НЕ ВЕРЮ

Она словно пыталась достучаться до его внутреннего Я, продолжая едва касаться рукой. Но даже через одежду – он чувствовал ее холодную ладошку. И он продолжал нависать над ней, чисто физически. Неосознанно, как скала над рекой.

– Ты права… Вы правы Александра Николаевна, это действительно не профессионально. – его голос прозвучал тихо и хрипло.

Ему всё еще хотелось сейчас прикоснуться к ней, провести рукой по ее спине, чтобы она не оттолкнула его. Не испугалась. И понимал, насколько его желание сейчас абсурдно и глупо! Это лишь животные инстинкты. Ничего более. Он стоял, нависая, пытаясь заставить себя сдержаться. Но с каждым вдохом – держать себя в руках становилось все легче.

Они несколько мгновений просто стояли, глядя друг на друга. Внимательно изучая друг друга и не находя ответы.

Ее не смущало, что он пытался давить на нее. Точнее Саша проигнорировала эту попытку доминирования. Как и то, что он так сильно сжал ее запястье. Но ведь он отпустил! Она должна была поставить его на место. Вернуть в рабочий процесс. И у нее это получилось. Она чувствовала, как его дыхание почти пришло в норму.

– Принято. У тебя десять минут прийти в себя. А после, возвращайся к работе. – Саша едва улыбнулась Денису и вышла из туалета.

Саша вернулась в зал для совещаний, часть коллег отсутствовала. Она не стала садиться, решив немого постоять, разминая ноги. Её что-то спросили по проекту, и она ответила. Почему-то было легко и непринужденно. Один из коллег решил рассказать забавную ситуацию в тему вопроса. И девушка увлеченно слушала.

Денис остался в туалете один. Он снова и снова обдумывал ее слова, бессознательно снова глядя на себя в зеркало. ВСЕ ее слова были жуткими противоречиями. Она яростно кричала о том, что слабая. Целовала его, а потом презрительно отталкивала. Уничтожала его личность и просила об адекватности. Это ОНА вломилась в его жизнь настоящим ураганом и говорила, что он – этот самый ураган.

Наконец он вышел из туалета. Обдумывая, что она права. Он вел себя как ребенок. Это глупо и не продуктивно. Он хотел проект – он его получил. Значит, надо работать. Его безжалостно нанесенный удар не сломал ее. Более того – она буквально забрала всю власть в свои руки.

«Огнерожденная», чтоб её! В начале она была лишь сценаристом и одним из продюсеров. Сейчас она была ВСЕМ. Первой и последней инстанцией. Сердцем проекта, которое качает кровь по всему организму. Сильным и дерзким. Ему приходилось признать, что его друг был прав. В каждом слове. Она как скоростной поезд просто раздавит его. Если еще не раздавила.

Подойдя к конференц-залу, он замер. Он внимательно смотрел через стекло, как Саша внимательно слушает одного из коллег, как начала непринужденно снимать пиджак и вешать его на спинку стула, как села, улыбаясь. И вдруг она рассмеялась. Громко и заразительно. Смеялись и остальные.

Но ему это показалось таким нереальным. Или наоборот – очень нормальным. Слишком нормальным и обычным. Странно было видеть перед собой живого, жизнерадостного, и такого легкого в общении с другими, человека.

– Над чем смеетесь? – он зашел в зал, и сел на свое место, непринужденно улыбаясь. Играть он умел. И хорошо с этим справлялся. Но окинув взглядом присутствующих, с огромным трудом заставил себя не реагировать. У каждого… Уже у каждого была кружка с надписью «НЕ ВЕРЮ». Кто-то держал в руках и улыбался, а перед кем-то она стояла на столе. Но чертовы кружки были уже у всех!

– Про тот случай, когда локацию перепутали! – рассказчик тут же откликнулся, демонстрируя, что Денис в курсе.

Саша еще улыбалась, посмотрев на Дениса. Она пыталась оценить, готов ли он работать. Напряжение и страх изматывали ее. Ей нужно было что-то осязаемое. И было бы отлично, если бы он просто сказал: «Я в норме, я готов работать.» Но он молчал.

