Магический университет Скандийской империи (МУСИ). Факультет хиромантии

Магнус медленно оглядел меня, как будто искал невидимые трещины. Мне совсем не понравился этот взгляд. Да и дальнейшее тоже не сильно меня радовало.

– Значит, это она, – тихо произнёс он. – Не представляю, что ты нашёл…

– Магнус, – жестко перебил Эрик, – веди себя прилично.

– Я веду, – холодно ответил тот, всё ещё глядя на меня. – Просто предупреждаю. Ты не понимаешь, что происходит вокруг тебя, предсказательница.

Это заставило меня нахмуриться:

– Что Вы двое устроили? И что Вы имеете в виду?

– То, что не всё здесь – игра. – Его глаза на мгновение стали серьёзными, почти тревожными. – А ты ходишь по краю. – Это он сказал Эрику. Эрик сжал мою талию сильнее, чем нужно.

– Магнус ты мне обещал.Мы поговорим позже. – Магнус тихо фыркнул и отвернулся. А я почувствовала странный холодок по коже.

На долгое время этот вечер перестал быть для меня неприятным. Мы с Эриком общались с ребятами, пили вкусные напитки и ели воздушные закуски. Он умудрился сделать много моих фотографий на сетрикс. И даже пару наших общих фото. Мы смотрелись вполне гармонично. Сам Эрик был одет в чёрный парадный костюм со значком факультета на груди. Ещё Эрик звал танцевать у меня даже получалось не наступать ему на ноги. Было иногда неловко и смешно, а пару раз мы едва не упали на другую пару. Ещё мы смеялись, кружились и очень часто от смеха сбивались с ритма. В какой-то момент он подхватил меня за талию и подкинул вверх. Я даже пискнуть не успела, но я почти уверена, что это было очень красиво. Однако, несмотря на веселье, я замечала зависть в чужих глазах. Особенно мне не понравился взгляд Далии, встретившийся мне в толпе, но Эрик быстро заставил меня об этом забыть. Мы наконец немного устали от танцев и отошли в сторону.

– Видишь? – сказал Эрик, глядя в глаза. – Всё не так уж сложно.

Моё дыхание сбилось. В этот момент он выглядел совсем иначе – мягким, тёплым… слишком близким. И я уже было подумала, что не так уж и плохо делать вид что мы пара. Но позже случилось то, что разрушило настроение и совершенно меня переубедило. Мы стояли в стороне в компании Далии, которая щебетала без умолку о чём-то понятном только им, двоим. Что-то о воспоминаниях из прошлого. А Эрик даже не замечал её посылов в его сторону. И её прикосновения к нему тоже им замечены небыли. Зато я заметила. Очень хорошо заметила. Мне наскучила эта игра в "посмотри я ему ближе тебя" и решила отойти и что-нибудь употребить, так сказать. Я уже развернулась в сторону столиков с едой и напитками, но Эрик остановил меня – схватил за руку слишком грубо, а в глазах мелькнуло что-то даже злое.

– Куда это ты без меня? Не уходи одна, – сказал он резко. – Я же сказал, что нужно быть рядом.

– Эрик, я просто хочу воды. Да и у тебя с Далией отлично идёт разговор. Ничего страшного не произойдёт если я недалеко отойду.

– Ты не понимаешь. Есть люди, которые…– зашипел он мне. Его глаза мигнули искрами.

– Ты меня что, контролировать собрался? – злость вспыхнула мгновенно. – Мы же играем, да? Так вот – ты сейчас заигрался. Иди к своей Далии и не беси меня. Сам с девками воспоминаниям предаёшься, а мне даже отойти нельзя. Мог бы и сам побеспокоиться и принести попить, но ты так занят своей подругой. Вот и сиди тут с ней! – Я вроде говорила шёпотом, но почти уверена, что нас слышали все, кому надо. Ну и пофиг. Совсем за игрушку меня держит что ли? Он открыл рот, но я уже вырвала руку и отступила. Эрик остался стоять, сжав кулаки.

