Развод. Зимняя сказка в 50

Забавно, что только несколько часов назад, я разговаривала об этом со своей подругой. Доказывала, что Никита не такой, как все. Что он другой. А в итоге… Она оказалась права.

— Я просто захотел снова почувствовать эту жизнь, — поясняет он мне, отходя наконец от зеркала, и вышагивая по комнате, словно озлобленный дикий зверь в клетке. — Я хочу снова почувствовать себя мужчиной.

— Ты и так мужчина. Или я ошибаюсь?

— Не начинай язвить, Василиса! — злобно оглядывается на меня. — Ты знаешь, я это не люблю.

— Кажется, уже не знаю. Кажется, я уже вообще о тебе ничего не знаю, — повернувшись к нему, сглатываю. — Либо я просто начинаю сходить с ума, либо ты сильно изменился.

— Я не изменился, Вася, — он останавливается. — Не драматизируй. Просто я хочу снова зажечь тот огонь внутри, что был раньше. Хочу снова почувствовать себя желанным.

— А рядом со мной… ты больше ничего не чувствуешь?

— Нет. В том-то и дело, что нет, Василиса. Ты уже не та девушка, ради которой я готов был пойти против своей семьи. Понимаешь?

— Значит, ты хочешь раз…

— Даже не произноси это слово! — резко перебивает он меня, подойдя и с угрозой вытянув указательный палец. — Не смей даже думать об этом!

— Но… Поч…

— Я сказал тебе! — повышает на меня голос муж, перебивая. — Не спрашивай и не говори об этом. Никакого развода не будет! Ты меня поняла?

— И что прикажешь терпеть твоих любовниц в своём доме?

— Не переживай, я просто больше не допущу такую оплошность и буду встречаться с Аней в другом месте.

— Что?! — я округляю глаза от шока. — То есть, ты продолжишь мне изменять, а мне приказываешь просто терпеть?

— Именно так, — угрожающе глядя на меня, грубо произносит он. — Ты уже не в том возрасте, чтобы вести себя, как ревнивый подросток. Просто смирись с этим и дай мне почувствовать себя счастливым.

— А я… Что насчёт моего счастья? Ты обезумел, Никита… Я просто не узнаю тебя. Когда ты стал таким? Почему?

— Слишком много вопросов, Василиса. Но могу сказать одно. То что происходит сейчас — твоя вина и ничья больше.

И он, правда, думает, что я всё это буду терпеть?

Глава 10

Все три дня я переваривала эту информацию.

Знала, что муж, действительно, не готов на развод. Зачем, если это помешает его бизнесу? Видимо, за эти годы, он понял, что я сама не в состоянии уйти от него.

Изначально у меня была любимая работа и дело, которым я радела. Но после свадьбы, муж запрещал мне работать, говоря, что он сам добытчик семьи, и это его обязанность.

Конечно, у меня было своё хобби. Я очень любила фотографировать. Но дохода это не приносило. Поэтому, это скорее просто, для души.

И если я, действительно, стерпела бы раньше его эгоизм, то только ради детей. Но сейчас у них собственное будущее, а значит, меня здесь больше ничего не держит.

Любовь? Да. Я люблю мужа. Но жить с предателем страшнее, чем потерять любовь. К тому же, Никита, действительно, изменился. Я поняла это за три дня, которые просто наблюдала за ним.

Он больше не тот юноша, который готов был ради меня горы свернуть. Не тот парень, с которым я начинала свой путь бок о бок. В которого верила, которым дорожила.

Всё это прошло. И мне просто нужно понимать и смириться с этим.

***

Наше время

— Т-ты шутишь, я надеюсь? — первой разрывает напряжённую тишину Геля, глядя на меня. — Мам, это же не правда?

— Не правда, — кивает Никита. — Ваша мама просто устала за эти дни.

— Не так сильно, как ты, дорогой, — с усмешкой отвечаю я. — Так что, думаю развод отлично поможет нам обоим хорошенько отдохнуть и встряхнуться, правда?

Я снова получаю в свою сторону недовольный и презрительный взгляд мужа. От злости он сжимает ладони в кулаки.

— Прекрати, Василиса, — хрипит он, стискивая зубы.

— Что за чушь ты несёшь?! — истерично выкрикивает Маргарита Ивановна, не выдерживая. — Что значит, развод? С ума сошла? У тебя мозг совсем атрофировался?

