Песнь Звёздных Всполохов. Свет

– Оу, потише, – Рес улыбнулся и придвинулся ко мне ближе. – Ты говоришь про незаконные вещи.

– Незаконные?! – воскликнула я.

Неужели Поррима хотела меня подставить? Уже представляю, как я приезжаю на рынок, спрашиваю у всех об этом камне, и меня с большим удовольствием сдают стражникам.

– Пойми, всё что касается Накопителей и манипуляций с ними – незаконно в Астрамерии. Но зачем тебе он?

– Мне нужно вызволить Прозерпину из плена Юпитера. Вообще-то, этот гениальный план предложил мне один добрый друг.

– Кто?

– Я не скажу тебе. Не сдаю своих. Хотя, возможно, она хотела меня подставить…

– Она?

– Неважно, – я сделала глоток.

Нет, вряд ли Поррима такая. Она хотела помочь. Просто иного выхода нет, я не смогу материализоваться, где захочу, поэтому мне пришлось бы тайно проникнуть в дом, и также тайно вывезти свою подругу. А Поррима подсказала способ, только и всего.

– Кирия, ты должна мне обо всём рассказывать, – Рес взял меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. От его прикосновения у меня поползли мурашки по коже.

– Я тебе ничего не должна, – сказала я, убирая подбородок.

– Это ради твоей же безопасности…

– Эй, у вас всё хорошо? – вмешался Вольф, стоявший всё это время в другом углу бара.

– Да, всё отлично, – ответил Рес. – Друг, налей девушке ещё, у неё закончился коктейль.

– Кирия? – Вольф посмотрел на меня. Он хотел услышать от меня, что у нас всё хорошо. Я кивнула.

– Да, Вольф, пожалуйста, сделай мне ещё коктейль. У нас всё хорошо, это такая прелюдия. Понимаешь, мы с моим другом любим так развлекаться перед тем, как приступить к делу.

– А, понял, – хохотнул Вольф. – Ну как, понравился бассейн?

– А как ты понял, что я плавала? – спросила я.

– О, я выходил за льдом. Ты меня даже не заметила, с таким наслаждением плавала. Я рад, что тебе тут нравится, – подмигнул мне Вольф и ушёл за шейкером.

Я посмотрела на Реса, но ему, почему-то, не было весело.

– Кирия, прошу тебя. Кто сказал тебе про кристалл?

– Ладно-ладно. Вон та девушка, Поррима. Смотри, – я пыталась найти глазами блондинку, но её нигде не было. – Странно. Она была тут со своим парнем. Поррима – это помощница…

– Таролога, да, знаю. Как вы вообще об этом заговорили?

– Ну, я сказала ей, что хочу помочь Прозерпине и узнать больше об убийствах.

– И ты решила обратиться к картам, серьёзно?! – на лице Реса появилась усмешка. – Уж лучше и дальше бегай вместе с Аэлем в поисках улик, мисс детективша.

– Но постой, объясни мне, почему вы верите звёздам, но не верите картам? – в голове не укладывалось. На Земле люди, которые занимались Таро, ещё и составляли гороскопы, и всё у них сочеталось.

– Это разные вещи, – возразил Тёмный. – Одно дело смотреть на небо и видеть звёзды, видеть Накопители, энергию Души. И совсем другое – трактовать картинки, которые выпадают в рандомном порядке. Хотя многие верят в это. Я бы сказал, в отчаянии к ним приходит вера.

– Но не ты?

– Я дитя звёздных циклов. Мою судьбу определяют звёзды, а не карты.

– Мы сами определяем… – тихо сказала я и тут же осеклась. Думаю, для Астрамерии, где всё подчинено космическим ритмам, сказать, что человек сам влияет на свою судьбу – значит совершить преступление государственного масштаба.

Я задумалась. Что-то логичное было в его словах. Однако я не оставила своей идеи навестить Таролога вместе с Прозерпиной.

