Развод. Зимняя сказка в 50

Я понимаю её. Понимаю, что она хочет стабильности и благополучия для нашей семьи. И я хочу того же самого… Но знаю, что это уже невозможно.

***

Сидя перед ноутбуком и рассылая резюме на разные сайты, я отвлекаюсь на звонок в дверь.

От этого неожиданного звука я аж слегка вздрагиваю.

Надеюсь, что это не муж спохватился и лично приехал ко мне. Впрочем, все эти дни от него и звоночка не было. Так что, не думаю, что он решил почтить меня своим приездом.

— Кто там? — подойдя к входной двери, интересуюсь.

— Мам, это я, — слышу хрипловатый голос сына.

Почему-то от его тона становится не по себе. А когда я открываю второпях дверь и вижу на пороге Лёшу с окровавленным лицом, то вовсе застываю на месте в шоке.

— Сынок… Ч-что… Что произошло?! — голос переходит в истерический крик. — Что случилось?! Кто это сделал?!

Глава 20 Никита

Я больше не могу находиться в этой атмосфере.

Безумный взгляд жены, с которым она смотрела на меня, до сих пор стоит у меня в мыслях. Обморок дочери — костью в горле застревает до самой больницы.

— Милый, ты уверен, что всё хорошо? — интересуется мама, застыв у двери такси.

— Да. Всё хорошо, — натягиваю улыбку, чтобы сильно не напрягать родителей. Тем более, после всего, что случилось.

— Рита, поехали, — выглянув из окна пассажирского сиденья, произносит строго отец. — Иначе, сейчас все пробки будем по дороге собирать.

— Да-да, уже иду, — отмахнувшись, мама снова обращается ко мне, положив ладони мне на плечи и заглядывая в глаза. — Не переживай. С Гелей всё будет хорошо. Я уверена.

— Да. Знаю, — киваю ей в ответ и целую в щёку.

После того как мы попрощались, я наблюдаю за уезжающим вдаль чёрным автомобилем, а потом — поворачиваюсь в сторону центральных дверей высотного, десятиэтажного здания.

В нос ударяет запах медикаментов и лекарств. Становится не по себе, дурно. Кривлю губы.

Как же не хочется туда идти.

Мама права: с Гелей, я уверен, будет всё хорошо. Вася, как обычно, просто нагнетает всю обстановку. Не удивлюсь, если она специально это всё задумала, чтобы испортить праздник. Мне кажется, я плохо знаю свою жену. Точнее, плохо знал до сегодняшнего дня.

Наглая, меркантильная и совсем не умеющая себя преподносить. Думает, что показала свои клыки, и я просто так это оставлю? Кажется, я слишком разбаловал и свою жену, и детей, которые смеют огрызаться на меня даже в разгар праздника, перед родственниками.

Стоит пресечь это на корню.

Но ноги словно цепями сковывает, а тело отказывается слушаться. Я словно врастаю в землю, понимая, что меня ждёт там, внутри больницы.

Не хочу. Не хочу идти туда.

Словно прочитав мои мысли, телефон начинает беспощадно пиликать, сигнализируя об уведомлениях. Беру его в руки и смотрю на экран.

Все проблемы словно улетучиваются, как только я вижу присланное сообщение от Анечки. На душе становится так хорошо и тепло, что даже улыбка невольно появляется на губах.

Правда, быстро улетучивается, как только телефон снова начинает вибрировать, но в этот раз от звонка. Василиса. Чёрт. Как же она не вовремя.

В груди натягивается пружина, от которой становится трудно дышать, трудно думать. Мне на плечи, словно огромный мешок камней свалили. Как же всё это надоело. Как же мне надоели эти семейные дрязги.

Терпеть не могу эти праздники.

Но в этот раз, я хочу провести их достойно.

***

Спустя несколько дней.

Наконец-то, мне удалось забыться хотя бы на несколько дней.

