Против тебя

Черт, она выглядела, как ребенок. Извращенцы.

Мы остались с Сорайей наедине. Ее молчание ещё в машине напрягало больше всех. Я замечала, как она сжимает руль, держа себя в руках.

— Ну, и как это называет Мисс Жюль? — наконец подала она голос, заставляя меня поднять голову.

Подруга не смотрела на меня, но я видела, как на её лице играют желваки. Я не могла понять злиться она или беспокоится.

— Психозы, вызванные проблемами с агрессией, — повторила я заученную фразу, которая черным жирным шрифтом была написана в моей карте здоровья, чуть ли не на первой странице.

Сорайя заинтересовано приподняла бровь, но все еще делала вид, что рассматривает свой убитый маникюр.

— И давно это началось?

— Это с детства.

Она наконец развернулась лицом ко мне, буравя своими карими глазами.

— Как понять с детства? Что тебе говорили психиатры в центре?

— Что я нестабильная психопатка, — раздражено выдохнула я, вспоминая все часовые сессии с каждым из этих идиотов, — Триггеры вызывают неконтролируемую агрессию, превращающуюся в острый психоз и так далее.

— А таблетки? Тебе что-то прописали? — ее глаза уже не горели ненавистью, и я стала отчетливо видеть беспокойство.

— Они чем-то поили меня, пока я была там, но вскоре решили, что я здорова, так как не проявляю агрессию, — пожала я плечами.

В самом деле им было плевать. Либо я была потрясающей актрисой, контролирующей себя до мозга костей.

— И когда был последний приступ, не считая сегодняшнего?

— Около полугода назад, — я уткнулась глазами в стол, пытаясь отодрать краску, — Подралась с соседкой по камере, выбила ей зубы и вырвала клок волос.

Сорайя тяжело вдохнула, отворачиваясь к окну. Да, я знала, что это надо переварить. Сама я уже принимала это, привыкла, хоть и пыталась контролировать. Но вот остальным было сложно.

Правда это вообще мало, кого волновало.

— Лулу знала, так ведь? — Сорайя поправила волосы, все же позволив себе взглянуть на меня.

— Она видела такое, поэтому да, — я кивнула, складывая руки на коленях, когда еду принесли. Добрый мужчина улыбнулся, еще не зная, что платить у меня нечем.

— Тебе необязательно это принимать, — отпив холодной газировки, я попробовала чуть-чуть себя остудить.

— Это не вопрос принятия, — буркнула она, откусывая такос, — Меня больше интересует, почему ты не пьешь таблетки.

— Потому что это прямой билет в дурку, — хмыкнула я, как будто говорила очевидную вещь.

— Лучше ты будешь там, чем в тюрьме за убийство на фоне психоза, — зыркнула девушка на меня, пережевывая пищу, — Лулу испугалась, потому что подумала, что ты кого-то убьешь.

И Лулу была права. Я была на грани, балансируя между здравым смыслом и чудовищем.

— Лулу преувеличивает, — ложь сорвалась с губ, когда я сделала еще один глоток. Холод разливался по горлу, спасая от головной боли.

— Ни черта, — огрызнулась Сорайя, — Это ненормально Харли. Ты выглядела, как гребанная акула, учуявшая запах крови.

Сравнение меня позабавило, и едкая улыбка расплылась на моем лице. Сора закатила глаза, в то время как девочки уже вернулись, садясь напротив нас.

Глаза Лулу все еще опасливо поглядывали на меня, но она молчала. Как и всегда.

— Может обсудим выходные?, — предложила Инди, откусывая кусок своей еды. Соус чуть не потек по её подбородку, почему-то привлекая внимание мужчин.Твою мать это настоящее извращение.

— Что тут обсуждать?, — без настроения проворчала Сорайя, снова отводя от меня взгляд.

— Ну давай обсудим, кто облил нашу мышку, если другая тема тебе не нравится, — цокнула языком Холлис, облизывая пухлые губы и хмуря бровки.

Рядом сидящая Лулу сжалась, вжав голову в плечи, а взгляд Сорайи ожесточился.

