Нити судьбы

— Может, поедем в центр, прошвырнёмся по набережной или посидим на «Кировке», или в кафешки поедим? Мы прошли собеседование, нужно как-то отметить этот день, — предложил Макар, прервав первым затянувшееся молчание и глубокие размышления друга, которые, казалось, унесли его далеко от реальности. Голос его звучал бодро и призывно, словно он уже предвкушал предстоящий отдых.

— Давай, я за любой расклад, где есть отдых и прогулки. На свежем воздухе и нет места скукоте, — оживлённо отреагировал Роман на предложение друга, мгновенно выныривая из своих мыслей и с радостью подхватывая идею.

Он даже слегка оживился, расправил плечи, будто сбрасывая с себя груз недавних переживаний.

Общественный транспорт в Челябинске ходит достаточно часто, и ребята быстро домчались до Кировки. Автобус был полупустой, они успели занять места у окна, наблюдая за мелькающими улицами и домами, каждый по-своему переживая прошедшее событие.

Челябинский Арбат, известный также как Кировка, расположен в Центральном районе города. Это пешеходная улица, вымощенная плиткой, с многочисленными скамейками, фонарями и уютными кафе. На данную улицу приезжают со всего города прогуляться, посидеть и послушать музыку. Ребята тоже любили здесь гулять. Для молодёжи это место — как магнит и днём, и ночью. Роман всегда мечтал гулять здесь с девушкой, конечно, когда встретит ту самую единственную. Он представлял, как они будут держаться за руки, останавливаться возле витрин, пить кофе из бумажных стаканчиков и смеяться без повода. Бесспорно, Кировка — очень популярное место для прогулок среди жителей города и его гостей.

Макар, в отличие от друга, редко предавался мечтам, а принимал активное участие во всевозможных молодёжных движениях, конкурсах и олимпиадах. Считая себя частью активного, целеустремлённого общества города, он чувствовал гордость за любые достижения во всех сферах его отраслей — будь то победа на спортивных соревнованиях, успешная сдача нормативов или участие в городских субботниках. И при всём при этом это не мешало ему помогать родителям по дому и сидеть с младшим братом и сестрой, когда те болели или родители задерживались на работе.

Роман же, напротив, считал Челябинск обычным трудовым городом, где все достижения заключаются в труде, а нормой выполненных работ, неважно какую должность занимает человек, считается усталость после длинного и трудного рабочего дня. Возможно, его отношение к труду формировалось с детства. Глядя на вечно измученную и уставшую мать, которая выглядела старше своих лет и давно потеряла интерес к счастливой благополучной жизни, у него формировалось негативное отношение к труду. Она и сама ему всегда с детства внушала, что роскошь — это для богатых, что в жизни без блата ничего не достигнуть и не стоит даже пытаться. А когда она узнала по окончанию школы, что сын поступил в институт, то сказала ему, что он зря тратит своё время. Всё равно не сможет там учиться, потому что он бестолочь. Только и знает, как за компьютером сидеть. А Макар рано или поздно устанет тащить его на своей шее и с лёгкостью разорвёт с ним дружбу. Так сказать, помашет ему ручкой на прощание, оставив одного со своими иллюзиями.

— Да, что с тобой сегодня, Романыч? Молчишь, наверное, всякую ерунду про меня думаешь, — шутливо сказал Макар, пытаясь развеселить задумчивого друга. Он ткнул его локтем в бок и подмигнул, надеясь вывести из мрачного настроения.

— Да, — честно ответил Роман. Вздохнув и выдохнув, продолжил: — Мать вчера испортила мне всё настроение, как всегда, и даже не порадовалась за меня. Не похвалила за отлично законченную школу, за поступление в медицинский институт. Всегда она так: добавит каплю дёгтя в мою бочку с мёдом. Всё перевернёт, обхаит, испортит настроение и довольная пойдёт на свою любимую работу с измученным видом, отягощённая своей тяжёлой женской долей. — Голос его дрогнул, но он взял себя в руки, стараясь не показать, как глубоко его это ранит.

