постыдного. У меня не было сил, а Фарис помог мне их восстановить. Ты тоже пил мою кровь.

– Я при этом тебя не лапал и не издавал томных вздохов!

– Дай, я покажу ему, что это. – посерьезнел кучер. – Пускай поймет. Тогда посмотрим, как он заговорит.

– Не надо, – покачал головой граф. – Макс, это больно. Больнее, чем ножом по венам, потому что медленно. И еще на других действует анестетик, находящийся у нас в слюне. На нас же он не действует.

Макс почувствовал себя идиотом и, чтобы как-то оправдаться, спросил:

– Тогда почему ты не стал ножом по венам?

– «Почему», «почему», – прищурился кучер. – Потому! Нельзя это выяснить позднее? Ты теперь понял, что у нас обоих нормальные пристрастия? Успокоился? Хочешь, чтобы это важное открытие стало последним в твоей жизни? Нет? Тогда уходим, ни то сгорим заживо!

– А как же… – начал Макс.

– Лично для меня, ты живой без штанов предпочтительней, чем в штанах, но жареный! – бросил на ходу Фарис.

– Правда, ребята, уходим, – проговорил граф, подталкивая парня в спину.

Они петляли среди горящих, трещащих, падающих деревьев около полутора часов. Макс благодарил Бога за то, что додумался влезть хотя бы в кроссовки. Иначе, лучше сразу на костер.

Рэйвен вел компанию, ориентируясь непонятно на что. Порой парню казалось, что граф вообще не имеет понятия, куда они забрели.

Один раз мимо них пронеслась группа встревоженных трэйли, поинтересовались: кто поджег лес? На что Рэйвен картинно вскинул брови и пожал плечами, а Фарис бросил предположение: «Может, само?»

И всем было плевать на границы.

А спустя еще минут двадцать…

– Гляди, Макс, – кучер толкнул парня в бок, – вон твои штаны бегут!

Прямо на них, изредка галопируя, неслись двое магов в тлеющей одежде.

– Давай! Действуй!

– Я?

– А кто? Я что ли? Это ты у нас разгуливаешь по лесу в подштанниках! Да ещё в таких, что рядом стоять стыдно!

– Фарис, прекрати! – осадил его Рэйвен. – Я сам.

Маги исчезли за пеленой густого дыма. Туда же скользнул и граф. Через пару минут он уже протягивал парню нечто грязно–синего цвета.

– По-моему, это не совсем штаны, но…

– Спасибо, – поспешно поблагодарил Макс, не желая, чтобы Рэйвен продолжал рассуждения на предмет назначения этой детали туалета у магов.

– Так он ничему не научится, – бросил Фарис. – И ты будешь нянчить его всю жи-изнь!

Макс натянул непомерно широкие штаны, завязал узлом на поясе.

– Вот вернемся домой – можешь лично заняться его воспитанием.

– Нет уж, увольте! Вечно вы мне спихиваете своих питомцев! Мне лошадей достаточно. И тебя.

– О своих словах ты еще пожалеешь! – воскликнул граф. – Он еще будет сильнее тебя, сильнее меня…

– Ты еще скажи, сильнее той хреновины! – кучер ткнул пальцем в сторону приближающегося огромного бурого зверя.

Макс ахнул. Из-за стены пламени на них надвигался перепуганный насмерть медведь.

– Ложись! – заорал парень и первым бухнулся на землю.

Трава горела, почва сильно разогрелась, долго лежать было некомфортно. Макс видел, когтистые лапы, промелькнувшие перед глазами. Спустя пару мгновений медведь скрылся.

Еще через полчаса скитаний лес начал редеть, а вскоре и вовсе сошел на нет. Впереди практически не оставалось деревьев, зато виднелась широкая река. Радостные друзья с дурными глазами повалились на песок.

– Где мы? – спросил Макс.

– Там – Кристалл, – указал Фарис налево. – А по правую руку – Ристар. Выбрались, слава Богам! Еще часа три и мы… Рэйв, ты чего?

Граф растянулся на песке, закинул руки за голову, пустым взглядом уставился в предрассветное небо.

– Все, мой запас сил исчерпан, – проговорил он тихо, закрыл глаза. – Спать.

Фарис с Максом сидели на берегу и смотрели, как солнце медленно поднимается из-за горизонта. За их спинами пылал лес. Сбоку, растянувшись во весь рост, спал Рэйвен.

