Правила хорошей погони

Я замотала головой, уткнувшись в плечо Арчи. Кажется, никогда в жизни мне не было так стыдно.

— Он меня не обижал.

Больше я ничего сказать не смогла. Но, судя по тяжелому вздоху, Арчи всё понял без слов. Он прижал меня к себе еще сильнее и чмокнул в макушку.

— И как тебя угораздило так влипнуть?

— Не знаю, Арчи, не знаю.

Я крепко обняла его, мечтая, чтобы все стало как раньше. Но даже без загадочного арифмометра было понятно: никакого «как раньше» для меня уже быть не может.

А ранним утром мне прислали весточку от Ойры: мастер срочно вызывала к себе. Под ложечкой засосало от дурного предчувствия, но я быстро собралась и вышла из дома. Горелки на фонарях еще шипели и потрескивали, сжигая последние капли черной смолы. Они тухли, только когда солнце полностью всходило над горизонтом. Я нырнула в переулок, который резко уходил вниз к реке. Мне нравилось добираться до канцелярии по набережной: утром здесь почти никого не было.

— Мастер, — я кивнула в знак приветствия, заходя в кабинет.

Ойра выглядела так, как будто не спала всю ночь. Под глазами отчетливо были видны тени, а из всегда гладкого пучка выбивалось несколько волнистых прядей. Она заметно нервничала, чего не случалось уже очень-очень давно.

— Все в порядке? — я шагнула к столу, обеспокоенно глядя на нее.

— Садись, Астра. — она отмахнулась от меня. — Всё оказалось гораздо хуже, чем мы думали. Третья сторона — это действительно Эйдиния, как мы и подозревали. Они тоже ищут арифмометр.

Я медленно кивнула и выпрямила спину, замерев в ожидании продолжения, потому что мастер явно сказала не всё.

— Они хотят захватить трон. И, как ты понимаешь, для нас Эйдиния — более страшный соперник, чем неопытный принц Мелвин. Их нужно вывести из игры, так как они угроза всему королевству.

— Согласна, — произнесла я осторожно.

Ойра нервно постучала пальцами по столу.

— Что-то еще? — спросила я, когда молчание затянулось.

— Канцлер принял решение временно объединить наши силы.

Мои брови удивленно поползли вверх, но мозг еще не осознал размах катастрофы. За спиной раздался стук. Ойра бросила на дверь острый взгляд, а потом ответила:

— Входите, господин Грайм.

Глава 18

Боги, лучше бы я тогда свалилась с поезда! Только не он, пожалуйста. Кто угодно, только не он! Я ошарашенно посмотрела на Ойру, но мастер взглядом дала мне знак успокоиться. Конечно, она ведь не знает о том, что ее ученица натворила.

Каждый шаг Грайма отдавался глухим ударом в грудную клетку. Краем глаза я видела, как он подошел и опустился на соседний стул. Помещение сразу сжалось до размеров птичьей клетки. От волнения у меня задрожали руки, и я опустила их под стол, зажав между коленями.

— Доброе утро, Ойра. — мне показалось, что голос Грайма прозвучал суше, чем обычно.

Мастер кивнула в ответ и представила меня. Я задержала дыхание, опасаясь услышать что-нибудь в духе «мы знакомы», но Грайм спокойно произнес:

— Здравствуйте, Астра.

Нужно было повернуться, поздороваться и при этом выглядеть так, как будто той ночи в борделе не было. И я сейчас не представляю его голым. И не думаю о том, как его мощное тело накрывает мое.

— Доброе утро, — голос даже не дрогнул.

Я подняла на него глаза и поняла, что Грайм внимательно смотрит на мои руки, зажатые между коленями.

— Хочу, чтобы ты уяснил сразу, — резкий голос Ойры заставил нас обоих повернуться к ней. — Это временно. Одна операция, и мы расходимся.

— Это буквально то, с чем я пришел к тебе, Ойра. Нет нужды повторять мои же слова.

— Совет не впервые говорит одно, а потом делает все по-другому.

— Не припомню, чтобы я хоть раз поступил не так, как сказал.

От его холодного тона у меня мороз прошел по коже. Мастер заметно напряглась. Они с Граймом обращались друг к другу так, как будто были давно знакомы. А я внезапно почувствовала себя ребенком, который случайно оказался при разговоре взрослых.