Я отошла в сторону, пытаясь успокоиться, и тут рядом оказался он. Высокий, с тёплой улыбкой и взглядом человека, который будто умел слушать.

– Всё в порядке? – тихо спросил он.

– Да. Просто… устала, – голос дрогнул, когда он протянул мне стакан с водой.

– Тогда это пригодится. Меня зовут Кристиан Христа.

– Очень приятно. Агата Сагасас.

– Я знаю. На самом деле я надеялся, что увижу Вас здесь и смогу познакомиться. – он обворожительно, но смущённо улыбнулся мне.

– Почему? – я крайне удивилась.

– Потому что… – он смутился сильнее, – мне нравится на Вас смотреть. Вы… живая. Настоящая. Когда Вы смеётесь – в зале будто становится светлее.

Я вспыхнула как спичка. Эрик всегда говорил мне комплименты, но так не говорил никогда.

– Кристиан… Это неожиданно.

– Можно один танец? – мягко спросил он. А я кивнула. Ну а что. Этому… драконищу можно с бабами ворковать, а мне нельзя на кого-то даже внимание обратить? И мы танцевали. Медленно и спокойно. Его рука держала мою очень бережно, как будто она была чем-то хрупким и ценным.

Он рассказывал мне о тренировках боевиков, шутил, спрашивал об учёбе, интересовался, нравится ли факультет хиромантии. Мы довольно легко перешли на "ты". И чем дольше мы общались, тем сильнее я чувствовала… тепло и лёгкость. Раньше казалось что всего два парня могли принести мне подобные ощущения, но видимо я не права. Когда танец закончился, Кристиан посмотрел мне в глаза и тихо сказал:

– Если тебе когда-нибудь понадобится компания… или просто поговорить… я рядом. Всегда. Я не смогла ответить – только кивнула.

И в этот момент я увидела разъярённое лицо Эрика. И так мне смешно стало прямо не передать. Он явно бесился, а я порадовалась, что теперь мы поменялись местами и может теперь он поймёт каково мне. В тот момент я и не подумала, что он может и не понять ничего и что скоро мне станет совсем печально.

Он просто быстро подошёл, взял за руку, сказал " мы уходим" и потащил к выходу. Мы молча шли, Эрик зло сопел, но ничего не говорил. Однако я больше не расстраивалась по этому поводу. Поведение дракона меня всё ещё бесило, но радовало то, что я смогу отправить маме новые фото и рассказать о таком замечательном бале. Возле комнаты мы разошлись. Эрик ничего не сказал, а просто развернулся и ушёл. Я не стала расстраиваться, а вошла в комнату, переоделась, умылась и легла спать. К сожалению, это были мои последние спокойные дни в Университете.

Глава 8

Агата Сагасас

С того вечера бал стал для меня запретной темой. Мне больше не хотелось вспоминать о тех словах, что сказала Эрику, и о его реакции : болезненной, резкой, чужой. В герцоге драконьей крови взыграла упрямая гордость, и он, вместо того чтобы попытаться загладить свою вину, ушёл в хмурое молчание. А потом просто… перестал говорить со мной. Зато очень часто стал общаться с Далией. Поэтому я тоже не стала делать попыток подойти первой. Слишком больно и несправедливо.Так и прошёл первый месяц, а потом и второй. Комнаты, коридоры факультета, даже утренние практики, всё превратилось в узкие тропинки, по которым мы научились обходить друг друга. Я просила магистров поменять мне куратора практики, но мне отказали. И мне приходилось наблюдать за их милованием, а потом ещё и терпеть её на практике. Хотя не смотря на моё упорство у меня ничего не получалось увидеть кроме того, что я видела раньше.

