Читать книгу Дракон с условиями. Целительницу не предлагать! (Любава Ливада) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Дракон с условиями. Целительницу не предлагать!
Дракон с условиями. Целительницу не предлагать!
Оценить:

3

Полная версия:

Дракон с условиями. Целительницу не предлагать!

Я сделала глубокий вдох и зашла за прилавок, нагрела с помощью бытовой магии небольшой чайничек, не забыв перед этим поставить его на специальный камень. Заварила чай и протянула его мэру.

– Марита, три листа шалфея. Я же просил два.

От возмущения я чуть не открыла рот, но было не в моих интересах позволить городскому управленцу закрыть лавочку, поэтому улыбнулась и сказала:

– Это моя, как говорится, дамы вперёд и с песней. Ваш чай на подходе, остывает.

– Очень любезно с твоей стороны, – начал мужчина, – но я люблю горячий чай.

– Просто сегодня так жарко, не находите?

В это время по улице пробежал мальчишка со свежей прессой: он бросил газету прямо в открытое окно. Издание со свежими сплетнями упало в руки мэру. Мужчина выругался – впервые я слышала из его уст настолько яркие эпитеты, адресованные слишком спешащему разносчику. Высвободив пар, он открыл газету и стал её изучать.

Мэр был одним из почитателей тётушки и поэтому частенько наведывался в нашу лавочку. Конечно, его жест – проследить за любимой племянницей обожаемой Тэо – имел свой мотив, но, учитывая, какую тайну я скрываю на жилом этаже, слишком опасную для глаз и ушей мэра…

Тем временем я успела по‑новому вскипятить чайничек и заварить правильный чай. Только сейчас получив ответ на свой вопрос от мэра:

– На улице прекрасная погода, лёгкий ветерок. Уровень пожарной опасности низкий, чего не скажешь о преступности. Может, к тебе поселить на время отсутствия Тэо свою экономку, Марита?

– Думаете, мы с ней вдвоём сможем отбить дом поварёшками? Да и кому нужна наша лавочка?

– Марита, я считаю, что девушке твоего возраста не подобает жить в городе и ходить по нему без сопровождения. Ты знаешь, как сильно я ценю Тэо, но её решение оставить тебя одну очень странное.

– Господин мэр, ваш чай, – я протянула ему кружку как раз в тот момент, когда в лавку зашёл первый настоящий посетитель. Похоже, меня кто‑то сглазил, потому что моим экзаменом перед мэром стало обслуживание самого проблемного человека в Риултоне – миссис Верс.

В лавку вплыла её объёмная фигура. Яркое жёлтое платье со странным цветочным узором, обшитое рюшами. Платья с такой расцветкой и такого фасона изготавливались для девиц на выданье, и, пусть миссис Верс шёл уже шестой десяток и она давно перестала считаться девушкой, она сильно обижалась и устраивала страшные скандалы с пристрастием, если к ней обращались не как к мисс, и всё ещё надеялась удачно выйти замуж. Мне бы её уверенность!

Она подошла к прилавку, нехорошо улыбнулась и бросила на него наполовину начатый пакет с заграничным чаем. Вскинув тонкую нарисованную бровь, она скривилась и начала сразу разбор с пристрастием:

– Девочка, – неприятным, с лёгкой грубостью в голосе произнесла женщина, – вы мне продали бракованный чай. Я требую немедленно вернуть мне деньги, с процентами разумеется, и бесплатно выдать мне настоящий заморский чай.

– Мисс Верс, – начала я, натягивая улыбку, – с чего вы взяли, что чай не заморский? На нём даже имеется печать соседнего королевства, что говорит о его подлинности.

– Ложь! Печать можно всегда подделать! – задрала нос женщина. – Всем известно, что заморские девушки славятся своей неописуемой красотой и точёной фигурой. Я пила целую неделю этот чай, и где моя неописуемая фигура?

Вот с этим как раз проблем не было: фигура была необъятно неописуемая, но, похоже, миссис Верс имела в виду что‑то другое. Впервые я обрадовалась, что горшочек остался наверху: он бы нашёл пару ласковых слов.

– Мисс Верс, так заморские девушки обитают в другом климате и едят свою заморскую пищу. Одного чая недостаточно, чтобы стать такими, как они. Тем более вы пьёте чай всего неделю. Я вам как целитель хочу сказать, что…

– Вздор! – хмыкнула миссис Верс. – Ищите другого поставщика! Я вернусь за чаем через два дня. За настоящим! А то выйду с этим делом на самого императора! Сейчас, в качестве моральной компенсации, требую успокоительный настой. Немедленно!

