Это моя мечта. Книга 2

Она расчесала волосы – кончики сами закручивались.

Надо купить мультистайлер, – в который раз мелькнула мысль.

Пара пшиков медовых духов. Небольшая спортивная сумка с вещами – чтобы отвезти к Эшу. Делли вышла в гостиную. Эш сидел, закинув ногу на ногу, листая что-то в телефоне. Она подошла, положила ладони ему на грудь и поцеловала в шею. Он поднял руку и накрыл её ладонь.

– Ты собралась?

– Ага.

– Вещи взяла?

– Взяла, – прошептала она ему на ухо.

– Пахнешь твоими духами, – сказал он, откидывая голову на спинку дивана.

Делли наклонилась, её волосы упали ему на лицо. Целоваться снизу вверх было непривычно – и от этого ещё интимнее.

– У нас есть время, – прошептал он.

Она слегка прикусила его верхнюю губу.

– Нету, – ответила с улыбкой и выпрямилась.

Эш прищурился – губы покраснели, щёки порозовели.

– Идём, – сказала Делли.

Он натянул очки и подхватил её сумку.

По дороге Делли увлечённо расписывала Эшу планы.

– Мне надо купить телефон и мультистайлер, – говорила она, глядя в окно. – Кстати, мне как раз упало десять тысяч с съёмок.

Она улыбнулась – искренне обрадовалась. Правда, почти половина уже ушла на квартиру: четыре тысячи двести долларов за аренду и коммуналку. Остальное – на жизнь. Она помнила и о тех деньгах, которые отец откладывал для неё до самой смерти. Лежали нетронутыми на отдельном счёте. Делли даже мысленно не позволяла себе к ним прикасаться – словно это было последнее, что от него осталось, и тратить их значило бы окончательно отпустить.

Эш кивнул, не отрывая взгляда от дороги.

– Отлично, – коротко сказал он.

Он подвёз её к Westfield Century City – большому, светлому моллу, где всегда пахло кофе, парфюмом и новыми вещами.

Делли вышла из машины, и Эш сразу взял её за руку, переплетая пальцы.

– Ты чудесно выглядишь, малыш.

Она улыбнулась.

– Спасибо.

Щёки залил лёгкий румянец.

Он потянул её прямиком в Apple Store.

– Эш, – Делли замедлила шаг, – может, возьмём что-то обычное? Тут же цены заоблачные…

Эш снял очки и посмотрел на неё поверх оправы.

– Делл, ты серьёзно готова уйти с iPhone обратно на андроид?

Она сжала губы. iPhone был лучше – и она это знала.

– Вот видишь, – он усмехнулся.

Они подошли к витрине. Делли открыла рот.

– Две тысячи долларов? – прошептала она. – Это что вообще такое…

iPhone 17 Pro, 2 TB, её прежний был на терабайт – и казался теперь почти скромным.

– Выбирай цвет, – спокойно сказал Эш.

– Я… не знаю. Наверное, белый. Синий уже был.

Эш подозвал консультанта. Тот принёс запечатанную коробку и начал оформление.

Делли вдруг вспомнила:

Он подарил мне такой же, когда мы только начали встречаться. Ему вообще не жалко денег? – мелькнуло в голове.

Она достала карту.

Эш нахмурился и мягко отодвинул её руку.

– Делл, ты что, с ума сошла?

– Я сама могу, Эш, правда…

Он посмотрел так, что спор сразу потерял смысл. Делли отошла, делая вид, что разглядывает витрину.

Бесполезно, – подумала она.

Она подошла к MacBook, нажала пару клавиш. Такие мягкие, упругие – не то, что на её старом HP Compaq, где заедала буква N.

Цена: 3 500 долларов.

Делли тихо рассмеялась.

– Они тут все с ума сошли, – пробормотала она.

– Согласись, приятные клавиши, – сказал Эш, обнимая её сзади. – Хочешь его?

– Я? Нет, пойдём. Эти цены… – она покачала головой.