И будто этого было недостаточно, к этой болезненной ситуации прибавился Кристиан. Нет он не был слишком навязчив, но он напоминал мне о том, что доверие это слишком дорогой товар нынче и я старалась держаться отстранённо. Однако с появлением Кристиана атмосфера как-то изменилась. Я не сразу это заметила, зато заметили другие. Особенно мои дорогие соседки.

Он никогда не подходил ко мне слишком близко, не навязывался, но почти каждое утро я находила на своей парте крошечную вещицу: матовую бусину удачи, свёрнутую записочку с поздравлением по поводу успешно выполненного задания, тонкий шелковый шнурок цвета ночного неба для создания закладки для книг. Я всегда удивлялась как он всё узнавал, но он просто улыбался и говорил:

– Ничего криминального Агата. Просто услышал от других.

И это было странно, но в чём-то приятно. Он умел быть внимательным без давления и тёплым без навязчивости. Присутствовать – но не занимать собой моё пространство. Он так отличался от Эрика, что было сложно поверить в то что он тоже боевик. Я очень старалась не довериться ему слишком сильно как когда-то уже сделала с другими, но он будто и не замечал моей лёгкой отстранённости и просто был.К концу семестра я уже знала: если день начался плохо, Кристиан обязательно найдёт способ поднять мне настроение. И, возможно, именно поэтому я не заметила, как его мягкое участие стало частью повседневности.

Но то, что происходило помимо Кристиана , тяжело давило на меня. Девочки в комнате хоть и знали, что случилось на балу, но тихо осуждали меня. Не грубо, не в лицо – просто едва заметные взгляды, короткие паузы в разговорах, шёпот, который словно бы случайно стихал, когда я входила. А я понимала, что возможно обманываю себя, но осознание что Эрик просто отвернулся от меня, когда я отказалась следовать его прихоти, меня давило камнем. Давило то что я доверилась ему, а он так поступил. И не только он. Каждый раз я вспоминала ещё одного предателя.

Рик, которому я доверяла свои секреты, без которого не обходился ни один мой вечер дома. Он пропал и сделал мне больно.Тот Рик… Тот самый Рик, пропажа которого когда-то терзала мои мысли, теперь был лишь дальним эхом. И осознание всего этого, поведение подруг, нагрузка в связи с предстоящей сессией давали свои плоды. Слишком много всего обрушилось на меня. Рассказывать маме я не хотела. Не стоит ей переживать. Я надеялась пробиться. Пробиться сквозь всё это самой. Но самое главное началось именно после бала. Нервы натягивались от того, что мои близкие будто отвернулись и именно в этот момент что-то изменилось.

Первые сны пришли внезапно.Сначала это были просто смутные силуэты, серебряный свет, похожий на просвечивающую ткань. Но с каждой ночью очертания становились яснее.И вот однажды я увидела Её. Богиня Феригг предстала не грозной, не величественной – не такой, как в легендах. Она была странно живой: с мягкими глазами, в которых мерцали миллионы нитей, и с голосом, который звучал так, будто я знала его всегда.

– Подойди, – сказала Богиня, и пространство сна расступилось, открывая бесконечный зал, наполненный серебряными путями. Я шагнула вперёд – и почувствовала, как нити касаются пальцев. Они дрожали, словно струны под лёгким ветром.

– Пришло время познакомиться ближе. Пора научить тебя тому, чему не научит ни один из твоих преподавателей.Я буду учить тебя связывать судьбы и создавать будущее, способное улучшить ситуацию в мире, а ты в замен однажды поможешь мне.

Я не стала спорить и уточнять. Кто спорит с богиней? Даже будь это просто сон я бы не стала этого делать. А я тогда точно понимала, что это мало похоже на сон. Слишком реально всё было. Богиня не обращала внимания на мой восторг, растерянность или на кучу рождающихся в голове вопросов. Она просто учила.