Я кивнула. Спорить с ней было себе дороже. Я отсыпала в бумажный пакет особенно сильный успокоительный сбор и протянула его женщине. Та фыркнула, развернулась и пошла к выходу. Как только дверь закрылась, проснулся мэр.

Он поставил чашку на прилавок, посмотрел на брошенный миссис Верс пакет с чаем, потом на меня:

– Марита, я пойду. Зайду к закрытию лавки, – он взял с прилавка новый, небольшой горшочек и, проведя над ним рукой, прошептал что‑то на драконьем, а после протянул его мне. – Я зачаровал этот горшок. Если ты сможешь продать сегодня товаров на пять золотых, тогда так уж и быть, я не стану закрывать лавочку. Риултон как‑нибудь проживёт неделю без трав. А ты хорошенько подумай об экономке.

С этими словами он покинул лавку, оставляя меня в полном одиночестве с зачарованным, абсолютно немым и пустым цветочным горшком.


4

Действовать нужно быстро и осторожно. Мэр Риултона своих слов просто так на ветер не бросает. Да, если бы в каждом городе был такой градоначальник, мир бы напоминал рай. Но вот свалилась же я на его голову, а дракон – на мою.

Оглядевшись по сторонам, я внезапно нашла решение, зацепившись взглядом за дом напротив. Там жила моя подруга, маг воздуха Анна. Она как раз вернулась домой на каникулы, отдыхая от учебных будней в академии. Я с горшочком выбежала на улицу, перебежала дорогу и позвонила в звонок. Дверь открыла её экономка, миссис Вутс. Она вначале нахмурилась, а после улыбнулась, увидев меня:

– Мариточка, ты пришла к Анне?

Я отрицательно покачала головой:

– Миссис Вутс, доброе утро. Можете, пожалуйста, передать Анне, что она мне срочно нужна сегодня в лавке? Вопрос жизни и смерти. Так и передайте.

Женщина нахмурилась, но, недолго думая, кивнула, закрывая дверь.

Я бегом вернулась в лавочку – и удачно. В неё успел забраться мелкий воришка – соседский рыжий кот. Он залез на прилавок и пытался выудить лапой кошачью траву. Это растение активно применялось в медицине: лучше всего лечило расстройство кишечника и повышенный метеоризм, но также являлось определённым афродизиаком для представителей кошачьей породы. И сейчас эта наглая рыжая моська, в попытках достать любимое лакомство, распотрошила часть прилавка.

– Я же тебе! – схватила у входа веник и побежала за котом, который успел натворить ещё больших бед, переворачивая по пути горшки и вазоны. С трудом выгнав кота из лавки, я села в кресло, в котором совсем недавно сидел мэр, и, крепко обняв пустой горшочек, всхлипнула, глядя в потолок:

– Мне конец! Это катастрофа!

Дверь в лавочку открылась, и, к моему счастью, на пороге стояла Анна в ярком платье в цветочек, которое обрамляла тонкая полоса кружева. Её каштановые волосы были собраны в высокий пучок, а на плече восседала синяя говорящая птица, привезённая отцом Анны из заморской страны.

– Какой кошмар! Тихий ужас! – воскликнула птичка.

– Брось ты, Коко! – пригрозила Анна птице пальцем, а потом подошла ко мне и обняла: – Что случилось, Мари?

– Катастрофа! Полная… – честно призналась я. – Поверь, вот этот беспорядок – меньшее из бед.

– Рассказывай! – настаивала подруга и провела руками по воздуху, переворачивая обратно горшки и собирая чаинки в небольшую кучу сбоку.

– Вот, видишь! Все проблемы можно решить! – улыбнулась Анна своей особенной лучезарной улыбкой, которая придавала сил.

– Ты будешь в шоке! – воскликнула я, потом взглянула на птицу и уточнила у подруги: – Информация очень опасная и тайная. Могу доверить её только тебе. Твоя птичка может немного погулять?

– У тебя есть брошюры с ассортиментом лавочки? – задала вопросом на вопрос Анна.

– Осталось немного, а что?

– Пусть Коко вставит их в рекламные столбы на площади.

– А он так умеет? – не верилось мне. Подруга рассказывала о разных акробатических способностях своего питомца, но одно дело – ходить по потолку, хватаясь когтями, чтобы не упасть, а совсем другое – раскладывать объявления по нужным столбам.

