Печать Трёх Лун. Свет сквозь тьму

На этот раз вместе с именем пришёл голос — знакомый, тёплый, такой близкий, что сердце болезненно дрогнуло.

«Позволь мне быть рядом. Всегда.»

Лея резко открыла глаза. Она помнила его голос. Помнила то, что чувствовала рядом с ним. Она любит его. И оттого становилось ещё страшнее, что его лицо постепенно исчезало из её памяти.

За дверью послышались шаги.

Лея быстро вытерла глаза.

— Лея? — раздался мамин голос. — Ты ещё не спишь?

— Нет, мам.

Дверь приоткрылась, и мама заглянула в комнату.

— Опять задумалась?

Лея несколько секунд молчала. Ей хотелось рассказать всё. Про Элиар. Про друзей. Про Флика. Про Каэля. Но как объяснить то, во что невозможно поверить?

— Просто вспоминаю свою жизнь, — тихо ответила она.

Мама вошла и присела рядом.

— Ты ведь знаешь, что можешь мне всё рассказать?

Лея кивнула.

— Знаю.

Мама ласково провела рукой по её волосам.

— Тогда не держи всё в себе.

Лея посмотрела на неё. И вдруг поняла, насколько легко было бы остаться здесь.

Не потому, что она перестала любить Элиар. Не потому, что забыла Каэля или Флика. А потому, что здесь ей не нужно было бояться за тех, кто стал ей дорог. Здесь была мама. Здесь не было опасности.Не нужно было никуда идти. Не нужно было снова возвращаться туда, где её ждали неизвестность и ответственность.

Лея опустила взгляд.

Мысль была простой.

Почти невинной.

А что, если остаться?

Она подняла глаза на маму. Та всё ещё сидела рядом и ласково гладила её по волосам. В её присутствии было столько тепла и спокойствия, что Лее на мгновение стало трудно думать о чём-либо ещё. Она могла остаться здесь. Вернуться к своей прежней жизни, ходить в библиотеку, проводить вечера дома, снова чувствовать себя просто дочерью. Ей не пришлось бы больше бояться за тех, кто стал ей дорог, или каждый день ждать новой опасности.

Но вместе с этой мыслью внутри появилось другое чувство.

Она не могла забыть Флика. Не могла забыть друзей. Не могла оставить ту жизнь, которую обрела в Элиаре. И главное — она больше не была той Леей, которая когда-то ушла из этого дома.

— Я люблю тебя, мам, — тихо сказала она.

Женщина улыбнулась и крепко сжала её руку.

— Я знаю.

Лея сглотнула.

— Но мне нужно вернуться.

В комнате стало непривычно тихо.

На поверхности зеркала появился тонкий серебристый свет. Он постепенно становился ярче, отражаясь на стенах и потолке.

Мама посмотрела на зеркало, потом снова на дочь.

— Лея...

Девушка улыбнулась сквозь слёзы.

— Спасибо, мам.

— За что?

— За то, что ты всегда была моим домом.

Серебристый свет разлился по комнате, и знакомые стены начали растворяться. Мама всё ещё сидела рядом, но её очертания становились всё прозрачнее. Лея протянула к ней руку. Последним она увидела мамину улыбку.

А затем всё исчезло. Под ногами снова оказалась влажная трава. Лея резко вдохнула и огляделась. Первородные земли. Она несколько секунд просто стояла, приходя в себя. В груди всё ещё жила боль от прощания, но вместе с ней пришло странное спокойствие.

Она вернулась не потому, что перестала любить Землю. Она вернулась потому, что у неё появилась ещё одна жизнь, которую она не могла бросить.

Лея вытерла слёзы и посмотрела вперёд.

Там её ждали остальные.

Она сделала первый шаг.

Глава 58. Второе испытание ( Каэль )

Каэль медленно открыл глаза.

Перед ним простирался незнакомый лес. Тёмные деревья уходили высоко вверх, переплетаясь ветвями, а между стволами лежал густой серебристый туман.

Каэль сразу понял, что второе испытание началось. Теперь каждый из них должен был пройти своё испытание самостоятельно.

Он сделал несколько шагов вперёд, внимательно всматриваясь в лес. Здесь было непривычно тихо. Ни звука ветра, ни шелеста листвы — только его собственные шаги отдавались среди деревьев.

Внезапно впереди раздался крик:

— Каэль!

