Падение.live

– Готова улизнуть с собственной вечеринки? – промурлыкал вдруг он.

Тембр его голоса был очень интимным, но в тоже время достаточно громким, чтобы нас услышали если не все вокруг, то хотя бы многие.

Я прищурилась, искоса оглядев соседей, которые заинтересованно смотрели на нас, включая Лету с ее новым дружком. Нехорошее предчувствие скрутило желудок.

– Разве мы не должны остаться до конца, милый? Все-таки это наша вечеринка, – проворковала в ответ я, прикидывая в уме, что он мог задумать.

– Мы ничего не должны, – усмехнулся он. – И это действительно наша вечеринка. Так что, позвольте вас украсть, мадам.

Я не успела ответить – он резко подхватил меня на руки, заставив взвизгнуть. Мои пальцы впились в его плечи, чтобы не брякнуться с такой высоты.

Гости ахнули. Кто-то засмеялся, кто-то захлопал, послышался звон бокалов и скабрезные шуточки. Лета криво ухмыльнулась и подняла свой бокал в нашу сторону, ее голубые глаза сверкали ядовитым любопытством с долей скепсиса.

– Спокойной ночи, любовнички! – прокричала она, и вокруг нее раздались смешки, – Нам сделать музыку погромче? – она подмигнула и ее окружение просто взорвалось смехом.

А я сжала зубы, стараясь не взорваться от злости, но обвила его шею руками – не из желания быть ближе, а просто потому, что на нас все таращились ожидая всякой романтической херни. Его пальцы впились в мои бедра, горячие даже через ткань платья.

– Ты совсем охренел? – прошипела я, чувствуя, как по щекам разливается предательский жар.

– Да. И ты тоже.

Он нес меня по лестнице, не обращая внимания на мои попытки вырваться. Где-то внизу играла музыка, смешиваясь с гулом голосов, звоном бокалов и визгливым смехом особо шумных дамочек, но здесь, в полумраке второго этажа, было тихо. Только наши дыхание: его ровное, мое – сбивчивое.

– Ты не можешь просто таскать меня, как трофей!

– Могу. Ты сама выбрала эту игру.

– Какую игру?!

Он остановился перед дверью нашей спальни, его глаза горели в темноте, как у хищника.

– Ту, самую, дорогая, которую ты раз за разом проигрываешь.

Дверь распахнулась под ударом его ноги. Внутри было темно, только свет с улицы падал на кровать – нашу кровать, с мятыми простынями, которые все еще хранили следы утра. Мои щеки тут же стали значительно горячее.

Он шагнул внутрь и резко опустил меня на матрас. Я отползла к изголовью, но он быстро дернул меня за лодыжку назад и угрожающе навис надо мной, одной рукой расстегивая ворот рубашки.

– Ненавидишь меня сейчас?

– Да!

– Врешь, – с улыбкой возразил он.

Я закусила губу, унимая взбесившийся пульс. Он знал. Конечно, знал. Но… Что это тогда, если не ненависть?

– Докажи, – хрипло бросила я, и голос дрогнул.

Он рассмеялся – низко, глухо, и в этом смехе было что-то опасное.

– Нет необходимости.

И прежде чем я успела ответить, его губы накрыли мои – горячие, требовательные, лишающие остатков рассудительности.

Я уперлась в него руками, но с каждой секундой понимала, что бороться не могу.Не хочу. И потихоньку уступила под его напором. И в тот момент, когда я расслабилась и впустила его язык в свой рот, он резко отстранился и сделал шаг назад.

Я приподнялась на локтях, приводя в порядок дыхание и непонимающе уставилась на него. Что он делает?

Руслан же выудил из кармана джинс ключи и весело потряс ими перед собой.

– Сладких снов, фурия. Сегодня ты будешь заниматься “чем-нибудь” исключительно с собой. Или кричать в подушку от злости – выбор за тобой.

Бросив в мое оторопелое лицо наглую ухмылку, он резко вышел из номера и запер дверь снаружи. Звонкий щелчок замочной скважины привел меня в чувство: я слетела с постели и буквально врезалась в дверь, со всей силы ударив по ней ладонью.

– Спроси меня еще раз, скотина!

За дверью раздался его приглушенный смех, а затем он все-таки спросил:

– Ненавидишь меня?

– Да! – вырвалось из меня с такой силой, как будто словами можно убивать.

Спустя несколько мгновений я снова услышала его голос, но на этот раз в нем сквозила горечь, которую он то ли не успел, то ли не захотел скрыть:

– Все еще врешь. Но, давай я тебе помогу. Что, если это я сегодня найду кого-то, с кем буду “чем-нибудь” наслаждаться всю ночь, м? Всю. Долбаную. Ночь.

Я отпрянула от двери, словно меня обожгло огнем. Не от его слов – от того, чтоони сделали со мной. А со мной происходило что-то, что не поддавалось описанию.

– Спокойной ночи, – последнее, что долетело до моих пылающих ушей, прежде чем с той стороны окончательно стихли его шаги, растворившиеся в ритмичном грохоте музыки с первого этажа.

Глава 15

Два часа прошло с тех пор, как он запер меня. Я неподвижно сидела на кровати, комкая побелевшими пальцами покрывало. Я не стала крушить номер, хотя первой мыслью было именно это. Очень заманчивой мыслью – до сих пор. Я не стала вызывать на подмогу Лизу, хотя даже успела набрать ее номер. Она взяла трубку и на заднем плане я услышала смех ее друзей, да и