– Каждая судьба звучит по-своему, – говорила Богиня. – Научись их слышать.– И я училась слушать и даже слышала. Слышала, как одни нити пели о прошлом, другие рассказывали о настоящем, а третьи устремлялись в будущее. Я радовалась как ребёнок каждую ночь, когда рассказывала ей о своих необычных успехах. А она улыбалась мне как своей дочери и просила:

– Покажи мне.

Я просила рассказать мне для чего она меня учит, но она не отвечала. И тогда я рассказывала ей свои версии, основанные на том, что знала из поисков в тайной библиотеке. Каждый раз я уточняла права ли я, а богиня лукаво улыбалась и отвечала:

– Частично. Тебе рано знать всё.

Вам наверняка интересно чему она учила.Вначале Богиня рассказывала только теорию создания судеб. Что и как нужно делать, чтобы понять как будет лучше для мира. Именно для мира, а не конкретных людей или нелюдей. Богиня учила создавать судьбу странам и миру в целом. Рассказывала как при помощи священных предметов можно сплести новую ветку событий и направить мир по ней.

Вскоре я попросила не просто рассказывать, а показывать.И она показала. Как посмотреть прошлое мира— лёгким движением пальцев по нити. Как заметить, где судьба надорвана. Как аккуратно подправить узел, чтобы изменить путь по которому идут главные персонажи событий. Но каждый раз, когда я пыталась узнать что-то большее о своей роли, о будущем Богиня прекращала урок и туман расходился. Она всегда твердила одно и то же.

– Не сейчас. Ещё нет..

Так длились ночи. Я шаг за шагом училась плести судьбы, но оставалась в неведении о самой главной тайне. И чем ближе был конец семестра, тем сильнее звенели нити вокруг меня, словно предупреждая: Скоро всё изменится.

Так всё и случилось. Все странности начались со странных взглядов Магнуса. Он никогда не подходил ко мне, но всегда смотрел очень пристально. Особенно когда видел меня с Кристианом. А однажды я заметила странность. Эрик и Магнус стояли у входа в столовую. Они о чём-то шептались. В этот момент к ним подошла Далия, но Эрик будто змею увидел, скривился и сказал ей что-то резкое. Она отступила, а когда отвернулась от них чтобы уйти я увидела направленный на меня гневный взгляд. Казалось этот взгляд пронзил меня огненными стрелами ненависти. Она так ничего мне и не сделала, но на следующий день Университет всколыхнула новая история. Пропала очередная студентка, вот только на этот раз её нашли. Садовник нашёл тело девушки в дальней беседке. Бедолага сидела вся бледная на скамейке, а из её груди торчал ритуальный кинжал. В университете началось настоящее расследование. Всех студентов с курса убитой девушки допрашивали. И всех кто её знал тоже. Той ночью впервые за долгое время богиня ко мне не пришла.

А тем временем сессия уже почти была на носу. Наши будни обещали стать ещё сложнее, а мои нервы, не смотря на старания Кристиана, сдавали.

Эрик дэр Рагнар

Эрик шёл по коридору и выглядел так словно словно в голове у него погас свет. Громкая музыка и золотой блеск свечей стояли в ушах эхом, но главное – внутренняя боль, горячая и упрямая, будто царапала изнутри. Он не понимал, как они с Агатой вообще дошли до ссоры. Она… она ведь должна была его услышать. Должна была понять. Он ведь просто дорожит ей и хочет защитить. Ну и немного ревнует, но не это главное. Казалось бы Магнус был прав, но вместо понимания – холод. Слова Агаты, как лезвия. Её взгляд – отстранённый. А её танцы с этим Кристианом… Ему хотелось прямо там его сжечь.Он сжал кулаки. Драконья кровь кипела от обиды.

– Тяжёлый вечер? – раздался позади спокойный голос.Эрик вздрогнул. В коридоре стояла Далия – элегантная, спокойная, с идеальной осанкой и мягкой улыбкой. Кажется, она тоже покинула зал рано.