Вольф принёс мне новый бокал, и я сделала большой глоток.

– И как святоша отпустил тебя сюда? – спросил Рес, наблюдая за тем, как я пью.

– А я не отпрашивалась, – сказала я. – Слушай, Вольф, давай чего покрепче?

Бармен кивнул и полез за бутылкой виски. Другое дело! Надоело пить лимонады. Антарес явно наслаждался, глядя, как я напиваюсь. Какое-то время в ожидании шоу мы ещё пили, придумывая дурацкие тосты, и болтали о всякой чепухе.

Рес рассказал, как, будучи маленьким ангелом, перемещался куда хотел и делал пакости. Как разбивал вазы во дворце Гелиоса, воровал фрукты на рынке в Тригоне Воды, пугал животных в Тригоне Земли, забирался в потайные кабинеты Ялактоса и потрошил папки с документами.

– Зачем ты всё это делал? – смеялась я, слушая его истории. Возможно, половину из этого он выдумал, просто чтобы повеселить меня. Но звучало очень правдоподобно.

– Мне было скучно, – пожал плечам Рес. – В этой Астрамерии совсем нечем заняться, особенно когда ты Страж Юга. Твоя судьба определена, тебе остаётся просто ждать своего часа вступления на службу.

– А чёрный рынок – это тоже от скуки?

– Скорее для души.

Я залилась смехом.

– Что смешного? – Тёмный сделал вид, что обиделся. – Я серьёзно говорю, мне нужна была отдушина.

С ним было весело. Веселее чем с Аэлем, настроение которого часто менялось. Пусть Антарес и общался со мной, только чтобы я доносила на Светлого ангела, а всё же наше общение доставляло мне удовольствие.

За беседой я не заметила, как стемнело. В зале было полно народу, свет приглушили, над сценой загорелись софиты.

– Начинается. Кстати, странно, что Рафаэль так и не явился за тобой, – шепнул мне Рес, когда всё внимание обратилось к сцене.

– Не знаю, мы с ним вроде как поссорились.

– Что же ты молчала? – обрадовался Рес, но я не успела порадовать его деталями наших непростых взаимоотношений со Светлым, потому что на сцену вышел фокусник.

Высокий и тощий, в помятом костюме и дырявой шляпе с широкими полями, фокусник выглядел как бездомный. Вдруг он взмахнул рукой, и его обноски сменились на дорогой смокинг, а шляпа превратилась в головной убор настоящего кабальеро. По залу пронеслись аплодисменты.

– Почтенные астрамерийцы и астрамерийки, добрый вечер! – он поклонился всем, затем посмотрел в сторону Лео, который к тому времени занял место на одном из диванов и вновь склонил голову. – Прошу прощения, что заставил себя так долго ждать. Затмение не позволило мне совершить материализацию. Пришлось воспользоваться общественным транспортом. И я всё ещё в ужасе!

В зале раздался смех. Так вот оно что. Прозерпина говорила, что есть периоды, в которые материализация не работает. Тогда, во время Малых Астралий, Астрамерия совершала оборот, и никто не мог перемещаться. Видимо, это же касается и Затмения. Вот почему Аэля всё ещё нет. Он не может материализоваться, а его машину забрала я…

– Разрешите представиться, моё имя Гермес. Я прибыл к вам из Тригона Воздуха, и готов показать программу наивысшего класса. Прошу обратить внимание на первый номер, который называется «Звёздный путь».

После объявления номера Гермес взмахнул руками, и они облачились в белые перчатки. Он стал махать ими, словно дирижёр, и от его взмахов в воздух выбрасывались искорки света.

Искорки застывали над потолком, словно маленькие звёздочки, образуя скопления наподобие созвездий. По залу пронеслись восхищённые возгласы.

Свет в зале погас, Гермес быстрее зашевелил руками, разбрасывая искорки света по всему пространству виллы, и вскоре потолок стали украшать сотни таких маленьких звёздочек.

