Печать души

Получилось… плохо.

— Привет… Андриан, — сказала она, чуть тише, чем, наверное, собиралась. — Я… рада, что ты здесь.

Я поймал себя на том, что не знаю, куда смотреть.

— Привет, — ответил я глухо и отвёл взгляд в сторону.

Мариус тихо кашлянул, будто решил, что пора вмешаться.

— Лисанна, проведи ему экскурсию. Покажи всё. А я пока… поговорю с дедом.

Он не стал ждать ответа и ушёл внутрь.

Мы остались вдвоём.

Лисанна посмотрела на меня, прикусила губу и осторожно протянула руку.

— Пойдём? Я всё покажу… Только… — она замялась на секунду, — не молчи, ладно? Мне немного страшно, когда ты молчишь.

Я пожал плечами.

Сказать мне было нечего.

Но я всё равно пошёл за ней.

Мы вошли в центральную часть дома — жилую.

Здесь всё было светлым и тёплым. Пол — из гладкого живого дерева, которое будто слегка пружинило под ногами. Стены… дышали. Я это чувствовал. Потолки высокие, под ними висели люстры из светящихся грибов, мягко разгоняющих сумерки.

В центре стоял длинный стол — вырезанный из цельного ствола.

— Здесь мы едим все вместе, — говорила Лисанна, оглядываясь на меня. — Каждый вечер в восемь. Никто не опаздывает. Дед этого терпеть не может.

Я кивнул, даже не задумываясь.

Из боковой двери в этот момент вышла женщина лет сорока.

Я сразу обратил внимание на детали.

Лицо в саже. Волосы растрёпаны. На щеке — свежий ожог в форме звезды. На ней был когда-то белый халат… теперь серый, прожжённый в нескольких местах. В руках она держала дымящуюся колбу, из которой капало что-то зелёное и тихо шипело.

— О, новенький! — воскликнула она с такой радостью, будто давно меня ждала. — Ты, наверное, Андриан? Я Света, мама Лисанны. Не бойся, я почти не взрываю людей.

Она на секунду задумалась.

— Только лабораторию. И иногда кухню. И вчера — ванную. Но это было красиво!

Она протянула мне руку.

На ладони — свежие ожоги.

Я на мгновение замешкался… но всё же осторожно пожал.

— Приятно познакомиться… — пробормотал я.

— Ой, да ладно тебе! — она махнула рукой, и из колбы вырвался маленький зелёный гриб, который тут же задымился. — Я сейчас пытаюсь сделать зелье, чтобы волосы не горели при взрывах. Пока не очень получается. Но ты не волнуйся — я тебя научу! Будешь мне помогать?

Я не успел ответить.

— Мам, он только приехал, — вмешалась Лисанна, закатив глаза. — Дай ему хотя бы до ужина дожить.

— Да-да, конечно! — уже на ходу бросила Света. — Если что — кричи! Я в левой лаборатории номер три. Там сейчас должно быть тихо… наверное.

Она скрылась за поворотом.

Через секунду оттуда раздался громкий хлопок.

И радостный крик:

— Получилось!

Я невольно моргнул.

Лисанна тяжело вздохнула.

— Это моя мама. Она… энтузиаст. Очень. Иногда даже слишком.

Я впервые за весь день чуть улыбнулся.

Совсем чуть-чуть.

Но улыбка почти сразу исчезла.

Мы пошли дальше.

— Здесь живут Фрейд, Ламон и Каприо, — продолжала Лисанна, показывая правое крыло. — Они… ну… купленные. Как и ты. Только раньше. Они помогают в исследованиях. Младшая ветвь. Главенства не имеют, но отец их уважает.

Я отметил это про себя.

«Как и ты».

В коридоре нам навстречу вышли трое мужчин.

Один — высокий, светловолосый, с умными спокойными глазами.Второй — коренастый, со шрамом на щеке.Третий — худой, нервный, всё время поправляющий очки из тонких листьев.

— Это Андриан, — сказала Лисанна.

Первый улыбнулся.

— Добро пожаловать. Я Фрейд. Если что по теории — обращайся. Я в основном по пространственным рунам.

Второй просто кивнул.

— Ламон. Боевка. Если надо будет кого-то… приструнить.

Третий уткнулся в свой блокнот, потом резко поднял взгляд.

— Каприо… я… эээ… каталогизация. Если нужно что-то найти — я твой человек.

Я кивнул.

Слова застряли где-то внутри.

Я чувствовал себя… чужим.

Они были здесь своими. Я — нет.

Левое крыло встретило нас запахом химии и лёгким дымом.