Он мгновенно узнал голос.

Лея.

Каэль сорвался с места. Между деревьями показалась небольшая поляна. Лея стояла у самого края каменного обрыва, глядя куда-то в сторону противоположных деревьев. Каэль уже собирался окликнуть её, когда заметил движение за её спиной.

Из серебристого тумана бесшумно вырвалось огромное тёмное существо. Оно бросилось прямо на Лею.

— Лея!

Девушка резко обернулась.

Каэль оказался между ними в тот же миг. Он выставил меч, и удар существа пришёлся прямо на лезвие. Чёрное пламя вспыхнуло вдоль клинка. Каэль с силой оттолкнул тварь, не позволяя ей приблизиться к Лее.

Существо снова бросилось вперёд. Каэль встретил его ударом, отбросил в сторону и, воспользовавшись мгновением, шагнул назад, заслоняя Лею собой.

— Не двигайся! — резко бросил он.

Лея кивнула.

Каэль снова поднял меч.

Существо взревело и рванулось вперёд. Несколько мгновений они обменивались ударами. Чёрное пламя вспыхивало на клинке Каэля, разрезая туман.

Наконец он сделал резкий выпад.

Меч пронзил тёмную фигуру, и та рассыпалась серым пеплом.

Каэль тут же повернулся к Лее.

— Ты цела?

Она кивнула.

— Да.

Он несколько секунд молча смотрел на неё, словно убеждаясь, что действительно видит её перед собой.

— Хорошо.

Лея осторожно коснулась его руки.

— Ты опять меня спас.

Каэль ничего не ответил. Только перевёл взгляд туда, где ещё мгновение назад стояло существо.

Серебристый туман начал подниматься с земли, постепенно скрывая поляну.

Через несколько мгновений всё вокруг исчезло.

Каэль снова оказался посреди леса.

На этот раз вокруг стояли разрушенные стены древнего города. Где-то вдали слышались крики, звон оружия и грохот магических ударов.

Он сразу понял, что находится посреди боя.

— Каэль!

Он обернулся.

Лея была впереди. Она сражалась вместе с остальными, пытаясь отбиться от нападавших. Каэль бросился к ней, пробиваясь через противников.

— Лея!

Она повернула голову на звук его голоса.

И именно в этот момент противник оказался рядом.

Каэль увидел движение слишком поздно.

Удар пришёлся прямо в Лею.

Она пошатнулась.

— Лея!

Каэль рванулся вперёд. Он успел перехватить нападавшего и одним ударом отбросил его. Следующий взмах меча положил конец противнику.

Но Каэль уже не смотрел на него.

Он опустился рядом с Леей и осторожно уложил её к себе на колени. Лея прижимала ладонь к ране, но кровь продолжала просачиваться сквозь пальцы.

Каэль прижал ладонь к её ране, пытаясь остановить кровь.

— Смотри на меня. Всё будет хорошо.

Он говорил это уверенно, почти приказом, словно от одного его голоса всё должно было измениться.

Но кровь продолжала течь.

— Нет...

Каэль усилил давление.

— Держись.

Лея с трудом открыла глаза.

— Я стараюсь.

— Не закрывай глаза.

— Каэль...

— Не закрывай!

Его голос сорвался. Он пытался сделать всё, что мог: зажать рану, остановить кровь, позвать помощь. Но ничего не помогало.

Лея становилась всё тяжелее у него на коленях.

— Пожалуйста... — впервые это слово прозвучало у Каэля почти беззвучно. — Только не ты.

Её пальцы едва заметно сжали его одежду.

— Не вини себя...

— Замолчи.

Каэль покачал головой.

— Я тебя спасу.

Но взгляд Леи постепенно погас. Её рука опустилась.

Каэль застыл.

Он продолжал держать её, не желая принимать очевидное.

— Лея...

Ответа не было.

— Лея!

Он прижал её к себе.

— Нет.

Серебристый свет вспыхнул вокруг них, и Лея исчезла из его рук.

Каэль остался один среди разрушенного города. Он медленно опустил руки, всё ещё не понимая, как несколько мгновений назад она была рядом, а теперь её больше нет.

— Нет...

Серебристый свет снова окутал всё вокруг.

Когда Каэль открыл глаза в следующий раз, перед ним был дом.

Знакомый. Тихий. Никакой битвы. Никакой опасности.