– Это нормальные цены для хороших вещей, – засмеялся он.

– Ага, – фыркнула Делли.

Он передал ей пакет.

– Спасибо, Эш. Ты снова подарил мне телефон.

– Поправочка, – сказал он. – Там ещё наушники.

– Что?! – Делли заглянула внутрь. – AirPods Pro 3 – модель третьего поколения. Ты с ума сошёл?

– Нет, – спокойно ответил он. – Я просто хочу, чтобы у тебя было всё самое лучшее. Для меня это мелочи.

Мелочи…Да у меня аренда дома в Майами дешевле, – пронеслось у неё в голове.

Она встала на носочки и поцеловала его.

– Этого мало, – усмехнулся Эш, заправляя ей локон за ухо.

– Да ты что? – прищурилась она.

– Ага, – игриво сказал он.

Делли рассмеялась, понимая, на что он намекает.

– За подарки не просят платы. Забыл?

– Я бы не отказался от ответного подарка, – прошептал он ей на ухо.

У неё всё внутри сжалось. Она слегка толкнула его плечом.

Следующим был магазин Dyson. Делли точно помнила: на съёмках ей всегда делали укладку именно этим стайлером. Она ходила вдоль стеллажей, Эш плёлся сзади, вздыхая.

– Вот он, – сказала она, беря фен в руки.

Цена: 534 доллара.

После iPhone и MacBook – смешно. Она выбрала голубо-розовый.

На кассе Делли решительно отодвинула Эша.

– Эш, я сама заплачу.

Он, молча забрал её карту, убрал в карман и приложил свою. Кассирша улыбнулась.

– Эш! – Делли скрестила руки.

Он поднял ладони.

– Ни за что, Делл. Пока ты со мной – ты не платишь. Хочешь сама – ходи одна. Но ты моя девушка, и я не собираюсь стоять рядом, как истукан.

Ей было приятно, и стыдно – одновременно, словно она брала в долг.

Он взял пакет и потянул её к выходу.

– Ты обиделась, что я купил тебе Dyson? – засмеялся он. – Ты меня поражаешь.

– Нет, – спокойно ответила Делли. – Мне просто неловко. Для тебя это мелочь, а для меня – большие деньги. Я могу сама.

– Делл, – он вздохнул. – Я сказал свою позицию. Закрыли тему.

Дальше был магазин одежды. Делли редко обновляла гардероб, но сегодня хотелось отвлечься. Она ходила между вешалками, долго выбирала, ничего не нравилось. Эш вздыхал за её спиной. В пятом магазине она наконец нашла: два платья из мягкого хлопка голубое и лавандовое, облегающие шорты, Эш настоял, несколько футболок и топов.

Итого: 1 180 долларов.

Они вышли к машине. Эш закинул пакеты на заднее сиденье и рухнул за руль, простонав.

– Я убит. Просто убит.

Делли рассмеялась.

– Что дальше?

– Ресторан. Или куда угодно. Главное – уехать отсюда, – сказал он, заводя машину.

Делли и Эш сидели в Nobu Malibu – у окна, откуда открывался вид на океан. Внутри было приглушённо, дорого и слишком спокойно для того, что происходило у неё в голове. Делли заказала мисо-суп, роллы с лососем и бокал белого вина. Эш – стейк вагю средней прожарки, салат с тунцом и саке, но в итоге ограничился вином. Он сидел, быстро печатая кому-то в телефоне. Делли рассматривала зал, людей – безупречно одетых, уверенных, будто им здесь принадлежало всё. Пока заказ не принесли, она машинально пролистала телефон. Эрик звал на сёрф.

Эрик: привет Делл, пойдешь со мной на серф сегодня?

Делли: привет, не могу, планы…

Она убрала телефон и снова огляделась – и вдруг заметила, как мужчина с длинным объективом камеры целенаправленно снимает их столик. Сердце неприятно ёкнуло.

Делли наклонилась к Эшу:

– Эш… нас фотографируют.