Гермес в последний раз взмахнул руками, и звёзды закружились над головами гостей. Я задрала голову и с упоением наблюдала звёздный танец.

– Это простой трюк с использованием кристаллов, впитывающих энергию, – Рес наклонился ко мне близко, приобняв за талию, и тихонько говорил. – Похожи на тот, что запоминает энергию Накопителя. Кристаллы наверняка находятся у него в перчатках, на каждом пальце. Они впитали энергию звёзд, и сейчас он создаёт их иллюзии.

– Очень правдоподобно, – прошептала я, не отстраняясь от Тёмного.

Толпа по бокам сжимала нас, и я ещё плотнее вставала к ангелу. Он не убрал руку с моей талии, даже когда в зале добавили света, а Гермес вышел на поклон.

– Следующий фокус называется «Парад планет», – объявил Гермес после аплодисментов.

Фокусник отошёл к заднику сцены, где оставил до этого небольшой саквояж, и достал из него круглое стекло размером с его голову. Он приподнял текло над собой и показал всем присутствующим. Диск был абсолютно прозрачен, лишь по самому краю поблескивала тончайшая серебряная оправа.

– Это астральный объектив, – пояснил Гермес тихим вкрадчивым голосом, будто он делился величайшим секретом. – Он ловил свет на протяжении миллионов лет, пока длится Песнь звёздных всполохов.

Фокусник медленно опустил диск перед грудью, держа его обеими руками, как священную реликвию. Затем закрыл глаза, прислушиваясь к тишине зала.

И вдруг из центра прозрачного диска вспыхнула точка – яркая, золотая.

– Вначале было Солнце, – произнёс Гермес и приподнял диск над собой, показывая всем вокруг. – Оно дарило жизнь, оно стало точкой притяжения Душ.

Затем Гермес сделал лёгкое движенье запястьями, и солнечный диск задрожал, а из сияющей короны светила начали появляться другие планеты.

Справа, описав по воздуху дугу, из сверкающего тела Солнца выплыл серебристый Меркурий – крошечный, стремительный, оставляющий за собой мигающий след.

За ним явилась Венера. Её свет был мягким, в нём танцевали радужные блики. Затем материализовалась Земля с её синевой океанов и континентами из изумрудной пыли. Рядом с ней в кольце ржавых песчаных бурь закрутился багровый Марс.

– Так из Песни рождались планеты, одна за другой, выстраивая свой парад.

Небесные тела становились всё больше и выходили за пределы диска. Гермес сделал шаг вперёд, и над его головой вознёсся Юпитер – гигантская полосатая сфера. А рядом с ним оказался Сатурн с его ледяными, невесомыми кольцами, состоящими из миллиардов алмазных осколков.

Каждое появление планеты вызывало шквал оваций. Я наблюдала, не в силах оторваться от этого волшебного зрелища.

Уран и Нептун возникли последними, замыкающими парад. Их холодное сияние, бирюзовое и аквамариновое, отбрасывало призрачные тени на лица зрителей. Последней, еле видимой, возникла Прозерпина и замаячила как светлячок за спинами собратьев.

Гермес поднял диск выше – и планеты устремились ввысь. От Солнца отделился ещё один сноп света, самый большой и самый прекрасный, и возвысился над всеми планетами.

– Астрамерия – вершина творения, прекрасная и удивительная! – запел Гермес.

Вот она – Астрамерия, разделённая на полушария, поделённая на Верхний и Нижний Зодиак, где красовался Ялактос и сияли Тригоны. Она повисла над потолком там, где застыли рассыпанные фокусником звёзды, и слилась с ними в одном потоке.

