Разбивая сердце принцессы Только 18+

— Мне надо подумать, — пробормотала, нервнохихикнув.

Ларс разочарованно вздохнул.

— Ну, — мужчина глянул на часы, украшающиезапястье его левой руки, — у тебя есть ещё минут десять до того, какпридёт продюсер.

Я прикрыла глаза. Осознание происходящего тяжёлымкамнем ударило по мозгам, заболела голова.

— Ларс, это не правильно…

— Что именно?

Редактор хмурился. Неужели, он всерьёз думал, что этановость станет для меня приятным сюрпризом? Нет, это и правда круто. Только неслишком ли круто? Я должна это обдумать. И не десять минут.

И я должна обсудить это с Алексом.

— Неправильно давать мне десять минут на принятиетакого ответственного решения. Я этого не планировала. Это очень серьёзный шаг,Ларс. Ты предлагаешь мне перевернуть жизнь с ног на голову. Ты говоришь окастингах, о сценариях… Для этого надо на какое-то время уехать в Америку ижить…

— В Голливуде, Мэри. Я предлагаю тебевозможность, которая выпадает раз в жизни. От тебя требуется лишь твойписательский талант. Все организационные вопросы я, конечно, беру на себя. Тыстанешь одной из миллионов. Ты и есть одна на миллион, но об этом узнает весьмир. Так должно быть, Мэри.

— Ларс, — остановила потоккомплиментов, — это всё звучит очень здорово. Но я не уверена…

Конечно, я сомневалась. Звучит очень круто. И я бысоврала, что Голливуд мне совсем не интересен. Фильм по роману — мечта любогоавтора. Но…

— Я должна обсудить это с Алексом… Он говорит одетях, хочет…

— Детях? — Ларс удивился, и в его голосепослышалось замешательство. — Тебе всего двадцать четыре года! Тыдействительно хочешь детей?

Это удар по больному месту…

Я не уверена, что хочу детей прямо сейчас. И я неуверена, что хочу ехать в Америку. Но я очень хочу, чтобы по моему роману снялифильм в Голливуде!

— Я должна обсудить это с Алексом, —повторила, опустив взгляд на свои руки, сцепленные в замок.

Ларс скептически хмыкнул, верно рассудив, что дети —идея моего мужа.

— Хорошо, Мэри, — сказал редактор. — Явыиграю для тебя время.

И мужчина поднялся на ноги, улыбаясь кому-то за моейспиной.

Глава 8

Встреча с продюсером прошла мимо меня. Точнее, яприсутствовала, но всё было словно в тумане. Я хорошо знаю английский язык, номозг отказывался транслировать информацию и доводить её до помутнённогосознания.

Голливуд… Красные дорожки, бриллианты, софиты,знаменитости и всемирная слава. По моему роману снимут фильм…

Ларс действительно выиграл время.

Как оказалось, первая часть трилогии, над которой яработала уже два с половиной года, давно пылилась на дорогом столе Шона Хофлера— известнейшего голливудского продюсера.

Ларс атаковал мужчину несколько месяцев, но тотигнорировал все призывы к прочтению рукописи, поскольку таких желающих,считающих себя не в меру талантливыми, у него очень много.

Но я получила премию. К тому же, по моим рассказамснимают мультфильмы, и это тоже много значит…

И Хофлер прочитал рукопись.

Продюсер привёз подписанный контракт. Ларс забралдокумент себе, сказав, что вышлет мне копию на почту. На принятие решения мнедают месяц, однако, Хофлер уже начал работу над сценарием, будучи уверенным втом, что я соглашусь.

Я ехала домой, находясь в полнейшей прострации. Мыслиотказывались раскладываться в голове по полкам. Они хаотично скакали, билисьдруг о друга, заставляя голову трещать.

И только осознание того, что совсем скоро я смогуутонуть в тёплых объятиях моего мужа, согревало и успокаивало.

Я испытывала ломку. Мне физически требовалось срочноприкоснуться к родному телу. Ощутить запах Романова и просто полежать, крепкоприжавшись к любимому мужчине.

Когда такси подъехало к нашему дому, от желанияброситься Алексу на шею затряслись руки. А когда я увидела, что внедорожникмужа уже припаркован у гаражей, чуть не разрыдалась от облегчения!

Я выбежала из автомобиля, не попрощавшись с любезнымводителем, и влетела на крыльцо, распахивая дверь с такой силой, что та сгрохотом ударилась о стену.