— Тут лаборатории, — сказала Лисанна. — Мама проводит тут почти всё время.

В одной из них стоял старик.

Невысокий. Молчаливый. Седые волосы до плеч. Глаза… странные. Как будто смотрят не на мир, а сквозь него.

— Дедушка, это Андриан, — сказала Лисанна.

Он медленно повернул голову.

Посмотрел на меня.

Долго.

Слишком долго.

Мне стало не по себе.

Потом он просто кивнул и отвернулся обратно к окну.

Ни слова.

— Он… такой, — тихо сказала Лисанна. — Никогда много не говорит. Но всё замечает. Всё.

Я поверил.

Мы вышли в сад.

Там, возле портала, стоял крепкий мужчина лет сорока пяти. Рядом — двое: парень и девушка.

— Это Скворцовы, — сказала Лисанна. — Они наши добытчики…

Я слушал, но как будто издалека.

Катя — рыжая, с живыми глазами — улыбнулась мне.

— Привет. Если захочешь — могу показать свои записи. Там есть миры, где небо зелёное, а трава поёт.

Я чуть кивнул.

— Спасибо… может, потом.

Рома хлопнул меня по плечу.

— Не грусти, парень. Здесь не так плохо.

Я не ответил.

Когда мы вернулись в центральный зал, я уже устал.

Не физически.

Внутри.

У камина стоял парень — примерно моего возраста, может чуть старше.

Спокойный. Уверенный. В нём не было давления.

Он поднял взгляд от книги и улыбнулся.

Настояще.

— Так вот ты какой, Андриан Кавретов, — сказал он. — Лисанна много о тебе рассказывала. Добро пожаловать в нашу… большую и шумную семью.

Я впервые за всё время посмотрел кому-то прямо в глаза.

— Спасибо… — выдохнул я.

Он подошёл чуть ближе, но не вторгался.

— Я Олег. И я знаю, что тебе сейчас тяжело.

Я напрягся.

Но он не стал давить.

— Если захочешь поговорить — приходи. Я не буду тебя жалеть. Просто послушаю.

Это… было неожиданно.

— Может… потом, — сказал я тихо.

— Когда захочешь.

Он чуть улыбнулся.

— И, Андриан… ты не один здесь.

Я не знал, верить этому или нет.

Комната была небольшой.

Окно выходило в сад.

Кровать из мягких лиан. Стол. Полки.

На одной из них уже стояла фотография.

Мои родители.

Я замер.

— Это твоя комната, — тихо сказала Лисанна. — Если что-то не так — скажи.

Я сел на кровать. Провёл рукой по покрывалу.

— Всё нормально… спасибо.

Она села рядом. Осторожно.

— Я знаю, что ты не рад… Я бы тоже не радовалась. Но… может, со временем станет легче?

Я посмотрел на неё.

— Я… пока не могу. Прости.

Она кивнула.

— Ничего. Я подожду.

И ушла.

Я остался один.

Лёг на кровать.

Смотрел в потолок.

Печать на груди слабо пульсировала.

Как будто… напоминала.

«Новый дом. Новая семья. Новая жизнь».

Я закрыл глаза.

И впервые за день позволил себе заплакать.

Тихо.

Почти беззвучно.

Глава 5 регеровка

Комната, которую мне выделили, была… слишком правильной.

Живые стены мягко дышали, пропуская сквозь себя приглушённый свет. Потолок светился тускло-зелёным от грибов, а под ногами пружинил мох — ровный, как будто его специально выравнивали. Всё выглядело аккуратно. Уютно.

Чуждо.

Я закрыл за собой проход из лиан, и те медленно сомкнулись, отрезая меня от остального дома.

Тишина.

Я стоял посреди комнаты и не двигался.

Слишком тихо.

Рука сама потянулась к рюкзаку.

Я достал его, бросил на пол, присел рядом… и замер.

Пальцы нащупали знакомую гладкую поверхность.

Смартфон.

Он был холодный.

Совершенно чёрный.

Ничего не происходило.

Никакого света, никаких надписей.

Просто кусок чужого мира.

Я сжал его сильнее.

Перед глазами вспыхнуло.

Кайтер. Когти. Кровь. Руна.

Синий свет. И голос.

Я резко втянул воздух.

Пальцы сжались так, что побелели.

— Из-за тебя… — выдохнул я, не замечая, что говорю вслух.

Картинка сменилась.

Отец.

Стоит.

Кровь у губ.

«Смотри, сынок… Всегда смотри смерти в глаза».

Я зажмурился.

— Если бы не ты… — прошептал я, сильнее стискивая смартфон. — Если бы я тебя не нашёл…

Тишина.