Анечка просто кудесница, которая помогла мне не только морально, но и физически. Едя домой, я чувствовал себя моложе лет на тридцать. Впервые со мной такое.

Конечно, Геля, как только ушла Василиса, позвонила мне. У неё оказалось всё хорошо. А новость о том, что я стану дедом только добавила и без того радостное настроение в эти волшебные праздники.

В этот раз они, действительно, удались на славу.

Вот только я понимал, что, вернувшись домой, меня снова ждёт одно разочарование. И я не прогадал.

Как только переступаю порог дома, то тут же сталкиваюсь с сыном, что стоит на лестничном пролёте и недовольно сверлит меня взглядом. Хищным, злым. Словно дикий волчонок, решивший показать свои зубы вожаку стаи.

— Привет, — сухо произношу ему, снимая своё зимнее пальто.

— Ну надо же, — с усмешкой произносит Лёша. — Ты вернулся. И зачем?

— Хватит паясничать, — голос становится злее, как и взгляд, который я направляю на сына. — Не уподобляйся своей матери.

— Уж лучше ей, чем тому, кто променял семью на дешёвую шл_ху, — яростно вырывается из его уст.

От этих слов мне становится противно, неприятно. Я понимаю, что он зол. Но как он смеет снова лезть своим паршивым носом не в своё дело?

Я подхожу к лестнице и поднимаюсь к Лёше, который не отводит от меня своего ненавистного взора.

— Следи за своим языком, — рычу в его сторону. — Лучше, скажи, где Василиса? Она у себя?

— С чего тебя интересует, где твоя бывшая жена? М? — продолжает язвить сын.

— Ты чо несёшь? Какая бывшая жена?

— Думаешь, мама закроет глаза на твои выходки? Она уже собрала вещи и ушла. Так что, думаю, тебе нужно готовиться к разводу. Или сразу свадьбу сыграешь? Правда, думаю, что твой новый брак продлиться ровно до того момента, пока твоя новая пассия не бросит тебя, высосав все деньги.

— Хватит! — огонь, который начинал зарождаться от слов Лёши, перерождается в пламя. Не сдерживая эмоций, хватаю сына за воротник. — Захлопни пасть!

— А что? Ты, правда, думаешь, что она с тобой по любви? Серьёзно? Ха-ха-ха, — выдавливает из себя смех сын. — Ну, правда, такой наивный?!

— Ты даже не знаешь…

— Зато я знаю маму, — ухмылка спадает с губ Лёши. Он стискивает зубы от злости. — И знаю, что такой, как она, тебе больше не найти.

— Ни черта ты не понимаешь.

Я отпускаю воротник сына.

Он ещё ребёнок. Живёт в своих глупых и розовых фантазиях. Пока он не стал настоящим мужиком, пока не вкусил все «прелести» семейной жизни, ему не понять меня.

Поэтому обижаться и злиться на малолетку — не имеет никакого для меня смысла.

— Иди и успокойся, — холодно произношу я, оборачиваясь к нему спиной и поднимаясь дальше по лестнице на второй этаж. — Подрастёшь, тогда поговорим.

— Когда я подрасту, — продолжает он говорить мне в спину. — Не думаю, что мы с тобой увидимся.

— Решил сбежать вместе со своей матерью? Хах. Ну, давай. Тогда наследство…

— Мне плевать на твоё наследство! Я сам решу, как мне жить и что делать. А своё наследство можешь оставить… — он замолкает, задумываясь. — Хотя нет. Вряд ли от него что-то останется в скором времени.

— Ты опять за своё? — остановившись на предпоследней ступеньке, оборачиваюсь в сторону сына. — Я сказал тебе, что ты…

— А я сказал, что ты наивный и старый дурак, который променял семью на какую-то шалашовку!

Снова от этих резких слов Лёши во мне просыпается ненависть. Умом понимаю, что он ещё сопляк. Но даже такой сосунок, как мой сын должен понимать хоть какие-то рамки приличия, за которые нельзя выходить.