Это было так прекрасно, так восхитительно! Я словно коснулась чего-то первородного, вернулась к истокам и обрела смысл. Я задыхалась от восторга, к глазам подступили слёзы. Обернулась к Ресу, который стоял совсем близко ко мне. Ангел тоже любовался парадом планет, и их цвета отражались на его лице бликами. Он был так прекрасен в свете звёзд и планет. Я приблизилась к нему, приподнявшись на цыпочках. Он повернул лицо ко мне, и мы коснулись друг друга губами. Во всей вселенной я хотела только его…

Так мне показалось на миг. Но вдруг всё исчезло. Планеты погасли, Астрамерия растворилась в воздухе, в зале снова включили свет, а я отодвинулась от Тёмного ангела. Фокус закончился.

– Как ты объяснишь этот трюк? – спросила я, всё ещё потрясённая случившимся, своим чувствам и мыслям.

– Просто… Всего лишь…

Рес терялся в словах и мыслях. Наверное, он тоже что-то такое ощутил, что выбило его из колеи. От его постоянной наглой ухмылки не осталось и следа.

А в это время Гермес купался в овациях. Публика не скупилась на похвалу его мастерству. Затем он поднял руку, призывая всех ко вниманию, и произнёс:

– Для следующего трюка мне понадобится доброволец! – объявил Гермес, вытаскивая нас из оцепенения.

В зале поднялись несколько рук, и фокусник вывел на сцену одну из молодых астрамериек. Она неловко поправила платье и локон волос.

Гермес подвёл девушку к центру сцены:

– Прошу наградить овациями мою смелую помощницу!

Зал бурно ответил на просьбу.

– Скажите, как вас зовут?

– Гамма.

– Прекрасно! Чудесная Гамма, сейчас мы с вами выполним трюк, который я подглядел у жителей Земли. Специально для всех обитателей Тригона Огня, эксклюзивная премьера моего «Фокуса со шляпой»!

Под общие аплодисменты Гермес снял с головы шляпу и повернул её вверх дном. Затем он показал публике дно шляпы, обведя полукруг перед глазами зрительного зала.

– Смотрите, в моей шляпе пусто. Ну, конечно, пусто, иначе как бы я носил её весь день на своей голове! Однако, если сказать волшебные слова… Давайте все вместе скажем: «фокус-покус»!

Зал повторил хором слова Гермеса, и тот протянул шляпу Гамме:

– Пожалуйста, опустите руку в глубь шляпы.

Девушка с опаской протянула руку, потрогала дно, и на лице её возникло восхищённое удивление. На диво самой себе и всей публике она вытянула из шляпы белого кролика.

Зал залился овациями. Астрамерийцы были поражены, они свистели и кричали, выражая восторги. Рес тоже был крайне удивлён. Что ж, пришло моё время объяснить ему фокус со шляпой:

– Всё очень просто. У шляпы двойное дно.

– Неужели? И кролик всё это время сидел там? – спросил Тёмный с недоверием.

– Ну, он мог посадить туда кролика, когда подходил к своему саквояжу, чтобы убрать линзу после прошлого номера.

– Действительно. Я об этом не подумал! – Рес посмотрел на меня восхищённо. А фокус, тем временем, продолжался.

– Гамма, положите пушистика обратно, – попросил Гермес. Я уверен, ему хочется спрятаться от всех!

Девушка с улыбкой на лице положила кролика в шляпу. Гермес произнёс волшебные слова, затем резко перевернул шляпу вверх дном. Публика воскликнула от испуга за пушистого зверька, но, ко всеобщему удивлению, кролика в шляпе не оказалось.

– Но где же он?! – воскликнула Гамма, поражённая фокусом.

– Хотите вернуть его? – спросил Гермес, обращаясь ко всем присутствующим. Зал одобрительно загудел.

– Отлично. Тогда повторим волшебные слова!

– Фокус-покус, – произнесли мы хором, и Гамма тут же полезла в шляпу.

Только кролика в шляпе не оказалось. Вместо него Гамма достала из шляпы длинный острый клинок, от которого разошёлся поток морозного воздуха.

– Ох, вот же он где! Я думал, что потерял его, – Гермес в спешке забрал клинок у Гаммы и положил его обратно. – Вот же неувязочка вышла. Не обращайте внимание, у меня в этой шляпе столько всего лежит!