– Он талантливый, – улыбнулась Анна.

– Тогда это было бы идеальным решением, – тяжело вздохнула я, направляясь к прилавку, где оставалась стопка с рекламными брошюрами.

– Новость первая: тут был мэр и сказал, что, если за сегодня я не продам товаров на пять золотых, он закроет лавку на неделю.

– Ну нет! Вот же… начальство, – фыркнула подруга, а потом её глаза заблестели, и она потребовала с меня красный карандаш.

Я нашла несколько обрубков карандашей и протянула их Анне вместе с брошюрами. Она приняла их и на верхней брошюре красным карандашом стала что‑то писать.

– Анна, это все брошюры. Если тебе нужна бумага…

Подруга не дала мне договорить, развернув листок с её творчеством ко мне. Там была дописана фраза: «Только сегодня цены ниже».

– Что это? – недоумевала я.

– Новая рекламная брошюра, – засветилась от счастья Анна. – Тебе нужны деньги: красная надпись с заветной фразой привлечёт покупателей, и ты получишь свои заветные пять золотых. В столице большая конкуренция, и только такими стимулирующими действиями лавочники живут, процветая.

– Гениально! – не удержалась я, забирая часть брошюр к себе и выводя ту же самую фразу. Сделав десять объявлений, мы вручили их синей птице. Анна дала своему питомцу чёткие команды. Коко вылетел из лавки и сразу же торжественно прокричал:

– Низкие цены у «Травницы»!

Я улыбнулась и плотно закрыла дверь, потом наклонилась к подруге и прошептала:

– Сегодня посреди ночи ко мне порталом перенёсся раненый дракон. Я его вылечила и теперь прячу в своей комнате.

Подруга смотрела на меня с недоумением, хлопая глазами, и после нескольких секунд молчания громко засмеялась.

– Ты чего? Я не шучу, – спокойно проговорила я.

– Мари, во снах может быть что угодно, но это всего лишь сон, шептать необязательно.

– Ты не понимаешь. Это правда, – продолжила я шёпотом, – горшочек следит за ним.

– Правда? Но почему ты не сдала его полисменам?

– Я применила на нём свою силу, да и в состоянии он тяжёлом.

– Ты сошла с ума! – подруга схватилась за голову.

– Анна, время шло на секунды. У него из груди торчала стрела.

– И ты её достала? – спросила подруга, сглатывая слюну.

Я кивнула.

Вдруг дверь в лавке резко открылась, и внутрь зашли две пожилые посетительницы.

– Девочки, – начала одна, в большой соломенной шляпе и в очках, с трудом удерживающихся на носу, – нам птичка на хвосте принесла, что сегодня тут всё раздают даром. Мне нужны капли в нос и снотворное.

– Конечно, – сказала я, подошла к витрине и достала из шкафчика два пузырька с каплями. – С вас пять серебряных вместо десяти.

– Но птичка на хвосте принесла, что сегодня всё даром, – слегка заикаясь, проговорила сухощавая старушка.

– Даром – это значит по самой низкой цене из возможных, – улыбнулась Анна. – Берите, тем более скажу вам по секрету: прошлую партию капель увезли в столицу. Всё из‑за особого секретного ингредиента.

– Оу, – протянула старушка в шляпе, – тогда возьму в двух экземплярах.

– И мне, как у неё, – вызвалась вторая старушка, – и ещё ваш чудо‑чай от несварения.

Обслужив клиенток и дождавшись, пока дверь за ними закроется, я со звоном закинула монеты в горшочек. Этот жест был как бальзам на душу. Вот первый заработок, и почти не в минус.

– Спасибо тебе, – поблагодарила я подругу, – ловко ты с уникальностью придумала.

– Подсмотрела в столичной лавке, – уточнила подруга и зашла ко мне за прилавок. – Иди проверь там своего чудовища и принеси что‑нибудь перекусить. Я так к тебе бежала, что не успела поесть.

– Как тебя маменька и миссис Вутс отпустили ко мне на голодный желудок?

– Они знали, что твоя тётушка не сможет оставить тебя, не заполнив дом съедобными запасами и пирогами. А разве возможно устоять перед пирогами миссис Митч?

– Я ещё не встречала таких людей, – честно призналась я, не в силах сдержать улыбку, вспоминая тётю, – сейчас принесу. Туда, обратно и назад. Если что, почти везде висят ценники с первоначальной ценой.

– Справлюсь, – заверила меня подруга, а я последовала к выходу, прямиком к лестнице, ведущей на жилой этаж.