Грайм продолжал смотреть на Ойру, и тут мастер, которая всегда была для меня примером невозмутимости, вскинула руку и смущенно поправила волосы. И меня словно по голове ударили: между ними что-то было! В кабинете мгновенно стало душно, а сердце провалилось внутрь. Мне не должно быть дела до того, что у этих двоих есть общее прошлое, но на душе все равно противно заскребло.

— Мне нужны гарантии безопасности для моих людей, Грайм, — отчеканила мастер.

Ойра заменила мне мать, но сейчас я впервые посмотрела на нее глазами мужчины. Она была старше Грайма, но в ней до сих пор чувствовалась порода. Красивая, умная, расчетливая, с холодным разумом и прекрасными манерами. Они идеально друг другу подходили. И как соперники, и как любовники.

— Твои люди, — Грайм коротко посмотрел на меня, — отправили мне надгробие с датой смерти. Сегодняшней.

Мастер перевела на меня раздраженный взгляд. В нем прямо читалось: «Астра, ну что за ребячество?». Я насупилась, сложив руки на груди. Да, мне до нее еще расти и расти. Ойра никогда не совершила бы подобной глупости. Она бы придумала что-нибудь изящное и по-настоящему убийственное. А этот… — я злобно покосилась на Грайма — ябеда!

— Так что насчет гарантий?

— Твоя протеже в безопасности, пока играет по правилам. Я знаю твои методы, Ойра. Попытаешься использовать девчонку против меня, и последствия не заставят себя долго ждать.

Я фыркнула. Девчонка. В борделе ты совсем по-другому пел.

— Могу сказать то же самое. Хоть один волос упадет с ее головы, и наше соглашение аннулируется.

— По рукам.

Несколько секунд они напряженно смотрели друг на друга, а потом Ойра повернулась ко мне и небрежно махнула:

— Астра, покажи советнику, что у тебя есть.

Я недовольно уставилась на ее. Она же несерьезно? Мастер просит отдать Грайму то единственное, что держит нас на шаг впереди? Взгляд Ойры стал острым, как мои ножи.

— Записку, Астра.

Вытащив из кармана записку для Нару, я положила ее на стол. Хотелось, конечно, затолкать бумажку Грайму в рот и заставить проглотить, но мне нужно учиться хладнокровию. Однажды я стану такой же, как Ойра: сдержанной, непоколебимой. Грайм быстро пробежался глазами по единственной строчке и встал.

— Тогда начнем с мельницы. Астра, буду ждать вас там в десять.

Грайм коротко кивнул Ойре и вышел из кабинета. Я тут же вскочила со своего места.

— Мастер, какого дьявола? Мы будем работать с ним?!

Ойра не смотрела на меня. Ее рассеянный взгляд был направлен в окно.

— Вынужденно. Таков приказ Торнвиля. Он считает, что сейчас это наименьшее из зол. Но, Астра, — мастер повернулась, — я не во всем согласна с канцлером. Если мы окажемся первыми, а, возможно, единственными, кто доберется до арифмометра, это будет прекрасно.

Мои губы расплылись в улыбке. Значит, наше перемирие лишь ширма, которую можно использовать в своих целях.

— Поняла вас.

Вечер наступил гораздо быстрее, чем мне хотелось. Я собиралась очень тщательно, но даже дюжина ножей не могла защитить меня от главного — собственных эмоций. Поэтому чем ближе я подходила к мельнице, тем медленнее шла. Небо над Тирхольмом сегодня было черным, как сама смола, а в воздухе ощутимо пахло грозой. Я посмотрела в пролет между домами, где на фоне тяжелых туч темнели крылья мельницы.

Краем глаза я заметила, как от стены одного из домов отделилась фигура и шагнула ко мне. Тело действовало инстинктивно. Выхватив кинжалы, я сделала выпад, но в последнюю секунду успела сжать пальцы. Грайм ловко перехватил мою руку, подтягивая меня к себе.

— Это всего лишь я.

— И только поэтому из твоей груди сейчас не торчит парочка ножей, — заметила я в ответ.

Он усмехнулся, но не отпустил меня. Тяжелая рука продолжала лежать на талии, а вторая сжимала запястье. Грайм слегка вывернул мою ладонь, и кинжал со звоном упал на мостовую.

— Тебе стоит поработать над техникой.

Я приставила второй нож к его ребрам.

