Развод. Любовника можно, любить нельзя

Мы просто разговаривали.

О работе.

О бассейне.

О кофе, который в некоторых гостиницах было невозможно пить.

О том, как я однажды в командировке перепутала номера и десять минут пыталась открыть чужую дверь, пока изнутри не спросили, что мне нужно.

Денис рассказал, как во время запуска линии три часа искали причину остановки конвейера, пока не выяснилось, что один из датчиков закрыли защитной пленкой.

— И никто не заметил? — спросила я.

— Заметили. Но решили, что так и должно быть.

— Убедительная логика.

— Очень распространенная.

Наши омлеты давно закончились.

Кофе остыл.

Мне нужно было ехать на работу.

Но я не торопилась вставать.

Денис тоже не торопился.

Он сидел напротив, обхватив чашку ладонями, и иногда смотрел на меня так внимательно, что я начинала следить за собственными словами.

Не потому, что боялась сказать глупость.

Просто мне хотелось, чтобы ему было интересно.

И впервые за много лет я чувствовала это желание без привычного стыда.

— Вы всегда приходите плавать по утрам? — спросил он.

— Раньше ходила три раза в неделю. Потом забросила.

— Почему?

Я задумалась.

Можно было сказать, что не хватало времени.

Это звучало бы убедительно.

Но на самом деле времени хватало. Я просто постепенно отдала его другим делам.

— Не знаю, — призналась я. — Наверное, привыкла находить занятия поважнее.

— А сейчас передумали?

— Сейчас решила, что плавание тоже важное занятие.

— Особенно соревнования.

— Особенно они.

Он улыбнулся.

— Тогда у меня предложение.

Я насторожилась.

— Какое?

— Может, в пятницу встретимся не в бассейне?

Я посмотрела на него.

Он не отвел взгляда.

— Например?

— Поужинаем где-нибудь. Не обязательно начинать с гонки.

Я опустила глаза на чашку.

Вот теперь разговор стал другим.

До этой минуты все происходило настолько легко, что я почти забыла о собственном семейном положении.

Не то чтобы действительно забыла.

Кольцо оставалось на пальце.

Денис наверняка его видел.

Но одно дело — пить кофе с человеком после тренировки.

И совсем другое — соглашаться на ужин, который очевидно будет свиданием.

Я подняла глаза.

— Денис, мне нужно кое-что сказать.

— Слушаю.

— Я замужем.

— Я заметил кольцо.

— И все равно предложили ужин?

— Предложил. Но я еще не знаю, какая у вас ситуация.

Мне стало жарко.

Я взяла стакан с водой.

— Ситуация необычная.

— Насколько?

— Мы с мужем договорились, что можем встречаться с другими людьми.

Денис не ответил сразу.

— Он об этом знает? — спросил он.

— Да.

— О вашей договоренности или конкретно о том, что вы сейчас сидите со мной?

— О договоренности. Про вас я ему пока ничего не рассказывала.

— Понятно.

Он отодвинул пустую чашку.

Я ждала реакции.

Удивления.

Осуждения.

Шутки про то, какие современные теперь бывают браки.

Но Денис не торопился.

— Вы давно так живете? — спросил он.

— Чуть больше двух недель.

— Совсем недавно.

— Да.

— И как вам?

Я невольно усмехнулась.

— Пока не очень.

Он не улыбнулся.

— Почему?

Я провела пальцем по краю стакана.

— Потому что муж уже воспользовался возможностью, а я только пытаюсь понять, нужна ли она мне вообще.

— То есть вы согласились ради него?

— Не совсем.

Мне хотелось ответить честно.

Причем не только Денису.

Себе тоже.

— Он предложил, — сказала я. — Мы долго обсуждали. Я сначала была категорически против. Потом решила попробовать.

— Почему?

— Потому что не хотела разводиться.

Денис кивнул.

— Это я понял. А чего хотите сейчас?

Вопрос оказался труднее предыдущих.

Я могла объяснить свое решение с разных сторон.

Могла рассказать о четырнадцати годах брака, о страхе потерять близкого человека, о любопытстве и желании снова почувствовать себя привлекательной.

Но Денис спросил не об этом.

Он хотел знать, чего я хочу сейчас.

Я посмотрела на него.

Он ждал.

Не подсказывал.

Не пытался угадать правильный ответ.

— Сейчас мне нравится сидеть здесь с вами, — сказала я.