— Закрой. Свою. Пасть! — снова начинает бушевать во мне огонь ненависти. — Ты не понимаешь, всей ситуации.

— А, по-моему, отлично понимаю. Тебе на старости лет захотелось развлечься. Ну, вот тебя и охмурила какая-то молодая пустышка. Они все так делают, — спокойно отмахнувшись, сын скрещивает руки на груди. — А ты, как типичный олух, повёлся.

— Я же сказал тебе заткнуться!

Не выдерживаю. Просто нет сил и зла на этого молокососа. Спускаюсь к нему и снова хватаю за ворот. Заглядываю в глаза. В них искрится усмешка, ирония надо мной.

Как он вообще смеет открывать свой рот в моём доме?

Как смеет мне перечить и дерзить? Осуждать? Но самое главное: как он смеет оскорблять женщину, которая стала для меня глотком свежего воздуха?

— Ну и, что ты мне сделаешь? Ударишь?

Я не хочу этого делать. Но, видимо, сильная привязанность и любовь к сыну слишком разбаловали его. Василиса слишком уж была добра и мягка к нему. Вот теперь передо мной и стоит этот наглый выродок, который не боится отцу и слова сказать поперёк.

Я не хочу этого делать. Но свободная ладонь сжимается в кулак. С каждой секундой при наглом взгляде Лёши, меня начинает поглощать ярость, эмоции.

Я не хочу этого делать. Я никогда не поднимал руку на собственных детей. Сейчас понимаю, что зря не делал этого в детстве.

Замахнувшись, я ударяю кулаком прямо в скулу сына.

Я не хотел этого делать.

Но он вынудил меня показать ему настоящее отцовское воспитание.

И отступать я не стану…

Глава 21 Василиса

— Мам, успокойся, — взяв меня за плечи, пытается спокойно говорить со мной сын.

Сквозь синяки и ссадины, сквозь кровавые следы, я замечаю, как уголки его алых губ слегка приподнимаются в лёгкой улыбке.

У меня же сердце останавливается от этой картины. Я не могу ни плакать, ни кричать. В горле застрял огромный ком, а слёзы застыли так и не успев дойти до моих глаз.

Неужели… Неужели это всё сделал мой муж?!

Лёша пусть и пытается выглядеть сильным, весёлым, словно ничего не произошло, но боль всё же даёт о себе знать. Кривя носом, он шикает аккуратно коснувшись пальцами до ссадины на губах.

От этого шика, сердце на секунду ёкает, а тело бросает в дрожь.

— Аккуратней, милый, — провожу ладонью по его прохладной щеке, где ещё нет следов от побоев.

В этот момент, будь рядом Никита, я готова была бы убить его. Неважно чем это обернётся, но трогать собственного сына? Моего сына?!

Я помогаю Лёше пройти внутрь и сажаю его на стул, сама второпях ища аптечку.

[Спустя полчаса]

Обработав раны, я не знаю, как могла сохранять спокойствие. С каждой новой раной, на которую я наносила лекарственную мазь, во мне разгоралось пламя. Огонь ненависти, если это так можно назвать.

И я ещё думала о примирение с этим… уродом?!

Да, он мой муж. Да, он отец моих детей. Но на этом всё. Раньше он был самым близким для меня человеком, теперь чужд. Настолько сильно, что от одного воспоминания о нём становится ненавистно, противно.

Я поджимаю губы, вытягивая их в тонкую линию.

— Скоро заживёт, — словно успокаивая саму себя, произношу Лёше. — Точно заживёт.

Пусть и говорю это, но в голове вертится совсем другое. Как… Как мне заставить это животное страдать так же, как сейчас страдает мой сын?

— Ма-ам, — протягивает Лёша с улыбкой. — Ну всё же хорошо. Скоро и следа не останется. Это же так… — он отмахивается. — Пустяк.