— Атрофировался он у вашего сыночка, когда тот привёл любовницу в наш дом. И даже сына не особо-то постеснялся, — я складываю руки вместе и смотрю прямо в хищные глаза мужа, который уже готов меня разорвать на части. — Правда, дорогой?

— Заткнись лучше, — словно всё ещё сдерживая себя в руках, муж злится так, что я вижу, как играют желваки на его скулах.

Но почему-то мне уже не так страшно, как было в первый наш разговор. Наоборот, мне словно становится немного легче.

— Любовницу? — удивлённо вскидывает бровь дочь.

— Да. Решил поразвлекаться с молодой девушкой.

— И что? — недоумённо смотрит на меня свекровь. — Из-за этого ты решила развестись? Только потому что муж решил немного погулять?

— Ну, конечно, — усмехается Анатолий Николаевич, скрещивая руки на груди и с прищуром смотря на меня. — Настолько гордая, что легче семью опозорить, чем ссор из избы выносить.

От их слов становится не то чтобы противно, а просто мерзко. Я смотрю на их недовольные лица, которые обращены в мою сторону и просто не понимаю: как они могут поддерживать такое свинство?!

Конечно, вряд ли я должна была рассчитывать на поддержку и заботу с их стороны, но всё же… Это чересчур.

— Вы что сер… — просто недоумевая, не успеваю задать вопрос, как меня перебивает дочь.

— Ты, правда, эгоистка, мама, — внезапно произносит Геля. — Это ты мне такой подарок решила в честь свадьбы подарить? Слухи о нашей семье и косые взгляды из-за развода моих родителей? Я всегда считала, что вы идеальная семья. А ты из-за одной какой-то любовницы решила семью разрушить. Серьёзно?! Не ожидала от тебя такой подлости, — дочь подскакивает с места и грозно смотрит прямо на меня.

На что я просто округляю глаза и не могу поверить, что это говорит моя Геля.

Она серьёзно? Она, действительно, решила перейти на сторону отца?

Но самой неожиданной становится реакция Лёши. Несмотря на то, что он всегда молчалив и спокоен, в этот раз он хлопает ладонями по столу, подражая своему отцу, и вскакивает с места, вслед за сестрой.

— Хватит! — выкрикивает он, на что все присутствующие за столом просто застывают в немом шоке, глядя на сына.

Визуализация героев 4

Лариса Шелест - подруга Василисы. 47 лет, активная и бодрая. Всегда старается найти позитив во всем. Поддерживает подруг. Любит устраивать совместные посиделки.

Глава 11 Василиса

За столом наступила немая тишина.

В воздухе повисло какое-то неловкое молчание. Строгий взгляд мужа направлен на сына, в то время как свёкор и свекровь смотрят на него в шоке, не ожидав, что даже Лёша сможет выйти из себя.

— Сядь и успокойся, — холодно произносит Никита, буравя Лёшу грозным взглядом. — Ты ещё не дорос до того, чтобы вмешиваться во взрослые дела.

— А, да? — иронично подмечает сын. — Значит, я не дорос до того, чтобы иметь права голоса за этим столом? А не ты ли недавно говорил, что я твой наследник и должен вести себя подобающе, м?

— Это другое. Сейчас ты ведёшь себя, как маленький ребёнок. Сядь.

— Думаю, у меня есть на это право, — не прекращает сын, стискивая зубы от злости. — У тебя же нашлось право тр_хаться на стороне с какой-то малолеткой.

— Лёшенька, ты че… — Маргарита Ивановна застывает с открытым ртом и не успевает договорить, как Никита поднимается вслед за сыном из-за стола и, слегка наклонившись в его сторону, впивается звериным взглядом.

— Закрой рот, сопляк, — шипит муж, не отводя глаз от сына. — Ещё слово…

— И что? Что ты мне сделаешь? — Лёша усмехается. — Выгонишь из дома? А кто же будет продолжать твоё дело? Может, Геля, — кивает он в сторону сестры. — Или её подсос, который только и делает, что пытается вам всем угодить?

— Следи за словами! — рыком врывается в разговор дочь.

— А что, тебе что-то не нравится, сестрёнка? Или я в чём-то не прав? Так, скажи. Я даже готов извиниться, — прищуренный взгляд Лёши направляется в сторону Гели. Но дочь лишь поджимает губы. — Какие же вы все одинаковые, — брезгливо бросает он взгляд на всех присутствующих членов семьи. — Вам важно уважение и статус в обществе, который вы сами разрушаете. Но при этом, скидываете всё на маму, которая вам ничего не сделала, — он кривится. — Мерзко, словно я нахожусь в окружении мусора.