Денис чуть улыбнулся.

— Мне тоже.

— Но я не собираюсь разводиться.

— Я не спрашивал.

— Все равно лучше сказать сразу.

— Согласен.

Он посмотрел на часы.

— У вас работа через сколько?

Я тоже взглянула на экран телефона.

— Через сорок минут.

— Тогда лучше собираться.

Я почему-то почувствовала разочарование.

— Да. Наверное.

Денис поднялся.

Я надела куртку.

Мы вышли из кафе на улицу.

Утро стало светлее. По тротуару спешили люди, возле остановки собралась очередь, из соседнего магазина выносили ящики с хлебом.

Денис остановился возле моей машины.

— Вера.

— Да?

— Я не хочу, чтобы вы подумали, будто мне совсем неинтересно продолжение.

Я подняла голову.

— А я так подумала?

— Не знаю. У вас очень выразительное лицо.

Я засмеялась.

— Вы постоянно меня в чем-нибудь обвиняете.

— Пока только в желании победить и в неумении скрывать недовольство.

— Прекрасное начало знакомства.

— По-моему, неплохое.

Я посмотрела на него.

Он стоял достаточно близко, чтобы я замечала запах его туалетной воды. Ненавязчивый, с чем-то древесным.

Мне вдруг захотелось коснуться его руки.

Это желание возникло спокойно и отчетливо.

Без сравнения с Павлом.

Без мысли о том, как муж отреагирует.

Просто захотелось.

Я спрятала ладони в карманы куртки.

— И что дальше? — спросила я.

— Дальше вы поедете на работу.

— А потом?

— Потом решите, нужен ли вам этот ужин.

— А вам?

Денис посмотрел мне в глаза.

— Я бы пригласил вас еще раз.

— Даже после того, что рассказала?

— Я не собираюсь делать вид, что ситуация простая. Но вы сказали правду. Для начала это неплохо.

Я кивнула.

— Хорошо.

— Только я хочу уточнить одну вещь.

— Какую?

— Вы действительно можете встречаться с другим мужчиной без обмана мужа?

— Да.

— И сами этого хотите?

Я помолчала.

— Пока не знаю, насколько далеко хочу зайти.

— Тогда не торопитесь.

Мне стало неожиданно неловко.

— Вы сейчас предлагаете мне подумать?

— Да.

— Обычно мужчины так не делают.

— Какие именно мужчины?

— Которые приглашают женщину на свидание.

— А я должен убеждать вас согласиться?

— Нет.

— Вот и отлично.

Я рассмеялась.

Денис достал телефон.

— Могу оставить номер. Если решите, что хотите поужинать, напишите.

— А если не решу?

— Значит, увидимся в бассейне и продолжим выяснять, кто быстрее плавает.

— Без обид?

— Постараюсь пережить.

Мы обменялись номерами.

Он продиктовал свой, я набрала сообщение, чтобы у него сохранился мой контакт.

На экране появилась короткая переписка.

«Вера. Бассейн».

Денис посмотрел на телефон.

— Очень информативно.

— А как нужно было?

— Хотя бы «Вера, которая почти победила».

— Тогда я лучше запишу вас как «Денис, который слишком много о себе думает».

— Длинновато.

— Зато точно.

Он улыбнулся.

— Хорошего дня, Вера.

— И вам.

Я села в машину.

Денис отошел от двери, поднял руку на прощание и направился к своей машине, припаркованной немного дальше.

Я проводила его взглядом.

Потом посмотрела на телефон.

Номер был.

Приглашение тоже.

Оставалось решить, что с этим делать.

Весь путь до работы я вспоминала наш разговор.

Не только его внешность.

Хотя ее я тоже вспоминала, чего уж там.

Особенно руки.

И то, как он смотрел на меня, когда я рассказывала про работу.

Но сильнее всего мне запомнился вопрос:

«А чего хотите сейчас?»

Я привыкла принимать решения, исходя из того, что будет удобно завтра.

Заказать продукты, чтобы хватило до выходных.

Перенести встречу, чтобы Павел успел из командировки.

Закончить макет вечером, чтобы утром не подводить коллег.

Нормальные решения взрослого человека.

Только в последнее время я словно разучилась спрашивать себя, чего хочу без всякого продолжения.

Здесь и сейчас.

С Денисом все было неожиданно просто.

Мне нравилось разговаривать с ним.

Нравилось, что он поддразнивал меня, но не старался поставить на место.