Он поднял голову, посмотрел в ту сторону и тяжело вздохнул.

– Не обращай внимания.

– Ты серьёзно? – Делли подняла брови.

– Сейчас, – коротко сказал он, вставая.

Эш направился к охране. Делли снова посмотрела на мужчину – тот продолжал снимать, не скрываясь.

Господи… Как он вообще сюда попал?

Через минуту фотографа уже вежливо, но настойчиво выводили из ресторана. Эш вернулся за стол, будто ничего особенного не произошло. Делли прикусила щёку. Она всё поняла.

Это из-за него. Он – актёр. Она – только начинающая. Кому она вообще нужна сама по себе?

– О чём ты думаешь? – спросил Эш.

– Не знаю… – пожала плечами Делли. – Часто тебя вот так снимают?

Он откинулся на спинку стула, расстегнув пару пуговиц на поло.

– Не так часто, как тебе кажется. Теперь выложат в сеть и напишут: «Эш Пим и его новая девушка».

Делли тихо рассмеялась.

– Боже…

– А что? – он посмотрел серьёзно. – Не хочешь, чтобы все знали, что ты моя девушка?

Им принесли еду и вино. Делли отпила глоток.

Эш наклонился ближе:

– Ты не ответила.

Она поставила бокал.

– Эш, для меня не имеет особого значения, что пишут в сети. Мне важнее то, что происходит в жизни. Мы знаем, что мы вместе.

Он медленно отпил вина, не отводя взгляда.

– Дейзи Линетт, – спокойно сказал он. – Её Рэнни оплатил, верно?

Делли чуть не подавилась.

Она подняла глаза – Эш смотрел спокойно или старался.

День был таким хорошим…И снова Рэнни.

– Да, – выдохнула она. – Он сам её подобрал и оплатил.

Эш кивнул.

– Почему ты не согласилась на моего агента? Марка Хейла. Он очень хороший. Я бы оплатил.

Делли нервно усмехнулась.

– Ты серьёзно? Когда ты мне его предложил, мы почти сразу разругались.

А агент был нужен срочно. Рэнни просто нанял Дейзи – и всё. Я не стала отказываться. Она мне нравится, и мы сработались. Я не буду её менять. Теперь всё?

Эш вздохнул. Челюсть напряглась.

– И тебя не смущает, что она общается с его агентом, Стейси?

– Почему меня должно это смущать? – Делли посмотрела прямо. – Мне всё равно, кто с кем общается. Ты мне не веришь?

Он ничего не ответил.

Конечно, не верит, – подумала она.

– Слушай, – сказала Делли тише, – если тебе так важно обозначить наш статус… я могу что-нибудь выложить.

Эш рассмеялся.

– Ты серьёзно? Не надо. Я не хочу чувствовать, будто принуждаю тебя показывать, что мы вместе.

Делли вздохнула и, будто между делом, спросила:

– А как там Снежана? Вы же снимаетесь вместе.

Она отпила вина и прищурилась, глядя на него. А внутри – всё тот же порочный круг ревности и воспоминаний.

Эш улыбнулся, посмотрел в сторону, потом на неё.

– Всё нормально. Работаем. Смены редко совпадают.

– Мм, – протянула Делли, уставившись в тарелку и агрессивно начала тыкать палочкой в роллы.

Эш продолжил, уже серьёзно:

– Секс был ради карьеры. Её отец – продюсер. Это был шанс на хороший сериал. Очень хороший. Так делают многие.

Он сделал паузу.

– А потом появилась ты. Я разрывался. Я не мог просто выйти из договора – а она думала, что мы в отношениях. Но я уже был с тобой.

Он посмотрел прямо.

– У неё сейчас другой парень. Если ты думаешь, что, между нами, что-то есть – нет. И ни с кем у меня ничего не было, когда мы расстались. Я говорю тебе всё, как было.

Делли слушала, чувствуя, как голова начинает гудеть.