— Алекс? — крикнула на весь дом.

— Что случилось? — муж с озабоченным видомвышел из спальни.

Романов только что вернулся. Он даже не успелпереодеться, и сейчас на мужчине были только чёрные узкие брюки — от рубашкиуже успел избавиться.

— Господи, как я соскучилась.

Молниеносно сбросила обувь, скинула кожаную куртку и,швырнув её прямо на пол, рухнула в родные объятия, всем телом прижавшись к всёещё удивлённому мужу.

— Я тоже скучал, Маша.

Алекс незамедлительно обнял меня в ответ и по традициизарылся носом в мои распущенные волосы, шумно втягивая их аромат.

Мне стало легче. Я словно употребила дозу своеголичного наркотика. Вот только было мало.

Я подняла голову и, уткнувшись подбородком вобнажённую мужскую грудь, посмотрела супругу в лицо.

— Поцелуй меня, — прошептала, рассматриваяпочерневшие глаза.

Алекс самодовольно усмехнулся и выполнил мою просьбу.Он медленно наклонился, дотронулся губами до кончика носа, а потом поцеловал.Требовательно, глубоко, настойчиво. При этом тягуче медленно, словно смакуяудовольствие. Так, что ноги подкосились.

Все мысли дружным строем покинули голову, скандируя«Аллилуйя».

Вот оно. То, что было мне очень нужно.

Романов подхватил под бёдра, заставляя обнять еготалию ногами, и, продолжая страстно целовать, понёс меня в спальню.

Алекс опустился на кровать и быстро избавил меня отодежды.

— Блядь, Маша, — Романов окинул моёобнажённое тело голодным взглядом. — Я никогда не перестану восхищатьсятобой. Я пиздец как скучал. В следующий раз ты поедешь со мной. Писать романможно из любой точки мира.

Мысли о том, что мне, возможно, придётся уехать вАмерику, выглянули из-за угла, но я, плотно зажмурив глаза, вытеснила их,полностью отдаваясь ощущениям, которые дарили мне губа и руки моего мужа.

Романов покрыл влажными поцелуями подбородок, шею,ключицы, спустился к груди и жадно обхватил губами сосок.

Я не сдержала громкого стона. Это всегда чертовскихорошо, и я, пожалуй, готова умереть вот так. Под Александром Романовым.

— Господи, Алекс, не нужно этого,пожалуйста, — простонала, впившись ногтями в мускулистые плечи, — идико мне. Прямо сейчас. Я хочу. Я не могу больше.

— Как скажешь, дикая кошка Маша.

Алекс приспустил брюки, поцеловал меня в губы и вошёлрезким толчком. Так, как я люблю. Так, как мне сейчас было нужно. Чтобы искрыполетели из глаз. Чтобы всем телом прочувствовать. Чтобы слёзы собрались вуголках глаз, и хотелось больше и больше.

Романов начал двигаться. Глубоко, размашисто,заставляя сопровождать стоном каждый толчок.

Я обхватила талию Алекса ногами, пытаясь устроитьсятак, чтобы проникновения были ещё глубже. Подмахивала бёдрами, крепко сжимаямужские плечи, царапая их ногтями и кусая.

Яркий финал подбирался стремительно. Каждый толчокощущался всё острее, низ живота раз за разом скручивало спазмом, кончикипальцев начало покалывать и руки задрожали. По всему телу побежали мурашки, и явыгнула спину, кончая с громким протяжным стоном.

Не осталось сил, чтобы пошевелиться. Не осталось сил,чтобы переживать. Абсолютное безусловное счастье и свобода.

Алекс кончил вслед за мной. В меня. Он снова неиспользовал презерватив, но мне было всё равно. В такие моменты становитсяабсолютно ясно, насколько сильно мне нужен мой муж. С ним я действительноготова абсолютно ко всему, лишь бы быть рядом… Все сомнения разом отпали. Как ямогла мыслить иначе? Я всегда должна быть там, где Алекс. Только рядом с ним я,это я.

Распахнув веки, наткнулась на встревоженный изучающийвзгляд.

— Рассказывай, Маша, — тихо, нотребовательно заявил Романов. — Что случилось?

Я прикусила губу, пытаясь скрыть счастливую улыбку.

— Ничего не случилось. Просто я очень соскучиласьпо тебе.