— Слушай, я, конечно, не берусь судить твою маму и не могу сказать, почему она у тебя такая. И была ли она всегда такой с рождения. Но одно я могу тебе сказать и даже пообещать: как бы нам ни было сложно в жизни, какие бы испытания судьба нам не подносила, я всегда буду твоим другом и братам и обещаю, что никогда тебя не брошу и не позволю деградировать в жизни. И знай я не дам опуститься тебе на самое дно жизни, — сказал Макар и замолчал. Он посмотрел прямо в глаза Роману, чтобы тот понял всю серьёзность сказанного.

— Вместе и навсегда, друг! — уверенно и решительно добавил он после минуты молчания, похлопывая ободряюще друга по плечу, а затем крепко сжал его плечо в знак поддержки.

— Навсегда! — поддержал Роман, мысленно благодаря Бога за верного друга.

Хотя он всегда считал себя атеистом, он всё же никогда не отрицал существование Бога. Уверенно думая, что Бог оставил его, маленького ребёнка, один на один с тяжёлой судьбой. Только сейчас, в эти минуты, он понял, что высшие силы всё же есть. Они всегда находились рядом. И влияние сил в жизни у всех людей разное. У кого-то — в крепкой дружной семье и любящих родителях, хорошем учителе, соседях, любимой женщине. У всех по-своему. А у него — в верном и порядочном друге, ставшем ему ещё и братом. Это осознание принесло облегчение, словно с души свалился тяжёлый камень.

Друзья зашли в кафе на «Кировке». Это было небольшое, но уютное заведение с яркой вывеской и низкими столиками. Заказали себе стандартный набор: картошка-фри, бургер, наггетсы, сырный соус и колу. Оплатили всё ранее отложенными карманными деньгами Макара, который всегда умел копить на подобные случаи. И счастливые расположились за столиком у окна, откуда открывался вид на оживлённую пешеходную улицу. Они наслаждались успешно завершённым днём. Стоит добавить, что просидели они в кафе более двух часов. За это время Роман пару раз подходил к автоматам с напитками и бесплатно доливал себе колу, либо выбирал что-то другое из напитков. Он и Макара научил такому приёму, объясняя это тем, что всё равно тут все напитки разбавляют водой. Только одно он не мог объяснить другу: как правильно наливать напитки. Всё заключалось в ловкости рук: нужно держать стакан под определённым углом струи напитка, чтобы меньше попадало воды. Поэтому Роману приходилось всегда ходить самому, чтобы не пить бодяженые напитки. Как любил шутить Макар на эту тему над другом: «У тебя и внешность подходящая — наглое рыжее лицо». Романа это нисколько не задевало, а лишь ещё подзадоривало. Как говорится в народе, на правду не обижаются. Он даже с гордостью демонстрировал своё умение, считая это маленькой победой над системой общепита.

В кафе играла ненавязчивая музыка, за соседними столиками смеялись компании, а друзья, наконец расслабившись, обсуждали планы на будущее: как будут учиться, какие предметы сложнее всего, и как они будут отмечать первую сессию. Макар уже строил планы на студенческую жизнь, а Роман, глядя на друга, чувствовал, что даже самые мрачные мысли отступают, когда рядом есть такой человек.

Глава 3. ВЕЧЕРИНКА.

Встреча одноклассников, назначенная в доме у Романа, не вызвала у Макара особого восторга, однако он не хотел окончательно отрываться от коллектива. В школе за ним прочно закрепилась репутация странного ученика — нелюдимого, погружённого в собственные мысли и редко участвовавшего в общих шалостях. Учителя разделяли эту точку зрения и нередко ставили его поведение в пример как нечто необычное, но не всегда положительное. Даже хорошие отметки, которые он стабильно получал по большинству предметов, не могли изменить общего отношения к нему. В глубине души Макар был убеждён, что он — самый умный и эрудированный ученик в классе, и это убеждение укреплялось с каждым успешно сданным экзаменом или сложной контрольной. Однако он вынужден был признать, что существует один человек, чья успеваемость неизменно превосходила его собственную. Этим человеком была Соловьёва Анжелика — единственная в классе, кто удостоилась золотой медали по окончанию школы.

Она была родом из весьма обеспеченной семьи, и её поведение, на взгляд большинства одноклассников, отличалось высокомерием и пренебрежением к остальным. Абсолютно весь класс, за редким исключением, невзлюбил её за этот надменный тон и постоянное подчёркивание собственного превосходства.