Только собственное дыхание — рваное, сбитое.

Рука дёрнулась.

Я замахнулся.

Ещё чуть-чуть — и он полетел бы в стену.

Разбился бы.

Исчез.

Всё закончилось бы.

…

Я не бросил.

Рука застыла в воздухе.

Плечи напряглись, дыхание сбилось.

Медленно… очень медленно я опустил её обратно.

Смартфон остался в ладони.

— Трус… — прошептал я, не понимая, к кому обращаюсь.

К себе.

Или к нему.

Или к тому, что внутри.

Тишина вдруг перестала быть пустой.

Она стала… плотной.

— Ты винишь предмет.

Голос прозвучал спокойно.

Не громко.

Не со стороны.

Внутри.

Я замер.

Сердце пропустило удар.

— Но решение принял ты.

Я резко вскинул голову.

— Заткнись.

Голос не исчез.

— Ты хотел силы.

— Я сказал, заткнись!

Я вскочил на ноги, отшатнувшись, будто мог уйти от него физически.

Не помогло.

— Ты пошёл в лес, — продолжил голос, всё так же ровно. — Ты взял нож. Ты нарисовал руну.

Я стиснул зубы.

— Я не знал…

— Знал достаточно, чтобы начать.

Тишина снова сжалась.

Давила.

Я почувствовал, как внутри поднимается злость. Резкая. Горячая.

— Я не знал, что там ты! — выплюнул я. — Я думал, это просто зверь!

Короткая пауза.

А потом — почти тихий смешок.

— Именно.

Слово прозвучало мягко.

Слишком мягко.

— Ты видел оболочку, — продолжил он. — Как и все.

Я тяжело дышал.

Руки дрожали.

— Ты убил моего отца, — выдавил я.

— Нет.

Ответ последовал сразу.

Чёткий.

Спокойный.

— Это сделал не я.

Я сжал кулаки.

— Он умер из-за тебя.

— Он умер из-за выбора, — поправил голос.

Тишина.

— Своего.

Слова врезались.

Я сделал шаг назад.

Будто от удара.

— Он… — голос сорвался, — он спас меня.

— Да.

Без насмешки.

Без эмоции.

Просто факт.

— Как и ты пытался спасти себя.

Я зажмурился.

Мысли путались.

— Это… не одно и то же.

— Конечно нет, — легко согласился голос. — У него было больше опыта.

Я резко открыл глаза.

— Ты издеваешься?

— Я объясняю.

Тишина.

Он не давил.

Не заставлял.

Он просто… говорил.

И от этого становилось хуже.

Я опустился обратно на пол.

Смартфон всё ещё был в руке.

Холодный.

Чёрный.

— Тогда зачем ты мне это говоришь? — тихо спросил я.

Пауза.

Чуть длиннее.

— Потому что ты стоишь перед выбором.

Я усмехнулся.

Глухо.

— Да? Каким?

— Разбить его.

Взгляд сам упал на устройство.

— Или открыть.

Тишина.

Я провёл пальцем по гладкой поверхности.

Экран не загорелся.

— И что будет, если я открою? — спросил я.

— Это смартфон древних. В нем много тайн.

— И?

— Станешь сильнее.

Слово прозвучало спокойно.

Без нажима. Как очевидность.

Я закрыл глаза.

Перед внутренним взглядом всплыло:

Лайла.

Отец.

Печать на груди.

Рома. Сильный. Уверенный.

Я.

Слабый.

Чужой.

— А если нет? — прошептал я.

— Тогда ты останешься тем, кто ты есть сейчас.

Тишина.

Слишком честный ответ.

В этот момент лианы у входа тихо зашевелились.

Я вздрогнул.

— Андриан?.. — раздался голос Лисанны.

Я резко убрал смартфон за спину.

— Да.

Она вошла осторожно.

Остановилась в паре шагов.

Посмотрела на меня.

Долго.

— Ты… как? Уже освоился? Скоро завтрак. — спросила она тихо.

Я пожал плечами.

— Нормально.

Ложь.

Она это поняла. По глазам. По голосу.

По тому, как я стоял.

— Ты можешь… поговорить со мной, — сказала она.

Я отвёл взгляд.

— Не сейчас.

Пауза.

Она шагнула ближе.

— Это из-за того, что случилось?

Я резко вскинул голову.

— А как ты думаешь?

Голос вышел резче, чем я хотел.

Она чуть отшатнулась.

Я сразу пожалел.

Но слова уже прозвучали.

Тишина повисла между нами.

Тяжёлая.

