Дом для всех потерявшихся

Я даже успела порадоваться.

Но коза, видимо, решила, что слишком долго находится в центре моего внимания.

Она дёрнулась.

Ведро опрокинулось.

Молоко оказалось на полу.

Я смотрела на него с выражением человека, который только что потерял важный материал из-за внезапного отключения компьютера.

Коза смотрела на меня с выражением полного удовлетворения.

— Это было намеренно? — спросила я.

Она продолжила жевать.

Тут я впервые задумалась о том, насколько перспективным является наше сотрудничество.

Вторая попытка оказалась ещё интереснее.

Я решила изменить тактику и заранее подготовила всё необходимое. Чистое ведро, корм, место для доения, полотенце.

В этот раз я даже пришла немного раньше.

Коза, судя по всему, тоже подготовилась.

Она встретила меня у входа в сарай с таким выражением морды, будто уже знала, что сейчас произойдёт нечто неприятное.

— Не волнуйся, — сказала я. — Всё будет спокойно.

Это была моя первая ошибка.

Никогда не обещайте козе спокойствия, если она ещё не подписала соответствующее соглашение.

Я завела её на подставку. Она позволила мне приступить к работе, но через минуту решила, что кормушка расположена недостаточно удобно.

Потянулась вперёд.

Я поправила корм.

Она отступила назад.

Я вернула её на место.

Она подняла ногу.

Я убрала ведро.

Она попыталась развернуться.

В какой-то момент мне показалось, что мы выполняем не доение, а сложный танцевальный номер с элементами акробатики.

И тут коза боднула меня головой.

Не сильно, но достаточно выразительно.

Я выпрямилась.

— Послушай, — сказала я. — Я вообще-то стараюсь для нас обеих.

Она посмотрела на меня.

Мне показалось, что в её взгляде промелькнуло сомнение в моей профессиональной пригодности.

Затем она лягнула ногой.

Ведро снова оказалось на земле.

На этом интервью было решено завершить.

В какой-то момент я начала замечать, что козы по-разному относятся к людям.

Одни позволяют спокойно подойти, другие держатся настороженно, третьи готовы продемонстрировать характер ещё до того, как ты успеешь открыть дверь.

У каждой свои привычки.

Есть та, которая всегда пытается первой добраться до корма. Есть та, которая считает, что её необходимо отдельно поприветствовать. Есть та, которая обязательно проверит карманы, потому что вдруг там спрятано что-нибудь съедобное.

И есть особая категория — те, кто не считает необходимым выполнять просьбы хозяйки.

Именно с такими у меня и происходили самые содержательные беседы.

Однажды я даже поймала себя на мысли, что начинаю разговаривать с ними как с детьми.

— Ну что ты опять устроила?

— Давай договоримся.

— Я же не прошу ничего невозможного.

— Просто постой спокойно.

В ответ слышалось жевание.

Или возмущённое ме-е-е.

Иногда мне кажется, что козы прекрасно понимают человеческую речь. Просто не считают нужным на неё реагировать.

Впрочем, эта способность у них не уникальная.

В доме проживают ещё два подростка с похожим подходом к коммуникации.

Однажды я позвонила прежней хозяйке и призналась, что у нас возникли некоторые трудности.

Я старалась подобрать выражения.

Не хотелось говорить, что козы меня откровенно игнорируют, периодически бодают и уничтожают результаты моей работы быстрее, чем я успеваю их получить.

— Они у вас раньше нормально доились? — спросила я.

— Конечно. А что случилось?

— Да ничего особенного. Просто мы пока не нашли общий язык.

Она рассмеялась.

— Лиз, им нужно привыкнуть. Вы их кормите, спокойно подходите, делаете всё в одно время. Не торопитесь. И не нервничайте.

Я посмотрела на свои испачканные сапоги.

На ведро.

На козу, которая в этот момент пыталась достать сено из совершенно неподходящего места.

— Я не нервничаю, — ответила я.

Это была неправда.

Но в журналистике я научилась сохранять спокойствие даже тогда, когда собеседник отвечает на вопрос совершенно не то, что ты хотел услышать.

Постепенно дело стало налаживаться.

Я выработала определённый порядок действий. Подготовить место, проверить всё необходимое, привести козу на подставку, дать ей корм, вымыть руки, подготовить вымя и только потом приступать к доению.

И главное — не торопиться.

Оказалось, что для успешного доения гораздо важнее терпение, чем физическая сила.

Хотя физическая сила тоже не помешала бы. Особенно в те моменты, когда коза решала, что ей срочно необходимо отправиться по своим делам.

Поначалу мне казалось, что я никогда не научусь делать всё быстро и уверенно.

Но однажды утром произошло нечто удивительное.

Я пришла в сарай, подготовила место, поставила корм.

Коза спокойно поднялась на подставку.

Я начала доить.