Лея стояла рядом.

Живая.

На ней не было ни единой царапины.

Каэль несколько секунд просто смотрел на неё.

— Каэль, — тихо произнесла она.

Он подошёл ближе.

— Что случилось?

Лея опустила взгляд.

— Мне нужно тебе кое-что сказать.

В её голосе не было страха. Только спокойствие.

— Я хочу вернуться на Землю.

Каэль замер.

— Что?

— Я хочу домой.

Он долго смотрел на неё.

— Почему?

Лея вздохнула.

— Потому что там моя мама. Моя прежняя жизнь. Часть меня всегда будет принадлежать Земле.

Каэль отвёл взгляд. Внутри всё сжалось.

После того, что он только что пережил, одна мысль была почти невыносима: снова её потерять.

— Ты можешь остаться, — тихо сказал он.

— Могу.

— Тогда останься.

Лея посмотрела ему в глаза.

— А если я хочу уйти?

Каэль не ответил.

Он хотел сказать, что не отпустит её. Хотел сказать, что после всего пережитого не сможет снова потерять её. Хотел попросить остаться.

Но разве это было бы любовью?

Или страхом?

Перед ним стояла не беспомощная девушка, которую нужно спасать. Это была Лея — та, которая сама прошла через столько испытаний и имела право выбирать свою жизнь.

Каэль медленно выдохнул.

— Если это твой выбор... я не стану тебя останавливать.

Лея посмотрела на него с тихой благодарностью.

— Спасибо.

Он кивнул.

Это далось ему тяжелее, чем любой бой.

— Я люблю тебя, Лея.

Она подошла ближе и обняла его.

Каэль закрыл глаза. Он чувствовал её тепло и понимал, что ещё немного — и снова придётся отпустить.

Но на этот раз он не пытался удержать.

Серебристый свет начал окружать их. Лея медленно отстранилась.

— Каэль...

— Я знаю.

Он улыбнулся, хотя в глазах стояла боль.

— Иди.

Свет стал ярче.

Лея исчезла.

Каэль остался один.

Несколько секунд он стоял неподвижно. Затем вокруг него стало тихо. Слишком тихо.

И впервые он понял: защитить — не всегда значит удержать рядом. Иногда защитить человека — значит позволить ему самому выбрать дорогу.

Серебристый свет вспыхнул вокруг него.

Испытание закончилось.

Глава 59. Второе испытание ( Ориан )

Ориан медленно открыл глаза.

Первое, что он почувствовал, — прохладу. Воздух вокруг был неподвижным и чистым, а где-то совсем рядом слышалось едва уловимое потрескивание старого дерева.

Он огляделся.

Перед ним стояла высокая арочная дверь из тёмного камня. На её поверхности были высечены древние символы, многие из которых Ориан не видел уже несколько столетий. Руны едва заметно мерцали серебристым светом, словно реагируя на его присутствие.

Ориан провёл пальцами по одной из них.

— Библиотека...

Слово прозвучало почти шёпотом.

Дверь бесшумно открылась.

За ней простирался огромный зал.

Ориан сделал шаг вперёд и остановился. Перед ним уходили ввысь бесчисленные ряды стеллажей. Они терялись где-то под сводами, скрытыми туманной полутьмой. На полках стояли тысячи книг, свитков и древних рукописей. Некоторые были заключены в прозрачные защитные оболочки, другие покоились на каменных подставках, окружённые тонкими линиями магических печатей.

В воздухе витал запах старой бумаги, дерева и пыли.

Ориан медленно прошёл между стеллажами. Он чувствовал древнюю магию, заключённую здесь. Каждая книга хранила чью-то память. Чьи-то знания, ошибки, открытия и надежды.

Для Ориана это место было почти священным.

Он остановился перед длинным столом из светлого камня.

На нём лежали несколько рукописей.

Самая большая из них была переплетена в тёмно-синюю кожу, украшенную золотыми символами. Рядом лежала тонкая книга с серебряной застёжкой, а чуть дальше — массивный фолиант, страницы которого были покрыты древними письменами.

Ориан осторожно коснулся одной из обложек.

В этот момент перед ним возникло сияние.

Внутри него появились слова:

«Выбери то, что должно быть сохранено».

Ориан нахмурился.

Он снова посмотрел на книги.