Алекс улыбнулся мне в ответ, но, мотнув головой,сказал:

— Это неправда, Маша.

Я, крепче обхватив мужа за шею, притянула его к себе,вынуждая опуститься на меня всем телом.

Алекс уткнулся носом в моё плечо, согревая обнажённуюкожу горячим дыханием, и я таяла. Плавилась в его руках. Я не готова от этогоотказываться. Никогда. И ни на что это не променяю.

Бриллианты? Миллионы? Алекс готов дать мне всё, что япожелаю. Вечеринки и красные дорожки? Я никогда этого не любила. Даже когдаучилась в университете, предпочитала тихие домашние вечера. Так почему жевообще засомневалась?

— Просто мне показалось, что мы расстались натяжёлой ноте. Я переживала. Но теперь всё в порядке. Я люблю тебя, —прошептала на ухо Романову.

Алекс ответил поцелуем, вновь разгоняя по венам кровь.

Глава 9

— Ты ещё здесь? — улыбнулась, уткнувшись вплечо мужа, который почему-то всё ещё был рядом со мной в постели. —Который час?

— Восемь, — сонно ответил Алекс, поцеловавменя в макушку, — хотел позавтракать вместе с тобой.

— Ничего себе, — толкнула Романова, вынуждаяего лечь на спину, и удобно уместила голову на широкой груди, — когда впоследний раз ты опаздывал на работу?

— Работники меня простят. В конце концов, они всевидели тебя, и знают, что я был в командировке… Я не трахал свою жену целыесутки! Надо наверстывать упущенное.

Я засмеялась, не удержавшись. Обожаю, когда Романов втаком настроении. Затягивать не стану. Мне не терпится поделиться с Алексомновостями!

— Я вчера была на деловой встрече, которуюустроил Ларс…

— И? — Алекс прервал молчание, котороеобразовалось из-за того, что я никак не могла подобрать слова.

— И он договорился с голливудским продюсером отом, что по моему роману снимут фильм в Юниверсал.

— Что?

Романов поднялся на локтях, вынуждая меня сесть. Алекссмотрел на меня удивлённым взглядом, и я пожала плечами, не зная, что ещё можносказать.

— Это же потрясающе. А я уж думал, что Дольфгодится только слюни на тебя пускать…

— Кто? — удивилась. Алекс забыл имя моегоредактора?

— Твой Ларс-Дольф Лундгрен.

Я прыснула от смеха. Это действительно забавно!

— Да, — улыбаясь, согласилась смужем, — действительно похож немного. Так что ты думаешь? Я бы хотела,чтобы ты прочитал контракт. Ларс должен был прислать его мне на почту.

— Конечно. Позвоню на работу и скажу, чтопоявлюсь после обеда. Думаю, помощница справится без меня.

— Кстати, — поднявшись с кровати, вспомнила,что не спросила, — как она? Не сбежала от тебя прямо в Испании?

Алекс по уже давно сложившейся традиции пристальноследил за тем, как я одеваюсь, расчёсываю волосы, собирая их в небрежный пучок,и только после этого встал сам.

— Помощница пока радует. Работоспособна, умна,быстро схватывает. Посмотрим, что будет дальше.

Романов не стал одеваться. Он дёрнул меня за запястьеи повалил обратно на кровать, прижав всем телом к матрасу.

— Ты что делаешь? — возмутилась притворно,не скрывая довольной улыбки.

Алекс запустил руку под мою футболку и по-хозяйскиобхватил грудь, погладив большим пальцем уже набухший сосок.

— Господи, я же только что оделась, —прошептала, выгнув спину и приподняв зад, чтобы Романову было легче стягивать сменя леггинсы.

— В этом и суть, — усмехаясь, ответилРоманов, — мне нравится смотреть, как ты одеваешься. И ещё больше нравитсятебя раздевать.

Романов спустился ниже, схватил зубами край моейсвободной футболки и задрал до самой груди, не забывая при этом обжигать кожугорячими губами.

Секс был быстрым. Муж был требовательным, а яподатливой. Сегодня мне хотелось быть громкой. Знаю, Алекс любит слышать, какмне хорошо. А с ним мне всегда хорошо.

Кончив, Романов поцеловал меня, всё ещё пытающуюсяпривести дыхание в норму, в кончик носа, и поднялся на ноги.

Надев спортивные брюки, Александр вышел из комнаты икрикнул уже из коридора:

— Кофе будешь?

