Немые секреты Похьярви

– О, это у тебя Jil Sander? – вдруг показала пальцем девушка на юбку из шерсти, кружева и органзы. – Офигеть, она такая классная. У меня такая же, мама не разрешила взять сюда.

У Линды всегда была возможность одеваться в премиум-сегменте – у семьи процветал архитектурно-девелоперский бизнес в России и Эстонии, но она предпочитала качественные, красивые вещи, не гоняясь за брендами. Более того, девушка даже на них не смотрела, поэтому вряд ли могла назвать больше, чем несколько милых сердцу названий типа эстонского эко-бренда Guild, Celine или как раз Jil Sander.

– Ага, – кивнула новоприбывшая студентка, – мне нравится разница текстур.

После этого на полке разместились многочисленные флаконы парфюмерии – от ниши до локальных брендов – маленькая, но порой очень дорогая слабость, которую девушка себе позволяла.

– А кто твои родители? – села на её кровать Вика.

Такое посягательство на личную территорию с первых минут перекосило душевное равновесие, но внешне Линда постаралась сохранить невозмутимость, лишь подвинула часть вещей в сторону.

– У них архитектурный бизнес, строят эко-коттеджи в России; в Эстонии свой завод. Мама ещё держит арт-салончик, – стараясь не выдать слишком многого, осторожно ответила она. – А твои?

– Мой отец тоже девелопер! – подпрыгнула соседка, подобрав под себя ноги, – только в Питере, квартиры премиум и бизнес-класса. Класс, мы с тобой подружимся!

Своё согласие новенькая выразила кратким «угу», вешая на плечики одно из платьев.

Когда всё, кроме спрятанных документов, было разложено, она посмотрела на соседку.

– Если не возражаешь, хотела бы немного полежать, приехала ночью…

Сочувственное выражение появилось на лице Вики, и она с балетной грацией вспорхнула с постели.

– Надеюсь, ты по ночам всё же спишь, – нервозно посмеялась девушка.

Аналитическое чутьё взвыло сиреной. Не успев опуститься на подушку, агентка приподняла голову, вопросительно уставившись на неё.

– А что, были с этим сложности?

Всё должно звучать так, словно это было лишь вопросом удобства, а не личного интереса. Прошлой соседкой Вики была одна из жертв, а это означало, что лучше ресурса, чем эта болтушка, не найти.

– Да нет, – начала щёлкать пальцами, стараясь успокоиться, Вика, – но Нина меня пугала, где-то пропадала ночами, что-то шептала постоянно, приходила в комнату вся в грязи и бледная как смерть…

Она посмотрела Линде прямо в глаза остекленевшим взглядом.

– И в течение года становилось всё хуже и хуже… Я даже ночевать начала у Ноа, – и в этот момент соседка переключилась и засияла, – это мой парень! У него как раз тоже сосед погиб… С вашего курса, тако-о-ой он шикарный… Мы начали в середине того года встречаться.

– «Невероятно…» – отрешённо подумала агентка. – «Она в одном монологе умудрилась рассказать и про свою погибшую соседку, и про парня, и про то, что у него тоже погиб сосед…»

От напряжения запульсировало в правом виске, что заставило зажмуриться и помассировать голову.

– Погоди, – внезапно хрипло остановила этот поток слов девушка, – такое совпадение… А как звали соседа Ноа?

– Э-э-э… Дилан… Кетола вроде, – отстранённо ответила Вика.

– Очень жаль, конечно… спасибо, – слабо ответила новоприбывшая студентка, борясь с накатывающей головной болью.

Пообещав себе зафиксировать всё услышанное позже, уставшая Линда погрузилась в поверхностный сон. Ей снилось, что вода из Ладоги вышла из берегов и затопила все найденные улики, заставляя девушку отступать ближе к академии, прятаться за высокими стенами.

Из дремоты её выдернуло прикосновение к плечу, сопровождаемое шёпотом.

– Линда-а-а, ты пойдёшь на ужин? – это была Вика. – Пойдём, всё покажу.

Быстро вскакивая, девушка пригладила одежду и накинула жакет.

– Я готова, – она положила смартфон в небольшую сумку.

Обеденный зал в свете хрустальных люстр был более выразительным, чем днём. Помимо накрытых уже знакомых столов вдоль стены появились металлические салат-бары – свежие овощи, зелень и фрукты. У кофейной стойки столпилась очередь изголодавшихся по очередной порции кофеина студентов, заставляя приходящих протискиваться дальше боком.