Каждая из них казалась необычайно ценной. Магия вокруг них была настолько сильной, что Ориан без труда мог представить, какие тайны скрывались внутри.

Он медленно протянул руку к рукописи в синей обложке.

Пальцы почти коснулись её.

Но что-то заставило его остановиться.

Ориан огляделся и тогда заметил ещё одну книгу.

Она лежала на полу возле дальнего стеллажа. Её почти не было видно за пылью.

Ориан подошёл ближе и присел.

Книга выглядела так, словно её не открывали много лет. Кожаная обложка была выцветшей и потрескавшейся. Несколько страниц торчали наружу, а угол переплёта был полностью оторван. На поверхности лежал толстый слой пыли.

Ориан осторожно поднял книгу и провёл пальцами по обложке.

— Как же тебя забыли...

Он посмотрел на остальные рукописи. Те лежали на своих местах, защищённые магией и окружённые вниманием.

А эта книга оказалась просто на полу.

Забытая.

Ориан медленно улыбнулся.

Он не стал возвращаться к столу.

Сев прямо на пол, он осторожно очистил книгу от пыли. Затем раскрыл её.

Несколько страниц почти рассыпались от одного прикосновения.

Ориан замер.

— Тише...

Он положил ладонь на повреждённый переплёт.

Золотистое сияние мягко разлилось по его пальцам.

Магия Ориана была осторожной. Он не пытался восстановить книгу силой. Каждая страница возвращалась на своё место постепенно, словно сама вспоминала, какой должна быть.

Оторванный угол переплёта соединился с обложкой. Трещины затянулись. Пожелтевшие страницы перестали рассыпаться.

Но Ориан не изменил книгу полностью. Он оставил на ней следы времени. Старые страницы остались старыми, потёртая кожа сохранила свои царапины.

Книга просто перестала разрушаться.

Ориан ещё некоторое время молча рассматривал её. Потом поднялся и понёс к столу.

Он положил старую книгу рядом с остальными рукописями.

В ту же секунду зал изменился.

Сотни магических огней вспыхнули одновременно. По стенам пробежали серебристые руны.

А затем перед Орианом появился спокойный безликий голос:

— Почему ты выбрал её?

Ориан посмотрел на книгу.

— Потому что остальные уже были сохранены.

Он провёл ладонью по потрёпанной обложке.

— А эта книга нуждалась в том, кто вспомнит о ней.

На несколько секунд наступила тишина.

— А если в ней нет великих знаний?

Ориан улыбнулся.

— Тогда она всё равно заслуживает того, чтобы её прочитали.

— А если её страницы больше никому не нужны?

— Знания не становятся ненужными только потому, что о них забыли.

Ориан осторожно раскрыл книгу.

На первой странице не было ни названия, ни имени автора.

Только одна короткая запись.

Он прочитал её вслух:

— «То, что забыто, не перестаёт быть частью памяти».

Ориан провёл пальцами по строчке.

— Иногда самое важное хранится именно там, куда никто больше не смотрит.

Серебристое сияние стало ярче.

Вся библиотека будто ожила. Где-то далеко начали перелистываться страницы. По стеллажам одна за другой пробежали тонкие волны света. Древние книги откликались на магию, словно узнавали того, кто пришёл не за силой, а за памятью.

Ориан поднял голову.

Перед ним возникла надпись:

«Те, кто хранит память, достоин её продолжения».

Ориан долго смотрел на слова.

Затем тихо произнёс:

— Память нельзя хранить только в великих книгах.

Он посмотрел на старую рукопись.

— Иногда её приходится поднимать с пола.

Надпись исчезла.

Вместе с ней растворилась библиотека.

Ориан снова оказался в лесу. Вокруг шумели деревья, а сквозь ветви пробивался мягкий свет Первородных земель. На мгновение он не двигался. В его руках всё ещё ощущался вес старой книги, хотя теперь там ничего не было.

Ориан посмотрел на ладони. На лице появилась едва заметная улыбка. Он понял смысл испытания. Мудрость была не в том, чтобы знать больше остальных. Не в количестве прожитых лет, не в древних знаниях и не в способности вспомнить каждое слово из тысячи рукописей.

Мудрость заключалась в способности увидеть то, мимо чего другие проходят, и понять, что ценность не всегда имеет красивую оболочку.

Он уже собирался сделать шаг вперёд, когда вокруг снова вспыхнули руны.

