скачать книгу бесплатно
– А могло быть иначе? – настороженно спросила я.
– Разумеется, – кивнул Брайон. – Честно скажу вам, всегда было иначе, ведь практически каждая девушка была бы рада оказаться женой Дитриха или получить треть его состояния.
– И какая тут связь? – пробормотала я.
– Вы же знаете, что мужчина, который занимается с женщиной до тридцати пяти лет всеми неприличными делами, обязан нести за нее ответственность?
Понятия не имела, но послушно кивнула, чтобы не сбивать Брайона с мысли. И тот с удовольствием мне все рассказал.
Оказывается, тридцать пять лет – первое магическое совершеннолетие, только после него люди считаются достаточно взрослыми, чтобы устраиваться на работу, приобретать имущество или организовывать бизнес. И если кто-то такой взрослый и могущественный, как Дитрих, вдруг соблазнит кого-то не достигшего магического (не путать с обычным!) совершеннолетия, то обязан будет либо жениться, либо компенсировать нанесенный ущерб, отдав треть своего состояния.
С одной стороны, казалось бы, прекрасный закон, защищающий юных (и не очень) девушек, а с другой – настоящая ловушка для мужчин.
– Поэтому многие юные дамы всеми правдами и неправдами пытались склонить Дитриха к подобным отношениям. Потом никто разбираться не будет, что это девушка все начала – указ издадут, заставят выполнять. Мой начальник, разумеется, совсем не монах, не думайте, что вам есть о чем переживать, однако он не слишком жалует прекрасных юных особ, готовых на все ради материального благополучия. Да и их фантазия знатно потрепала ему нервы. Не может же он, в конце концов, ударить барышню, которая голой забралась в его постель? Или казнить за попытку подлить приворотное зелье. Поэтому ваше предложение так его обрадовало. Ему слишком редко в последнее время встречались прекрасные молодые женщины с головой на плечах, – чуть льстиво улыбнулся мне Брайон.
– О, вот как, – вздохнула я, понимая, что мой будущий муж будет весьма проблемным с таким-то опытом отношений. Хорошо хоть, что благодаря абсолютно случайно возникшему в моей голове условию, у Дитриха не будет ненужных предубеждений.
Пока мы болтали, пейзаж за окном не единожды менялся, но чего-то непривычного я не заметила. Обычные деревенские домики – симпатичные, приятные глазу. Радовало, что, когда мы проезжали по городу и деревенькам, я не заметила никаких признаков бедности. В таком мире не пропадешь. Наверное. Утверждать можно будет лишь в тот момент, когда я познакомлюсь с племянниками Дитриха.
Стоило об этом подумать, как карета качнулась, останавливаясь.
– Что ж, мы приехали в фамильную резиденцию Его Высокопревосходительства Дитриха, – слегка возвышенно произнес Брайон, а после ловко выбрался из кареты, придерживая для меня дверь и подавая руку.
Я встала, наконец, на твердую землю, подавив неуместное желание потянуться и размяться, и огляделась. Ого! Ничего себе. Я, конечно, догадывалась, что Дитрих весьма богат, но такой роскоши не ожидала: и фонтан, и идеально ухоженные деревья, и роскошные витые скамейки, которые сверкали так, словно кто-то включил подсветку. Магия, да?
– Мисс Кира, давайте пройдем в особняк, я всем вам расскажу уже на месте. Да и передохнуть не мешало бы.
Передохнуть после пары часов в дороге, где я болтала и ничего не делала? Кто откажется от бесплатного отдыха, тот точно не я!
Трехэтажный огромный особняк впечатлял не меньше всего остального. И даже двери – высокие, трехметровые, казались чересчур величественными. А как такие открывать? Впрочем, ответ на вопрос я получила сразу же: Брайон притронулся к выемке – и двери открылись самостоятельно.
– Проходите, мисс Кира, – Брайон галантно пропустил меня вперед.
Я сделала шаг, как тут же услышала звонкий детский голосок:
– Это наша новая мама?
Глава 2
Воодушевление, радость и восторг заметил бы любой. Я подняла взгляд: очаровательная малышка с золотистыми локонами в длинном розовом платье смотрела на меня с верхних ступенек лестницы. Казалось бы, доброжелательная улыбка и ласковый тон должны были убедить меня в том, что мне рады, но уж больно холодные и хитрые глаза у маленькой красавицы. Настоящая принцесса. Это Амелия?