Она жевала.

Я работала.

Она продолжала жевать.

Никаких боданий, никаких попыток лягнуть ведро, никаких внезапных манёвров.

Я даже боялась пошевелиться.

В какой-то момент мне показалось, что мы наконец достигли взаимопонимания.

В ведре появилось молоко.

Настоящее молоко.

Не несколько случайных капель, а вполне приличное количество.

Я смотрела на него с таким удовольствием, словно только что получила премию за лучший журналистский материал года.

— Ну вот, — сказала я козе. — А говорили, что мы не договоримся.

Коза подняла голову, посмотрела на меня и продолжила жевать.

Не знаю, что именно она хотела этим сказать.

Но мне понравилось думать, что она согласилась.

Наверное, именно тогда я впервые по-настоящему вспомнила дедушку.

В детстве я часто ходила за ним по ферме. Он занимался хозяйством, а я старалась не отставать.

Помню, как он доил корову.

Мне казалось, что это невероятно сложное занятие, требующее каких-то особенных способностей.

Я стояла рядом и наблюдала.

— Дедушка, а можно я попробую?

Он улыбнулся.

— Конечно, Лиззи. Только не торопись.

Он помогал мне держать руки правильно, поправлял моё положение и терпеливо объяснял, что делать.

Тогда я не понимала, насколько много в этой работе зависит от привычки и доверия животного к человеку.

Я просто радовалась, что мне разрешили участвовать во взрослой жизни.

После дедушка всегда находил для меня какое-нибудь дело. Иногда совсем маленькое: принести ведро, отнести корм, подержать калитку.

Я чувствовала себя очень важной.

Теперь, когда я сама стала хозяйкой фермы, многое воспринимается иначе.

То, что в детстве казалось весёлой игрой, на самом деле было настоящей работой. Просто дедушка не заставлял меня чувствовать её тяжесть.

Он заботился обо мне.

И, наверное, именно это осталось со мной на всю жизнь.

Сейчас я уже не могу сказать, что доение коз для меня является чем-то совершенно новым.

Мы с ними постепенно нашли общий язык.

Не со всеми одинаково успешно, конечно.

Есть ещё отдельные личности, которые продолжают проверять мои нервы на прочность. Но теперь я хотя бы знаю, чего ожидать.

Хотя иногда всё равно случаются сюрпризы.

Например, недавно одна коза решила, что ей совершенно необходимо поставить копыто мне на ногу именно в тот момент, когда я держала ведро.

Я не стала выяснять, было ли это случайностью.

Просто отодвинулась.

У нас с ней сложились достаточно хорошие отношения, чтобы не портить их лишними вопросами.

А ещё я поняла одну простую вещь.

Фермерская жизнь состоит из множества повторяющихся действий, которые со временем становятся частью тебя. Кормление, уборка, доение, проверка воды, приготовление еды для животных, сбор яиц.

Каждый день одно и то же.

Но каждый день обязательно что-нибудь происходит.

Видимо, именно поэтому я и пишу эту книгу.

Чтобы не забывать, что за обычными делами скрывается целая жизнь.

И чтобы однажды, перечитав эти заметки, не удивляться, почему у меня постоянно болит спина, испачканы сапоги и совершенно нет свободного времени.

Сегодня я получила очередную порцию молока.

Правда, одна из коз всё-таки решила продемонстрировать характер, и мне пришлось потратить дополнительные двадцать минут на переговоры.

Но результатом я довольна.

Всё-таки есть что-то особенное в том, чтобы получить продукт собственными руками. Не просто купить бутылку молока в магазине, а пройти весь путь от утреннего кормления до наполненного ведра.

Пожалуй, именно за это я и люблю ферму.

Хотя иногда мне хочется, чтобы она любила меня немного взаимнее.

Заметка на будущее: купить ещё одно ведро. Желательно такое, которое невозможно опрокинуть одним движением копыта.

И, возможно, найти человека, который согласится провести мастер-класс по работе с козами.

А то я всё-таки журналист, а не специалист по переговорам с рогатыми животными.

Хотя, судя по всему, вторую профессию мне придётся освоить.

Лиззи

Глава 5. У нас сегодня ярмарочный день

Я давно заметила, что у фермерской жизни есть одна интересная особенность: она не позволяет тебе просто вырастить что-нибудь, получить удовольствие от результата и на этом успокоиться.

Нет. Сначала нужно посадить, потом полить, прополоть, удобрить, защитить от вредителей, собрать, рассортировать, упаковать, доставить и продать.

И желательно получить за всё это деньги.

Последний пункт мне особенно нравится.

Впрочем, с ним как раз чаще всего возникают сложности.

В городе я привыкла к тому, что покупка продуктов — процесс достаточно простой. Зашёл в магазин, выбрал понравившиеся помидоры, положил в корзину, оплатил и пошёл дальше по своим делам.