— Не нуждаюсь в твоих советах.

Грайм даже не пошевелился. По крайне мере, я не заметила ни малейшего движения. Но моего подбородка внезапно коснулось острое лезвие. Он надавил, вынуждая меня запрокинуть голову. Губы Грайма оказались в нескольких сантиметрах от моих, когда сильное тело подалось вперед. Я ощутила, как кинжал протыкает ткань его куртки.

— Готова пойти до конца? — Грайм навалился еще сильнее, позволяя кончику ножа войти в плоть.

Я тоже придвинулась, чувствуя, как лезвие царапает тонкую кожу на шее.

— А ты? — выдохнула, почти касаясь твердых губ своими.

Глава 19

Грайм опустил взгляд, и одновременно с этим я почувствовала, как по шее бежит тонкая теплая струйка. Он тут же убрал руку, запихивая кинжал обратно. Вместо ожидаемого удовлетворения от того, что соперник сдался первым, я ощутила лишь бешеное биение сердца. Пока я стояла, пытаясь справиться с неровным дыханием, Грайм достал из кармана платок. Он осторожно обхватил пальцами мой подбородок и вытер кровь. Все это время он не сводил с меня хмурого взгляда.

— Упрямая, — Грайм прижал платок к ранке и держал, пока кровь не остановилась.

Я молчала, разглядывая короткую щетину на его точеных скулах. Теплые пальцы на коже и близость сильного тела погружали меня в какое-то иррациональное состояние безмятежности. Очень неправильные эмоции, учитывая, кто именно стоял передо мной. Когда кровь остановилась, Грайм снова взял мою руку.

— Ты выворачиваешь запястье, — он слегка повернул ладонь, прижимая большой палец к пульсирующей жилке, — из-за этого траектория полета немного смещается. На коротком расстоянии это незаметно, но на длинной дистанции может однажды сыграть против тебя.

— Я учту.

Я забрала у него руку и наклонилась, чтобы поднять кинжал. Арчи говорил то же самое, но он видел меня в деле много лет, а Грайму хватило всего пары раз, чтобы подметить мое слабое место. Запихнув все оружие обратно в ножны, я направилась к мельнице.

— Вы что-то видели здесь? — Грайм обогнал меня, проходя вдоль стены полуразрушенного здания.

— Нет, никто так и не появился.

Я посмотрела ему в спину. Грайм двигался бесшумно, сливаясь с чернеющими тенями. Ничто в нем не выдавало человека, в которого только что ткнули ножом. Он даже не поморщился. Внезапный раскат грома заставил меня вскинуть голову.

— Сейчас начнется дождь. Пойдем, я знаю, где можно спрятаться так, чтобы были видны подходы к мельнице.

С разбега я перескочила через канаву, тянущуюся вокруг мельницы. Грайм мягко приземлился за моей спиной. Под небольшой навес у покосившегося сарая мы успели заскочить как раз в тот момент, когда с неба полились потоки воды. Скоро в Тирхольме ее будет очень много — в это время года дожди шли постоянно.

Ливень был таким сильным, что капли воды, ударяясь о землю, попадали мне на ботинки и юбку. Буквально через минуту одежда и обувь начали намокать. Грайм неподвижно стоял у стены и всматривался в темноту сквозь бьющие с неба потоки. Никогда не понимала, как у него это получается. Казалось, что он даже не моргает.

Я незаметно покосилась на Грайма. Интересно, как долго стороны будут придерживаться перемирия? Принц Мелвин отчаянно держался за трон, а канцлер посвятил годы, пытаясь подготовить почву для перехода власти. Вряд ли кто-то из них просто уступит. Однажды в детстве я слышала разговор родителей. Тогда он показался мне бессмысленным, но с возрастом я начала понимать, что у королевской семьи были тайны. И та резня, в которой погибли мои родители, могла быть связана с этими тайнами. Так что у меня почти не было сомнений в том, что очень скоро мы с Граймом снова окажемся по разные стороны.

Минуты текли с чудовищной неторопливостью, а ливень все не прекращался, вынуждая нас стоять под этим навесом плечом к плечу. Я достала из кармана часы: еще семь минут до нужного времени. И тут в голове мелькнула догадка.

— Постой, — я повернулась к Грайму, — а если это не встреча? А просто нужное время?

Он задумался на несколько секунд, а потом его брови едва заметно приподнялись.