Тем не менее, Макар, при всей своей неприязни, не мог не отдать ей должное: на протяжении всех школьных лет она держалась с удивительным достоинством, стойко перенося объявленный классом бойкот и не опускаясь до ответных грубостей. Её гордая осанка и спокойное лицо, даже когда её демонстративно игнорировали или отпускали колкости в её адрес, вызывали у Макара невольное уважение, смешанное с досадой.

— Ребята, не стесняемся, проходим, — дружелюбно встречал Роман гостей, стоя в прихожей и широким жестом приглашая всех внутрь.

— Вытаскиваем из сумок, кто чего принёс, — добавил стоявший на пороге друг Максим, хитро подмигивая и потирая руки в предвкушении. Он знал, что компания обычно не скупится на угощения, и этот вечер обещал быть особенным.

— Есть, — коротко бросил Расуль, снимая с плеча рюкзак и аккуратно доставая бутылку мартини с золотистой этикеткой. Скинув худи, он ловко протиснулся в зал.

— Откуда? — восторженно провизжала Эля, грациозно изгибаясь и изящно снимая кроссовки, стараясь не запачкать пол. Её глаза загорелись любопытством — она обожала сюрпризы.

— Ого, дело набирает серьёзный оборот, — удивлённо заметил Макар, прислоняясь плечом к косяку.

Он всегда испытывал двойственные чувства по поводу алкоголя: с одной стороны, его принципы восставали против этого, с другой — он понимал, что в такой компании лучше не портить настроение друзьям. Он решил, что будет просто наблюдать и, если что, контролировать ситуацию.

— Да, и я принесла, — с мягкой улыбкой добавила Алина, аккуратно вытягивая из своей объёмной сумки литровую бутылку мартини такого же сорта. Она переглянулась с Макаром, словно ища его молчаливого одобрения, и поставила её рядом с первой.

— А у меня ничего нет, маман всё выхлебала, — огорчённо произнёс Роман, разводя руками.

Он на мгновение задумался, и в его голове промелькнул непрошеный вопрос: что его больше расстраивает — собственное разочарование от отсутствия выпивки или привычка матери снимать стресс алкоголем? Он постарался отогнать эту мысль, ведь вечер обещал быть весёлым.

— Но с нас закусочки, офигенные салаты, я сам лично готовил, — вмешался Макар, стараясь переключить внимание и разрядить неловкость. Он поднял пакет с контейнерами, в которых аппетитно угадывались слои нарезанных овощей, зелени и мяса.

— Давайте пройдём в зал, там накроем поляну и посидим, расслабимся. Каждый расскажет, кто куда пристроился, как дальше свою жизнь собирается устраивать, — предложил Роман, потирая руки от нетерпения и указывая в сторону распахнутой двери, где уже виднелся накрытый скатертью стол.

Он всегда любил шумные компании, и почти всегда все собирались у него дома, когда мать уходила на сутки работать в круглосуточный магазин. Этот ритуал стал для них маленькой традицией — своеобразный клуб по интересам, где можно было забыть о школьных заботах.

Одноклассники Макара и Ромы, хоть и не знали всех странностей характера Макара, но, как и многие в их возрасте, чувствовали необъяснимую тягу ко всему мистическому и загадочному. Макар для сверстников был невидимым магнитом: его эрудиция, спокойствие и лёгкий налёт таинственности притягивали. К тому же Эля и Алина, втайне от всех, сами увлекались заклинаниями, ритуалами чёрной и белой магии — это было секретом, который их объединял. Поэтому Макар пользовался всеобщей симпатией: почти все девчонки в классе считали его объектом мечтаний. Немалую роль играла и его внешность: высокий рост, подтянутое спортивное тело, приятные черты лица.

Расположившись в просторном зале, ребята первым делом включили негромкую, но приятную музыку — что-то из современного поп-рока, что создавало атмосферу уюта и лёгкости. Они быстро накрыли стол, расставив тарелки с закусками, салатами, нарезками и, конечно, принесёнными бутылками мартини. Сразу же началось бурное обсуждение последних событий из их личной жизни: кто с кем поссорился, кто куда планирует поступать, какие новости в школе и за её пределами.