Зал залился хохотом. Вот только мне было не смешно. Я вспомнила окровавленную Венеру, которую распороли… Конечно, не этим клинком, но всё же… Я испытала щемящее чувство, увидев оружие. Убийца был на свободе, а я была тут, развлекалась, вместо того чтобы помогать Аэлю найти виновного.

– Эй, странница, что с тобой? – спросил Рес, поправляя мой локон.

– Да так. Неважно. Знаешь, мне уже пора ехать.

– Что? – Рес выглядел растерянным, он не понимал, почему я вдруг решила сбежать. – Ладно, что ж, дождись хотя бы финала шоу.

– Хорошо, – вздохнула я, тем более что при всём желании я бы не смогла добраться к выходу. Вокруг было слишком много народу.

Гермес вместе с залом в это время вновь произносил волшебную фразу. И Гамма, ко всеобщей радости, снова достала из шляпы кролика. Пушистика приветствовали аплодисментами.

Это был последний фокус. Гермес вышел на финальные овации, которые не смолкали минут пять, а я всё это время думала, как бы поскорее вернуться в Ялактос. Думаю, я просто начинала трезветь, поэтому ко мне возвращалось невыносимое чувство вины и стыда за свои поступки. Злость и обида на Аэля утихли, и осталось только сожаление о том, что я снова повела себя, как неразумный подросток. Именно так стыдил меня отец, когда я вытворяла что-либо.

Среди общих восторгов сложно было заметить одного парня. Лицо его было бледное, руки дрожали. Он появился прямо позади сцены, из-за двери, что вела к бассейну. Это был Вольф, и он явно увидел что-то страшное. Я посмотрела на Реса – он тоже заметил панику бармена. Не сговариваясь, мы оба направились к нему, пробираясь сквозь ликующую толпу.

– Там… Там, – только и мог сказать Вольф, бледный и дрожащий.

Мы с Ресом тут же вышли из виллы через задний ход, куда указал нам Вольф. К бассейну, где открылась жуткая картина.

Солнце клонилось к закату, и казалось, будто оно окрасило воду в багровый цвет. Но это было не солнце. Прямо в центре бассейна, лицом вниз, лежал парень, а от него растекалась большая кровавая река.

– Не ходи туда, – сказал мне Рес и тут же достал из кармана гаджет, вызывая стражников.

Оцепенение прошло мигом. Я бросилась к выходу с виллы, стремясь закрыть дверь, чтобы никто из гостей ненароком не проследовал за нами и не увидел тело.

Как только я схватилась за ручку двери, на пороге появился мужчина и перехватил моё запястье.

– Вот ты где, – сказал Аэль и с облегчением выдохнул.

Я пропустила его вперёд и заперла за ним дверь. Он хмуро посмотрел на Антареса:

– А ты что…

Аэль прервался на полуслове, увидев тело и окровавленный бассейн. Спустя три секунды он обернулся ко мне и произнёс:

– Не может быть, чтобы ты снова оказалась на месте убийства, – заявил Аэль. Выглядел он крайне встревоженным.

Глава 11

Как только Демосфен принёс Гелиосу заготовленную речь, гости Ялактоса заняли места и начался Совет Зодиака, Аэль получил уведомление на телефон о покупке. Карта оставалась у Кирии, это он прекрасно помнил. Так что ангел не придал значения смс и продолжил внимать речи Гелиоса.

Но что-то мешало ему сосредоточиться. Мысль об смс, которая пришла ранее. Из неё он узнал, что Кирия взяла кофе. Интересно, что она купила сейчас?

Аэль пытался бороться с собой. Пытался отпустить поводок, а не затягивать его на шее Кирии. Ничего у него не получилось. Он потянулся к гаджету, открыл сообщение и увидел, что покупка прошла в молле Астрамерии.