– Я не хотел спать с тобой тогда, – продолжил он тише, – потому что винил себя.

Мне казалось, я тебя замараю. Ты… ценная. Потому что тебя не использовали, как большинство здесь.

Делли медленно подняла на него глаза.

– Я… – тихо сказала она. – Я не знаю, что сказать.

Мысли путались. Вопросов было слишком много. Но он был честен и это что-то значило.

Эш резко кинул салфетку на стол.

– Пойдём. Я хочу домой.

Он бросил деньги на стол, взял её за руку и повёл к выходу.

РЭНИИ

Рэнни собирал сумку. Наконец-то выходные Эта неделя была такой тяжёлой, что ему казалось – он умер. Внутри всё выгорело. Съёмки, бессонные ночи, то, что он узнал, – всё это давило так, что иногда хотелось просто лечь на пол и перестать шевелиться. Он ждал звонка от Луиса. Тот уже был на острове, где находилась Ники. Рэнни потратил на расследование и организацию её возвращения сто восемьдесят тысяч долларов. Деньги, связи, перелёты. И он не был уверен, что это вообще имеет смысл. Если Делли плевать на него и она уже с Эшем. Если ей всё это не нужно – ни правда, ни его старания. Он чувствовал себя дерьмом. Никогда в жизни он так ни перед кем не распинался. Никогда не унижался. Никогда не цеплялся. А сейчас он складывал вещи, чтобы лететь двенадцать часов из Лондона в Лос-Анджелес, не зная, захочет ли она вообще его видеть. Или говорить с ним или хотя бы открыть дверь.

Имеет ли это смысл?

Он сам не знал. Но он так по ней скучал. По её лицу, волосам, телу, запаху. Ему хотелось просто прижаться к ней – без слов, без объяснений. Ощущение было таким, будто они не виделись вечность. Иногда он заходил на её страницу с фейкового аккаунта. Там не было ничего нового – только та самая фотосессия. Он долго рассматривал её. Пытался представить, какая она сейчас вживую с этой стрижкой. Смеётся ли так же. Так же ли морщит нос. Рэнни застегнул сумку, закинул её на плечо и вышел из квартиры.

Глава 14.

ДЕЛЛИ

– Мы можем заехать ко мне? – сказала Делли, глядя на Эша. – Я забыла книгу, не закинула её в сумку.

Он был нахмурен и смотрел только на дорогу. После ресторана он будто стал другим – замкнутым, тяжёлым.

Эш коротко кивнул.

Делли прикусила щёку. Он помог ей – пусть ненадолго – забыть о Ники. Но, кажется, всё хорошее имеет свойство заканчиваться. Она забежала в квартиру, быстро скинула обувь. Эш остался в машине.

Делли подошла к полке.

– Вот ты где… – тихо сказала она, доставая «Маленького принца».

Она уже шла обратно, когда книга выскользнула из рук. На пол упал свёрнутый лист бумаги. Делли замерла, затем подняла книгу и лист. Она не помнила, чтобы клала его туда.

Последним эту книгу читал Рэнни, – пронеслось в голове.

Пальцы дрогнули, когда она развернула бумагу. Лицо стало бледным. Сердце забилось так сильно, что в груди стало тесно. Подступила тошнота.

Она начала читать.

Делли.

Моя любимая Делли-Мелли.

Я не знаю, как уложить всё это в один лист бумаги. Сказать тебе это в лицо я точно не смогу. Мне не хватает смелости. Потому что рядом с тобой я безоружен.

Ты смотришь на меня – и я теряюсь. Я отказался от съёмок и уехал в Англию. Прошу, дочитай до конца. Я сделал это, чтобы дать тебе время. Время понять, что ты на самом деле чувствуешь ко мне. Я не хочу быть запасным вариантом. Не хочу быть утешением. Я хочу, чтобы ты любила меня по-настоящему. Я хочу, чтобы ты горела мной так же, как я горю тобой. Ты не представляешь, как мне тяжело писать это после всех ночей с тобой. Чёрт, я не хочу отрываться от тебя. Меня разрывает изнутри, и я не знаю, как проживу хотя бы день без тебя.