Запахи горячей пищи кружили голову и ускоряли слюноотделение, хотелось поскорее приступить к трапезе, оставив этот день позади. Её новообретённая соседка периодически пропадала где-то впереди, чирикая с другими студентами, но при этом исправно вела Линду вперёд.

Внезапно вкрадчивый баритон промурлыкал сбоку, принеся с собой лёгкий флёр хвои.

– У нас за столом есть вакантное место. Займёте? – это снова был Артур, который в одной руке нёс тарелку с зеленью, а другой ограждал их от снующих из стороны в сторону людей.

Это предложение было заманчивым, пусть и опасным: парень её сегодня спас, но цену за это студентка ещё не осознала. Вика исподлобья посмотрела на студента, затем – с опаской – на новенькую.

– Спасибо за предложение, – она позволила лёгкой улыбке коснуться её губ, глядя прямо на собеседника. – Но увы. Сегодня меня уже ангажировали провести вечер в другой компании. В следующий раз?

– Конечно, – вежливо кивнул он, сверкнув глазами.

Вика привела новую подругу за стол, где ещё осталось несколько свободных мест.

– Ребята, – крикнула она, – это Линда. Моя новая соседка. Перевелась к нам на третий курс. Сегодня её первый день.

Три симпатичные девушки и двое достаточно суровых на вид парней практически одновременно подняли глаза на Линду, неожиданно дружелюбно улыбнулись и нестройным хором поприветствовали девушку.

– Приветик!

– Добро пожаловать!

– Здорово!

Постаравшись рухнуть на стул как можно более элегантно, новенькая осмотрела всех и, подначиваемая шёпотом «скажи “приве-е-ет"», помахала обеими руками.

– Всем привет! Рада познакомиться!

Дальше её подорвали за собой в сторону салат-бара, где сунули в руку тарелку. Линда старалась даже не думать, только следовать от точки до точки и снова к столу. Очень хотелось есть, поэтому микс овощей, ароматное картофельное рагу и чашка чёрного чая исчезли со стола очень быстро, вызывая приятно тяжёлое чувство спокойствия. Разговоры звучали глухо, агентка слушала их вполуха – про пары, оценки, снова про вылазки в Питер, слухи и всё такое. Впервые за день она испытала что-то вроде умиротворения и даже перекинулась парой фраз с новыми знакомыми.

– Линда, а почему ты решила перевестись к нам? – сквозь сытый гул донёсся голос одного из второкурсников.

Легенда, придуманная специально для этого, должна была работать идеально.

– Я – этническая эстонка, хоть и жила всю жизнь в Москве. Родители решили отправить меня изучать более релевантное направление поближе к их родине. Планируют переносить часть бизнеса из России в Европу.

Раздались понимающие и даже удивлённые вздохи.

– Да… у меня тут вообще все по линии матери учились…

– Меня сюда отправили, чтобы не отсвечивала…

– Ого… я выгрызла грант сюда, мне бы ваши проблемы…

Огонь камина расходился тёплой волной, отражаясь рыжими языками на хрустальных подвесках. Ужин подходил к концу, студенты начали лениво расходиться. Из их стола, прощаясь, вставали второкурсники.

– А-А-А-А! Господи! – в коридоре раздался женский вскрик и продолжительный грохот.

Мысль даже не успела сформироваться, как стул с грохотом практически летел на пол, повинуясь рефлексу спасателя. Холод коридора после нагретого зала вызывал мелкую дрожь, зубы стучали. Часть студентов торопилась посмотреть, что произошло, взбудораженные резкой реакцией новенькой.

Картина у лестницы, которая и послужила источником звука, одновременно и радовала, и печалила. Инга сидела на мраморном полу вся в ссадинах, одна нога вывернута под странным углом в колене. Молодая женщина стонала, слёзы текли по щекам градом боли и ужаса.

– Инга, что произошло? – Линда за несколько шагов была уже у неё, стараясь не трогать ногу, но присаживаясь, чтобы поддержать её. – Принесите льда и позовите помощь!

Она посмотрела на собравшихся учащихся и выбрала глазами одну из девушек, стоящих рядом с Викой. Распыляться на пустые зовы было нельзя. Та, кивнула и скрылась за прирастающей толпой.

– Помощь уже здесь, – раздался властный голос госпожи Аалтонен.