Пропустив по первой рюмке в качестве аперитива, друзья заметно расслабились. Они принялись закусывать, и разговор плавно перешёл на более насущные темы. Роман, демонстрируя себя гостеприимным хозяином, взял на себя ответственность следить за тем, чтобы у каждого в бокале всегда было налито. Он буквально взял на себя роль «главного сомелье»: стоило кому-то из ребят лишь пригубить напиток, как над столом незамедлительно нависала его заботливая тень с бутылкой в руке, готовой пополнить запасы. С мягкой улыбкой он разливал содержимое, стараясь поддерживать атмосферу лёгкой и радостной, демонстрируя всем своим видом, как важна для него дружба и взаимная поддержка.

— Вы что, обе поступили на педагогов младших классов? Училки, значит, — удивлённо переспросил Макар, приподнимая бровь и явно ошарашенный такой новостью.

— Не обижайтесь, девчёнки, но вам нужно работать в колонии надзирателями, — усмехаясь, с издёвкой произнёс Расуль, дожёвывая бутерброд с колбасой и сыром. Его голос звучал игриво, но взгляд был оценивающим.

— Да, бедные детишки, от таких заботливых учителей у них же травма будет на всю жизнь, — добавил Макар, поддерживая шутку Расуля и слегка качая головой. Он явно наслаждался возможностью подколоть девушек.

— Да ладно вам, шутите так средненько, ничего нового. А педагогами мы с Алиной будем самыми лучшими. И вообще, Расуль, неприлично говорить с набитым ртом, — ответила Эля уверенно.

— Согласна! — тут же поддержала подругу Алина, бросив быстрый взгляд на Расуля, словно предупреждая его о недопустимости таких шуток.

— Я тоже так считаю, — вставил Максим, оборачиваясь к Алине и слегка касаясь её плеча. Он старался показать свою поддержку, ведь она была его девушкой.

— А чем мы будем сегодня заниматься? Опять в карты играть или страшные истории рассказывать? — резко сменила тему разговора Эля, стряхнув с себя напряжение. Её голос звенел от любопытства, а взгляд скользнул по лицам друзей.

— Я так понимаю, у тебя есть конкретное предложение? — остроумно подметил Роман, чуть склонив голову и улыбнувшись. Он всегда испытывал к Эле особую симпатию, и сейчас его глаза блестели от интереса.

— Есть, — загадочно ответила Эля, выпрямившись на стуле. Она медленно потянулась к своей сумке, лежавшей рядом на полу.

— Мы все заинтригованы, — сказал Максим, округляя глаза и придвигаясь ближе к столу. Остальные тоже затихли, ожидая продолжения.

— А у меня, наоборот, какое-то дурное предчувствие, — пробормотал Макар, нахмурившись. Его голос стал тише, словно он прислушивался к внутреннему голосу.

— Но это само собой, ты же, как старый дед, вечно с дурным предчувствием, никакого веселья, — возразил Расуль, не переставая поедать закуски. Он махнул рукой, явно не придавая значения словам Макара.

— А что ты предлагаешь, Элечка? — ласково спросил Роман, перегнувшись через стол. Его тон был мягким и ободряющим.

— Вы же все прекрасно знаете, что моя бабушка знахарка. Ну, лечит людей за деньги, — начала Эля, делая паузу и оглядываясь.

— Ты принесла костюм медсестры и бабушкины травы? — пошутил Макар, но в его голосе слышалась лёгкая настороженность.

— Круче, я, когда была на прошлых выходных у неё в гостях, делала уборку в чулане. Ииии, нашла там кое-что интересное, — интригующе протянула Эля, загадочно улыбаясь. Она обвела взглядом каждого из друзей.

— И что это? — с нетерпением спросил Расуль, перестав жевать, он вытер руки салфеткой.

— Я продолжу, если меня никто не будет перебивать, — возразила Эля, подняв указательный палец. Её взгляд стал серьёзным и строгим.

— Мы все внимательно слушаем тебя, — ответил Роман ласково, жестом призывая остальных молчать.

Ребята замолчали, и в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихой музыкой. Эля медленно, с расстановкой, достала из своей вместительной сумки среднюю картонную коробку, перевязанную бечёвкой.

— Какая вместительная у тебя сумочка, — шутливо заметил Максим, пытаясь разрядить обстановку, но тут же получил лёгкий тычок в бок от Алины.

— Тихо, — прошептала Алина, глядя на подругу с ожиданием.