– Амелия, что ты тут делаешь? – подтвердил мое предположение Брайон. – У тебя же сейчас должно быть занятие по истории магии с достопочтенной Флеммой Энифрог?
– Должно, но как можно пропустить встречу с нашей будущей мамой? – улыбнулась девочка. – Занятия у меня каждый день, а встречи с новой мамой не чаще двух раз в месяц!
– Амелия, как ты можешь? – резкий мальчишеский голос донесся… с потолка?!
Я запрокинула голову и едва удержалась от нецензурной брани: прямо над моей макушкой парил мальчишка с мечом в руке. Судя по блеску металла, меч не игрушечный, а вполне себе настоящий. Я сделал шаг в бок, чтобы встать рядом с Брайоном. Если вдруг что – спрячусь за него. Или даже под него – тут уж от обстоятельств зависит. Лучше позор, чем бессмысленная смерть.
Ну а что? Брайон же помощник Дитриха, генерала, значит, точно не такой беззащитный как я. Впрочем, основной причиной, по которой я посчитала, что из Брайона выйдет неплохой щит от детишек, было другое. Меня эти малыши сейчас точно не пожалеют, а вот мужчину – вполне возможно.
– Что я могу? – почти что пропела девочка.
Ну, по крайней мере, понятно, почему ее за полторы боевые единицы посчитали.
– Не врать так нагло! – фыркнул мальчишка. – Прошлая мама у нас была всего-то месяц назад, а не два.
– Я ведь не хотела смущать новую жену дяди и рассказывать всю правду, – пожала плечами девчонка.
Не хотела? Я едва сдержала усмешку. Очень даже хотела! Прям вот от души старалась. И про каких они «мам» мне тут рассказывают? Брайон скрыл несколько фактов или детишки исказили что-то?
– Амелия, Алекс, пожалуйста, не говорите ерунды! – вздохнул Брайон, устало потерев костяшками пальцев переносицу. – Вы пугаете будущую супругу вашего дяди.
– Она не выглядит напуганной, – сказали у меня прямо за спиной. Третий ребенок? – Уверенной, спокойной – очень даже. Почему так?
– Сложная задачка предстоит в этот раз, – цокнул мальчишка сверху, а потом, словив мой взгляд, неловко отговорился: – Сложно понять, почему вы так спокойны.
Ну-ну, а почему тогда я между строк читала что-то вроде «Как же сложно ее будет отсюда выпроводить?» К счастью, в отличие от Амелии, по выражению лица Алекса можно было понять если не все, то почти все. Хоть какое-то облегчение.
– Наверное, вы влюбились в дядю и теперь верите, что сила любви преодолеет все? – справа от меня показалась малышка с длинными каштановыми волосами.
Только же стояла где-то за спиной! Она телепортировалась или что?! Хорошо, что у меня нервы крепкие с тех самых пор, как младшие проверяли меня на прочность разными способами: и из-за угла выпрыгивали, и всякие странные штуки в постель подсовывали. Ведь, по их мнению, нет ничего более забавного, чем сестра, визжащая от ужаса. Увы, не разочаровала я их лишь в первые пару раз, потом привыкла.
– У вас с дядей будет любовь? – взволнованно спросила девчонка с каштановыми волосами.
Эва, кажется? На вид самая дружелюбная, даже притворства не чувствуется. Но выдыхать и думать, что справляюсь, было рановато: я еще не видела ни Соломона, ни Франсуа-Доминик. Моя интуиция подсказывала, что сии чудные виденья даруют мне немало впечатлений.
– Так, ребята, пожалуйста, вернитесь к вашему уроку, иначе мне придется доложить вашему дяде о том, что тут происходит, – скомандовал Брайон. – Обо всем вы спросите мисс Киру чуть позже, когда я официально представлю вас друг другу.
– А не страшно? Докладывать? – вкрадчиво осведомился Алекс, подлетая к Брайону поближе.
– Почему мне, личному помощнику Его Превосходительства, должно быть страшно? – обиделся Брайон.
– Карма, все дела, – развел руками Алекс, отлетая в сторону. – Ну, раз кармы не боишься, докладывай. Но не ври. Ты никакой не помощник.
– Ага, дядя назначил тебя временным помощником и отправил на поиски мамочки для нас, мы все знаем, – хихикнула Амелия. – Новая мама, хотите знать, зачем наш дядя Дитрих так сделал, почему не позволил настоящему помощнику заняться этим делом?