Ты – моя волна.

Сильная, живая, бесконечная.

Та, что сбивает с ног и учит дышать заново.

А я – твой берег.

Тот, кто всегда ждёт.

Даже если его размывает штормом.

Пусть я не рядом – я мысленно с тобой, Делл.

Всегда. Ты – любовь всей моей жизни. И мне не страшно сказать это вслух, потому что это правда.

Ты – моя мечта.

Самая большая.

Самая недосягаемая.

Бесконечная и такая близкая, что я не могу до тебя дотянуться.

Ты однажды спросила меня, какая у меня мечта. Я сказал, что не готов её раскрыть. Теперь готов.

Моя мечта, Делли, – чтобы ты сказала, что любишь меня.

Это моя мечта.

Быть с тобой всегда и везде. Любить тебя и быть тобой любимым. Я надеюсь, что ты найдёшь это письмо. Потому что это моя надежда. Я трус, потому что не сказал тебе этого в лицо и написал здесь. Я боюсь, что ты будешь меня ненавидеть за то, что я исчез. Но у меня не было выбора. Я очень страдаю. Но какое бы решение ты ни приняла – я всё равно буду любить тебя. Всегда…

«Надо было судить не по словам, а по делам. Она дарила мне свой аромат, озаряла мою жизнь. Я не должен был бежать. За этими жалкими хитростями и уловками я должен был угадать нежность. Цветы так непоследовательны!».

Слёзы подступили внезапно. Делли почувствовала, как они обжигают глаза. Она подняла взгляд в пустоту.

Он не бросал меня…

Мысль ударила резко, болезненно.

Какая же я глупая.

– Самого главного глазами не увидишь, – прошептала она. – Зато сердцем – всегда.

Вот что он сказал тогда в их последнюю встречу.

Как я не догадалась? Он ведь постоянно держал её за руку. Всегда. Будто боялся отпустить.

Делли опустила взгляд на книгу.

Мыслей совсем не было. Признание в любви – то, о котором она могла только мечтать, – лежало у неё в ладонях. Все муки. Все ночи без него. Всё это было его просьбой.

А я… ничего не поняла.

– Делл? – раздалось из-за двери.

Она вздрогнула.

Делли резко убежала в спальню, быстро свернула листок и спрятала его между сложенной одеждой.

– Делл? – снова крикнул Эш.

Она тут же вышла, держа книгу в руках.

– Прости… я… заискалась, – голос дрожал. – Ты, наверное, заждался.

– С тобой всё в порядке? – он приподнял бровь.

– Да… я просто… про Ники вспомнила. Нахлынуло.

Он любит меня. Любит.

Мысли неслись без остановки.

Моя мечта, Делли, – чтобы ты сказала, что любишь меня. Это моя мечта.

Эш тяжело вздохнул.

– Тогда поехали, я устал. Хочу домой.

Делли молча кивнула и вышла следом.

– Может, у меня останемся? – вдруг спросила она.

Эш покачал головой, даже не обернувшись. Он выглядел холодным и чужим. Они ехали молча. А Делли вся была там – в письме. Теперь, когда она смотрела на книгу, ей казалось, что она принадлежит ей и Рэнни. Эш никогда не любил «Маленького принца». А Делли – обожала. Перечитывала миллион раз, пыталась навязать ему цитаты. Рэнни же, похоже, понимал эту книгу. Говорил её фразами и чувствовал так же.

Но я сделала выбор, – сказала она себе. – Эш рядом со мной.

Хотя где-то глубоко мелькнула мысль, от которой стало страшно:

Если бы я нашла письмо раньше…

Делли резко стерла её.

Нет. Я больше не имею права предавать Эша.

Он положил руку ей на колено.

– Прости, малыш. Я был груб. Просто устал.

Она повернула к нему голову.