На ферме всё устроено несколько иначе.

Если у тебя есть огород, куры и козы, ты постепенно начинаешь понимать, что продукты не появляются сами собой. За каждым десятком яиц, каждой банкой молока и каждым килограммом помидоров стоит определённое количество труда, который совершенно не интересует покупателя.

Покупатель видит помидоры.

Ты видишь рассаду, которую пришлось спасать от ночных заморозков, слизней, жары, дождей и собственной неопытности.

Покупатель видит яйца.

Ты вспоминаешь, сколько раз за утро заходила в курятник, сколько раз собирала их из самых неожиданных мест и сколько раз пыталась объяснить курам, что гнездовые ящики придуманы не для декоративных целей.

Покупатель видит молоко.

Ты вспоминаешь козу, которая ещё вчера считала тебя личным врагом человечества.

Но это уже другая история.

Сегодня у нас ярмарка.

А значит, с самого утра я превращаюсь из фермера в продавца, грузчика, упаковщика, водителя и специалиста по организации небольшого торгового предприятия.

Причём штат сотрудников у меня весьма своеобразный.

Ярмарки проходят по выходным. Это не какое-то грандиозное мероприятие с аттракционами, концертами и толпами туристов. Обычная местная ярмарка, куда приезжают фермеры, небольшие производители и люди, которые предпочитают покупать продукты непосредственно у тех, кто их выращивает.

Мне нравится эта атмосфера.

Люди разговаривают, пробуют продукты, интересуются хозяйствами, обсуждают погоду, урожай и цены. Иногда приходят просто погулять, а уходят с двумя пакетами овощей и банкой мёда, которую совершенно не собирались покупать.

Я сама когда-то любила такие места.

Правда, раньше смотрела на них исключительно глазами покупателя.

Теперь я знаю, сколько всего нужно сделать, чтобы просто привезти на ярмарку несколько ящиков продукции.

Накануне вечером я составила список.

Овощи с огорода, яйца, молоко, ценники, пакеты, контейнеры, сдача, стол, скатерть, весы.

Список получился внушительный.

Потом я посмотрела на него и добавила ещё один пункт:

Найти помощников.

Это было оптимистично.

Утром я начала собирать продукцию ещё до того, как проснулись дети.

Сначала отправилась в огород. Помидоры уже поспели, огурцы требовали своевременного сбора, зелень нужно было аккуратно срезать, а кабачки, как обычно, решили, что их жизненное предназначение — размножаться с пугающей скоростью.

Я собрала несколько ящиков, перебрала овощи, отложила помятые и слишком крупные экземпляры.

Куриные яйца уже ждали своего часа. Их нужно было проверить и аккуратно упаковать. Молоко я подготовила отдельно, позаботившись о том, чтобы оно оставалось охлаждённым во время дороги.

В какой-то момент я посмотрела на часы и поняла, что пора будить домашних.

Хотя, если честно, у меня были сомнения, стоит ли вообще пытаться.

Первой на кухню спустилась Анна.

Она долго смотрела на ящики с овощами, стоявшие возле двери.

— Это всё нужно везти?

— Нет, Анна. Часть овощей решила остаться дома.

— Мам, я серьёзно.

— Я тоже. Это товар.

— А зачем так много?

— Чтобы было что продавать.

Она посмотрела на меня, потом на ящики.

— И ты хочешь, чтобы я помогала?

Я даже не успела ответить.

— У меня сегодня свои планы.

Разумеется.

У шестнадцатилетней девушки всегда есть планы. Иногда даже несколько одновременно. И ни один из них, как правило, не предусматривает переноску ящиков с огурцами.

Крис появилась следом.

— А мне обязательно ехать?

— Нет. Но если поедешь, сможешь помочь.

— Тогда я останусь.

Вот так быстро решаются некоторые семейные вопросы.

Я посмотрела на обеих дочерей.

Они были совершенно спокойны. Видимо, считали, что переговоры прошли успешно.

Я же мысленно внесла очередную поправку в организационную структуру фермы.

Отдел продаж — вакантен.

Отдел логистики — тоже.

Отдел упаковки — я.

Отдел кадров, похоже, нуждался в серьёзной реорганизации.

И тут появился Адам.

— Мам, а я поеду!

Я повернулась к нему.

— Ты уверен?

— Конечно! Я буду продавать!

В его голосе было столько энтузиазма, что я даже на секунду забыла о своём списке.

— Хорошо. Только сначала нужно помочь загрузить машину.

— А потом я буду продавцом?

— Посмотрим.

— Я буду самым главным продавцом!

Мне оставалось только согласиться.

Кажется, у меня наконец-то появился сотрудник, который не пытается уклониться от обязанностей ещё до начала рабочего дня.

Пока я загружала машину, Адам занимался подготовкой к ярмарке.