Ректор твёрдым шагом приближалась к месту происшествия вместе с Гохманиным. Глава охраны был, судя по всему, неизменным её спутником.

– «В этот раз не пришлось решать всё самой. Спасибо и на этом», – усталая мысль появилась ядовитым уколом.

Они подошли к девушкам.

– Снова вы оказываетесь ближе всех к пострадавшему… – с недоверием отчеканил мужчина.

С удовольствием закатив глаза в ответ на этот выпад, студентка процедила.

– Я прихожу на крик, не могу оставаться равнодушной. Обвините меня в эмпатичности и умении оказывать первую помощь?

– Ильвес, успокойтесь и будьте рядом с вашим куратором, – бросила Синикка и позвонила медикам. – Всем разойтись. Здесь не на что смотреть.

От её жёсткого тона стало не по себе, никто не смел спорить. Она оставила лишь двоих крепких парней на случай, если нужно будет перенести пострадавшую.

– Инга, что случилось? – спросила Линда, прикладывая принесённый лёд к ноге через одежду. – Как вы упали?

Молодая женщина плакала, не в силах сформулировать предложение. Лёгкие утешающие поглаживания по спине делали своё дело, через несколько минут она всё же услышала тихое.

– Я… шла. И была одна в коридоре, точнее… наверное, одна… И меня толкнули! Я почувствовала толчок в спину… Все подумают, что я споткнулась… – и Инга снова разрыдалась, закрывая рот одной рукой.

– Прямо почувствовали? А видели или слышали что-то? – продолжала свой допрос агентка.

Пострадавшая сокрушённо помотала головой.

Связано ли падение куратора с вереницей убийств студентов, ещё предстояло выяснить, особенно если окажется, что женщина действительно упала не сама. Нужно осмотреть холл и второй этаж. Просто на всякий случай.

Передав всё ещё всхлипывающую Ингу в руки медиков, Линда встала и посмотрела на ректора.

– Могу идти?

Госпожа Аалтонен лишь кивнула, выражая согласие, а студентка скрылась за поворотом, дожидаясь, пока уйдут все вовлечённые. Когда в коридоре стало тихо, она осторожно прошмыгнула к ступенькам и стала подниматься наверх. Небольшие капельки крови были, но это лишь подтверждало, что пострадавшая поранилась при падении. Наверху тоже было чисто – ни соринки, ни видимого отпечатка.

В приглушённом свете глаз уловил движение справа, сердце подпрыгнуло к горлу. Линда повернулась, но ничего не увидела. Пару шагов и снова движение по стене. Казалось, что кто-то водит её вокруг запутывая. Даже послышался тихий смех и шуршание одежд – эти звуки могли быть и миражом, просто отзвуком сквозняка – заставляли оборачиваться и злиться от досады. Тот, кто это делал, почему-то всё время оставался в слепой зоне.

– Кто здесь? – с вызовом прошипела она. – Покажись!

В ответ на это шорох лишь усилился и начал удаляться внутрь по правому крылу. Новоприбывшая студентка метнулась за ним, надеясь уловить хоть призрачную зацепку. Она заглядывала в кабинеты, ощупывала стены, следила за тенями – ничего.

В какой-то момент шаги раздались за её спиной. Холод прошёлся вдоль позвоночника, мурашки пронзили всё тело тонкими иглами. Чужое присутствие ощущалось отчётливо. Поворачиваться было страшно в первую очередь из-за того, что она снова могла упустить след.

Решение пришло быстро: Линда достала телефон и посмотрела за плечо через камеру – ничего. Совсем. Тогда она развернулась. Одновременно с этим погас свет, и распахнулись окна в коридоре. Холодный октябрьский ветер пробрал до костей, завывая как и прошлой ночью. Захватило дух – теперь казалось, что шорох везде – по стенам, потолку и полу – что он внутри её головы.

Ноги отказывались двинуться даже на миллиметр. Девушка услышала странный, невоспроизводимый шёпот. Словно сами стены академии исторгали его, желая изгнать вмешавшуюся в естественный порядок преступницу. Против воли она вслушивалась в течение звуков. Они повторялись и повторялись, наращивали мощь, давили изнутри черепной коробки. Когда стало совсем нестерпимо, колени подогнулись, и студентка рухнула на пол со сдавленным вскриком, стараясь заткнуть уши дрожащими руками.