На кухне взяла графин с водой. Помнила по справочнику целителя, что больному с большой кровопотерей нужно много пить: восстанавливать силы и водный баланс.

Внезапно перед глазами возникла картинка с обнажённым торсом дракона. Да, он ранен, но мало ли что у драконов на уме! Вооружившись перечницей, сотейником и графином с водой, я рванула к комнате. Чем ближе была дверь, тем медленнее я к ней подходила. Как же я так промахнулась? Мужчина у меня в комнате. Ранен. Важное уточнение.

Дойдя до двери, я наклонила голову и прислушалась к доносящимся звукам. Я чуть не потеряла дар речи, когда расслышала диалог. Горшочек рассказывал незнакомцу обо мне!

– Марита однажды забыла выключить плиту и спалила кашу. Представляешь?

Да как он посмел! Рассказывать обо мне, да ещё и представлять в таком виде. Предатель! Прикрыв глаза, я резко потянула за дверь, держа наготове сотейник.

– Принесла обед? – уточнил драконище. Я готова была его убить. Мало того, что он слушает и запоминает все неловкие истории из моей жизни, так ещё и лежит на моих белоснежных простынях, в одних брюках и грязных массивных ботинках, читая мой женский роман с пикантными сценами, который Анна дала на время. Его обнажённый, раненый торс был небрежно перевязан не бинтами.

– Ты сделал перевязку моими новыми чулками? – от возмущения я открыла рот и на всякий случай протёрла глаза – вдруг померещилось.

– Что‑то не так? – он вскинул бровь вверх, а я только сейчас заметила клубящиеся тени, покрывающие пол.

– Что это такое? – полушёпотом уточнила я, указывая пальцем на теневую массу.

– На что похоже? – спокойно спросил дракон, откладывая мою книгу в сторону. – Крис рассказал мне основную информацию о тебе, Марита.

– Кто?

Мужчина указал взглядом на горшочек; тот будто бы выпятил свой керамический живот и принял слово:

– Я всегда мечтал об имени. Крис, значит, кристально чистый и незаменимый принц.

– Крыс ты незаменимый, предатель керамический, – тяжело вздохнула я, сделала несколько шагов вперёд и налила в него немного воды из графина, резко опуская кувшин с водой на тумбочку.

– Я не кованный в печи! Сейчас растаю, как снеговик! – стал возмущаться горшок. Дракон по‑своему заступился за него: взял его в руку и вылил воду на пол.

– Добрая и порядочная девушка чуть не погубила тебя, Крис. Ты точно о ней говорил?

Ох, как же меня злила эта ситуация! Да как горшочек посмел рассказывать обо мне первому встречному, который может погубить мою жизнь? Да, если кто‑то узнает, что я прячу мужчину у себя в комнате, мне до конца своих дней жить в монастыре или ходить старой девой. Ахнула, ставя руки в боки, с трудом сдерживая эмоции, чтобы не начать кричать:

– Нет! Добрая Марита оставила бы вас умирать и побежала вызывать полисменов и будить всех соседей. А глупая Марита применила дар на драконе, который обладает тёмной магией. Знай, я тебя не боюсь! Моя магия, пусть и слабая, но целительная: она исцелит не только твоё тело, но и душу.

Дракон смотрел на меня, не отрывая взгляда. Наверняка прислушивался к каждому слову моей своеобразной исповеди, пропитанной ложью. Боюсь его смертельно, но и выгнать, сдать полисменам не могу, пусть даже он и тёмный. Я целитель, и главное наше правило – спасти, если ещё это возможно.

На мгновение засомневалась в этом постулате, когда ощутила, что теневые щупальца охватывают мои щиколотки и запястья.

– Я ценю твою заботу, девочка, – начал дракон слегка хрипловатым голосом, – как уже говорил, драконы всегда возвращают свои долги. Пусть ты и усугубила ситуацию, применив на мне свою магию.

– Всегда пожалуйста! – выдавила я и вскрикнула: – Прикажи этим штукам не трогать меня!

Он провёл пальцем в воздухе, и тени отступили.

– Ещё одна причина, почему я не должен тебя благодарить. Твоя магия взбесила их.

– Ничего не знаю, – отрицательно покачала головой, – у нас договор. Не больше пяти дней: ты прячешься, исцеляешься и отправляешься туда, откуда пришёл. Кстати, важное уточнение: хозяин стрелы может прийти за тобой и случайно тебя добить?

– Случайно? – хмыкнул дракон. – Он мёртв.