– Нормальный, – отрывисто сказал он, но вышло грубее, чем хотел.Она вздохнула с притворной сочувственностью.

– Эрик… я видела, что произошло с Агатой в зале. Она не должна была так поступать. Если хочешь можем поговорить. Иногда стоит довериться другу. Мы же друзья с первого курса. Ты раньше всегда всем делился.

Эрик хотел отказаться. Желание молчать горело в груди. Но в следующую секунду усталость перевесила. В нём боролась гордость и желание, чтобы хоть кто-то его понял.

– Ладно, – пробормотал он. – На минуту.

***

Комната Далии была аккуратной, пахла травами и чем-то сладким. Она усадила Эрика на мягкий диван и поставила перед ним кружку с горячим чаем.

– Попей. Это расслабляет, – сказала она, присаживаясь рядом.

Пар поднимался от кружки тонким серебристым дымком, чуть гуще обычного. Но Эрик не заметил. Он был слишком устал.Он сделал первый глоток.Чай был тёплый, пряный и отлично успокаивал огонь бушующий в груди молодого дракона.

– Хочешь рассказать, что случилось? – мягко спросила Далия.

Эрик выдохнул и стал говорить. Сначала короткими фразами. Потом они стали длиннее. С каждым глотком чай будто размягчал внутри него узлы. Он говорил о том, что он просто хотел помочь и стать ближе к Агате, а она не поняла его. Ещё и с Кристианом пошла танцевать. О том, как его злит собственная реакция. О том, как все стало слишком сложно.Далия слушала внимательно, слегка наклоняя голову. Иногда кивала, иногда сочувственно вздыхала. А пальцами незаметно касалась браслета на запястье – маленькой стеклянной сферы внутри которого лениво клубилось серое облачко.Когда Эрик допил половину кружки, что-то странное стало происходить.Сначала лёгкая усталость. Потом мягкая, странная пустота. Он хотел вспомнить выражение лица Агаты… но оно будто расплылось. Как картинка, на которой размазали краску.

– Далия… что-то не так, – пробормотал он, моргая.Она лишь коснулась его плеча.

– Просто чай подействовал. Он снимает лишнее. Ты слишком переживаешь, вот и всё.

Он хотел спросить, что за «лишнее», но мысль утонула в тяжёлом спокойствии. Мир немного сместился. Стало всё равно на ссору, на слова и на то, что она сказала. На то, что он чувствовал.Боль исчезла вместе с яркостью всего, что касалось Агаты.Как будто кто-то потушил часть его памяти. Не полностью. Но достаточно, чтобы всё стало… неважным.

– Спасибо, – хрипло произнёс Эрик, откидываясь назад. – Стало легче.

Далия улыбнулась. На губах – мягкость. В глазах – удовлетворение.

– Конечно, Эрик. Я же рядом.

С того вечера всё начало меняться.Эрик больше не искал взгляд Агаты. Не пытался остановить её, не ждал её в коридорах. Он просто проходил мимо, не замечая, как она вздрагивает от этого холодного безразличия.Зато рядом с ним всё чаще появлялась Далия.На тренировках она давала ему советы.На общих занятиях садилась ближе.Иногда протягивала ему ещё один «успокаивающий» чай.И весь семестр она была рядом ,слишком близко, слишком вовремя, слишком заботливо.И для всех вокруг казалось очевидным:Далия и Эрик вот-вот станут парой.

Агата же, стоявшая в стороне, видела только то, как Эрик снова и снова поворачивается спиной.И не знала, что истинная причина была скрыта в одном-единственном вечере, в кружке сладкого, мягкого, предательского чая. Она все больше переживала, но совершенно отказывалась выяснять что случилось с Эриком. Тем Эриком, который странно вёл себя в самолёте и космопорту, который помогал искать разгадку странных ситуаций и который мог обнять её не только руками, но и будто душой. Ей было вовсе не до этого. Ведь ее жизнь стала сильно сложнее.