– Можешь остановить машину здесь?

Эш нахмурился.

– Здесь?

– Да.

Он плавно свернул и остановился у пустынного пляжа. Вокруг – никого. Только океан и шум волн. Делли отстегнулась и, не давая себе времени передумать, перелезла к нему на колени. Эш не успел даже удивиться – она уже впилась в его губы, кусая, жадно и отчаянно. Начала тереться о него, чувствуя, как тело отвечает мгновенно.

Эш положил руки ей на ягодицы, прижимая сильнее, почти до боли.

– Делл, ты что?.. – прошептал он хрипло.

Она посмотрела ему в глаза, провела пальцем по его нижней губе.

– Просто дай мне то, что я хочу, – прошептала она.

Эш улыбнулся – медленно, хищно – и стянул лямки её платья вниз. Ткань сползла, открывая грудь. Он провёл ладонью по коже – медленно, от ключицы вниз. У Делли по телу пробежали мурашки, дыхание сбилось.

Я не должна думать о Рэнни. Не должна. Я выбрала Эша. Нужно забыть.

Эш наклонился, поцеловал её грудь – сначала нежно, потом покусывая, оставляя лёгкие следы. Делли опустила руки к его брюкам, расстёгивая ремень дрожащими пальцами.

Телефон Эша зазвонил – резко, настойчиво. Он скинул звонок, не глядя. Но через секунду – снова.

Эш выругался тихо, взял трубку.

Делли не остановилась – провела ладонью по нему через ткань, чувствуя, как он напрягается под пальцами. Эш закрыл глаза, и тихо выдохнул.

– Нет, я не могу сейчас, – бросил он в трубку. – Кристофер, отстань от меня. Решай сам… Нет. Я… Ладно, чёрт тебя подрал.

Он сбросил вызов, швырнул телефон на пассажирское сиденье.

Делли натянула лямки обратно, перелезла на своё место. Щёки горели.

Эш сжал губы.

– Делл, прости. Чёрт… Я увезу тебя домой и съезжу к Кристоферу. Это мой коллега по съёмкам – нажрался, не может уехать сам.

Делли прикусила губу, глядя в окно.

– Ладно, – тихо сказала она.

Машина снова тронулась. Океан остался позади – тёмный, равнодушный. В салоне повисла тишина – густая, тяжёлая. Делли смотрела на свои руки и думала только об одном:

Я почти забыла. Почти.

Эш вошёл следом за Делли, молча поставил пакеты у стены и вышел, даже не обернувшись. Делли медленно прошла в спальню, переоделась в свои вещи.

Почему моя жизнь такая? – снова и снова задавалась она вопросом.

Она разблокировала телефон.

Сообщение. И мир будто дёрнули из-под ног.

Ники: срочно, мать твою, приезжай в Бока-Ратон. Делл, ты просто охренела. Что ты творишь.

Сердце ухнуло вниз.

Делли тут же нажала «вызов».

Абонент недоступен.

– Я ничего не понимаю… – сказала она вслух и села на кровать.

Страх накатывал волнами. Отпускал – и возвращался с новой силой. Её постоянно мутузило со всех сторон.

Она набрала Грейс. Та ответила сразу.

– Грейс?

– Да, Делли. Что случилось?

– Прости меня… – быстро заговорила Делли. – Прости, что сорвалась тогда. Я просто… ты не поверишь, что произошло.

Грейс тяжело вздохнула.

– Ну давай, говори.

– Ники написала: «срочно приезжай в Бока-Ратон», и не берёт трубку. А ещё… – Делли сглотнула. – Утром я звонила в Мадрид, в полицию. Мне сказали, что больше недели назад её мама сняла заявление о пропаже. Сказала, что Ники нашлась. Но сама она уже несколько дней не отвечает, хотя мы договаривались созваниваться.

Повисла пауза.

– Охренеть… – присвистнула Грейс. – Делл, я думаю, ехать надо. Сто процентов.