– Kaikkisalaisuudetpittäyjäädäveđenalle… – снова тот же набор звуков разносился гулким шёпотом по коридору.

– Я не понимаю… не понимаю… – хныкала она.

– Kaikki… salaisu… udet…

Смартфон в руке мигнул разблокированным экраном, выводя её из невменяемого состояния. Из груди вырвался полувздох, полувсхлип; шёпот стал тише. Не смотря в устройство, Линда решила уловить шелест на диктофон.

С выключенной записью прекратилась и эта чертовщина: окна снова были закрыты, свет снова включился, звуки затихли. Аккуратно поднявшись на ещё трясущихся ногах, девушка ещё раз осмотрела коридор и холл, а затем побрела в свою комнату.

Вика лежала на своей кровати, листала учебник и дёргала ногой в такт играющей в наушниках музыки. Она вскочила с кровати, как только увидела соседку краем глаза.

– Ну что там? Ваш куратор в порядке? – взволнованным потоком посыпались вопросы.

Настроения открывать рот не было, но успокоить новую знакомую стоило.

– Ингу забрали медики, с ней всё будет хорошо, – ровно ответила агентка. – С остальным разберутся, скорее всего, она просто споткнулась…

– Фух, ну и стресс! – опустила плечи она. – Нам надо расслабиться. Бери полотенце и тапочки.

– Чего? – нахмурилась Линда.

Хотелось лечь и тихо расплакаться от напряжения, отвернувшись к стене. Идти, коммуницировать с людьми… на это не было морального ресурса. А ещё совсем не было времени пробежаться по делам убитых.

– Пойдём купальни. Тебе понравится! – воскликнула Вика и перекинула своё полотенце через плечо. Она выглядела как человек, который не воспринимал отказов.

– Не думаю, что у меня есть силы… – попыталась отмазаться она.

– Вот они и появятся! – не унималась соседка. – Ты не представляешь, как там здорово…

Предложение вызвало противоречивые чувства. С одной стороны, это был хороший шанс разведать обстановку и изучить новое место, которое, судя по услышанным сегодня разговорам, было крайне популярно среди студентов. С другой – после всего пережитого за неполные два дня накликивать на себя новые – а Линда не сомневалась, что они будут – приключения не хотелось. Но она продрогла в коридоре, пока пыталась не сойти с ума окончательно, и погреться – было самое то… Но для этого есть душ, с другой стороны…

– Хорошо! Идём… – сдалась новенькая вздохнув. Сторона за перевесила против, но что-то всё равно терзало её – ощущение, что будет не так просто.

Они вышли из комнаты, спустились на первый этаж и завернули в ещё один коридор за одной из дверей в холле. Точнее, как оказалось, это был тёплый переход в корпус, где и располагались купальни.

– Господи, сколько же тут коридоров… – почему-то прошептала новенькая.

Её сопровождающая хихикнула.

– Привыкнешь. Не так много, как может казаться.

Как скоро стало понятно, купальни располагались за основным зданием, ближе к лесу, и поэтому из окон одновременно завораживающе и зловеще виднелась стена деревьев.

– Зимой тут, должно быть, сказка… – восхитилась Линда.

– Ага, и зимой на праздники запускают открытый горячий бассейн – лежишь прям под снегом… Кайф! – согласилась Вика, открывая дверь.

Их встретил знакомый всем и невероятно приятный термальный запах. Чувствовалось, как каждая клеточка тела наполняется тяжестью предвкушения отдыха.

– Смотри: тут женское крыло, а там, – девушка махнула рукой в противоположную сторону, – мужское.

Войдя в светлую и просторную раздевалку, Вика продолжила.

– Есть ещё смешанная зона. Она открыта по праздникам и там же выход на террасу с открытым источником. Есть купальный дресс-код… – она сделала паузу, чтобы снять платье, – ну сама понимаешь… Здесь же, – здесь она избавилась от колготок, – все голышом.

Конечно, это было понятно. Новоиспечённая студенка была против, нет. Её это вообще никак не тревожило. Будни в училище при ведомстве научили не стесняться собственного тела и чужих глаз на нём. Методично и размеренно она снимала вещи и складывала их на свободный кусочек лавки.

– Охренеть! Как ты сделала такой пресс? – раздался восклик рядом. – Кому ты продала душу за такую фигуру?!

– Спортзалу и режиму, – пожала плечами Линда, разворачиваясь к Вике. – Никаких секретов.