— Ничего, — ответила Эля подруге, не отрывая взгляда от коробки. Она аккуратно развязала бечёвку, и её лицо стало более серьёзным, почти торжественным.

— Это переход или, как правильнее сказать, в общем, с помощью этого можно копаться в чужой голове или снах. — Ребята хотели возразить, но Эля жестом руки показала знак-жест «стоп» и продолжила рассказывать, подняв ладонь. — Подождите, я объясню. В этой коробке находятся нужные нам ингредиенты. Для того чтобы мы могли заглянуть в человеческую душу, покопаться в чужих мыслях и многое другое, — ответила Эля, при этом её пальцы слегка дрожали от волнения.

Она открыла коробку и с благоговением выложила содержимое на скатерть: пучки сушёных трав, издававших пряный, слегка горьковатый аромат, небольшую пиктограмму, зеркало среднего размера в почерневшей рамке, книгу в потёртом кожаном переплёте с пожелтевшими страницами, а также четыре свечи: чёрную, красную, зелёную и белую. Каждая свеча была разной высоты и толщины, но все они выглядели как будто их использовали не один раз — края оплавились, фитили были обгоревшими.

— И в чьей душонке ты хочешь покопаться? — с нескрываемым интересом спросил Роман.

— В Анжелиной, — твёрдо ответила Эля, не моргнув глазом. Её голос был решителен, а в уголках губ промелькнула едва заметная усмешка.

— Зачем тебе эта бездушная тварь? Она, кстати, в Москву уехала учиться, — ответил Расуль, пожимая плечами и откидываясь на спинку стула. Он явно не понимал, зачем вообще тратить время на такую личность.

— Мне она всегда не нравилась, и я хочу разобраться в некоторых вопросах, которые меня интересуют, — уверенно ответила Эля. В её голосе звучала стальная нотка, которая не оставляла сомнений, что она уже всё решила.

— Да, не она тебя тогда слила твоему возлюбленному Арсену? — неожиданно вставил Макар, пристально глядя на неё.

— Тебе откуда знать? — резко накинулась на Макара Эля, её глаза вспыхнули гневом, но она быстро взяла себя в руки. Она продолжила, уже более уверенно: — Я, когда была с Игорем в кафе, сама видела, как она выходила из него. Она вполне могла меня сфотографировать и отправить компромат Арсену.

Эля отвечала, испытывая сильную злость, которую тщательно скрывала от друзей. Внешне она оставалась спокойной, но в её мыслях уже вертелось только одно: какая эта Анжелика дрянь. «Я накажу её, я опытна в магии, такие ритуалы я на раз прохожу. Я ей устрою Варфоломеевскую ночь». Друзьям Эля, думая об этом, смотрела в глаза и мило улыбалась, стараясь не выдать своих истинных намерений.

— Да, ладно, ребята, это всё ерунда. Давайте попробуем, всё равно это полный мистический бред. Пусть наша Элечка успокоится, — заступился Максим за Элю. Он старался сгладить неловкость и разрядить обстановку.

— А давайте! — сказал Роман, замахнув стакан мартини и залпом выпил его, при этом отведя взгляд от Макара, словно избегая его неодобрительного взгляда.

Все ребята поддержали Элю, не воспринимая всё происходящее всерьёз. Они воспринимали это как очередную забаву, способ скоротать вечер. Макару ничего не оставалось делать, как согласиться с ребятами. Одному против всех ему было не выстоять в дискуссионном споре. Да и никто бы его не поддержал, тут хотя бы от процесса не отстранят. Поэтому он принял решение решать проблемы по мере их поступления, мысленно готовясь к возможным последствиям.

— А теперь начнём подготовку к ритуалу, — скомандовала Эля, её голос прозвучал решительно. Она вынашивала в мыслях тщательно продуманный план наказания для дешёвой доносчицы, и ничто не могло её остановить.

Роман, стараясь угодить прихотям Эли, быстро подошёл к выключателю и выключил свет в комнате, погрузив всё вокруг в полумрак. Через шторы пробивался лишь слабый уличный свет, создавая причудливые тени на стенах. Одновременно Расуль быстро подошёл к окнам и плотно задёрнул шторы, чтобы атмосфера стала ещё более зловещей и таинственной. Алина же тем временем быстро и сноровисто убрала со стола всё лишнее: пустые тарелки, салфетки, остатки закусок. На скатерти осталось лишь то, что выложила Эля — зеркало, пиктограмма, книга, свечи и сушёные травы. Место для ритуала было готово.