– Ты тоже попался в эту ловушку, поехав не на тот адрес? –ее голос звучал легко и непринужденно. Она научилась хорошо прятать свои страхи, сомнения и тревоги.

– Да. – он посмотрел в ответ на Сашу. – Я тоже, Александра Николаевна, попался в эту ловушку. Мы все в ней оказались.

Он едва улыбался Саше, а она рассмеялась в ответ и перевела взгляд обратно на рассказчика.

– Да. Представляю, насколько это было эпично!

Саша продолжила разговор, а сама думала: Нет. Она не позволит ему сорвать проект. Она сделает всё, чтобы он мог работать. И он будет работать! Она еще не знала как, но сделает это.

Денис опустил взгляд и в ужасе замер. Из-под края рукава ее белоснежной блузки был едва виден огненно-розовый отпечаток его руки на ее запястье. Девушка явно не желала показывать всем, но он заметил. Мужчина заметил только сейчас, но снова не понял, как сделал ей больно…

Прошла еще пара часов, и они успели всё согласовать и спланировать. Поскольку Денис на следующий день будет занят в другом проекте, они договорились сегодня же вечером поехать с Сашей на первую локацию, по которой поджимали сроки. А завтра она сама с директором по кастингу проведет прослушивания на второстепенные роли. Всё казалось простым и логичным.

– Тебе… Вам нужно в гостиницу? – Денис и Саша выходили вместе из конференц-зала, закончив собрание. Он всё время сбивался и всё время поправлял сам себя. И ругал сам себя, за то, что даже слова контролировать не может!

– Нет. Я не живу в гостинице.

– Нет?

Саша проигнорировала удивление в голосе Дениса и обратилась к секретарю, около стола которой они уже оказались.

– Я так поняла, мне должны были ключи оставить?

– Да, конечно. – секретарь уже протягивала Саше ключ с брелком. – Адрес, и всю необходимую информацию я уже скинула на Вашу почту.

– Отлично. – Саша повернулась к Денису. – Поехали?

Они направились к выходу из офиса. Подошли к лифту и молча ждали, когда он подъедет. Саша зашла в лифт, развернулась к Денису лицом и оказалось, что она стоит точно на том же самом месте, котором стояла в прошлый раз. В тот чёртов раз, когда она предложила заняться сексом и сказала идти за ней.

Пытаясь не думать о круговороте всех своих мыслей, воспоминаний и накативших желаний, он вдруг испугался. Что будет, если она вспомнит? Или… она помнит и молчит? Это было самое худшее! Она могла припомнить ему, обвинить, осудить в том, что произошло!

Девушка достала телефон и, глядя на экран, нахмурилась. Проверяя данные, полученные от секретаря, она не совсем поняла место расположения студии. Место, где она будет жить несколько месяцев.

Она задумчиво смотрела в сторону, а Денис наблюдал за ней. Он весь день только и делал, что наблюдал за ней. За её словами, реакциями. Это уже смахивало на навязчивую идею. Но его рассудок хватался буквально за каждую мелочь в её поведении.

И он пытался справиться с этим. Пытался не смотреть сейчас на нее. Не повторять, даже мельчайшим движением или жестом то, что было в прошлый раз в этом самом лифте.

Денис с облегчением выдохнул, когда они вышли из здания и направились к его машине. Это было уже жутким бредом. Он ощущал себя словно маньяк. Или психопат.

– На удачу. – Саша едва прошептала, увидев перед собой перышко на асфальте перед собой. Обычное небольшое перышко, которое просто лежало на земле.

– Что? – Денис проследил за ее взглядом и услышал ее шепот.

– Ничего. – Она быстро ответила и едва улыбнулась. – Просто мысли вслух.

Она игнорировала и отстранялась. Был ли смысл объяснять ему некий ритуал, которому она всегда следовала? Это был ее личный, хрупкий, детский, даже магический способ договариваться с вселенной. С её собственной Вселенной. Если она видела перышко – просто говорила про себя «на удачу». Это был её личный ритуал. Даже суеверие, которое всегда её спасало. Если она видела перышко – значит всё будет хорошо. Значит боги на её стороне. Значит, что у нее ВСЁ получится.

Но это не его дело!

4. Pre-Production. Доминирование.

Денис подошел к своей машине и остановился, рассматривая девушку. Её внешний вид, её костюм, юбку и туфли.