— Господи Боже, — прошептала, а продолжилауже громче, поднимаясь на всё ещё дрожащие ноги. — За что мне это? Самыйлучший мужчина на земле варит для меня кофе полуобнажённым…

— Я всё слышу! — донеслось из кухни, а ялишь счастливо улыбнулась.

Примерно через час Романов сидел за рабочим столом всвоём кабинете и внимательно, хмурясь, изучал контракт. Я наблюдала за мужем,немного нервничая, ёрзая и постукивая пальцами по столешнице. И мечтала.

По моему роману снимут фильм. Конечно, никакойАмерики. Зачем мне туда ехать? Пускай кастингами и сценариями занимаютсяпрофессионалы. А мне достаточно лишь того, что, ГОСПОДИ, по моему роману снимутфильм! Моё имя будет в титрах. На обложке печатных книг будут голливудскиеактёры!

Нет, конечно, если потребуется, я слетаю в Америку напару дней… Правда, беременность может помешать.

Всё же, думаю, с этим надо повременить, пока с фильмомне устаканится. Скажу Алексу, как только обговорим контракт.

Чёрт. Это так круто! Я даже и предположить не могла…Как Ларсу удалось выйти на этого продюсера? Мой редактор так много для менясделал!

В свои двадцать четыре года я уже и не знаю, о чёммечтать… Я замужем за самым лучшим мужчиной на земле. Реализовалась в любимомделе. Отец устроил свою жизнь и теперь очень счастлив, не забывая обо мне.

И по моему роману снимут фильм!

Пожалуй, действительно пришло время расширить семью.

Вот закончим с Голливудом, и сразу в роддом! Как разуспею научиться быть матерью.

Наконец, всё встало на свои места. Я хочу большуюсемью. Я хочу детей. Моё воображение рисует, словно наяву, картины праздничных вечеров.Отец, Алиса, Маша, Арина и Артём, которые играют с нашим сыном. Мы назовём егоЛёша, если Алекс не станет возражать.

Знаю, муж будет так гордиться… Он пойдёт вместе сомной на премьеру! Это будет невероятно! И Алекс поможет мне выбрать актёров на главныероли. Пусть это будут молодые ребята. Начинающие.

На душе опять стало легко. Я снова уверена, что у насвсё будет прекрасно. Теперь я не представляю, что может пойти не так.

А Романов продолжал хмуриться. Интересно, он всегдатакой, когда изучает важные документы?

И надо пересмотреть условия работы с Ларсом. Я должнаплатить ему больше. Хорошо, что не рассказала Алексу о его чувствах раньше. Мужточно заставил бы меня сменить редактора, и не видать мне Голливуда…

Алекс закончил изучение контракта и, захлопнув крышкуноутбука, откинулся на спинку кресла и устало потёр ладонями лицо.

Он всё ещё был хмур, и я начала нервничать.

— Что? — спросила, подавшись на стулевперёд. — Что ты там вычитал? Что-то не так?

Романов взглянул в мои глаза. Серьёзно, внимательно,холодно. И продолжал молчать. Он не подбирал слов. Алекс всегда знает, что икак сказать, но сейчас почему-то молчал. А моё сердце уже готово быловзорваться от напряжения.

— Я найду для тебя нового редактора.

В ушах зашумело, а перед глазами заплясали тёмныеточки.

Зажмурившись, тряхнула головой и переспросила,надеясь, что неверно поняла:

— Что?

— Ты больше не будешь работать с этим типом,Маша, — ответил Алекс, продолжая уверенно глядеть в мои глаза.

Я не могла пошевелиться. Надо было что-то ответить, нотело отказывалось издавать звуки.

— П-п-почему? — всё, что сумела из себявыдавить.

Александр тяжело вздохнул, поднялся на ноги и подошёлк окну.

— Потому что Ларс составил не контракт, а план,как затащить тебя в койку.

— Что? — подняла на мужа удивлённыйвзгляд. — Это какая-то глупость!

Схватила со стола ноутбук мужа, открыла крышку и сталахаотично стучать по клавиатуре, пытаясь включить.