Ангел очень напрягся. Как она туда попала? Кто её отвёз? А если нет, то она взяла его машину? Как она сама смогла найти молл, у неё что, появилась карта города?!

Теперь он только и думал о Кирии, возвращаясь мыслями к брошенным им словам. Ругал себя, и только и ждал, когда закончится Совет, чтобы найти девушку, объясниться или, быть может, уберечь её от очередных глупостей.

Даже Лилит, которая набросилась на него после Совета, не вызвала никакого эмоционального отклика. Она что-то говорила, угрожала в своей манере. Всё это было не важно. Аэля заботило только то, где сейчас Кирия и всё ли с ней впорядке.

Его теории, к собственному ужасу, подтвердились. Она действительно взяла его машину. Но ведь пол дороги после Астралий она рассуждала об убийствах, а вторую половину спала. Неужели между делом она всё же успела запомнить основы управления авто?

Аэль был поражён и обескуражен, а ещё злился и очень волновался – целый спектр эмоций испытывал юноша. Что делать, как её найти? Члены Совета, планетарные рассаживались по машинам, намереваясь покинуть Ялактос. Он не смел просить их о помощи, ведь они бы непременно доложили Гелиосу, и тот бы узнал, что девушка с Земли сбежала прямо из-под носа его верного помощника.

Паника Аэля усиливалась с каждой минутой. Он, как заведённый, бегал из кабинета в кабинет, в поисках астрамерийца, который мог бы одолжить ему своё авто.

– Аэль, зачем тебе моя машина? Ты ведь можешь материализоваться где угодно! – возмущался коротышка, ведь ангел отвлекал его от очередных важных дел.

– Сегодня Затмение, Канопус.

– Ох, точно-точно! Как не вовремя, ужас, – причитал коротышка, не поднимая головы от заполнения бумажек. – Я не зарядил машину. Сто лет ей не пользовался, и вообще не уверен, что она работает.

Аэль тяжело вздыхал и комкал рукава мантии. Он пробежал примерно 10 этажей, и везде был один и тот же ответ – никто из астрамерийцев не пользовался своим авто, у кого-то он был просто сломан, а у некоторых его и вовсе не было. И все как один выражали крайнее непонимание. Служителям Ялактоса редко приходилось выбираться куда-либо. Ещё реже они использовали для этого транспорт. Он был просто не нужен тем, кто умеет совершать материализацию в пространстве.

Наконец Аэль немного успокоился и сообразил, что машины всегда есть у стражников, которым необходимо патрулировать улицы Астрамерии и Тригонов. Тогда он обратился к начальнику патруля, и спустя длительное время перед Ялактосом остановилась служебная машина. За это время ангел избороздил шагами песчаные участки вокруг парковки и чуть не схлопотал солнечный удар. Поэтому, садясь в машину к стражникам, он не сдержал гнева:

– В молл Астрамерии! Живо!

– Там что-то случилось? Нужно подкрепление? – уточнил водитель в скафандре.

– Нет… Вернее да, случилось, но подкрепление не нужно. Едем, пожалуйста! – чуть сдержаннее проговорил ангел, окунаясь в холод салона. От его головы наверняка шёл пар в эту минуту.

– Хорошо, – кивнул водитель, не выражая никаких эмоций.

Стражник неспешно включил навигатор и вбил название, одним пальцем стуча по экрану. На карте выстроился маршрут. Стражник три раза провёл пальцем от конечной точки к Ялактосу и обратно, как будто впервые видел перед собой эту дорогу. Аэль судорожно вздохнул, так что стражник и его напарник обернулись.

– Едем уже! – не выдержал ангел.

И они тронулись. Но стражник, как назло, ехал очень медленно.

– Можешь на газ надавить? – с нетерпением спросил Ангел.

– Но, уважаемый Страж Севера, на этой трассе установлено ограничение по скорости, – возразил водитель. – Согласно навигатору, я не могу ехать быстрее указанного.