— Пустяк? Ты называешь это пустяком?! — я едва сдерживаюсь, чтобы не перейти на крик. Делаю вдох-выдох. — Это ведь он сделал, да?

Лёша замолкает. Улыбка с его лица резко пропадает. По его бегающим глазам вижу, что я права. Но вместо того, чтобы рассказать мне всё, сын снова натягивает улыбку. В этот раз настолько фальшивую, что выглядит она криво и неестественно.

— Да не-ет, — отмахивается сын. — Знаешь, на улице же скользко, вот я и…

— Не умеешь ты врать, — мотнув головой, перебиваю его. — Так что, не начинай сочинять сказки. Или научись их рассказывать так, чтобы окружающие верили.

— Ну да, — усмехается злобно сын и уводит взгляд в сторону. — Учитель-то у меня хороший есть для этого.

После его слов я замолкаю и поджимаю губы. В руке сжимаю ватку, которой недавно обрабатывала раны Лёши.

Он прав. Есть у него хороший учитель. Только вот непонятно, хорошо, что он его ничему плохому не научил. Или наоборот, плохо, что отца никогда не было рядом с детьми.

Впрочем, Геле это не помешало, чтобы встать на его сторону. До сих пор не понимаю, почему? Зачем она это сделала? Неужели она не видит, как её любимый отец изменился? Он даже не остался с ней в больнице, да ему вообще на наших детей наплевать, как и на собственную семью.

От этих мыслей становится дурно. Тошнота подступает к горлу, вместе со слезами, которые потихоньку начинают замыливать взгляд.

Нет, нельзя раскисать. Не сейчас.

Мотнув головой, я словно пытаюсь отогнать дурные мысли. Быстро смахнув рукавом накатывающие слёзы, я делаю глубокий вдох и начинаю собирать аптечку.

— Сегодня ложись и отдохни, — спокойно произношу сыну. — А завтра мы пойдём в полицию.

— Хочешь, написать на него заявление? — интересуется сын.

— А у меня есть выбор? — усмехаюсь. — Я больше не могу сидеть сложа руки и просто смотреть на его бесчинства.

— Ты ведь понимаешь, что это только обострит ситуацию?

— Понимаю. Но мне плевать. Пусть делает со мной, что хочет. Но я не могу…

Внезапно сын перебивает меня, схватив за плечи и заглядывая в глаза.

— Мам, я понимаю, что ты чувствуешь, — нежным голосом произносит он. — И я сам бы хотел, чтобы его посадили или дали условный срок. Но ты же знаешь, что он просто откупится и всё. У него ещё друзья в органах есть, они его точно отмажут. А нам, он покоя после этого не даст. Так что… Давай, просто будем спокойно жить, — он осматривается. — В нашем доме.

— В нашем доме? — снова усмехаюсь нервно. — Тут места в два раза меньше, чем в доме отца.

— Ну и что? — пожимает он плечами и откидывается на спинку стула. — Я вообще думал, что до окончания универа буду в общаге жить.

— С чего это ты так решил? — непонимающе вскидываю бровь. — В твоём университете ведь уже в курсе, что ты…

— Забыл тебе сказать, — перебивает меня сын. — Думаю, сейчас уже можно. Я не собираюсь поступать на маркетинг.

— Минутку. Но почему? — удивлённо хлопаю глазами. — Это самый престижный вуз в нашем городе и…

— И я не хочу быть таким же как отец, — пожимает плечами сын. — Мне не нужен его бизнес. Я сам всё сделаю.

— Сделаешь… что? — непонимающе смотрю на него. — Ты чего задумал?

Лёша хитро улыбается, но не успевает ответить на мой вопрос, как телефон начинает вибрировать в моём кармане. Беру его в руки и опускаю взгляд на экран.

— Кто это? — сразу интересуется сын и кривит губы. — Этот…

— Нет, — глядя на знакомое имя, я удивлённо хлопаю глазами. — Это Андрей.

— Дядя Андрей? С папиной работы? — сын недоверчиво щурится. — А ему что от тебя надо?