Нравилось, что он не принял мое замужество за приглашение к какой-то специальной игре.

И еще мне нравилось, что он не выглядел человеком, который готов всю жизнь ждать чужого решения.

Два месяца отсутствия, о которых он рассказал, почему-то показались мне важными.

Возможно, потому что заранее обозначали границу.

Он уедет.

Я останусь в Ярославле.

Никаких внезапных обещаний, ради которых придется менять привычную жизнь.

Можно просто познакомиться ближе.

Поужинать.

Провести хороший вечер.

И посмотреть, что из этого получится.

Я припарковалась возле офиса, достала телефон и открыла переписку.

Палец завис над экраном.

Я не знала, что написать.

«Спасибо за кофе»?

Слишком официально.

«Мне понравилось»?

Слишком откровенно.

«Я подумаю насчет пятницы»?

Он и так это знал.

Я заблокировала телефон.

Потом снова разблокировала.

В итоге убрала его в сумку и пошла работать.

Жанна заметила мое состояние почти сразу.

— Ты сегодня странная.

Я повесила куртку.

— Вчера я была странная, сегодня я странная. Может, у меня просто характер такой?

— Нет. Сегодня другая разновидность.

— Какая?

— Ты улыбаешься телефону.

— Я еще даже его не доставала.

— Значит, прогресс зашел дальше, чем я думала.

Я посмотрела на нее.

— Жанна, у нас через час встреча.

— Знаю.

— Давай подготовимся.

Она прищурилась.

— Ладно. Но я потом все равно спрошу.

И действительно спросила.

Правда, только после обеда, когда мы наконец отправили заказчику уточненный график.

Жанна зашла ко мне с двумя стаканами кофе и закрыла дверь переговорной.

— Рассказывай.

— Что?

— У тебя кто-то появился?

Я чуть не уронила ручку.

— С чего ты взяла?

— Вера, я работаю с тобой восемь лет. Ты обычно после совещания хочешь кого-нибудь укусить. А сегодня Максим трижды перепутал спецификации, и ты ни разу на него не накричала.

— Я вообще редко кричу на людей.

— Не уходи от ответа.

Я вздохнула.

— Познакомилась с мужчиной в бассейне.

Жанна широко улыбнулась.

— Вот это уже интересно.

— Ничего не произошло.

— Я еще не спрашивала.

— Мы просто выпили кофе.

— Красивый?

Я посмотрела на подругу.

— Жанна.

— Что? Это важный вопрос.

Я не выдержала и улыбнулась.

— Красивый.

— Насколько?

— Не знаю.

— О, значит, очень.

— Он высокий. Спортивный. Темные волосы, немного седины.

— Сколько ему?

— Не спрашивала.

— Женат?

Я замерла.

Жанна сразу заметила.

— Ты не спросила?

— Нет.

— Вера!

— Я сама замужем, если ты забыла.

— Вот именно. Хотелось бы хотя бы понимать, с кем вы пьете кофе.

Я вздохнула.

Она была права.

Мы обсуждали мою работу, его командировки, плавание и отвратительную кашу на упаковках.

Но о личной жизни Дениса я почти ничего не узнала.

— Он знает, что я замужем, — сказала я.

— И как отреагировал?

— Нормально.

— Что значит нормально?

— Спросил, знает ли Павел о наших договоренностях. Я ответила, что знает.

— И все?

— И все.

Жанна села напротив.

— А ты?

— Что я?

— Ты хочешь с ним встречаться?

Я отвела взгляд.

— Кажется, да.

Она некоторое время молчала.

Потом спросила:

— Тебе он нравится или ты хочешь, чтобы Павел начал ревновать?

Вопрос мне не понравился.

Главным образом потому, что я уже задавала его себе.

— Не знаю, — сказала я. — Наверное, и то и другое.

— Хотя бы честно.

— Только не начинай объяснять, что я использую человека.

— Не буду. Но ты же понимаешь, что он не обязан разбираться в ваших семейных проблемах?

— Понимаю.

— Тогда хорошо.

Жанна сделала глоток кофе.

— А что он предлагает?

— Ужин в пятницу.

— И?

— Я сказала, что подумаю.

Она закатила глаза.

— Конечно.

— Что?

— Ты даже свидание превращаешь в согласование проекта.

— Это серьезный вопрос.