Далия Лаутра

Он никогда не должен был смотреть на неё так. Эрик – с его гордой осанкой, с той бессознательной силой, что чувствуется даже в его дыхании, с этой упрямой, драконьей верностью, ради которой другие девушки вздыхали издалека… Он был слишком идеален, слишком недосягаем. И слишком долго принадлежал тени человека, которая этого не ценит. Агата… Агата появилась внезапно, словно случайная искра, упавшая в сухую траву и Эрик вспыхнул. Слишком ярко и быстро. Так резко, что я поняла: всё, это тот самый инстинкт драконов. Первое чувство к той, кто может стать парой.И я возненавидела её ещё до того, как осознала. Почему она? Почему не я? Я смотрела на Эрика много лет. Наблюдала за тем, как он взрослеет, как оттачивает магию, как осторожно держится от людей на расстоянии. Он казался безупречным, почти величественным и страшно одиноким. Мне казалось, что только я понимаю его. Именно я могла бы быть рядом. Я идеально бы ему подошла. Могла бы стать той, на кого он опирался бы. И всё бы сложилось… Если бы не Агата. Эта девчонка с глазами, полными недосказанностей. С вечной растерянностью в жестах. С этой её странной… судьбой, от которой даже воздух дрожал. Эрик смотрел на неё так, как никогда не смотрел на меня. Даже мельком. Как будто только Агата существовала в комнате.Как будто только она могла ему быть парой.И я поняла: если ничего не сделать – всё потеряно.

Мне давно была известна тайна драконов: связь с избранной девушкой можно ослабить или заглушить, если использовать зелье для тех, кто потерял свою истинную пару. Настой на дурмане, собранном в полнолуние. Травы, которые не вредят телу, но… размывают эмоциональные привязки. Делают воспоминания мягче. Охлаждают инстинкты. Я нашла это тайное знание в библиотеке. Очень удачно мне дали тему по истории и я смогла получить доступ в закрытую секцию. Потом я нашла ту, что смогла мне его приготовить и всё мне пояснить.

Всё оказалось намного проще чем в книгах. Если подмешать настой в напиток дракону, чувства на какое-то время исчезают, будто их кто-то накрыл вуалью. Настолько, чтобы он отвернулся от любимой, чтобы не чувствовал тяги. Достаточно, чтобы рядом встала другая. Потом надо было связать те чувства с собой другим зельем и всё. Единственной проблемой было то, что второе зелье готовилось дольше первого. Сильно дольше и дороже.

Для первой части плана мне нужно было лишь дождаться момента, когда Эрик будет уязвим. И бал предоставил идеальную возможность. Ссора, обида и разочарование. Треснувшее место, куда легко вложить яд. Когда Эрик вошёл в мою комнату, уставший, рассерженный, раздавленный собственными эмоциями, я знала: сейчас или никогда. Я сделала вид, что просто сочувствую. Поставила кружку перед ним. А внутри сердце стучало так, будто готово было выскочить.И когда он сделал первый глоток я почувствовала… облегчение. Сладкое, жгучее, почти болезненное. Потому что выиграла. Потому что наконец-то могла занять место, которое считала своим. А для закрепления эффекта подарила браслет, который хранился в моей семье веками. Ничего особенного, просто тот, кто носил его легко подчинялся манипуляциям с разумом. Естественно не всех, а только хозяина браслета. Хозяйкой было стать очень просто. Пара капель крови и привязка состоялась. Главное теперь было держать Магнуса подальше от Эрика, пока не будет готово второе зелье. Иначе он точно разрушит мои планы. В идеале до тех пор пока не найду способ привязать Эрика к себе. Ну или пока эта Агата не влюбится по уши в другого. Надо бы над этим поработать… Главное успеть.