– Погоди. Ты поедешь так? – он перестал контролировать, как к ней обращается. Его дезориентация достигла предела.

– Ну да. Мы же на машине? Камеры уже у тебя? – Саша непринужденно отвечала ,едва улыбаясь.

– Да. Их уже погрузили в багажник. – Денис едва кивнул в сторону багажника машины.

Она открыла заднюю дверь и поставила на пассажирское сиденье свой рюкзак.

– Ты голоден? Я безумно. – Саша вдруг неожиданно застала его врасплох таким банальным вопросом.

– Нет. В смысле… да. Ресторан? – он смотрел на Сашу, жутко «подтормаживая».

Легко расстегнув свой рюкзак, она достала пакет с кроссовками. Опираясь одной рукой на машину, второй сняла первую туфлю и надела кроссовок. Как только она переступила на ногу в кроссовке, начав снимать вторую туфлю, Денис снова ощутил, насколько она меньше него ростом. И более хрупкая? Этот резкий перепад в росте, в такой близости – был снова неожиданным. Она словно разоружалась перед ним.

И Саша действительно это ощущала. Разоружение. Хотя старалась этого не показывать. Ее высокие каблуки были ее защитой. Ее оружием. Как психологически, так и физически. Надевая их, она становилась выше и… сильнее. Рост позволял чувствовать власть.

А острый каблук в любой момент мог превратиться в банальное оружие. Она знала – насколько была хрупкой физически. И ощущение того, что она в любой момент может снять туфлю и ударить обидчика каблуком, давало уверенность в том, что она может постоять за себя. Или, даже не снимая… Саша четко осознавала, что такой ситуации не будет. Но осознание, что в самом худшем, темном и мрачном варианте она МОЖЕТ постоять за себя, подсознательно добавляло уверенности.

Поэтому снимая каблуки, оказываясь значительно ниже его, она каждой клеточкой ощутила свое «разоружение».

– Я так понимаю… до заката не так много времени, а нам еще надо успеть доехать. – в отличие от него, она рассуждала очень здраво.

– Тогда по пути… возьмем что-то с собой?

– Легко. Как скажешь. – она поставила туфли на пол машины перед задним сиденьем, закрыла рюкзак и повернулась к Денису, едва улыбнувшись.

– Так лучше?

– Да. – неожиданно его голос снова прозвучал хрипло. Она стояла прямо перед ним и ей приходилось задирать голову, чтобы смотреть ему прямо в лицо.

– Едем?

В ответ Денис едва кивнул. Он не понял, вопрос это был или приказ. Он пытался избегать длинных фраз. Но и Саша не стремилась к бурному общению. Поэтому они сели в машину, и он молча выехал со стоянки.

Его рука привычно потянулась включить музыку, но мужчина вдруг замер.

– Музыка? Есть предпочтения?

Саша сидела рядом с ним, но словно была где-то еще. Она смотрела в боковое окно, куда-то вверх и что-то задумчиво рассматривала. Небо было таким потрясающим! Красивые перистые облака рассекали небесную гладь. И хоть она была заперта в этой ловушке с Денисом, она могла просто любоваться облаками и бесконечностью.

– Что? – до нее словно не сразу дошел смысл его слов. – Предпочтения? Нет. Если не понравится, я скажу.

Денис негромко включил какую-то радиостанцию. Играло что-то ритмичное и легкое.

В его голове снова и снова звучала эта фраза – «если не понравится – я скажу». Она точно МОГЛА сказать! Он заставлял себя не думать, о том, какими жестокими и беспощадными могут быть её слова. А потом заставлял себя не думать о том, что сам наговорил. И так по кругу. Совсем забыв, что нужно остановиться и купить что-то поесть.

– Мы пропустили уже третий фаст-фуд. Ты едешь в какое-то конкретное место? – ее голос звучал тихо и вежливо. И в любой другой ситуации – она бы промолчала. Но сейчас девушка понимала: если не поест – просто упадет в обморок.

– Нет. – он отвечал, глядя только на дорогу перед собой, а Саша внимательно рассматривала его.

Она не могла больше игнорировать его. И его неадекватное поведение. И Саша снова замолчала, глядя перед собой на дорогу.