— Для тебя — да. Для меня тоже был бы. Но ты не обязана прямо сейчас составлять план отношений до следующего сентября.

Я посмотрела на нее.

— Не обязана?

— Не обязана.

— Спасибо. Теперь можешь уйти. Мне нужно подумать.

Жанна рассмеялась.

— Вот видишь. Неисправима.

Она встала и направилась к двери.

Перед выходом обернулась.

— Вера.

— Что?

— Только не делай того, чего сама не хочешь. Ни ради Паши, ни назло ему.

Я кивнула.

Когда дверь закрылась, я открыла телефон.

Денис ничего не написал.

И это было совершенно нормально.

Он дал мне номер и предложил подумать.

Я сама еще не решила, хочу ли продолжения.

Вернее, решила.

Просто не торопилась признаться.

До конца рабочего дня я трижды начинала сообщение.

И трижды стирала.

К вечеру мне стало настолько досадно от собственного поведения, что я убрала телефон в сумку, не дописав очередное «Добрый вечер».

Дома Павел встретил меня на кухне.

Он был в спортивных штанах и футболке, резал помидоры для салата.

— Привет. Устала?

— Немного.

— Я заказал курицу. Должны привезти через двадцать минут.

— Хорошо.

Я вымыла руки, достала тарелки.

Павел посмотрел на меня.

— Что-то случилось?

— Нет.

— Ты какая-то задумчивая.

Я остановилась возле шкафа.

Опять этот вопрос.

Задумчивая ли я.

Не случилось ли чего.

Почему улыбаюсь.

Четырнадцать лет он умел замечать перемены моего настроения с точностью до нескольких минут.

Раньше мне это нравилось.

Теперь я не знала, насколько хочу делиться.

— На работе много всего, — сказала я.

— Тот проект?

— Да.

Он кивнул.

— Если понадобится помощь с презентацией, могу вечером посмотреть.

Павел не разбирался в дизайне профессионально, зато отлично умел задавать вопросы с позиции обычного покупателя.

Иногда его замечания действительно помогали.

— Спасибо. Пока справляюсь.

— Отлично.

Он закончил нарезать салат.

Мы сели ужинать.

На экране телевизора шел какой-то сериал. Я почти не следила за происходящим.

В какой-то момент Павел выключил звук.

— Вера, мы можем поговорить?

Я медленно положила вилку.

— О чем?

— О нас.

Мне стало неприятно.

Неужели он снова собирался предложить очередное улучшение нашей семейной жизни?

Может, теперь нам следовало установить расписание встреч?

Или начать отмечать свидания в общем календаре?

— Говори.

Павел посмотрел на меня.

— Я понимаю, что тебе последние дни нелегко.

— Мы это уже обсуждали.

— Я знаю. Просто не хочу, чтобы ты думала, будто мне совершенно все равно.

Я молчала.

Он продолжил:

— Мне хорошо с тобой. Я не хочу, чтобы мы постепенно перестали разговаривать.

Я посмотрела ему в лицо.

Выглядел он усталым.

Наверное, день у него тоже выдался непростым.

— Паша, мы разговариваем, — сказала я.

— О работе и покупках. Но я чувствую, что ты стараешься ничего не спрашивать о том, что происходит.

— Потому что мы так договорились.

— Да. Но если какие-то условия тебе не подходят, мы можем их пересмотреть.

Я задумалась.

Его предложение было разумным.

Только я уже не знала, какие именно условия нужно менять.

Запретить встречи?

Тогда Павел останется рядом, но будет ли счастлив?

Попросить рассказывать подробности?

От одних предположений мне становилось плохо. Не думаю, что реальные истории помогли бы.

Сказать, что я хочу развода?

Нет.

Я не хотела.

Во всяком случае, пока.

— Мне нужно немного привыкнуть, — ответила я.

— Хорошо.

Он протянул руку и коснулся моей ладони.

Я не убрала ее.

Мне нравилось, что он старается.

Нравилось, что мы можем сидеть за одним столом, спокойно разговаривать и не превращать каждый вечер в скандал.

Но я вдруг поняла еще одну неприятную вещь.

Я хотела рассказать ему о Денисе.

Не потому, что обязана была отчитываться.

Просто раньше я рассказала бы Павлу обо всем смешном, что произошло за день.

О том, как проиграла соревнование незнакомому мужчине.

Как тот пошутил про мою работу.

Как мы пили кофе, и бариста смотрел на нас с видом человека, которого заставили присутствовать при чужом свидании.