— Я просто… — начала она, но запнулась. — Я хотела помочь.

— Я знаю.

Но я не смотрел на неё.

— Тогда почему ты…

— Потому что ты не можешь, — перебил я.

Она замолчала.

Я наконец поднял взгляд.

— Никто не может.

Слова прозвучали тихо.

Но окончательно.

Она смотрела на меня ещё несколько секунд.

Потом кивнула.

— Хорошо. Будем ждать тебя за столом .

Развернулась и ушла. Лианы снова сомкнулись. Я остался один. Снова.

Тишина вернулась.

Но теперь она была другой.

— Она переживает, — сказал голос.

Я не ответил.

— Но не понимает.

Я медленно достал смартфон.

Посмотрел на него.

— Никто не понимает, — тихо сказал я.

— Это нормально.

Я провёл пальцем по экрану.

На этот раз он вспыхнул.

Белым. Резко. Слишком ярко. Я прищурился. Сердце ускорилось.

Текст. Старый. Угловатый. Непонятный. Но знакомый.

— Ты можешь читать, — сказал голос.

— Пока нет.

— Сможешь. Я научу.

Я задержал дыхание.

Пальцы дрогнули.

Я мог закрыть. Прямо сейчас. Мог отвернуться. Спрятать. Забыть. Но я не стал.

Экран медленно погас.

Я выключил его сам.

Секунду просто сидел, глядя в темноту.

Потом аккуратно спрятал смартфон обратно в рюкзак.

Глубже.

Чтобы не видеть.

Чтобы не тянуться.

Я лёг на мох.

Закрыл глаза.

Печать на груди пульсировала.

Тихо.

Ровно.

Как второе сердце.

— Я просто посмотрю, — прошептал я.

Тишина.

И почти сразу, едва слышно:

— Конечно.

Я не ответил.

Дом просыпался.

Сначала — тихо. Почти незаметно. Где-то за стенами прошуршали лианы. Послышались шаги — приглушённые, мягкие. Потом — голоса. Далёкие, неразборчивые.

Жизнь шла.

Как будто ничего не случилось.

Я медленно сел.

Тело отозвалось тяжестью. Как после долгого боя. Или после болезни. Я провёл рукой по лицу, задержался на глазах, пытаясь собрать себя хоть в какое-то подобие нормального состояния.

Сделал шаг.и Ещё один.

Лианы у входа, будто почувствовав движение, медленно разошлись в стороны, открывая проход в коридор. Оттуда потянуло тёплым воздухом и запахом еды — чем-то сладким и одновременно терпким.

Я остановился на пороге.

Секунду просто стоял, глядя вперёд.

Потом вышел.

Коридор жил своей жизнью. Где-то дальше кто-то смеялся. Слышались быстрые шаги, тихие разговоры, шелест растений. Всё это звучало слишком… обычно.

Я шёл медленно, не спеша, словно надеялся, что дорога займёт больше времени.

Но дом не был таким уж большим.

Когда я вышел в главный зал, почти все уже были там.

Длинный стол из цельного ствола занимал центр комнаты. На нём уже стояли блюда — пар поднимался от них тонкими струйками, наполняя воздух запахами еды. Светящиеся грибы над столом переливались мягким утренним светом.

Места были заняты почти все.

Лисанна сидела с краю. Увидев меня, она на секунду замерла. Взгляд её задержался на мне чуть дольше, чем нужно, но она быстро отвела глаза.

Рома сидел напротив. Прямой. Собранный. Он бросил на меня короткий взгляд — оценивающий, холодный — и тут же вернулся к еде, будто я его не интересовал.

Света что-то оживлённо рассказывала, размахивая руками, и из её волос всё ещё слегка тянуло дымом. Рядом кто-то тихо посмеивался.

Фрейд и Каприо о чём-то спорили вполголоса, размахивая какими-то записями.

А во главе стола сидел Олег.

Когда я вошёл, его взгляд на секунду остановился на мне. Без давления. Без эмоций. Просто… отметил.

И отпустил.

— Ты вовремя, — сказал Мариус, не поднимая головы. — Садись.

Я молча кивнул и занял первое свободное место.

Дерево под руками было тёплым.

Живым.

Я посмотрел на еду перед собой.

Есть не хотелось. Совсем.

Но я всё равно взялся за приборы.

Тишина внутри никуда не делась.

Она просто… села рядом.

И осталась.

Еда была тёплой, ароматной. Что-то похожее на тушёное мясо с травами и мягкий хлеб, который буквально таял в руках. Я жевал, почти не чувствуя вкуса. Просто механически. Как будто тело помнило, что делать, а я — нет.