– «Потренируйся в моём режиме, и у тебя будет всё, что пожелаешь», – мысленно добавила она и отправилась за новой знакомой.

Сами купальни выглядели как античная сказка наяву. Слегка затуманенное паром пространство в светлом мраморе было достаточно большим, чтобы без труда разместить человек 150. Круглых бассейнов было несколько, лёгкая подсветка ступеней в воде мягко рассеивалась в дымке. Арочные своды обрамлялись колоннами с лепниной в виде лебедей, на стенах виднелись ансамбли плиточек с северными орнаментами. И как увидела новенькая, это был только первый зал.

– Там у нас есть сауна и ледяной бассейн, – проследила за её взглядом сопровождающая. – Хочешь туда?

– Нет, давай понежимся здесь, – ответила девушка.

Они были далеко не одни – по 5-10 человек было в каждой чаше. Соседки выбрали самый свободный. Линда собрала волосы в пучок и сделала шаг в воду, затем ещё один, ощутив, как её тело обволакивает почти горячая вода. Это было как нежные объятия старого друга, когда тело и разум не могут быть нигде, кроме как в настоящем, а радость встречи затмевает, пускай и на время, все невзгоды текущих дней. Пар скрывал тела, позволяя не думать о собственной наготе. Было видно, что девушки чувствуют себя здесь свободно.

Девушка громко и с наслаждением выдохнула, чем вызвала улыбки других.

– Понимаю, – сказала одна из незнакомок – яркая, высокая блондинка с большими карими глазами, – после тяжёлого дня только так.

Улыбнувшись собеседнице, Линда прошла к бортику – вода доходила ей до плеч – и облокотилась на него, позволяя телу обмякнуть в воде. Она лениво обвела глазами пространство: показалось даже, что никого рядом нет, но со второго раза она увидела и Вику недалеко, весело щебечущую что-то ещё одной красотке.

Через некоторое время от горячей воды сердце забилось быстрее и зашумело в голове, поэтому студентка, подтянувшись, уселась на краю бортика. Она видела, что некоторые тоже так делают, оставляя мокнуть лишь ноги. Стало полегче, но нужно было ещё привыкнуть к таким банным процедурам.

– Если совсем жарко, встань под прохладный душ и попей воды, – посоветовала всё та же блондинка. – У сауны всё есть.

– Ты спасительница, – взмолилась студентка, – спасибо!

В зале с холодной купелью действительно было два душа и столик с водой. Жадно отпив, она встала под холодные струи воды. Это действительно помогало – в голове пропало неприятное ощущение, а сердце замедлилось.

– «Давай заканчивать», – строго сказала Линда сама себе и вышла в общий зал.

Нашла глазами Вику и головой показала на дверь. Та кивнула, и новенькая отправилась в раздевалку, обмотавшись полотенцем.

Там Линда не торопилась: высушила волосы феном, обсушила кожу и размяла тело, покрутив головой и плечами – остаточная слабость от перегрева ещё не исчезла. Но пропало кое-что другое – её одежда.

Агентка аккуратно перебрала всё, что лежало или висело в помещении. Посмотрела за дверью, в углах, в туалете и душевых – вещей нигде не было. Даже возникла мысль, что она забыла, как выглядит то, что она носит, и тогда девушка обыскала раздевалку ещё раз. Ничего.

– Да что б тебя! – в сердцах выругалась она.

Злое отчаяние наполнило разум: казалось, этот день не закончится никогда.

Глава 5

Вика заглянула в раздевалку, когда Линда в пятый раз осматривала там углы.

– Ты что-то потеряла? – заинтересованно спросила она.

– Да, кто-то украл всю мою одежду, – чуть ли не прорычала новенькая, поворачиваясь к соседке.

Ойкнув, та стала помогать перерывать вещи. Спустя ещё несколько минут потерявшая одежду девушка внутренне собралась, позволяя мозгу отключить любые переживания.

– «Плевать. Какая бы дрянь это ни сделала, пусть подавится. Я была в ситуациях похуже», – зло думала она, потуже заворачиваясь в полотенце. Оно прикрывало всё, что нужно, поэтому решение было принято без возможности отказа.

– Давай принесу тебе новый комплект? – неуверенно спросила знакомая.

– Не стоит, – ухмыльнулась новоприбывшая студентка, – пусть насладятся шоу, если уж так хотелось.