Когда все удобно расположились вокруг стола, Эля начала свой ритуал. Сначала она аккуратно расставила свечи по четырём углам стола так, чтобы они образовали чёткий квадрат, символизирующий власть и силу. В центр она поместила круглое зеркало, которое играло ключевую роль в её замысле. Одним словом, с помощью него открывается портал, пересекающий потусторонние измерения, как луч, и переносит их в душу нужного человека. Под зеркалом была расположена тщательно сплетённая из медной проволоки пентаграмма. Затем она достала фотографию Анжелики, вырезанную из общей фотографии с выпускного вечера, расположив и закрепив фото так, чтобы глаза Анжелики были направлены именно туда, где проводился ритуал, и чтобы она словно встречалась взглядом с участниками действия.

После этого Эля достала небольшую кастрюлю и положила туда травяной сбор, аккуратно подожгла его так, чтобы травы тлели, а не горели — из кастрюли стал подниматься густой дым. Кастрюлю она поставила на пол, и дым медленно заполнил комнату создавав нужную атмосферу, пропитывая всё вокруг своим ароматом. Постепенно воздух в квартире стал тяжёлым, чуть влажным, насыщенным терпким запахом трав и воска.

Открыв книгу с заговарами Эля окинула всех присутствующих внимательным взглядом. Затем, не колеблясь, начала читать заклинание, произнося слова с чёткой интонацией и внутренним напряжением. Макар, наблюдавший за всем этим занятием, ощущал, как по его телу пробегают холодные мурашки, вызывая дрожь от непонимания и лёгкого страха. В мыслях он уже почти осудил происходящее, считая это опасной и сомнительной затеей, за которую в скором времени им всем придётся расплачиваться. Внутри него начало нарастать стремительное чувство погружения в нечто незнакомое и таинственное, похожее на сон.

Внезапно Макару резко захотелось спать, словно кто-то невидимый опустил на него тяжёлое одеяло усталости. Горевшие свечи стали расплываться в его глазах, их пламя превратилось в причудливые треугольники и искажённые фигуры, а запах тлеющей травы становился всё более насыщенным и обволакивающим, унося его глубже в состояние полусна.

Макар, сопротивляясь изо всех сил, пытался открыть глаза, но смог лишь медленно моргнуть, и в этот момент с удивлением заметил, что все остальные ребята, включая саму Элю, уже спят. Их тела безжизненно развалились в креслах, лица были бледными, а дыхание ровным и спокойным.

Макар почувствовал, как постепенно теряет контроль, погружаясь в сон, словно падает с высокой многоэтажки в бесконечную пустоту, цепляясь за воздух и пытаясь удержаться на грани бодрствования. Вихрь ощущений закрутился вокруг него, всё становилось размытым и неясным. И вдруг произошло резкое пробуждение — Бах! Он открыл глаза и обнаружил себя в совершенно незнакомом месте. Вокруг царила густая темнота, а вдали едва слышны были приглушённые голоса его друзей.

— Эй, вот и ты присоединился к нам, — растерянно подметил Максим, до конца не осознавая, что происходит.

— Что за дела? — возмущенно переспросил Расуль, смотря прямо Эле в глаза.

— Спокойно! Сейчас по-тихому разберёмся и уйдём, — уверенно ответила Эля, имея небольшой опыт в подобных ситуациях.

— А разве тут не должно быть светло? — настороженно спросила Алина, оглядываясь по сторонам, где царил почти полный мрак.

— А чё вы, этим не первый раз занимаетесь? — удивлённо уточнил Роман, пытаясь разглядеть что-то в темноте.

— Нет, но к этой мы первый раз зашли— ответила Эля, её голос звучал ровно, несмотря на нервозность, витавшую в воздухе.

— А как обратно свалить? — Максим, не скрывая своего волнения, задал уточняющий вопрос.

— Не переживайте, разум простого человека, как и его душа, слишком слабы, и мы спокойно сломаем её волю и проснёмся. Мне бабушка об этом много раз рассказывала, — уверенно ответила Эля.