Денис вел автомобиль, ощущая, как изменилось её настроение. Это было дикое, странное непонятное чувство – как может вот так всё меняться от ее молчания. Пять минут назад обстановка была нейтральной, а сейчас всё опять перевернулось с ног на голову. Сейчас тишина стала давящей и болезненной.

– Черт. – он понял, что снова проехал очередную забегаловку.

Наконец, проехав еще пару кварталов, он остановился. Они молча вышли и зашли внутрь кафе.

– Я сейчас. Выбери сам, что взять. – Саша произнесла это словно в пустоту, не ожидая ответа и направилась в сторону туалета.

Когда она вернулась, то увидела, как Денис стоял около одного из столиков. На пустом столе одиноко лежал пакет с едой на вынос. А вокруг него самого была толпа. Может и не толпа, но суматоха царила точно.

Группа девушек, значительно моложе его и даже Саши, облепили актера и пытались фотографироваться с ним по очереди. Денис честно улыбался, осторожно обнимал очередную фанатку, которая, потеряв голову от восторга, жадно прижималась к нему. Саша так четко увидела это и почувствовала – он был известным, знаменитым. Звездой. Богом. Богом, по дикой случайности оказавшимся в этой кафешке.

И чем ближе девушка-фанатка прижималась к нему, тем очевиднее для Саши была пропасть между ним и этой девушкой. Она не сформулировала, но ощутила эту мысль – чем ближе придвигаешься, тем сильнее тебя отталкивают. Об этом утверждал весь её опыт, вся её жизнь. Чем ты ближе к желаемому, тем больнее тебя оттолкнут. И именно это сейчас Денис явно демонстрировал.

Несмотря на дикий голод и огромнейшее желание забрать пакет с едой, который был рядом с Денисом на столе, Саша направилась к выходу. Она сбегала. Пытаясь игнорировать и не реагировать. Она просто не знала, что еще сделать!

Саша пыталась отводить глаза, но на мгновение Денис поймал ее взгляд. Он почувствовал его раньше, чем увидел – как резкий холод по коже, будто в теплом помещении кафе внезапно распахнули окно. Его тело, годами настроенное на внимание толпы, отреагировало на это единственное отсутствующее внимание. Он не понимал, о чём она думала, проходя мимо. Ни восхищения, ни раздражения – лишь отстранённая оценка, будто наблюдала за поведением редкого вида в естественной среде обитания. Эта непроницаемость, это ледяное спокойствие в её взгляде ударили по его инстинктам сильнее, чем любая истерика. Продолжая улыбаться, он быстро попытался закончить фотосессию.

– Девушки, красавицы! Приятно было с вами пообщаться, но я тороплюсь! Видите, даже сесть и нормально перекусить времени нет.

Саша не услышала окончания его слов, потому что оказалась на улице. Она подошла к его машине, встала около и прислонилась спиной к пассажирской двери. И буквально ощущала радость, что не вела себя как эти девушки. Не вешалась ему на шею.

Денис вышел из кафе и увидел Сашу, которая неподвижно стояла, подняв голову к небу. Ее глаза были закрыты. Она медленно и глубоко дышала. Он вдруг подумал – она пытается успокоиться или просто игнорирует эту реальность, погрузившись в какую-то свою?

Она дышала, но казалась ему неживой. Статуей, оставленной кем-то у его машины. Её спокойствие было оскорбительным. После того взгляда внутри кафе он ждал – что? Вызова? Упрека? Хоть какой-то человеческой реакции. А получил каменное безразличие. В нём, привыкшем читать людей по движениям, по блеску в глазах, эта полная непроницаемость вызывала первобытную настороженность.

Денис мысленно выругался, что забыл о бейсболке. Въевшаяся привычка избегать лишнего внимания сейчас дала сбой. Но выбивало из колеи не это. Её присутствие било вразнос все его настройки. Ярость и какая-то долбанутая потребность её защитить дрались внутри, как два пса в узкой клетке. Руки сами сжимались, челюсть сводило. Он просто перестал контролировать даже базовые реакции. Он открыл машину с сигналки.