– А другие? – уточнила я. – Я совершенно ничего не смыслю в оружии и в разных заговорах, но сомневаюсь, что стрелок действовал в одиночку.

– Никто не знает, куда вёл портал. Тебе нечего беспокоиться. Так обед будет?

– Будет. По расписанию. Через два часа. Можешь пока поспать, только, пожалуйста, без песен. Никто не должен знать, что тут кто‑то есть. Это важно! А керамический предатель пойдёт со мной.

Я схватила горшочек и бросилась к выходу, как меня окликнул дракон:

– Марита, возвращайся скорее и зови меня по имени – Эдгар.

– Ладно, – сказала я и вышла из комнаты.

5

Эдгар


Я не сразу понял, куда попал. Неужели судьба сыграла со мной злую шутку? Видимо, я повредил артефакт в бою. Я давно наблюдал за приспешниками императора, находясь во главе его оборонительного корпуса и будучи его племянником. Родители относились ко мне с осторожностью после того, как моя светлая сила стала приобретать черты тёмной магии. Императорский оракул, алхимик и несколько доверенных лиц указывали на какое‑то родовое проклятие, которое сможет снять только особый артефакт, принадлежавший вымершему роду великих магов.

Это усложняло задачу, потому что все мои поиски найти следы и узнать о тех, кто мог знать эту семью, заканчивались ничем. Ни одной чёткой зацепки. Но я не останавливал поиски. Тьма в последнее время всё реже подчинялась мне, что могло угрожать не только моей жизни, но и жизням остальных.

В этот вечер в императорском саду было гулянье в честь совершеннолетия принца. Пусть все приглашённые тщательно отбирались, но среди них оказалась крыса.

Маячки, установленные на хранилище императора, оповестили о взломе сокровищницы. Я перенёсся туда артефактом, ведь только с помощью специального семейного артефакта с кровью правителей можно было попасть в хранилище. Попав туда, я оказался в осаде. Среди приближённых императора был предатель, и мне предстояло выяснить, кто именно к этому причастен.

Эти преступники знали, куда пришли. Им не нужно было золото и самоцветы: они пришли за древними родовыми артефактами, и я не мог позволить им завладеть ими.

Усилив тени силовой волной, я стал раскидывать одного за другим преступников, но и они были не из робкого десятка. Среди них были сильные маги, которые умело отбивали мои атаки. Изменив стратегию, я заполнил удушающими тенями территорию хранилища, позволив охранной системе сработать. Хранилище начало уменьшаться и в любой момент готовилось переместиться в покои императора.

Заклинания для этой защиты и артефакты были слишком сильными. Я понимал, что мне придётся отчитываться перед императором, но с теми ранениями, которые маги нанесли мне, управлять тенями было ещё сложнее. Они чувствовали запах крови и с трудом слушались меня.

Осознав, что времени для перемещения осталось совсем мало, я активировал родовой артефакт, висевший на моей шее, в тот самый момент, когда кто‑то пустил стрелу мне в грудь. Артефакт засосал меня в портал уже в бессознательном состоянии.

Когда я пришёл в себя, то обнаружил, что лежу на полу в какой‑то незнакомой комнате и, судя по окружению и висящему на шкафу платью, – девичьей. Куда же меня занесло?

Это точно был не замок и даже не какие‑нибудь столичные покои. Антураж комнаты был устаревшим: странного цвета обои, мебель и фасон платья, которых я не встречал в столице уже несколько лет.

По долгу службы я постоянно сопровождал императорскую чету на разные мероприятия и периодически лично проверял наряды императрицы на предмет отравления. Значит, это была не столица и даже не её окраина. Я не чувствовал особого магического поля, присущего заморским королевствам. Скорее всего, это территория на окраине – туда все новости всегда доходят позже.

Оглядел своё ранение: досталось мне изрядно, но я цел. Уголок глаза зацепился за лежащую неподалёку окровавленную стрелу. Я сразу её узнал. Клан теней включает в себя сильных магов‑оппозиционеров, пытающихся посягнуть на легитимность власти. Особый наконечник с ядом на конце, с которым с трудом справится даже особая регенерирующая сила дракона. Теперь понятно, почему я потерял сознание и неосознанно переместился порталом.