— Ты совсем охренел?! — Никита переходит на крик. Я вижу, как в его глазах лопаются капилляры от злости, отчего белки глаз становятся красными. — Перестань позорить…

— По-моему, это тебе следует перестать позориться, — вмешиваюсь я в разговор. — Сейчас ты ведёшь себя, как дикарь.

— Уж лучше вести себя, как дикарь, чем жалкий крысёныш, — переводит на меня свой озлобленный взгляд муж.

— Какая мать, таков и сын, — фыркнув, подмечает Маргарита Ивановна.

— Да, — усмехнувшись, смотрю сначала на свекровь, потом на мужа. — Я заметила.

— Что ты… — злобно оскаливается свекровь в мою сторону, как её резко прерывает Лёша.

— И я рад, что не пошёл вот в это, — кивает он в сторону отца. — Надеюсь, что никогда таким не стану.

— Да как ты… — Никита снова переводит взгляд на сына.

— Спасибо за поздравления, — поджав губы, сын выходит из-за стола. — Можете продолжать плеваться ядом. А я пожалуй, пойду в свою комнату.

После этого Лёша под взгляды присутствующих идёт в сторону выхода. Никита уже намеревается пойти за ним.

— А ну, стоять! Я с тобой не закончил! — кричит он в спину сыну.

— Ну хватит, Никиточка, — успокаивает его Маргарита Ивановна. — Пусть мальчик отдохнёт немного. Успокоится, а потом вернётся, — её строгий и злобный взгляд снова направляется в мою сторону. — Видишь, что ты наделала?

— Я наделала? — снова нервная усмешка слетает с моих губ. — Может, вашему сыну просто нужно было держать свои причиндалы в штанах?

Свекровь шокировано охает. Свёкор подхватывает свою жену, округлив глаза, которые направлены в мою сторону.

— А может, не стоит всё валить на папу? — подхватывает Геля. — Может, стоит сначала на себя посмотреть, мама? — она скрещивает руки на груди, бросая на меня такой же ненавистный взгляд, как и у бабушки. После чего откидывается на спинку стула. — Ты просто жалкая.

От её слов мне становится больнее. Услышать эти слова от мужа или от его родителей — неприятно, но уже плевать. Но когда это говорит твой родной ребёнок, который для тебя дороже собственной жизни, просто невыносимо.

Однако показывать свою обиду не стану. Это лишь усугубит положение и даст свекрови вместе с мужем преимуществ. Поэтому я лишь делаю глубокий вдох и поднимаюсь со стула.

— Знаешь, ты права, — признаю я. — Я жалкая. Поэтому думаю, что мне не место в этой семье, — беру в руки бокал с вином и выпиваю его залпом, после чего ставлю бокал с грохотом снова на стол. — С наступающим Новым годом. Надеюсь, что этот год станет для вас особенным. Это ведь год змеи, верно? Ваш же год, Маргарита Ивановна? — с улыбкой уточняю у свекрови.

— Вот же мерзавка! — верещит свекровь. — Как ты вообще смеешь…

— Приберегите свой яд для следующей невестки. А то обидно будет, если даже слов при знакомстве не найдёте.

— Да ты…

Она не успевает договорить, как я выхожу из-за стола и отправляюсь в сторону выхода. Первым делом хочу поговорить с сыном. Вот только мои планы разрушаются сразу, как только моё запястье начинает сдавливать грубая, мужская рука.

От боли взвизгиваю и оборачиваюсь в сторону мужа, который аж краснеет от ярости.

— Ты с ума сошёл? — от его взгляда и вида, мне снова становится страшно. Ощущение, что передо мной не родной и близкий человек, а обезумевший незнакомец.

— Пошла со мной, — приказывает он сквозь сомкнутые зубы и тащит меня в сторону кухни.

Глава 12 Никита

Я готов убить её.

Растерзать на части.

Как она смеет говорить со мной так? Как смеет позорить меня перед родителями?

Ещё и этот мелкий сопляк, который даже жизни не видел, а уже показывает какой он взрослый. Решил показать всю свою смелость? Ну-ну. Лучше бы тратил энергию в познании маркетинга и готовился к экзаменам, чтобы не опозориться и нормально поступить в институт. Но вместо этого лезет туда, куда его не просят.