Саша тут же опустила голову и, открыв дверь, села в машину. Они снова оказались в одном замкнутом пространстве. Напряжение и неловкость пронизывали всё вокруг. Он передал пакет с едой Саше, и она попыталась заглянуть внутрь, чувствуя вкуснейшие ароматы.

– Тебе что-то достать? – она пыталась быть вежливой. Она искренне пыталась быть вежливой, едва не умирая с голода.

– Нет. – его ответ был быстрым и резким.

И Саша ощутила – даже вежливость он расценивает, как навязчивость.

Он увидел, как что-то изменилось в ее взгляде, какой-то едва уловимый сбой. Или ему показалось? Неважно. Этого намёка хватило, чтобы в груди ёкнуло тупым укором. Бросил. Опять. Даже в такой ерунде. Он сдался первым, поймав себя на том, что уже меняет тон.

– Скоро будет выезд на трассу. – он сдержал раздражение, заставив голос звучать ровнее. – Тогда мне будет удобнее что-то перекусить.

– Ок. – едва кивнув, Саша прикрыла пакет руками, придерживая его на своих коленях. Она продолжила молча смотреть перед собой на дорогу.

В напряженном молчании они ехали еще минут пятнадцать. Он попытался снова включить радио, но везде была либо реклама, либо ведущие что-то обсуждали.

– Останови здесь. На обочине. – требовательный голос Саши заставил Дениса съехать с дороги на обочину и остановиться.

– Иди за мной. – не дожидаясь его ответа, она вышла на улицу с пакетом и обошла машину Дениса.

И он послушно пошел за ней.

Она уже стояла у багажника, поставив на него пакет и открывая его.

– Зачем мы остановились? – он пытался спрашивать небрежно, но в голосе было напряжение.

– Пять минут нас не спасут. А тебе надо поесть и размяться. Будешь делать это одновременно. А мне нужно… – она вдруг замолчала, протягивая Денису закрытый бумажный стаканчик и сверток из лаваша. – Хотя не важно.

– Мы могли поесть в кафе.

– Не могли. Мы потеряли бы больше времени.

Он сделал глоток из стаканчика, думая, что она опять всё спланировала. Продумала. Срежиссировала… Ему действительно надо было немного пройтись, и он действительно хотел есть. Она была права. И ее слова, ее действия – были поведением режиссера. Его Режиссера. Уверенного, немногословного, точно знающего цель. И направляющего остальных…

Денис подсознательно сравнивал ее с остальными своими режиссерами. И в этом сравнении его новый режиссер не проигрывал. Более того – по формулировке слов, по уверенным действиям – она была в пятерке лучших. По его личному рейтингу. Кому-то могло показаться, что девушка была груба и холодна. Однако мужчина точно понимал именно таким должен быть ЕГО режиссер. Не милым, не удобным, не податливым. Не принимающим отказы. Требовательным и идущим к цели. Ведущим за собой.

Саша вдруг осознала, что уже больше суток ничего не ела. Последние двое суток она жила только на адреналине, напряжении, стрессе и океане кофеина. И вот сейчас, стоя на трассе за городом, она открыла сверток и готова была потерять сознание от запаха горячего лаваша и мяса внутри.

Ставя стаканчик на багажник, мужчина смотрел, как она разворачивает упаковку на своем свертке из лаваша и делает первый укус. Ему вдруг показалось, что он подсматривает за чем-то очень личным и интимным. Только что он впервые увидел перед собой Режиссера и…

И откусывая первый же кусочек – девушка буквально застонала от удовольствия. Откусила еще раз, закрыв глаза и пережевывая. Продолжая постанывать. Весь мир, с его проблемами и сложностями, словно исчез. Впервые это не было какой-то маской или попыткой спрятаться. Саша устала за эти дни. Безумно устала. И даже не понимала, что то, как она ела – было безумно откровенным. Где-то в глубине подсознания, она понимала, что по большому счету – может доверять Денису. Что это останется только между ними. Поэтому на одно мгновение она позволила себе забыть о масках. Даже не столько забыть, сколько отгородиться, сосредоточившись только на еде, на вкусе, на базовом животном удовольствии. Удовольствии, которое не требовало участия кого-то еще. Была только она и вкусная еда. Сейчас это было единственно необходимым и достаточным.