Павел бы смеялся.

Обязательно придумал бы что-нибудь свое.

Но сейчас я не могла рассказать эту историю так, как хотела.

Она была слишком личной.

А если бы я рассказала, мне пришлось бы выбирать, какие подробности опустить.

Впервые за четырнадцать лет мне хотелось оставить что-то только себе.

— Ты завтра снова в бассейн? — спросил Павел.

— Нет. Наверное, в пятницу.

— Ясно.

Он снова включил звук телевизора.

Мы доели ужин.

Потом вместе убрали со стола.

Я помыла чашки, Павел загрузил посудомоечную машину.

Он рассказывал про очередную проверку в гостинице.

Я слушала.

Иногда отвечала.

А сама думала о том, что у меня в телефоне есть номер мужчины, который предложил мне свидание.

И если я захочу, могу написать ему.

Просто взять и написать.

Без необходимости спрашивать разрешения.

Вечером Павел рано лег спать.

У него утром было совещание, и он хотел выспаться.

Я осталась в гостиной.

Включила настольную лампу, открыла ноутбук и попыталась заняться макетами.

Через двадцать минут поняла, что ничего толкового не делаю.

Закрыла рабочую программу.

Взяла телефон.

Нашла контакт.

«Денис. Бассейн».

Я так и записала его после нашей встречи.

Несколько секунд смотрела на экран.

Потом напечатала:

«Добрый вечер. Я подумала насчет пятницы».

Стерла.

Слишком официально.

Попробовала снова:

«Вы еще не передумали насчет ужина?»

Снова стерла.

Я рассердилась.

С какой стати я вообще пытаюсь понравиться мужчине через правильно составленное сообщение?

Мы уже разговаривали.

Он видел меня в шапочке и очках, когда я задыхалась у бортика после неудачной гонки.

Слышал, как я смеюсь с набитым ртом, потому что сама же заказала огромный омлет и пыталась одновременно спорить о дизайне.

Если после всего этого Денис хотел меня пригласить, значит, очередная идеально выверенная фраза ему точно не требовалась.

Я набрала:

«В пятницу могу в половине восьмого. Если предложение насчет ужина еще действует».

И отправила.

Положила телефон на диван.

Встала.

Дошла до кухни.

Налила воду.

Вернулась.

Телефон лежал там же.

Я взяла его.

Сообщение было прочитано.

Ответа не было.

— Ну замечательно, — пробормотала я.

Прошло, наверное, секунд тридцать.

Я успела представить, что Денис уже договорился с другой женщиной. Или передумал. Или решил, что история с замужней незнакомкой ему совершенно ни к чему.

Телефон завибрировал.

«Действует. Выбираю место или у вас есть особые требования?»

Я улыбнулась.

«Главное, чтобы еда не была похожа на кашу с плохой упаковки».

Ответ пришел почти сразу.

«Сложно. Я собирался пригласить вас в ресторан, где подают исключительно гречку».

Я рассмеялась.

Написала:

«Тогда придется искать другой».

«Договорились. Есть хорошее место в центре. Пришлю адрес. Половина восьмого подходит».

Я смотрела на экран и чувствовала, как постепенно исчезает напряжение, с которым прожила последние дни.

Все оказалось проще, чем я представляла.

Никто не требовал объяснений.

Никто не уговаривал.

Я предложила время.

Он согласился.

И теперь у меня было свидание.

Настоящее.

С мужчиной, который мне нравился.

Не с мужем.

Я перечитала переписку.

Потом вдруг подумала о Павле.

Он спал в соседней комнате.

Ничего не знал о моем вечернем разговоре.

И хотя по нашим правилам мне не требовалось рассказывать ему о каждом сообщении, я почувствовала неприятный укол.

Четырнадцать лет мы были друг для друга главными людьми.

Теперь у каждого начиналась отдельная часть жизни, в которой другому отводилось совсем немного места.

Павел уже сделал первый шаг.

Сегодня я сделала свой.

Я открыла заметку с нашими договоренностями.

Перечитала несколько пунктов.

«Новые партнеры должны знать о семейном положении».

Денис знал.

«Встречи не происходят в общей квартире».

Мы собирались в ресторан.

«Мы не требуем интимных отчетов».

Я не обязана была рассказывать Павлу, о чем говорила с Денисом.

Все соответствовало правилам.

Я прокрутила экран ниже.