– Меня вообще отпустят? – голос дрогнул. – Завтра съёмки, я даже билеты ещё не смотрела… Господи.

– Думаю, ты сейчас отпрашиваешься и ищешь ближайший рейс, – быстро сказала Грейс. – Тут без вариантов.

Делли выдохнула.

– Да… да, ты права.

– Дааа, Делл, – усмехнулась Грейс. – С твоей жизнью точно не соскучишься.

– Это точно, – криво улыбнулась Делли.

– Так… вы с Эшем вместе? – осторожно спросила Грейс.

Делли потерла лоб.

– Похоже на то, но…

– Но?

– Я нашла письмо от Рэнни. В книге, которая нам обоим нравится. Там… признание в любви. Он отказался от съёмок, чтобы дать мне время понять, что я к нему чувствую.

– Та-а-а-ак… – протянула Грейс. – И что ты чувствуешь?

Делли сглотнула.

– Я… не знаю. Я люблю Эша и уже решила. Я выбрала его.

– Нет, Делл, – резко сказала Грейс. – Ты просто вернулась туда, откуда начала.

Делли замерла.

– Эш был с тобой, когда твой отец умер. Он твой первый половой партнер. Ты привязана к нему из чувства долга – потому что он когда-то был рядом. Как и сейчас, с Ники: ты волновалась, страдала, переживала, что Рэнни кинул тебя – и вот опять Эш, как по расписанию, появляется в такой момент. Делл, тебе нужно к психологу. Я не поддерживаю ни Рэнни, ни Эша. Они оба мне не нравятся. И мне безумно жаль, что ты застряла в этой дыре. Но я тебя люблю, чертова ты сука.

Делли улыбнулась – сквозь ком в горле.

– Я тоже тебя люблю.

– Главное, чтобы ты реально была счастлива. Если тебя отпустят – заедешь в Майами?

– Конечно заеду. Я скучаю ужасно, Грейс.

– Я тоже скучаю, Делл. Ладно, мне пора, Саша ждёт. Пока.

Разговор закончился. Делли откинулась на подушку, глядя в потолок. Стало чуть полегче – не потому, что всё прояснилось, а потому, что Грейс была Грейс: честной, жёсткой и своей до конца.

В голове вдруг всплыла строчка из книги, которую она недавно читала – «Крупная рыба»:

«Постепенно он пришёл к мысли, что всё хорошее в жизни происходит именно благодаря его отсутствию».

Делли закрыла глаза. Может, и правда. Может, всё хорошее случается, когда она остаётся одна – без Эша, без Рэнни, без этой вечной гонки за кем-то, кто должен её спасти. Она открыла глаза. Нет, не сейчас. Сейчас нужно найти билет. И понять, что происходит с Ники. Она встала, открыла ноутбук. Пальцы уже летали по клавишам – поиск рейсов, Бока-Ратон, завтра утром. Делли позвонила Джону Харперу не сразу. Она несколько раз смотрела на его имя в контактах – большой палец зависал над кнопкой, потом убирался. Телефон ложился экраном вниз, потом снова брался в руки. В конце концов она выдохнула – резко, как будто воздух в груди кончился – и нажала вызов. Пришлось рассказать всё. Про пропажу Ники. Про странное злое сообщение. Про звонок в мадридскую полицию и равнодушный голос, который сказал: «Заявление снято. Мать отозвала». Про тревогу, которая уже неделями жила в ней постоянным фоном – как шум в ушах, от которого не спрятаться. Про бессонницу, когда она лежала и смотрела в потолок, считая трещины, вместо того чтобы спать. Харпер слушал молча. Не перебивал, не вздыхал, не вставлял «я понимаю». Просто слушал. Когда она замолчала, в трубке повисла короткая, осязаемая пауза.

– Делли, – сказал он наконец, спокойно, без лишней жалости, – в таком состоянии ты всё равно не сможешь нормально работать. Возьми неделю. Разберись с этим. Мы подождём.