– Во-первых, уважаемая мисс Амелия, я назначен помощником хоть временно, но официально, а, во-вторых, где ваша воспитательница, которая должна следить за тем, чтобы вы посещали занятия? – Брайон возражал достаточно спокойно, я бы сказала, что даже вяло.
Словно эта ситуация повторялась множество раз, и мужчина ленился спорить.
– Сбежала.
– Снова сбежала, – вздохнула Эва. – Наверняка на поиски любви…
– И почему она сбежала? Она в преклонном возрасте, сомнительно, что ее так уж интересовала любовь, – тяжело вздохнул Брайон.
– Всех интересует любовь! И в пятьдесят, и в сто, и три тысячи лет. Просто некоторые запрещают себе об этом думать, потому и кажется, будто у них нет интереса, – возмутилась Эва, глядя на Брайона укоризненно.
– Да не в любви дела, глупая ты девчонка, – прошипел Алекс сверху. – Ей почему-то Франсуа-Доминик ей не понравилась.
– О, точно! – радостно хлопнула в ладоши Амелия и громко закричала: – Франсуа-Доминик, иди сюда! Познакомься с нашей новой мамочкой.
– Нет, не зовите сейчас! – рядом со мной заорал Брайон, хватаясь за голову.
Было от чего. Сверху донесся громкий рык, а пол подо мной задрожал. После чего из-за угла лестницы на всех парах вылетело огромное золотистое чудовище, похожее на льва, и понеслось в мою сторону. Я краем глаза заметила, как скорпионий хвост (по форме, размер-то соответствовал габаритам мантикоры!) «встретился» с перилами лестницы и те хрустнули, словно их сделали не из дерева, а из пенопласта.
Я не орала от ужаса по одной простой причине: понимала, что последние минуты жизни стоит потратить на добрые воспоминания о семье, а не на страх. Однако мантикора успела затормозить передо мной. Ее морда была так близко к моему лицу, что горячий «фырк» я почувствовала прямо на щеках.
– Франсуа-Доминик, отойди от нашей гостьи, пожалуйста, – очень тихо и очень вежливо сказал Брайон. – Будь хорошей мантикоровской леди и не пугай всех подряд.
Мантикора весьма укоризненно посмотрела на Брайона абсолютно человеческими голубыми глазами, но все же сделала четыре шага назад, села на пятую точку и с абсолютно невозмутимым видом принялась вылизывать правую лапу. Хотела бы я сказать, что мантикора очень миленькая, но два факта не позволяли это сделать: сидящее напротив меня чудовище было ростом с меня, и сзади раскачивался самый настоящий скорпионий хвост, с которого капала какая-то жидкость на пол. Там, где капля упала, пол чернел и дымился.
Что ж, я прекрасно понимала няню: я бы тоже сбежала. Останавливал лишь контракт, где четко был оговорен пробный период – три месяца. Именно столько я должна продержаться в этом поместье, чтобы получить компенсацию от Дитриха.
– Да где слуги, в конце концов?! – рявкнул Брайон. – Почему в поместье тишина и пустота?
– Уволились все, кроме садовника и поварихи, – фыркнул сверху Алекс. – А они не знают, как встречать таких благородных гостей, как наша новая матушка из другого мира.
О, оказывается мальчишка способен и на сарказм. Нехорошо, когда уже в таком возрасте… Впрочем, сейчас, положа руку на сердце, я честно призналась себе: я и мое выживание рядом с чудовищем, которое, если судить по размерам, с легкостью может схавать мою голову и не подавиться, беспокоили меня куда больше морального и психологического состояния незнакомых детишек.
– И дворецкий? Не рассказывайте сказки, он служил у четырех баронов, которые отличались максимально мерзким характером. И ни одного нарекания, – процедил Брайон.
– А! Дворецкий, да? – фыркнула Амелия. – А его Соломон поймал на краже. Очень заинтересовался драгоценной дядиной шкатулкой.
– Соломон его изгнал? – устало спросил Брайон.
– Нет, он его допросил. Вытрепал все нервы. Качественно и профессионально, – сказал Алекс, опускаясь прямо на спину мантикоре и вцепляясь в ее шею.
Разумеется, легкий мальчишка начал скатываться по спине вниз, однако Франсуа-Доминик тут же встала, чтобы он не упал на пол. Внимательная тварюшка.