Впрочем, это лишь отклик того воспитания, который дала ему моя жёнушка.

Единственное радует, что у дочери есть своя голова на плечах.

Однако меня больше волновало не истерика переходного возраста моего сына, а жена, которая решила продемонстрировать свой характер.

Я и без того ненавижу праздники, так ещё и должен выслушивать её угрозы в мою сторону.

Развод? Ага. Сейчас. Размечталась.

Её высокомерное мнение о себе и своих амбициях, просто выводят из себя. Настолько, что сдерживать в рамках уже становится невозможно. Поэтому, как только вижу, что Василиса повернулась спиной ко мне и, не обращая внимание, на комментарии моих родителей, просто посмела игнорировать семью, я не выдерживаю. Быстро преодолеваю между нами расстояние и хватаю за руку жену.

Она взвизгивает.

Больно? А кто в этом виноват? Нужно было слушать меня, не идти наперекор. Ведь я так сильно это ненавижу…

— Ты с ума сошёл?

Это единственный вопрос, который ей приходит на ум. Сейчас она похожа на загнанного в угол зверька, который всё ещё пытается как-то отбиться от хищника.

И если в прошлом я бы спустил ей всё на тормозах, то сейчас не собираюсь этого делать.

Решила опозорить меня перед семьёй? Решила испортить всем праздник? Что ж, отлично. Я тоже не буду сдерживаться.

— Пошла со мной, — сухо рычу в лицо своей жене, отчего она просто застывает в шоке.

Страшно? Что ж, не нужно было злить меня, когда я просил забыть про ту историю в кабинете.

Она сама вызвала бурю. Теперь у неё есть два варианта: либо утихомирить её своим смирением, либо продолжать сопротивляться, пока та её не уничтожит.

А она это сделает. Ведь эта буря сейчас бушует прямо во мне.

— Ты что творишь?! — как только мы дошли до кухни, я небрежно отпускаю жену, чуть откинув в сторону. Василиса потирает покрасневшую от моей хватки свою кисть руки. — Ты хоть понимаешь, что творишь? Я ведь могу…

— И что ты можешь, Василиса? — я убираю руки в карман и с прищуром смотрю на свою жену. — Что ты можешь?

— Обратиться в полицию, например.

Её слова только пробивают меня на нервный смешок.

— Решила пошутить? Или ты серьёзно думаешь, что сможешь противостоять мне? — ярость закипает внутри, словно бурлящая лава, готовая вырваться наружу. — Правда думаешь, что меня испугает какое-то обращение в полицию?!

Достаю одну руку из кармана брюк и хлопаю ладонью по столешнице от злости. От резкого звука жена жмурится, но не сжимается, как раньше. Продолжает стойко стоять с выпрямленной спиной, словно солдат, который готов к бою.

Неужели возомнила, что готова дать мне отпор? Как же это жалко и смешно выглядит.

— Значит так, Василиса, — глядя ей прямо в глаза, хриплю я, чуть наклонившись к жене ближе. — Сейчас мы выйдем из кухни, и ты извинишься перед всеми. Скажешь, что не подумала и виновата. И…

— И пошлю тебя к чёрту, — перебивает она меня.

Впервые в глазах Василисы я не вижу ни тепла, ни нежности, ни любви. Ощущение, словно передо мной стоит совершенно другой человек. Холодный, сильный. Тот, которого я вижу впервые.

На секунду она даже заставляет меня замешкаться.

И это моя жена? Не верится.

Впрочем, я моментально беру себя снова в руки. Я знаю, что она не сможет долго продержаться. Она не тот человек, который готов столкнуться с трудностями. И даже если решила поиграть в храбрую и показать свой характер, всё это бессмысленно. Ведь с этими трудностями она никогда не сталкивалась. Уж я об этом позабочусь.

— Даю тебе последний шанс, Василиса. Ты закрываешь тему с разводом и приходишь в себя…

— Иначе, что?

— Иначе хуже будет только тебе в этой ситуации.

— Мне? Правда? — она усмехается, чем сильнее злит меня. — Я уже пришла в себя, поэтому завтра меня уже не будет в этом доме.

— Правда? И куда же ты пойдешь?

— Поживу в своей квартире.

— На что?

— Поверь, я смогу найти работу. К тому же, у меня есть…

— Ничерта у тебя нет, Василиса! — криком перебиваю её. — Кому ты нужна?! Ты лишь ничтожество, которое может выживать за счёт меня. И я даю тебе этот шанс. Я лишь прошу не трогать меня, вот и всё!