Самой бы хотелось знать, учитывая то, что мы почти никогда не общались вот так, без мужа. Может, он из-за него звонит? Или ещё лучше: по наводке Никиты?

— Не знаю, — удивлённо хлопаю глазами, после перевожу взгляд на сына и тыкаю указательным пальцем в его сторону. — Но к разговору о твоём образовании, мы ещё вернёмся.

Лёша усмехается, а я поднимаюсь и, выйдя с кухни, беру трубку.

Глава 22 Василиса

— Да? — зайдя в комнату, закрываю дверь.

— Алло? Васенька? Это ты? — голос у Андрея на удивление обеспокоенный. Неужели ещё не разговаривал с Никитой?

— Да, это я, — со вздохом произношу, уже выжидая подвоха от этого разговора. — Ты что-то хотел?

— Да. Во-первых, хотел бы поздравить тебя с наступившим праздником…

— Спасибо. И тебя, — от поздравления у меня словно кость в горле застревает. Хороший праздник получился. Ничего не скажешь.

— Да-да, спасибо, — с радостной усмешкой произносит он. — Слышал, что у тебя проблемы появились, я прав? — его голос становится с каждой секундой серьёзнее.

Ну вот. О чём я и думала.

— Я так понимаю, тебе Никита уже всё доложил? — усмешливо уточняю я. — И видимо попросил позвонить… — догадываясь, протягиваю.

— Нет, не просил, просто…

Он замолкает на несколько секунд. Мне становится неловко от этой тишины. В какой-то момент кажется, что связь и вовсе прервалась.

— Алло? — на всякий случай, проверяю.

— Да-да. Я здесь. Просто… Не знаю, как именно мне подобрать слова, понимаешь?

— Если честно, не очень.

Голос Андрея на странность становится совсем растерянным. Неужели, правда, не по подачке мужа решил позвонить. Я бы не удивилась этому, зная, на какие подлости способен Никита.

— Дело в том, что я хочу разорвать бизнес с твоим мужем, — наконец, решительно произносит он.

— Что? — округляю глаза.

Нет. Не скажу, что я расстроена. Наверное, просто шокирована. Ведь Андрей и Никита знают друг друга чуть ли не со школы, а тут раз и разрыв бизнеса. Интересно, почему?

— Ты серьёзно? — не верится мне его словам.

— Я слышал о том, что у него появилась другая. Потом узнал, что он тебе изменяет, так что…

— Подожди. Как именно ты узнал? Он сам тебе рассказал об этом?

— Не совсем. Пришлось подключить кое-какие связи, чтобы проверить, — снова усмехается он.

— Э-эм… — протягиваю, просто не зная, что сказать на это. — И ты узнал, что он мне изменяет?

— Да. Хотел рассказать тебе, как только выяснил окончательно. Но… Как оказалось, ты уже в курсе.

— Так вы с ним разговаривали?

— Немного. Я лишь смог узнать, что ты ушла из дома вместе с сыном.

— А как он отреагировал насчёт бизнеса?

— Мы пока не говорили на эту тему. Как только я узнал всё про тебя и Лёшу, сразу решил позвонить.

— И зачем? Чтобы рассказать мне об этом? Не думаю, что…

— Нет, нет, — неловко усмехается он. — Вовсе нет. Это я так, к слову сказал, чтобы просто описать ситуацию.

— Тогда, зачем именно ты мне звонишь? Не просто же с праздниками поздравить и сообщить, что ты всё знаешь о предательстве моего муженька.

— Хах, — усмехается он вновь, но теперь уже с некой иронией в голосе.

— Что?

— Неплохо подмечено.

— Что именно?

— Предательство муженька. Прямо в яблочко, — снова слышу по голову, что Андрей улыбается. — Поэтому я и не хочу больше иметь дел с такими людьми. Знаешь, как обычно, бывает: если человек предал кого-то близкого, то когда он предаст тебя — лишь вопрос времени. Слышала такое?