– Он жив? В здравом уме? – со вздохом спросил Брайон, по которому видно было – новости повергли его в некую пучину отчаяния.
– Ну, как сказать…
– Говори как есть. – На лице Брайона не дрогнул ни один мускул.
– В священники подался, раздает все наворованное, то есть, накопленное богатство бедным, собирается приюты поддерживать. В газете писали, что он даже с аукциона продал коллекцию редчайших вин, чтобы денег на благотворительность хватило…
– Вы его заставили?
– Он сам. Соломон умеет убеждать, – сказал Алекс, надувшись, словно его лично оскорбили.
– Соломон умеет угрожать, – процедил сквозь зубы Брайон. – И я прекрасно знаю, как он это делает.
– Какая разница между угрожанием и убежданием, если человек в итоге выполняет все, что хочет Соломон? – спросила Эва, склонив голову набок. – К тому же, Соломон очень умный, бескорыстный и заботливый. Он избавил этого человека от тяги к плохому! Теперь бывшего дворецкого не интересует ни богатство, ни статус, ни алкоголь.
– Не угрожанием и убежданием, а угрозой и убеждением, – поправил Брайон.
– И как Соломон это делает? – поинтересовалась я.
– Из самого простого – обожает намекать, как любит точить когти о все небольшое, круглое и шарообразное, – вздохнул Брайон. – А когти у него… большие.
Ну, по крайней мере, мне бояться не стоит.
– Никогда не понимала, почему все взрослые мужчины после этих слов поджимают коленки и трясутся от страха, – невинно заметила Эва. – Какая же это угроза?
– Очень и очень суровая, – сказал Брайон, и, заметив любопытный взгляд троих детей, выдавил: – Подробности спрашивайте у дяди!
– Почему у дяди?
– Ты глупый и не знаешь? А мама знает? – ухмыльнулся Алекс, которой точно знал, что к чему. Мальчишка прищурился и вызывающе посмотрел на меня. – Или мама тоже глупая?
– Знаю, – ответила я и улыбнулась успокаивающе Брайону, у которого лицо выражало степень наивысшего ужаса. – Но о таких вещах вам должен рассказывать исключительно ваш папа или тот, кто выполняет его роль.
Что ж, Дитрих, за эту маленькую подставу я даже извиняться не планирую. Любишь детишек – люби и мозги ломать, отвечая на каверзные вопросы.
– Мне кажется, что ты врешь, – фыркнула Амелия. – Чем докажешь?
– Брайон, мы как-то можем связаться с Дитрихом? – спросила я. – Как раз спросим. И не только о том, почему все так бояться угроз Соломона.
– О, давайте свяжемся по магическому шару! – обрадовалась Эва.
– Не только? – спросила Амелия, спускаясь вниз по лестнице. – А о чем еще вы будете спрашивать?
Да-а-а, в здешней «банде» именно эта малышка, напоминающая даже не принцессу, а сказочную фею, главная. Она первая заметила маленькую угрозу в моей фразе. Точнее, я бы не назвала это угрозой, всего лишь легкая проверка – есть ли для этих детишек авторитет, что-то или кто-то, способный повлиять на них.
– Например, про ваше расписание и отлучки с уроков, – ласково сказала я, улыбаясь как можно ярче. – Как ваша мама я должна буду очень внимательно относиться к вашей учебе.
– Ой!
Вот тебе и «ой». Испуганное какое. Как минимум, самого Дитриха племянники слушаются. Уже легче.
– Может позвоним позже по более важному делу? – предложила Амелия, замирая на середине лестницы. – Мой дядя – очень занятой человек, он просил не отвлекать его по пустякам…
– Да и вам надо отдохнуть, – тут же сказал Алекс. – Вы наверняка устали после дороги.
Заботливые какие, а! Просто золото, а не дети.
– Да-да, госпоже Кире очень нужно отдохнуть, а вы… – начал Брайон.
– Мы уже возвращаемся на занятия, – синхронно закивали дети.
– Но, Франсуа-Доминик! К классу магии! – воинственно воскликнул Алекс, и мантикора понеслась по паркету, оставляя знатные вмятины.
– Хм, – фыркнула Амелия, а после что-то произнесла – и за ее спиной возникли крылья, позволив не отставать от химеры, которая на повороте, судя по грохоту, что-то снесла.
– Меня подождите! – закричала Эва и умчалась на поразительной для ребенка скорости следом за сестрой и братом.