– Фарис… – проговорил Макс. – Прости, что думал о вас нехорошо.

– Ерунда, – тот легонько ткнул парня локтем в бок. – Это не самое страшное, что обо мне думали.

Макс криво усмехнулся.

– Я слышал ваш разговор, – смущенно сказал он. – Про… ну… ночью.

– И? – Фарис пожал плечами. – Тебе обязательно все на свете понимать с первого дня?

– Нет. Но я… – Макс замялся. – Не знал, что это… нормально.

Фарис посмотрел на него искоса.

– Это не «нормально». Это удобно, когда у тебя голова на плечах и ты хочешь, чтобы друг дожил до утра, – сказал он спокойно. – И да: если ты начнешь болтать об этом где-то, я сам тебя придушу. Не потому что это стыдно, просто Рэйв мне дорог. Это слабость.

– Понял, – быстро сказал Макс.

Фарис помолчал, затем кивнул в сторону леса.

– А теперь запомни главное. Явление магов – это не фокус. Это реальная угроза. Значит, маги могут приходить быстро и помногу. Они не бегают по одному. Они работают группой.

– Они нас искали? – тихо спросил Макс. – Из-за артефакта, да? Не просто так они явились в этот лес, когда мы были там.

– Не знаю, – честно ответил Фарис. – Но теперь они знают, что в этом лесу кто-то устроил пожар. И если у них есть мозги, они свяжут это с нами. У них, кстати, мозги есть. Думать – их любимое занятие. Они же волшебники, все ученые.

Макс кивнул, чувствуя, как внутри возрастает неприятность.

– А Рэйвен… – начал он.

– Рэйвен молодой, – перебил Фарис, глядя на спящего графа. – И правильный. Настолько правильный, что иногда это может спасти, а иногда – загнать в угол. Он честно отдал артефакт тем, другим магам, но не подумал о последствиях.

Макс посмотрел на Рэйвена. Снаружи – граф, внутри – мальчишка, который вечно «должен».

Тот пошевелился, не открывая глаз, пробормотал:

– Пошли домой.

– Слышал? – Фарис наклонился к Максу. – «Домой». Ему всегда кажется, что надо все держать под контролем.

Макс поднялся и подошел к графу.

– Вставай, Рэйв.

Граф усмехнулся и, шатаясь, поднялся, но сразу выпрямился, будто стыдился слабости.

– Пошли, – сказал он уже громче.

И они двинулись вдоль реки туда, где начиналась дорога на Ристар.

Глава 5. Витражи и кровь.

Ристар-Замок. Огромное готическое строение, возвысившееся над прилегающими селениями. Тёмный и мрачный снаружи, он поражал блеском и изяществом внутри.

Солнце было уже высоко, когда Рэйвен, Макс и Фарис остановились у ворот крепости.

Парень задрал голову, с восхищением разглядывал высокие зубчатые стены из тёмного камня, поднимающуюся из-за них махину замка.

Прошли по подъемному мосту над широченным рвом. Металлическая решетка поднялась, и стражники с обеих сторон вытянулись по стойке смирно так дружно, что Макса слегка передернуло: их не «впускали», их пропускали.Так он впервые оказался в стенах Ристара.

– Ничего себе… Я даже не представлял...

– Идем, Макс, – Рэйвен легонько подтолкнул в спину. – Насмотришься еще.

Внутренние ворота распахнулись, и за ними открылся город: конюшни, кузницы, оружейные, лавки, склады, таверны. Жители сновали по делам, кто-то тащил мешки, кто-то ругался у колодца, из кузни раздавался звонкий стук молота о наковальню.

От обилия лиц, голосов и запахов у Макса закружилась голова.

– Ну, я домой, – махнул рукой Фарис. – Счастливо оставаться!

– Давай, – коротко ответил граф.

Кучер исчез мгновенно, словно растворился в узких переходах улиц. Друзья же направились к внутренним стенам замка, к круглым сторожевым башням.

– И это все твое? – не выдержал Макс, вертя головой.

– По бумагам здесь распоряжается отец, – ответил граф. – Я – наместник.

– И как этим вообще управлять?

– Это только Ристар, город. А графство… – Рэйвен усмехнулся. – Есть ещё три больших города и несколько, порядка ста пятидесяти, деревень. Это всё вместе и есть графство Ристар. Играть в политику сложно, я не отрицаю. Детям Лордов приходится обходиться такими игрушками… хотят они того или нет.