— Когда я подам на развод…

От этого слова у меня уже голова начинает болеть. Раздражение достигает максимальной точки, отчего я делаю шаг ближе к жене, прижимая её к стенке, и нависаю над ней, оперевшись ладонью о стену.

— Ещё раз повторяю, — рычу ей в губы. — Не. Смей. Даже. Думать. Об. Этом. Поняла?!

Несколько секунд Василиса со страхом смотрит мне в глаза. Она застывает на месте. Наконец-то, сжимается от моего напора.

Неужели дошло? Значит, нужно было просто посильнее надавить, чтобы мозги на место встали?

Однако ощущение выигрыша в этой партии было недолгим. Через секунду я вижу ухмылку на губах жены, что вызывает у меня негодование.

Она что, сбрендила?

— Кажется, я наконец-то начала понимать, — усмехается она. — Боишься последствий брачного договора. Я права?

От её слов в горле застывает ком, а сердце сжимается. Я невольно стискиваю зубы от злости, и уже сжимаю ладонь в кулак.

Как она посмела даже заикнуться об этом?!

Глава 14 Василиса

Я сжалась.

По коже пробегает неприятный мороз. От страха мне словно сдавливают горло. Настолько сильно, что даже пискнуть и не могу.

Уже предчувствуя удар, я жмурюсь. Происходит это невольно, скорее на инстинктах.

Неужели… Неужели Никита способен на такое? Неужели он способен поднять на меня руку и ударить?

Я почти никогда не видела мужа, выходящего из себя. За все двадцать пять лет, лишь наблюдала, как он злится только по работе. Но дома… Дома он был другим.

Нежным, любящим и таким родным для меня. Но сейчас. Сейчас это совсем не тот Никита, с которым я прожила так долго. С которым была в горести и радости. С которым ценила и разделяла все самые значимые моменты в нашей жизни.

Если он ещё и посмеет ударить меня, то это конец.

Но не успевает он опустить на меня свой зажатый кулак, как внезапно позади, на пороге кухни появляется дочь.

— Пап, можешь подойти? — произносит она спокойно.

Никита быстро убирает руку так, чтобы Геля не заметила его действий. Чтобы не поняла, что именно он хотел только что сделать.

Муж оборачивается в сторону дочери и спокойным голосом произносит:

— Подожди меня в коридоре, — просит он. — Я сейчас подойду.

Геля, пожав плечами, выходит в коридор. Как только дочь исчезает за углом, в груди снова сдавливает от страха.

Её отсутствие начинает пугать меня, как и озлобленный взгляд Никиты, который снова направляется в мою сторону.

Он же не решится продолжить?

Он же не ударит меня, верно?

Впрочем, если честно, я готова ко всему.

Если Никита поднимет на меня руку вновь и закончит начатое, то в голове уже обрисовываются события, которые последуют дальше. Мало того, что я подам на развод из-за его измены, ещё и в специальные органы обращусь. Но просто так этого не оставлю.

Знаю, что у него есть связи. Знаю, что деньги решают всё. Но вряд ли он сможет пойти против медицинского заключения.

Однако муж пусть и скалит свои зубы на меня, но всё же больше не распускает руки. Он уводит их чуть назад, словно пытаясь показать мне, что трогать не намерен. Не знаю, боится ли он, что Геля в коридоре всё услышит, или же просто спала с разума пелена агрессии, но в глазах мужа появляется толика разумности и осознанности.

— Я ещё раз предупреждаю тебя, Василиса, — он выставляет указательный палец в мою сторону. — Если ты посмеешь подать на развод — тебе же будет хуже.

— Думаешь, я боюсь этого? — сделав глубокий вдох, набираюсь сил, чтобы ответить ему. — Думаешь, мне не всё равно?

— Возможно, сейчас ты, правда, такая смелая. Но не боишься, что это затронет твоего любимого сына? М?

— Ч-что? — в горле начинает пересыхать, а глаза невольно округляются от его слов. — Что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу сказать, Василиса… Нет. Я хочу предостеречь тебя, чтобы ты не делала глупостей. Просто продолжай жить так, словно ничего не было. Не позорь ни семью, ни себя. Тебе ясно? Я не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал от твоих необдуманных действий.

От его предупреждения теперь мне действительно становится не по себе. Мало того, что страх за собственную жизнь окутывает моё тело, так теперь ещё он имеет право приплетать сюда нашего сына!