— Со стороны Юниверсал всё отлично. Условияпотрясающие, обязательно надо соглашаться. А вот Ларс постарался. В этомконтракте всё описано довольно подробно. Все кастинги проводятся в присутствииавтора и редактора, вечеринки и презентации фильма проходят в присутствииавтора и редактора. Любые вопросы по сценарию, в том числе утверждение каждойсцены, согласовывается с автором через, попробуй догадаться, редактора! Ивишенка на торте — продюсерский центр обязан предоставить автору и её редакторуапартаменты, в которых те будут жить на протяжении четырёх-восьми недель.

Алекс повернулся и посмотрел на меня. Его взгляд былпропитан иронией. А ещё я разглядела разочарование.

— Твой Ларс хочет увезти тебя на другой конецмира на пару месяцев, жить с тобой в одном доме и обхаживать круглосуточно. Этоуже слишком, Маша. Я очень сомневаюсь, что Арнольд Шварценнеггер возьмёт ссобой в Штаты свою жену.

— Он же только что был Дольфом Лундгреном, —прошептала, отведя взгляд и уставившись в одну точку.

— Я слишком хорошо о нём думал. Конечно, тыможешь потребовать изменения условий контракта, но дело уже не в этом, Маша.Дело в том, что твой редактор перешёл черту, продиктовав для тебя такиеусловия. На что он надеялся? Что я об этом не узнаю, а ты спокойно согласишьсяжить с посторонним мужиком в одном доме? Это прямое проявления неуважения и ктебе, и ко мне, Маша. И я не еду сейчас к твоему ухажёру в офис, чтобы разбитьего накосмеченую рожу только потому, что люблю тебя.

Алекс замолчал. Я тоже не находила слов, чтобывыразить свои эмоции. Опустошение. Смятение.

— Когда заканчивается твой контракт с редактором?

— Через полгода, — прошептала, глядя в экранмонитора.

— На каких условиях досрочное расторжение?

Я поджала губы. Было стыдно, потому что я не знаю…Подняла на Романова виноватый взгляд.

Муж закатил глаза.

— Ты не читала контракт…

— Нет, я читала, — поспешилаоправдаться, — просто не слишком внимательно…

— Это моя вина, — уверенно констатировалАлександр, — я хотел дать тебе больше пространства. Хотел оставить что-то,что будет только твоим.

— Послушай, — выпрямилась на стуле ивзглянула на мужа с мольбой во взгляде, — мы ведь можем изменить условияконтракта! Пусть Ларс едет один! Он хотел сделать из меня звезду, отсюда и этиусловия. Но мне это не нужно! Я останусь здесь, Ларс полетит в Штаты и…

Но взгляд мужа заставил меня замолчать, прикусив язык.

Именно Ларс добился встречи с продюсером из Голливуда.Если бы не Ларс, я бы об этом даже не думала. Ларс хотел полететь в Америку изаняться работой над фильмом. И теперь я же должна лишить его такого шанса,потому что мой муж ревнует.

Да, согласна, он перешёл черту. Но ведь действительноможно просто потребовать изменения условий…

Ларс не просто мой редактор. Он мой друг! Я не могуоставить его за бортом! Я не могу с ним так поступить!

— Он не хочет сделать из тебя звезду, Маша. Откройглаза! Ты взрослая женщина. Он хочет сделать тебя своей. Я не буду спускатьтакие вещи на тормозах. Это незначительная плата, Маша, — прозвучалтвёрдый голос Романова. — Незначительная плата за то, что кто-то пытаетсятрахнуть мою жену! Арнольд уже не просто молча дрочит на твою фотографию, онперешёл в наступление. Ты можешь сказать ему сама, или я сделаю это за тебя.Подумай до завтра.

И Алекс вышел из кабинета, оставляя меня в полнейшемужасе, наедине со своими не радужными мыслями.

Глава 10

Полдня я просидела в кабинете мужа, пролистывая на егоноутбуке контракт.

Голливуд обещал мне кучу денег. Гонорар и процент откассовых сборов фильма. Они действительно предлагали замечательные условия… Моёимя в начальных и финальных титрах, главных героев одобряю лично я, выход книгив печать на американском рынке, и, да, голливудские актёры на обложке моегоромана.

Те условия, которые продиктовал продюсерскому центруЛарс, на самом деле наводили на мысль, что редактор хочет провести со мной какможно больше времени. Но, если не знать о его симпатии ко мне, можно подумать,что это лишь профессионализм. Ларс продумал всё до мелочей. Он сделал всё,чтобы фильм вышел таким, каким хочу его видеть я. Это ведь мой роман! Я нехочу, чтобы его переврали.