Он принёс небольшой блокнот, карандаши и лист картона.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Табличку.

— Какую?

— Чтобы люди знали, что мы продаём.

Я одобрительно посмотрела на сына.

Это была хорошая мысль.

На картоне появились крупные буквы:

НАШИ ПРОДУКТЫ С ФЕРМЫ!

Ниже он нарисовал курицу, помидор и что-то, напоминающее козу.

Я решила не уточнять художественную концепцию.

— Очень хорошо. Только напиши ещё, что есть яйца и овощи.

Он добавил.

Потом подумал и написал:

ВСЁ ОЧЕНЬ ВКУСНО!

Я не стала возражать.

В конце концов, уверенность в продукте — половина успеха.

Вторая половина, как показывает мой опыт, заключается в том, чтобы не забыть сдачу.

На ярмарку мы приехали чуть позже, чем планировали.

Это тоже своего рода традиция.

Я заранее рассчитываю время, учитываю дорогу, погрузку и возможные задержки. Но в последний момент обязательно находится что-нибудь, что требует моего внимания.

Сегодня это была корзина с яйцами, которую я обнаружила не в том месте, где оставила.

Вернее, обнаружила её собака.

Лабрадор.

Он стоял возле открытого багажника с совершенно невинным выражением морды.

Рядом лежала одна разбитая скорлупа.

Я посмотрела на него.

Он посмотрел на меня.

— Даже не начинай.

Собака вильнула хвостом.

Я закрыла багажник и решила, что обсуждать случившееся сейчас не время.

У нас ярмарка.

А дома, как выяснилось, работает собственный отдел контроля качества.

Место нам досталось рядом с продавцами мёда и домашней выпечки.

Я расставила ящики, разложила овощи, выставила яйца и молоко. Поставила ценники, достала весы и попыталась придать всему этому более или менее привлекательный вид.

Адам тем временем изучал происходящее.

Он смотрел, как соседний продавец раскладывает баночки с вареньем, как женщина напротив предлагает попробовать сыр, как люди подходят, задают вопросы и выбирают продукты.

— Мам, а я могу сам продавать?

— Конечно. Только сначала запомни цены.

Я объяснила ему, сколько стоят яйца, овощи и молоко. Показала, где лежит сдача, и предупредила, что нельзя отдавать товар просто так, даже если покупатель очень симпатичный.

Он внимательно слушал.

Потом занял место за столом.

Я решила, что первые продажи всё-таки буду контролировать самостоятельно.

Но зря волновалась.

Первые покупатели подошли буквально через несколько минут.

Пожилая женщина остановилась возле ящиков с овощами.

— Какие помидоры красивые! Сами выращивали?

Я открыла рот, чтобы ответить.

Адам опередил меня.

— Сами! У нас своя ферма!

Женщина улыбнулась.

— А ты, значит, главный продавец?

— Да!

Я посмотрела на сына.

Он говорил это с такой уверенностью, что мне даже стало немного неловко за собственную должность.

— А яйца у вас домашние? — спросила женщина.

— Конечно! От наших кур!

— А куры гуляют?

Адам задумался.

— Ещё как!

Я едва сдержала улыбку.

Представить наших кур, прогуливающихся по территории, было нетрудно. Они действительно пользовались довольно большой свободой передвижения.

Иногда даже большей, чем мне хотелось бы.

Женщина купила яйца и несколько килограммов овощей.

Адам аккуратно сложил покупки в пакет и выдал сдачу.

Я наблюдала за ним с удивлением.

Он даже не растерялся.

Следующий покупатель был мужчиной средних лет. Он долго рассматривал помидоры, уточнял цену, спрашивал, чем они отличаются от магазинных.

Адам терпеливо объяснял.

Я стояла рядом и слушала.

Судя по всему, в нашей семье обнаружился человек, способный вести переговоры без предварительной подготовки и эмоционального истощения.

Через полчаса я заметила, что Адам начал проявлять инициативу.

Он не просто отвечал на вопросы, а сам обращался к прохожим.

— Попробуйте наши помидоры!

— Яйца свежие!

— Молоко тоже есть!

Я смотрела на него и думала, что, возможно, зря всю жизнь считала себя главным коммуникатором семьи.

У сына явно имелись задатки.

Особенно впечатлила меня его работа с одной женщиной, которая долго выбирала между несколькими видами овощей.

Адам внимательно выслушал её, показал самые красивые помидоры и добавил:

— А ещё у нас есть яйца. Очень хорошие. Мама сегодня утром собирала.

Женщина засмеялась.

— А ты сам ей помогаешь?

— Конечно! Я вообще ей всегда помогаю.

Я чуть не уронила коробку.

«Всегда» — это, конечно, некоторое преувеличение.

Но в данном случае решила не вмешиваться.

Репутация продавца была важнее исторической точности.