Перед ним появился знакомый безликий голос:

— Испытание пройдено.

Ориан прикрыл глаза.

— Благодарю.

Но голос продолжил:

— Ты выбрал не книгу.

Ориан открыл глаза.

— Что же тогда?

После короткой паузы ответ прозвучал тихо:

— Ты выбрал память.

Серебристый свет окутал его.

Ориан посмотрел вперёд, туда, где среди деревьев уже начинала проступать знакомая тропа. Он сделал первый шаг и только теперь понял: в этой земле знания не просто хранились.

Они ждали тех, кто был способен их услышать.

Глава 60. Второе испытание ( Торен )

Торен медленно открыл глаза.

Перед ним не было ни леса, ни странных существ Первородных земель. Вокруг стояла тишина, слишком глубокая для живого места. Даже ветер будто замер, не касаясь высокой травы, покрывавшей землю.

Торен огляделся. Вдали возвышались тёмные скалы, между которыми стелился густой туман, а над землёй висело бледное серое небо без солнца и лун. Он сразу понял, что оказался в пространстве своего испытания.

Несколько мгновений Торен стоял неподвижно, прислушиваясь к тишине. Затем сделал несколько шагов вперёд. Чем дальше он углублялся в долину, тем сильнее становилось ощущение, будто это место ему знакомо. Он не мог объяснить почему, но каждый новый шаг вызывал странное чувство тревоги.

Впереди показались каменные стены. Торен остановился, всматриваясь в разрушенную крепость. Некоторые башни давно рухнули, камни покрылись мхом, а между стенами пробивалась трава. Он знал это место.

Торен медленно подошёл ближе. И тогда услышал голос:

— Торен...

Он замер.

Голос был настолько знакомым, что сердце болезненно сжалось.

Из-за разрушенной стены вышел человек.

Торен смотрел на него несколько секунд, не в силах произнести ни слова.

— Нет... Этого не может быть.

Человек смотрел на него спокойно.

— Почему?

— Потому что ты умер.

— А ты всё ещё жив.

Торен отступил на шаг и сжал кулаки.

— Я должен был спасти тебя.

— Но не спас.

Эти слова прозвучали спокойно. Без обвинения. И именно поэтому оказались страшнее любого крика.

Торен отвернулся. В памяти начали всплывать обрывки прошлого: крики, огонь, звон оружия, лица товарищей. Те последние мгновения, которые он столько раз прокручивал в голове, пытаясь найти момент, где мог поступить иначе.

Он снова увидел себя молодого, ещё не такого опытного. Увидел бой и то, как один за другим падали его товарищи.

— Я мог их спасти, — тихо произнёс Торен.

Человек перед ним покачал головой.

— Ты до сих пор думаешь, что прошлое ждёт тебя там, чтобы ты однажды сделал всё правильно?

Торен поднял глаза.

— А разве нет?

— Нет.

Вокруг всё изменилось.

Разрушенная крепость исчезла, а Торен оказался посреди того самого сражения, которое долгие годы преследовало его во снах. Вокруг снова бушевал бой, слышались знакомые голоса, а среди хаоса он увидел своих товарищей.

Они были живы.

Торен резко бросился вперёд.

— Я не позволю!

Он рванулся к первому из них, перехватил удар, который должен был его убить, и отбросил противника. Почти сразу услышал крик с другой стороны.

— Торен!

Он повернулся и бросился туда. Другой товарищ оказался в опасности, и Торен успел вытащить его из-под удара.

Потом спас ещё одного.

Ещё одного вытащил из-под рухнувшей стены.

Он действовал быстро, уверенно, не позволяя никому погибнуть. Но стоило ему спасти одного человека, как опасность возникала в другом месте. Торен бросался туда, спасал, возвращался и снова слышал крик.

Он уже почти не замечал происходящего вокруг. Дыхание стало тяжёлым, руки налились усталостью, одежда была покрыта пылью и кровью.

— Ещё одного...

Снова раздался знакомый голос.

— Торен!

Он бросился вперёд.

Но не успел.

Человек исчез во вспышке света.

— Нет!

Торен рванулся следом, но земля под ногами рассыпалась.

Всё повторилось.

Снова.

И снова.

И снова.