Внезапно я ощутил какие‑то новые движения внутри себя. Крошечный огонёк света появился в районе груди и вытеснял тьму, которая почти заполонила моё сердце. Да, я был доверенным лицом императора, отвечающим за его защиту, но когда тьма брала верх, я становился беспощадным, и с каждым новым днём ощущал, как плохое пересиливает хорошее. Всем членам императорской четы, моей семье, ничего не угрожало: тени привыкли к запаху их крови благодаря амулету, который я носил на шее с того дня, как появилось проклятие. Но прислуге, простым горожанам, послам угрожала опасность, которая могла вылиться в катастрофу в случае потери моего контроля над тенями.

Покупка заброшенного замка в далёких землях, постоянные командировки в горячие точки – всё ради того, чтобы никто не стал свидетелем моей слабости, которая превращает меня в чудовище. Сейчас впервые за много лет я испытал какое‑то новое чувство. Эта чужеродная магия, излечившая меня от яда клана теней, боролась и с моими внутренними тенями.

Прислушавшись, я обнаружил лёгкое сопение и похрапывание на кровати, усыпанной кружевными простынями. Кроме меня, тут было ещё как минимум два разумных существа, и одно из них вылечило меня.

Мне стало любопытно, а ещё нужно было заранее выяснить, с кем я имею дело. Наверняка это какая‑то опытная ведьма с большим магическим даром, раз смогла справиться с такой раной. Стиснув зубы от боли в животе и рёбрах, я присел, дополз до кровати, потянулся руками, залез на неё и увидел спящую на ней прекрасную незнакомку. Она была совсем молода: девчушка с белоснежной гладкой кожей, пухлыми алыми губами и густыми ресницами. Её длинные рыжие волосы небрежными кудрями лежали на подушке, а сквозь тонкую ситцевую ночнушку просвечивали очертания груди. От неё пахло цветами, и я не удержался и прилёг рядом. В голове не укладывалось, как такое робкое и хрупкое существо не побоялось раненого мужчины, свалившегося к её ногам среди ночи. Откуда в ней столько магического резерва? Интересно, есть ли у неё жених? Мужа точно нет: я чувствую её невинность, а ещё то, что в этом доме, кроме неё, нет больше живых существ – только заколдованные. Например, похрапывающий цветочный горшок. Странный предмет для компаньона, но и в нём кроется немалая сила. Кто же ты такая, прекрасная незнакомка?

Я смотрел, как медленно поднимается и опускается её грудь, до которой так сильно хотелось дотронуться. Какое‑то странное желание появилось внутри: захотелось похитить её, закрыть в своём заброшенном замке и никому не отдавать. Странно, очень странно и дурманяще её магия действует на меня.

Вот она открыла глаза, которые оказались ещё прекраснее, чем я представлял. Васильковые, насыщенного голубого цвета. Девушка завопила и вытолкнула меня ногами из постели, а потом ещё и чем‑то треснула по голове. Да уж, это хрупкое создание может за себя постоять.

Она знала, куда бить. На какое‑то время я отключился, а когда пришёл в сознание, услышал её рассуждения. Она что, лечит животных? Сравнила меня с котом? Коровой? Стой, а куда это она тянется своими ручонками? Я ощутил на своём животе чужую горячую ладонь, а когда открыл глаза, увидел, что она лезет руками туда, куда приличные дамы даже не смотрят. Я схватил её маленькую тёплую руку и сказал слегка хрипловатым голосом. Пить хотелось ужасно:

– Обнажённых леди, желающих женить на себе дракона, я находил в своей постели, но чтобы наоборот…

Она стала отнекиваться, говорить, что это не то, что я подумал. Какой же у неё приятный голос. Слушал бы его всю жизнь. Она просто хотела сделать мне перевязку. Боюсь даже подумать, чего, если её рука так стремительно пыталась стянуть с меня нижнее бельё. А когда она сказала правду, мне поплохело. Она думала, что я из клана теней. Значит, и здесь он есть. Не понимаю, с чего она взяла, что у их представителей есть там метка. Никакой уважающий себя мужчина не позволит наносить символ на своё достоинство. Метка, конечно, есть, но особая, магическая, на руке: ощутить её сможет только маг с большим резервом. Мой сейчас был почти на нуле из‑за ранения и неосознанного переноса сюда.

Про драконов девушка ошибалась. В клане, конечно, иногда встречались и они, но ей это знать необязательно. Я внимательно слушал и поражался, сколько в этом цветочке наивности и безрассудства. Конечно, всё это время понимал, насколько она рискует, держа меня здесь. Не закричала, не сдала меня местным властям, не бросила умирать. Этот цветочек не такой хрупкий, как может показаться. Я честно признался ей:

bannerbanner