— Угу, — задумчиво отвечаю в трубку.

Когда-то я правда слышала такую фразу. Но никогда не предавала ей большого значения, ведь не понимала, как именно можно предать близкого и любимого человека.

Довольно иронично, что в данной ситуации оказалась именно я.

— Так, что ты хотел? — снова возвращаюсь к теме разговора.

— У тебя есть пара минут завтра или сегодня?

— Зачем?

— Я знаю, что Никита просто так не оставит тебя и сделает всё, чтобы сломать тебя. Поэтому я хочу предложить свою помощь.

— Помощь? Это какую же?

— У меня есть для тебя одно дельное предложение, — и снова я слышу в его голосе улыбку.

Глава 23 Василиса

Даже несмотря на его добрый настрой в мою сторону, в слова Андрея мне верилось всё ещё с трудом. Неужели, он правда настолько сильный моралист, что готов предать друга и перейти на сторону его жены?

Нет. Тут явно что-то не так. Прямо сердце сжимается от этого разговора. Чувствую, что тут что-то не так. Но что именно?

Возможно, я сейчас предвзята из-за недавнего предательства. Но лучше быть настороже, чем вовсе расслабиться и продолжать всем доверять.

— Что за предложение? — решила сначала уточнить, что именно от меня хочет друг Никиты.

— Мы можем обсудить это не по телефону? — снова идёт на попятную Андрей.

От его слов мне становится смешно. Но я остаюсь спокойной и холодной, чтобы не выдавать своих эмоций.

Сейчас я пытаюсь действовать как игрок в карты. Лучше не выдавать свои истинные чувства другим, пока не закончится бракоразводный процесс. Только когда я полностью получу свободу, смогу вдохнуть полной грудью воздух. А сейчас — ощущение, что я сижу на бочку с порохом. Наклонюсь влево или вправо — взрыв.

— Для начала мне нужно понять, ради чего именно тебе нужно встретиться со мной, — настаиваю.

— Я же говорю, у меня к тебе…

— Андрей, я это уже поняла. Но и ты должен понимать, что…

— Да-да, извини, — тут же перебивает он меня торопливо и усмехается. — Прости, я не с того начал. Точнее, неправильно выразился. Ты не так подумала, я просто хочу предложить тебе работу.

— Работу?

— Да. Тебе же сейчас нужны деньги, ведь так?

— Откуда ты знаешь?

— Бракоразводный процесс, — начинает перечислять он. — Отсутствие работы, а тебе нужен адвокат, разве не так?

— Так, но… Я пока ничего не говорила про бракоразводный процесс? — начинаю напрягаться.

— Значит, ты не собираешься этим заниматься? — в голосе слышится нотка удивления. — И работа тебе… тоже не нужна? — он замешкался. — Тогда…

— Нет, — перебиваю. — Работа мне нужна.

— Значит, мы встретимся?

— Хорошо. Завтра, в два часа дня. В кафе «Октябрьское» на Майской поляне.

— Оу. Да. Хорошо, — снова слышу, как в голосе Андрея появляется уверенность, а на губах улыбка. — Тогда до завтра?

— Да. До завтра. Не опаздывай.

После этого я кладу трубку. Внутри всё ещё какое-то неприятное предчувствие. Словно сердце ладонью с силой сжимают. Даже мурашки по коже пробегают странно.

Может, не стоило соглашаться? Нет. Я всё-таки хочу узнать, что ему от меня нужно. А если он, правда, решил помочь? Вдруг я упущу шанс просто из-за того, что сама себя накрутила?

— Ма-ам? — внезапно сквозь мысли пробивается голос сына.

Слегка вздрагиваю от неожиданности.

— Ой. Извини. Я не слышала, как ты вошёл в комнату, — делаю вдох.