Я не понимаю… Я просто не понимаю его.

Неужели ему настолько важно оказаться правым в этой ситуации, выиграть, что он готов не жалеть никого вокруг себя. Включая и собственного сына?

Но готова ли я продолжать терпеть эти выходки? Тем более, после того, что произошло только что.

Опустив голову, поджимаю губы. Пытаюсь сдержать слёзы изо всех сил, чтобы не показывать их мужу. Сжимаю ладони в кулаки до такой степени, что чувствую как пальцы впиваются в ладони.

Нужно успокоиться. Нельзя показывать слабость. Особенно, перед Гелей.

Ещё несколько раз сделав глубокий вдох, я поднимаю взгляд на мужа и, ничего не говоря, молча и игнорируя его, иду в сторону выхода.

Ошарашенно взглянув на меня, Никита на секунду приходит в небольшое смятение. Но быстро берёт себя в руки, снова натягиваю гримасу холодности и безразличия.

— Очень надеюсь, что ты поняла и признала свою ошибку.

Ну что ж, милый. Надейся…

Глава 15 Никита

Я едва-едва сдержал себя.

Если бы не дочь, неизвестно, что натворил бы. Внутри меня разгорается такая безумная буря ненависти и злобы к Василисе, что рассудок начинает мутнеть.

Мне не нужен развод. Мне не нужны лишние проблемы. Но и если жена продолжит гнуть свою линию, то отступать не буду.

Слишком многое стоит на кону, чтобы просто сюсюкаться с ней. Лучше забрать всё и сразу, чтобы она понимала, что не способна ни на что. Чтобы не открывала рот лишний раз, когда её не спрашивают. Поэтому легче надавать на самое больное, что у неё есть, чтобы она знала своё место.

А единственное больное — наш сын.

После его сегодняшней выходки, я вижу, как сильно он похож на мать. Я долго ждал наследника. Был рад ему. Но сейчас, глядя на выросшую копию себя внешне, я просто не могу сдерживать негативные эмоции, видя, как сильно характером он похож на жену.

Меня раздражает, что он смеет осуждать меня. Мелкий крысёныш не заслужил того, чтобы хоть как-то влезать в разговор взрослых. Самому ещё нужно обжиться и набраться хоть толики мозгов, перед тем, как что-то вякать.

Единственная отрада, которая остаётся у меня — дочь.

Неужели мне и правда придётся задуматься над тем, чтобы отдать всё своё состояние в руки другого человека. Не близкого мне кровно, но надёжного.

Впрочем, об этом задумываться нужно позже. Возможно, у сына хоть немного встанут мозги на место, когда он вырастет. Просто сейчас он не понимает меня, не понимает эту жизнь. Она не так проста, как рисуется в его розовых, подростковых фантазиях. Так что, время, я думаю, ещё есть.

Сейчас главное напугать жену. Сделать так, чтобы она наконец-то выбила этот бред про развод из своей головы.

Когда она снова смотрит на меня и молча уходит, внутри возгорается неприятное и противное чувство.

Она теперь ещё и смеет игнорировать меня?

Очень надеюсь, что она всё поняла и осознала. И что ей просто требуется немного времени.

Ничего. Она ещё успеет прийти в себя. А нет, значит, буду разговаривать с ней по-другому.

Но нужно всё же держать себя в руках. Не хотелось бы ещё скандала с её стороны по поводу моей несдержанности. Как бы ни было сложно, я должен сохранять спокойствие. Уверен, что всё уляжется: рано или поздно.

Выхожу в коридор, вслед за Василисой, которая направляется в сторону лестницы на второй этаж. Провожаю её хмурым взглядом, который тут же замечает дочь. Вместе со мной, она наблюдает за матерью, а после скрещивает руки на груди.

— Надеюсь, ты не дашь ей разрушить нашу семью? — грозно глядя на меня, уточняет дочь.

— Всё будет хорошо. Не переживай, — успокаиваю.

— Очень надеюсь. Её выходка только показывает, что она уже совсем с ума сошла.

От слов Гели становится неприятно.

— Она твоя мать, — грозно посмотрев на дочь, напоминаю ей. — Тебе не следует так говорить о ней.

После моих слов, Геля слегка поджимает губы и опускает руки.

— Ты прав, — признаёт она. — Прости.

— Не за чем передо мной извиняться. Просто следи за словами. Не хочу, чтобы ты стала такой же, как и Лёша. Говорила не подумав.