Затолкав прочь все сомнения, она открыла дверь и вышла в общий холл здания. Шаг твёрдый, взгляд вперёд, голова гордо поднята. Внутри крутились догадки: было понятно, что эта шалость была подстроена. Линда не могла отделаться от ощущения, что её соседка тоже в этом замешана. Ну что же, не в её правилах сдаваться и показывать даже намёка на слабость.

Мероприятие для проходивших мимо студентов Похьярви действительно оказалось развлекательным: девушка чувствовала на себе взгляды, кто-то опускал глаза, но в основном её разглядывали. Обувь ей также не оставили, поэтому тапочки слегка отстукивали пяткой по мрамору, издавая чужеродный для этих стен звук.

– «Вы словно не видели красивых девушек в полотенце», – закатила глаза она, идя к своей комнате. – «Сочувствую».

Уже у себя агентка переоделась в пижаму и проверила телефон: сообщений по делу Маркуса в защищённом канале ведомства не было. Изучение дел студентов было принято отложить как минимум до завтрашнего утра.

Бороться со сном не было сил, поэтому через пять минут сон укутал её в свои объятия, и даже включённый свет не помешал погружению в спасительную негу.

Подъём в 6 утра был рутиной, от которой отказаться можно было в крайнем случае, например, как при почти бессонной ночи, но сегодня был один из нормальных дней. Линда открыла глаза без будильника, села рывком и осмотрелась. Проморгавшись и привыкнув к темноте, она нашла глазами силуэт соседки на кровати в другом конце их комнаты. Она ожидаемо спала.

Это был хороший момент, чтобы поработать, не привлекая лишних вопросов от своей слишком болтливой соседки. Девушка тихо встала, наступая на носки, подошла к чемодану и маникюрными ножницами вспорола, стежок за стежком, днище чемодана. Три дела убитых в прошлом учебном году студентов были практическими невесомыми, показывая, как мало известно о произошедшем. Помимо них, с собой в ванную она взяла телефон, ежедневник с ручкой и наушники.

Замок слегка щёлкнул, отрезая её от внешнего мира. Дела были разложены веером по полу: нужно было найти закономерности, понять, что же ещё ускользает в этой цепочке, почему жертвами стали именно эти люди.

Дилан Кетола. Британец, потомок аристократов, на момент гибели учился на третьем курсе. Отправлен сюда родителями на перевоспитание: в бумагах было указано, что у парня наблюдались проблемы с поведением во всех местах обучения.

– Видимо, родители решили, что север, да ещё и в России образумят сына, – пробормотала под нос Линда, делая заметки себе. – Здесь у него тоже было несколько выговоров… И Вика упомянула, что он был соседом её парня…

В ежедневнике появилась запись «Узнать!», и дальше на очереди была Нина Афанасьева – русская немка, выигравшая полный грант на обучение в академии. Училась на четвёртом, выпускном, курсе. Призёрка и победительница различных лингвистических олимпиад не только в Германии, но и в России, участница профильных конференций и хакатонов для студентов. Возможно, они даже пересекались – лицо на фотографии было смутно знакомым.

Снова ничего экстраординарного. Кроме вчерашних слов Вики о том, что Нина не спала по ночам и странно себя вела, а также приходила грязная и бледная. Новые заметки перекочевали на бумагу, как и вопросы: «Она копалась где-то? В лесу? Тела? Может, ритуалы?».

– «Надо будет узнать про Дилана… Может, он тоже пугал своего соседа?» – размышляла она, продолжая делать заметки, – «Надо попросить Вику познакомить нас с кавалером».

Третьей жертвой стала Вера Лунд – студентка из Швеции и богатая наследница медиа-корпорации. Она так же, как и Дилан, была на третьем курсе в прошлом году.

– «Тоже третий курс… и Маркус сейчас на третьем курсе… Но Нина была на четвёртом в том году», – зацепка попала в блокнот в качестве гипотезы. – «Не сходится… но потенциал есть».

Вера занималась лингвистикой, как и все здесь, любила музыку – играла на скрипке. Примерная дочь своих родителей: увлекалась фехтованием, классическим танцем. Зацепиться мыслью было не за что. Нужно будет понять, с кем девушка общалась: возможно, кто-то сможет вспомнить перемены в ней или странные события, в которых Вера принимала непосредственное участие.

Закончив с изучением дел, агентка переключилась на запись диктофона. Внезапная мысль пронзила мозг практически физической болью.