Каждый раз Торен пытался изменить исход. Он пробовал другой путь, предупреждал заранее, бежал быстрее, закрывал собой товарищей, звал на помощь, отступал или атаковал первым.

Но результат оставался прежним.

Кто-то всё равно погибал.

Торен тяжело опустился на колени.

— Почему?!

Его голос разнёсся по пустому полю.

— Что мне ещё сделать?!

Никто не ответил.

Перед ним один за другим появились те, кого он потерял. Они стояли молча. Не обвиняли, не требовали ничего. Просто смотрели на него.

Торен опустил голову.

— Я должен был вас спасти.

Один из них сделал шаг вперёд.

— Ты был рядом.

— Но этого оказалось недостаточно.

— Иногда недостаточно.

Торен сжал пальцы.

— Значит, я должен был стать сильнее.

— И тогда ты спас бы всех?

Он замолчал.

Ответа не было.

Другой голос прозвучал совсем рядом:

— А если бы ты стал сильнее, но погиб сам?

Торрен поднял взгляд.

— Тогда...

Он не смог закончить.

Потому что впервые увидел то, чего раньше никогда не позволял себе увидеть.

Не себя, который должен был спасти всех.

А обычного человека, оказавшегося в ситуации, которую невозможно было полностью контролировать.

Он не был всесильным. Не мог остановить каждый удар, не мог знать, где окажется следующий враг и не мог вернуть тех, чья жизнь уже оборвалась.

И никакое количество боли не могло изменить этого.

Торен медленно поднялся. Перед ним всё ещё стояли его погибшие товарищи.

— Я помню вас, — сказал он.

Голос дрожал, но он продолжил:

— Помню каждого. Помню ваши имена, ваши голоса. То, как вы смеялись. То, за что сражались.

На его глазах выступили слёзы.

— И мне больно, что я не смог вас спасти. Мне всегда будет больно.

Он глубоко вдохнул и посмотрел на них.

— Но я больше не хочу превращать эту боль в наказание.

Вокруг стало тихо.

— Я не могу изменить то, что произошло. Не могу вернуться назад и сделать другой выбор. Но могу помнить вас.

Торен сделал шаг вперёд.

— И могу жить так, чтобы ваша память не исчезла вместе со мной.

Один из погибших товарищей улыбнулся. Совсем так, как когда-то.

— Вот теперь ты понял.

Торен замер.

— Что?

— Ты не обязан умереть вместе с нами, чтобы доказать, что никогда нас не забудешь.

Эти слова проникли прямо в сердце.

Торен закрыл глаза. Перед ним один за другим исчезали знакомые лица.

Но на этот раз он не пытался их удержать.

Не кричал.

Не бросался следом.

Он просто стоял и позволял им уйти.

Последним перед ним остался тот, кого он считал своей самой большой потерей.

— Прощай, Торен.

Торрен с трудом улыбнулся.

— Прощай.

Фигура растворилась в мягком свете.

Всё вокруг начало меняться. Разрушенная крепость исчезла, поле боя растворилось, а серое небо расступилось. Тяжёлая тишина постепенно сменилась звуками ветра.

Торен остался один.

Он долго стоял неподвижно, чувствуя, как внутри него что-то изменилось. Боль никуда не исчезла. Память тоже.

Но теперь она больше не была цепью.

Она была частью его самого.

Торен глубоко вдохнул.

— Я вас не забуду.

В этот момент серебристый свет вспыхнул вокруг него.

Голос Первородных земель прозвучал отовсюду:

— Ты не изменил прошлое.

Торен поднял голову.

— Знаю.

— Ты не вернул тех, кого потерял.

— Знаю.

Наступила короткая пауза.

— Но ты перестал позволять прошлому разрушать настоящее.

Торен закрыл глаза.

На этот раз ему не было страшно.

— Да.

Серебристый свет стал ярче, полностью скрывая окружающее пространство.

А затем всё исчезло.

Торен снова оказался на поляне Первородных земель.

Вокруг шумели деревья, а сквозь высокие кроны пробивался мягкий серебристый свет. Всё было именно так, как до начала испытаний: знакомая поляна, трава под ногами, необычные растения и тихое движение леса вокруг.

Несколько мгновений Торен просто стоял, прислушиваясь к окружающему миру. Он помнил всё, что произошло в испытании. Помнил лица тех, кого потерял, и понимал, что теперь память о них больше не была цепью, которая тянула его назад.