– Совсем немного прибавить, – молил ангел.

– Простите, уважаемый Регул, но я не могу. Если мне выпишут штраф, мой рейтинг снизится, и я лишусь премии.

– Чтоб тебя, – выругался тихонечко Аэль. К слову, он сам участвовал в разработке системы штрафов для стражников.

Пока они ехали со скоростью черепашки, ангел прокручивал в голове разные варианты. «И чего ей не сиделось в Ялактосе? Ведь там есть всё, что душе угодно… Может, ей не хватило каких-то женских штучек… Точно! Может, она сбежала вместе с Прозерпиной?» – подумал ангел и в надежде схватился за телефон. Он набрал номер рыжей. Та ответила сразу:

– Что-то случилось? Только быстро, Юпитер вот-вот вернётся с Совета.

– Кирия с тобой? – с волнением спросил Аэль.

– Н-нет… Рафаэль, что случилось?

– Я не знаю! Она одна поехала в молл. Не знаю точно, что за магазин, но по названию что-то женское. Я подумал, может, вы сейчас вдвоём, решили провести время вместе…

– Подожди-подожди, не спеши так, – на другом конце трубки вздохнули. – Во-первых, мне запрещено выходить из дома, если ты забыл. А во-вторых, как ты понял, где она?

– Мне пришло уведомление. Я же говорю, она что-то купила в молле с моей карты.

– Стало немного понятнее. Как называется магазин?

– Сейчас!

Аэль отодвинул телефон и прочитал уведомление ещё раз:

– “Астрафэшн”. Покупка совершена там. Ты знаешь, что это за магазин?

– Ах, это… – Прозерпина с облегчением выдохнула, а затем засмеялась. – Ты что, забыл? Лео пригласил её вечером к себе. Я думаю, она поехала к нему на тусовку, а по пути решила выбрать подходящий наряд.

– Вот чёрт, точно…

– Рафаэль, ты что, начал ругаться?

– Я перезвоню, спасибо!

Ангел бросил трубку и приказал стражникам сменить курс на Тригон Огня.

Поездка до Тригона, с учётом всех ограничений по скорости, заняла два часа. За это время с Кирией могло произойти всё что угодно, о чём он даже не хотел думать. К вилле Лео они подъехали, когда Солнце уже клонилось к закату. Аэль приказал стражникам ждать у входа и забежал в дом.

Внутри было необычайно много народу. На сцене красовался какой-то мужчина в костюме. Все ему аплодировали, а сам хозяин вечера сидел в углу за барной стойкой.

– Вольф, принеси ещё льда, – попросил Лео, и бармен тут же убежал за сцену.

– Лео! – окликнул Рафаэль, пробираясь сквозь толпу.

– О, мой дорогой ангел, ты пропустил всё шоу, – произнёс Лео, взял стакан виски со стойки и сделал глоток. – Скажи, есть ли новости по нашему убийце?

– Нет. А где Кирия?

Лео ухмыльнулся:

– Намечается тройничок?

– Да ты о чём вообще? – чуть не заорал ангел. Сейчас ему было не до шуток. Сердце колотилось в такт хлопкам публики.

– Тише, я просто пошутил. Знаешь, тебе бы немного расслабиться. Невозможно всё и всех контролировать.

– Я хочу знать, где она, – отрезал Аэль.

– С ней всё в порядке, – уклончиво ответил Лео, подозревая, какую сцену может устроить Аэль, если увидит Кирию пьяной рядом с Тёмный ангелом. – Слушай, мой дом один из самых безопасных в Астрамерии, ты же знаешь. Ребята на входе и звёздной пылинки не пропустят. С ней всё супер, она где-то здесь, я недавно видел её у бара. Да ты расслабься. Хочешь чего выпить?

– Нет. Пойду проверю.

Лео проводил ангела тяжёлым взглядом. Тогда же он заметил встревоженного Вольфа, и Кирию с Ресом, которые пошли к заднему выходу.