Они вышли на широкий двор, где успела выстроиться стража.

Граф бросил взгляд на ровные ряды и холодно сказал:

– Так, кто слово скажет – убью, – проговорил граф. – Почему не работаем?! Я вас за каким держу?! Разбежались по местам!

Стража испарилась, будто их и не было. Макс непонимающе посмотрел на друга.

– Зачем ты так? Они же вышли тебя встречать…

– Вот только не учи меня обращаться с охраной, – тот повернулся резко. – Здесь встречают не «из уважения». Здесь встречают, чтобы убедиться, что хозяин жив, и понять, в каком он настроении. Если ты не держишь их в кулаке, тебя не слушают, будь ты хоть сам король.

Они пересекли двор и достигли последних ворот.

– Почти пришли, – бросил Рэйвен. – Не отставай.

Дальше была откидная лестница, узкая площадка, снова ступени.

– Рэйв, почему, чтобы попасть домой, нужно карабкаться наверх, аж на второй этаж? – запыхавшись, спросил парень.

– Потому что вход только отсюда, – спокойно ответил граф. – Жилые помещения начинаются со второго этажа. Это крепость, Макс.

– А что на первом?

– Подземелье и камера пыток. Если будешь плохо себя вести...

– Рэйв!

– Шучу. Замок – оборонительное строение, – пожал плечами Рэйвен. – Он должен выдерживать длительную осаду, создавать защиту и вмещать всё, что необходимо для автономной жизни. Внизу погреб, колодец, кладовые и подземный ход.

– А куда он ведет?

– Вот этого тебе знать не обязательно, – Рэйвен распахнул дверь. – Добро пожаловать!

Внутри замок оказался совсем другим. Снаружи он давил мраком, а здесь поражал блеском и холодной красотой. Пространства было столько, что легко потеряться. Казалось, зала, выкрашенная всеми оттенками синего и серебряного, занимает всю башню. Стены, завешанные дорогими гобеленами, уходили к потолку, который венчала огромная люстра в сотни свечей. Высокие стрельчатые, расширяющиеся внутрь окна, украшенные разноцветными витражами, дробили солнечный свет на яркие пятна. Каменный пол, начищенный до блеска, был уставлен вазами с цветами лаванды и листьями лимонника.

Слуги застыли вдоль стен, глядя на потрепанного, грязного, но довольного хозяина.

– В доме гости? – Рэйвен кивнул на пылающий в одной из ниш камин, – Фиона, что ли…

– Фиа… – выдохнул Макс.

Прекрасная и блистательная, она вошла в зал стремительной походкой, но при виде друзей шаги ее замедлились. С какой-то робостью и растерянностью поднялись огромные глаза. Парень открыл было рот, но слова не шли.

– Моя Леди. – Рэйвен чуть подался вперед, легонько сжал и поцеловал ее руку.

– Ваше Сиятельство. – ответила та неглубоким реверансом. – Очень рада видеть Вас снова. Ваш дом, как всегда, гостеприимен.

– Для Вас всё, что угодно, моя Леди, – склонился граф. – Ваша воля – закон в моём замке.

– Вы так добры, мой Лорд…

Макс молча недоумевал. Что за странные ритуалы? Они же родственники!

Вслед за девушкой в зале появился Никлас.

– Ваше Сиятельство. – поклонился он графу, перевел взгляд на парня, на всякий случай, поклонился и ему тоже.

– Привет, Никлас, – Рэйвен хлопнул старика по плечу. – Это Макс. Он будет жить у нас.

Дворецкий поднял на хозяина изумленные глаза, но решил не задавать лишних вопросов.

– Комната готова. – проговорил он, не разгибаясь. – Леди Фиона обо всем позаботились.

– Прекрасно! – граф легонько хлопнул по дряхлому плечу старика. – Отдохнуть нам не помешает! Моя Леди.

Он пропустил сестру вперед, двинулся следом. Макс поспешил за ним. Замыкал процессию Никлас.

Около крутой винтовой лестницы Рэйвен отпустил дворецкого. Друзья поднялись на четвертый этаж. И только тут Фиона позволила себе обнять брата.

– Рэйвен! Боги! Как я соскучилась!

– Фиа. – граф прижал ее к себе. – Я тоже скучал.

Девушка отстранилась, перевела взгляд на Макса и тут же опустила глаза.

– Максим… – начала она, перебирая тонкими пальцами складки платья. – Знаешь, я…