— Это ты извини, что напугал, — Лёша проходит внутрь и садится напротив меня, на диван. — Ну что? Зачем он звонил? По поручению…

— Говорит, что хочет мне помочь, — заметив недовольно скривлённую моську сына, перебиваю. — И пригласил меня завтра в кафе, чтобы обсудить работу.

— Он хочет предложить тебе работу? — в голосе Лёши слышу то же недоверие, что тревожит немного и меня.

— Думаешь, что это подстава? — с усмешкой произношу ему.

Кажется, я пересмотрела детективных сериалов.

— Ну-у, — протягивает сын. — Странно, что он позвонил почти сразу, как ты ушла от отца. К тому же он его друг и партнёр по бизнесу.

— Он говорит, что хочет разорвать контакт с Никитой…

— Пф. Ну да, — недоверчиво фыркает Лёша. — Терять столько денег.

— Говорит, что не может доверять человеку, который предал самого близкого.

— Благородно.

— Но ты всё же не веришь? — прищуриваюсь.

— Просто считаю, что это странно.

— Вот и я думаю так же, — задумчиво увожу взгляд в сторону.

— Так ты отказалась?

— Согласилась. Просто подумала ну что может произойти такого ужасного на этой встрече?

— Не знаю, — сын пожимает плечами. — Он позовёт отца.

— Даже если так. Твой отец спокойно может прийти ко мне домой, ты это и так прекрасно знаешь. Он знает где я, но как ты видишь ему всё равно.

— Ну здесь тебя хотя бы отделяет дверь и если что можно полицию вызвать.

— Думаешь, он способен напасть на меня? — задаю этот вопрос, но тут же вспоминаю наш последний разговор с мужем на кухне, а после смотрю на ссадины сына. — Впрочем, да. Можешь, не отвечать, — кривлю губы. — В любом случае, вряд ли он нападёт на меня в кафе.

— Может, мне пойти с тобой? — тут же подхватывает Лёша.

— Куда ты со мной пойдёшь? — киваю в его сторону. — Тебе к врачу нужно сходить и дома отлежаться, как минимум неделю.

— Тогда, может, я позвоню дру…

— Не надо, — отмахнувшись, сразу отвергаю его идею. — Ещё кого-то в этот балаган впутывать. Кафе находится недалеко от дома. Я давно его знаю. Там постоянно людно. Так что, ничего со мной не произойдёт. А если так постоянно бояться, то и из дома не выйдешь, — усмехаюсь. — Всё будет хорошо.

— Ну, смотри сама. Но тогда отзванивайся, что и как. И если что, то я сразу…

— Я поняла, — подойдя к Лёше и проведя ладонью по волосам, улыбаюсь сыну. — Если что, то у меня есть свой телохранитель.

***

На следующий день, как мы и договорились с Андреем, я пришла на встречу в кафе. Людей, несмотря на праздничные дни, было действительно много. Начиная от моего подъезда и заканчивая входом в кафе — улицы были забиты семейными парочками и мамочками с детьми.

Зайдя внутрь заведения, в нос тут же ударил запах свежего кофе. От приятного аромата у меня аж голова слегка закружилась.

— Здравствуйте, — тут же подходит ко мне администраторша. — Я могу вам помочь? Вы хотите выбрать место?

— Да. У меня здесь назначена встреча и…

И тут я зависаю, как только поворачиваюсь в сторону одного из столиков, что стоит у окна.

На столе лежат пышный букет роз и небольшой подарочный пакетик рядом. Андрей поднимается с места напротив них и машет мне с улыбкой рукой в дорогом костюме, приглашая за столик.

— Так, вам нужно выбрать место? — выводит меня из состояния небольшого транса администраторша с улыбкой. — У нас довольно…

— Спасибо, — не отводя взгляда от Андрея, перебиваю её. — Я уже нашла.

Она прослеживает мой взгляд и оглядывается на столик. После чего снова оборачивается ко мне с улыбкой.

— Тогда прошу, проходите, — любезно приглашает она меня внутрь ладонью.