— В этом может быть смысл.

Грайм вышел из-под навеса и широким шагом устремился к мельнице. Я выскочила вслед за ним, чувствуя, как одежда моментально становится тяжелой. Грайм остановился и внимательно осмотрел мельницу.

— Что происходит каждый вечер в десять тридцать?

— Она останавливается на несколько минут, — я вытерла воду с лица.

— Зачем?

— Понятия не имею.

На самом деле мы думали, что остановка мельницы — это некий сигнал для тех, кто пришел на встречу, но, похоже, ошиблись. Грайм пошел вдоль канавы, продолжая с задумчивым видом осматривать все вокруг. Дойдя до места, где крылья мельницы касались воды, он присел на корточки.

— Они сбрасывают воду. Где-то дальше есть шлюз, который открывается, и вода уходит в отводной канал, — Грайм показал в сторону реки.

Я опустилась на землю рядом с ним, присматриваясь к внешней стенке мельницы.

— Нужно искать что-то, что большую часть времени скрыто под водой?

Он молча кивнул, а я досадливо поморщилась. Это важная информация, и если бы я додумалась до нее раньше, возможно, нам бы и не понадобилось никакое перемирие. Тем временем крылья мельницы скрипнули и остановились. Примерно через минуту уровень воды в канаве начал падать. Плоский камень, покрытый илом, я заметила почти сразу.

— Давай я осмотрю с этой стороны, а ты с той. Наверное, должен быть какой-то вход или отсек, где лежит прибор.

Грайм на удивление сразу же согласился. Как только он скрылся за мельницей, я спрыгнула вниз. Нога едва не соскользнула с камня, но я удержалась и тут же принялась сдирать с поверхности ил. Нару не дурак и никогда бы не оставил в кармане записку с указанием места, где спрятан арифмометр. Скорее всего, здесь что-то другое. Например, подсказка.

— Это еще что за чертовщина?

Рукавом я убрала с камня остатки жирного ила и наклонилась ниже. Надпись была выцарапана криво, но слова легко читались. «Вода скрывает путь. Огонь откроет дверь». Вообще-то, я рассчитывала на более точное указание. Ладно, потом разберемся с Арчи, что это значит. Я быстро размазала по камню зеленую жижу и встала, раскинув руки в стороны, чтобы не упасть.

— Нашла что-нибудь?

Проглотив вскрик, я повернулась. Грайм стоял на краю канавы и смотрел на меня.

— Нет, — я мотнула головой и показала пальцем в темноту, — хотела подлезть под крылья, но расстояние слишком большое. Завтра начнем сразу от стены.

Я замолчала, глядя на его высокую фигуру, которая даже на фоне грозового неба казалась черной. Вода между тем стала прибывать. Я ощутила холодное прикосновение сначала к лодыжкам, а потом все выше и выше. Камень полностью скрылся, а я все стояла. Когда вода дошла до колен, Грайм наклонился, подхватил меня и вытащил из канавы.

— Пойдем ко мне домой, надо просохнуть, — он развернулся и направился в сторону улицы, откуда мы пришли.

Я недоуменно посмотрела ему вслед.

— Я могу просохнуть у себя дома.

Грайм остановился.

— Хорошо, пойдем к тебе. Там решим, что делать дальше.

Ко мне?! Я убрала с лица налипшие волосы. О том, где находится мое гнездышко, знали только Ойра и Арчи. И добавлять в этот список главу королевской секретной службы я точно не собиралась.

— Нет, ладно, лучше к тебе.

— Я так и подумал.

К тому моменту как мы добрались до дома Грайма, меня трясло от холода. Намокшая одежда липла к телу, в ботинках хлюпало, а волосы напоминали водоросли, которые вытащили из воды. Стуча зубами, я быстро осмотрела знакомую гостиную. С моего последнего визита сюда ничего не изменилось — вещей по-прежнему было мало, а кругом царил идеальный порядок.

Грайм проводил меня в небольшую комнату наверху. Похоже, это была гостевая спальня, которая примыкала к его покоям. В ней горел камин, и я метнулась к нему, блаженно жмурясь от исходящего жара. За спиной стукнула дверца шкафа, а потом раздался спокойный голос:

— Переоденься, — судя по звуку, Грайм бросил на кресло стопку сухих вещей, — а потом обсудим то, что ты нашла на том камне.