Магнус Иримрон

С момента бала прошло много времени. Эрик помешался на Далии и избегал своего старого друга. Магнус всячески пытался застать Эрика одного, но не получалось. Далия каким-то образом постоянно была рядом. Даже на тренировках поговорить не получалось. Эрик просто избегал его. Поэтому Магнус стал следить за Далией и когда удостоверился, что её нет на территории МУСИ, пошёл искать друга, чтобы разобраться в том, что происходит.

Магнус нашёл Эрика на тренировочной площадке поздно вечером. Обычно дракон работал с огнём: циркулировал энергию, оттачивал резкость движений, прожигал воздух каждой вспышкой. Но сегодня… Эрик просто сидел на низкой каменной стене, лениво перебирая в руках браслет. Его взгляд был спокойным, слишком спокойным, стеклянно-удалённым.Магнус нахмурился.

– Ты чего здесь делаешь один? – спросил он, подходя.

– Отдыхаю, – ответил Эрик, даже не подняв головы.Магнус скрестил руки на груди.

– Отдыхаешь. Ага.Интересно, от чего? От Агаты? От меня? Или от собственных чувств, которые несколько месяцев назад чуть тебя не взорвали?

Эрик медленно моргнул, как будто впервые услышал про Агату.

– Агаты? – Он задумался. На несколько секунд слишком долго.И внутри Магнуса всё стало ледяным.

– Эрик, – голос сорвался на глухое рычание,– что, чёрт тебя дери, с тобой происходит?

Эрик пожал плечами – и это движение было таким безразличным, таким чужим ему, что Магнус шагнул ближе.

– Ты же… ты же сам говорил мне, что она тебе важна. Я помню, как ты спорил со мной , что должен соврать ей, чтобы стать реальной парой! А сейчас… ты даже не можешь вспомнить, что знаешь такую девушку? Друг я всё понимаю, бывает пары ссорятся и расходятся, но ты даже меня стал избегать. Ты изменился!

– Не вижу смысла вспоминать, – спокойно сказал Эрик. – Это было… давно. И неважно. Я не менялся, просто времени не было.

У Магнуса зубы стиснулись.

– Неважно? Это ты мне говоришь? И что значит времени не было? С каких пор у тебя нет времени на разговор с лучшим другом? Да ты же дракон, Эрик! У вас память на эмоции жёстче камня! После первой привязанности вы месяцами как безумные ходите! Друзей и любимых драконы не забывают!

Эрик поднял взгляд. И впервые Магнус увидел в этих золотистых глазах… пустоту и какой-то туман. И он понял.

– С тобой явно что-то не так, – прошипел он. – Заклятье. Зелье. Кто-то трогал твою голову.

Эрик вздрогнул едва заметно, но Магнус увидел и схватил его за плечи:

– Скажи. После бала ты что делал? Что ты пил? Что ел? С кем был?

Эрик дер Рагнар

Слова лучшего друга заставили меня замереть. В голове мелькнула тень сомнений, будто где-то в глубине памяти что-то шевельнулось, но не могло прорваться наружу.Что происходит? Магнус говорит… правду? Я должен помнить. Я же помню всё. Всю жизнь. Каждый запах, каждую эмоцию – драконья память не отпускает ничего. Но… когда я пытаюсь вспомнить Агату… что-то давит на виски, будто там туман стоит. Меня словно уводит в сторону. Я знаю, что она есть. Я понимаю, что мы разговаривали. Я даже знаю, что мы поссорились… Но как я чувствовал себя тогда? Что именно она сказала? Почему внутри не болит? Почему мне всё равно?

Я понимал что это ненормально. Ни один дракон, почувствовав тягу к девушке, не забывает её вот так. Эмоция должна впитываться под кожу. Остаться там, звенеть и жечь. Но у меня было пусто. Как будто кто-то стёр мазок краски с холста, оставив только следы кисти. Магнус говорит, я спорил с ним из-за неё. Что я был готов драться за неё с миром. Что она… что-то значила.