И после всего, что мой редактор сделал для меня, ядолжна его уволить? Отдать «голливуд», которого Ларс добивался для нас такдолго, кому-то другому? Такова моя благодарность? Я не могу так поступить! И яскажу об этом Алексу.

Мы перепишем контракт. Ларс поедет в Америку один,если захочет. А я буду согласовывать все моменты прямо отсюда.

Романов остынет и согласится со мной. Он поймёт!

Мне не нужны вечеринки. Я вообще не хочу в Америку.Ну, разве что, одним глазком посмотреть… Конечно, было бы неплохо поприсутствоватьна съёмках. Но, уверена, это не проблема! Когда они начнутся — слетаем вместе сАлексом! Думаю, муж усложняет. Мы всё решим…

Тем не менее, когда Романов вернулся из офиса, ясделала вид, что сплю. Я так и не сумела подобрать слов, чтобы сказать ему… Утровечера мудренее.

Алекс как всегда аккуратно лёг в постель, прижался комне всем телом и обнял за талию.

Муж уснул быстро. Он очень устаёт на работе, и иногдая мысленно ругаю его отца за то, что бросил всё на Романова. Однако, Александрдействительно очень хорош в своём деле. Под его руководством Шведмет укрепилсвои позиции на международном рынке. Отсюда, конечно, и проблем прибавилось. Иработы. Но я знаю, что Алексу нравится то, чем он занимается. И это прекрасно.Я никогда не упрекну мужа в том, что он много работает. На меня он всегданаходит время. И я очень надеюсь, что его новая помощница действительносправится, и Романов сможет немного разгрузить себя.

Я долго не могла уснуть. Постоянное чувство тревогиразъедало изнутри. Я боюсь. Боюсь, что разочарую Алекса, заговорив о том, чтоне хочу разрывать контракт с Ларсом. Я боюсь, что он не послушает и всё равнозапретит мне с ним работать. И это так странно…

Александр Романов — тот человек, с которым я могуговорить абсолютно обо всём. Я не стесняюсь обсуждать с ним свои месячные идаже, прости Господи, интимную эпиляцию. При нём я делаю себе педикюр, бреюноги и периодически выщипываю волоски в носу.

Я никогда не боялась о чём-либо говорить с мужем.Никогда не пыталась подобрать правильные слова… И от этого становится жутко. Мысловно отдалились друг от друга, и виновата в этом только я. Только я виноватав том, что не познакомила мужа с Ларсом. Скрыла симпатию редактора ко мне.Предала. Обманула доверие. Именно поэтому Алекс так остро отреагировал на контракт.

Но самое ужасное — скорее всего я снова поступила бытак же.

Алекс уверен, что я добилась бы таких же успехов слюбым толковым редактором. Но я точно знаю, что восемьдесят процентов моихпобед — его работа. Его профессионализм и бесконечная вера в меня.

Я заснула лишь под утро, и, открыв сутра глаза, неудивилась, что нахожусь в постели одна.

Романов уже ушёл на работу. Глупо было бы ожидать, чтодва дня подряд он задержится дома, чтобы заняться со мной сексом и вместепозавтракать.

Однако я совершенно точно поняла, что тянуть с этимбольше нельзя.

Встала с постели, натянула футболку и леггинсы, собравволосы в высокий хвост, и пошла в ванную.

В душе пробыла дольше обычного, подбирая слова, и вкакой-то момент одёрнула себя. Это же Алекс! Мой Александр Романов. Я могусказать ему всё что угодно, потому что муж всё поймёт, примет, найдёт верноерешение, что бы ни случилось.

Быстро смыла ароматный гель с тела и вышла из ваннойкомнаты.

Наспех выпила кофе с тостом, быстро оделась вспортивный костюм — к каблукам в повседневной одежде я вернусь не скоро. Ещёодна причина, по которой мне не хочется покорять Голливуд. И, накинув куртку,вышла из дома.

Постояла на крыльце, вдыхая свежий прохладный воздухполной грудью. И решила, что воспользуюсь, наконец, подарком мужа. Ему будетприятно.

Вернулась в дом и взяла ключи от машины, которую Алексмне подарил в прошлом году.

Он продал свой мерседес, на котором ездил встуденческие годы. Муж не относится к тому типу богачей, которыйколлекционируют дорогущие бесполезные вещи. Романов очень практичен.