Широко распахнув от неожиданности глаза, я застыла с поднесенными к огню руками. Вот засада!

Глава 20

Я перебрала в уме все варианты, как выкрутиться, но ни один из них не подходил. Тогда, возможно, получится найти что-то интересное здесь взамен той информации, которую придется передать Грайму? За спиной по-прежнему было тихо. Я нахмурилась: он что, собрался тут стоять?

— Можешь выйти? — я повернулась и раздраженно посмотрела на неподвижного Грайма.

— Зачем?

— Я переоденусь.

Подо мной уже образовалась небольшая лужица, на которую я многозначительно покосилась. Взгляд Грайма опустился на пол, а потом медленно пополз вверх. Он не пропустил ни одной складки на сырой одежде, облепившей мое тело. Казалось, еще чуть-чуть, и от вещей пойдет пар.

— Возможно, ты забыла, но я уже видел тебя голой, — Грайм беззастенчиво уставился на меня.

О. Я изумленно моргнула. А вот это удар ниже пояса. Я думала, мы оба сделаем вид, будто ничего не произошло. Глазами я быстро обвела комнату, подмечая все детали: шкаф с книгами, небольшой стол с выдвижными ящиками. Грайм наверняка опасается, что я стащу что-нибудь.

— Я не буду ничего трогать, только переоденусь, — заверила я его.

Он тяжело вздохнул.

— Астра, в своем доме я тебя ни на секунду не оставлю без присмотра. Просто вытащи все оружие и положи на видное место.

Я злобно прищурилась. Со своими ножами я предпочитала не расставаться: никогда не угадаешь, как повернется ситуация. Достав из ножен те два кинжала, которые Грайм уже видел, я швырнула их на пол.

— Доволен?

— Те, что в ботинках, тоже, — он махнул подбородком на мои ноги.

Да чтоб тебя, Грайм! Раздраженно выдохнув, я наклонилась и достала еще два ножа. Отличные ножи, кстати: маленькие, незаметные. Как он вообще догадался? Не успела я разогнуться, как сверху раздалось спокойное:

— И на бедрах.

Я на мгновение замерла в этой позе, а потом плавно выпрямилась. Демонстративно задрав юбку, поставила ботинок на кресло — пусть чистит обивку от разводов. Кожа после дождя была противно холодной и влажной, но под внимательным взглядом Грайма откуда-то изнутри моментально начало подниматься тепло. Несколько секунд прошли в напряженной тишине, которую разбил звон упавших подвязок с кинжалами.

— Теперь я могу переодеться? — я опустила ногу на пол.

— Я не мешаю.

— Хотя бы отвернись.

Грайм в ответ невозмутимо пожал плечами:

— Если ты не против, я бы предпочел посмотреть.

За окном громыхнуло, и на мгновение в комнате стало светлее от сверкнувшей молнии. Я мельком взглянула на валяющиеся на полу ножи. Как никогда хотелось использовать их по назначению. Грайм перехватил мой взгляд и понимающе хмыкнул. Черт с ним! Он ведь действительно видел меня голой. И не только видел. Я сглотнула вязкую слюну, вспоминая все, что Грайм делал со мной в ту ночь.

— Прекрасно!

Мои движения от волнения стали резкими. Я с трудом стащила с себя промокшие насквозь ботинки и бросила их в кучу к оружию. Туда же полетел кожаный корсет. Рубашка долго не хотела поддаваться — влажная ткань буквально срослась с кожей — но я и ее одолела. Юбка под тяжестью свалилась сама, стоило расстегнуть пуговицы. Она отправилась вслед за остальной одеждой и ножами. Теперь на мне остались лишь тонкие панталоны и нагрудная повязка. Всё это время Грайм молча разглядывал меня.

— Нравится? — я переступила с ноги на ногу, радуясь тому, что пол теплый.

— Да, ты очень красивая.

В том, как он спокойно в этом признался, было что-то обезоруживающее. Грайм умудрялся делать так, что за одну минуту я испытывала целую палитру эмоций — от ярости до волнительного трепета. Сам он при этом выглядел совершенно расслабленным. Как будто перед ним не полуголая женщина, а картина. С колотящимся сердцем я сняла остатки одежды и развела руки в стороны:

— Теперь я полностью безоружна, господин Грайм.

Я старалась дышать ровно, но живот все равно мелко подрагивал, когда воздух короткими толчками вырывался из груди. Грайм поднял руку и провел пальцами по брови. Вот и все эмоции. Элин была права: он хладнокровный дьявол. Внутренне я вся сжалась в комок, но продолжала стоять, опустив руки вдоль тела и глядя прямо перед собой.

Грайм пересек комнату, по пути хватая с кушетки темно-синий плед. Он встряхнул его, и мягкая на ощупь ткань приятной тяжестью опустилась на плечи. Я молча смотрела в сторону, пока Грайм укутывал мое голое и продрогшее тело в плед.

— Я бы повторил все, что сделал с тобой в борделе, Астра. — он аккуратно вытащил мои мокрые волосы и положил поверх пледа. Его пальцы при этом в невесомой ласке прошлись по шее. — Но тебе нужно перестать злиться, и в первую очередь на саму себя.

Я поджала пальцы на ногах, борясь с приятным и всепоглощающим чувством тепла. Оно проникало в каждую клеточку, заставляя тело расслабляться. А еще до умопомрачения хотелось прижаться губами к жесткой щетине на его скулах.

— Не забыл спросить, хочу ли я повторения?

Грайм посмотрел на меня, а потом сжал в кулаке плед, подтягивая к себе. Когда его губы коснулись моих, я невольно подалась вперед, вставая на цыпочки. Он тут же отстранился.

— Это можно считать за ответ?

Задохнувшись от возмущения, я пихнула его в грудь.

— Самоуверенный козел!

— Грубиянка.

Грайм усмехнулся, а потом наклонился и собрал с пола мои мокрые вещи и ножи.

— Грейся и спускайся в гостиную. Буду ждать тебя там. И, Астра, не вздумай сбежать через окно. Я поставил защиту.

— А как же «ни на секунду не оставлю тебя без присмотра»?! — крикнула в удаляющуюся спину.

Ответа я, конечно, не получила. Да и без него уже было понятно, что ничего интересного для меня в этой комнате нет. Грайму просто хотелось развлечься за мой счет. Ну ничего, следующий шаг за мной. Я высушила волосы у камина и взяла вещи, которые он оставил. Они были немного великоваты, но в целом сидели хорошо. Судя по всему, штаны и рубашка принадлежали какому-то мальчику-подростку.

Выйдя из комнаты, я по привычке осмотрелась и пошла к лестнице. Босые ноги мягко ступали по ковру, не издавая ни звука. Но даже в этой тишине я его не услышала. Просто в одну секунду мое тело двигалось вперед, а в другую оказалось вжато в чью-то грудь. По уху полоснул хриплый голос:

— Кто это тут у нас? Неуловимая птичка?

Я вытянулась, задерживая дыхание. Перед глазами мелькнуло мужское запястье с татуировкой. При виде черного мима с грустной улыбкой по телу прошел озноб. Я знала только одного человека с такой татуировкой. Тень. Лучший убийца на службе короля. Если этого сумасшедшего отправили за мной, значит, жить мне осталось несколько секунд. А чертов Грайм забрал все оружие!

Глава 21

При мысли о Грайме пришло понимание, что я уже слышала этот хриплый голос. В поезде, когда пряталась в техническом отсеке. Схватившись за разрисованное запястье, я с легкостью развернулась. На мужчине был темно-серый плащ, на котором красовались разводы от воды: похоже, он, как и мы, попал под ливень. Штаны и ботинки тоже были непонятного цвета — как будто кто-то смешал сырой песок с высушенным мхом. Но изумленно отшатнуться меня заставила не одежда Тени, а его лицо.

— Архарн, отойди от нее, — снизу послышался недовольный голос Грайма.

Я перевела взгляд с одного на другого, чтобы еще раз убедиться в том, что зрение не подводит меня.

— Вы братья?!

У Тени, в отличие от Грайма, были длинные волосы, собранные в хвост. Он казался чуть бледнее, как будто много времени проводил в темноте. Губы мужчины застыли в саркастичной улыбке, а взгляд выдавал в нем человека, который постоянно балансирует на грани нормальности и безумия. Но даже сквозь все эти отличия на меня смотрело знакомое лицо. Тень и Ткач. Ну надо же.

— Почему я никогда об этом не слышала?

Я начала осторожно пятиться по лестнице вниз, к Грайму. Вот бы не подумала, что когда-нибудь он будет казаться мне безопасным.