— Это был Джордан Грин, — подала голос я, привлекая к себе внимание, — Я поцарапала его машину вчера за то, что он рассказал всем, кто я и начал эту травлю.

Повисло секундное молчание, пока Инди громко не сглотнула, пялясь на меня во все свои зеленые глаза. Сорайя не была удивлена — она уже знала, что это он.

— И что с ним теперь делать?, — осторожно спросила Холлис, переводя взгляд с одной из нас на другую.

— Ничего, — буркнула Сорайя, кидая мне предупреждающий взгляд. Но я не была бы собой, если бы не возразила:

— Он тронул Лулу. Это уже другое.

— Нет, Харли. Ты мстишь за себя, а не за Лулу. И чтобы ты уже не придумала, он сделает в два раза хуже, — ее пальцы сжались в кулаки, а мои брови сошлись на переносице.

— Я тоже хочу отомстить, — мы все резко обернулись на Лулу, которая тут же залилась краской.

— В смысле? — я даже не знала, что сказать. Инди чуть не раскрыла рот от удивления, а Сорайя и вовсе потеряла в нас веру.

— Ты же знаешь, что делать, — начала медленно подруга, приковывая мое внимание, — Я помогу, если тебе нужна помощь.

От неверия я даже обернулась на Сорайю. Мне же не послышалось? Мышка Лулу хочет участвовать в моих шалостях?

— Не надо ей помогать, — вклинилась Сора, тут же разбивая мои мечты вдребезги, — Она и сама неплохо справляется.

Ее острый взгляд прошелся по мне, создавая, между нами, напряжение.

— Делай, что хочешь, но, если это еще раз повлияет на кого-то из нас — я придушу голыми руками и тебя, и твоего ненаглядного.

Улыбка на моих губах расплылась быстрее, чем я успела проконтролировать свою тактильность. Схватив Сорайю за предплечье, я прижалась к ней, вызывая её ворчание.

Я отомщу за Лулу. Я знаю, куда его бить. Джордан Грин выбрал не того соперника.

Глава 8

Harley Pierson

8 октября 1999 года.

Дом Роя Тиррела находился около розовой католической церкви, чьих прихожан всегда бесили подростки этой улицы. А через дорогу располагалось огромное кладбище, к счастью, еще не помеченное граффити.

Ближе к пяти часам вечера Сорайя заехала за мной и Лулу, сбежавшей через сетку в наших заборах. Мы проехали мимо дома Пью, затормозив около следующего. Они с Роем были соседями.

К шести часам вечера я пила холодное пиво Budweiser, купленное его другом Дэном, пока Лулу красила в маленькой ванной Сорайю, обновляя ей корни волос. Запах аммиака перебивался легким шлейфом травки — парни заперлись в комнате Роя.

Я не могла сказать, что хорошо его знаю. Скорее просто была знакома и осведомлена. Мы попали с ним в Академию Хайланд и учились вместе на одном курсе Английского. А с его другом — Ашером Роудс — посещали естественные науки, потому что оба выбрали биологию.

Впрочем, мне было всё равно на них. Прошла неделя с тех пор, как ублюдок Грин вылил на Лулу краску. Тем не менее, мы всё равно пришли на следующий день в школу, где я спёрла форму Джордана, пока он был в раздевалке. Его друзья нашли его рубашку и штаны, замоченные в красной краске в женском туалете. Для эффекта я положила рядом тампоны, поэтому за стеной слышала рвотные позывы, пока они решались вытащить его одежду.

Его ход не заставил себя долго ждать, поэтому в четверг я уже сидела у директора, нашедшего в моем шкафчике спички. Выговор, звонок Мисс Жюль и вот я уже отстранена от занятий на три дня. А ещё чертов прием у моего куратора. Я думала вырвать ноги бесящему Грину, когда проходила по коридору и видела его ухмыляющееся лицо. Впрочем, пару слов о возвращении в центр и угроза приема таблеток меня успокоили. Ровно до того, пока я не приехала домой и не начала ломать стул на кухне. Отец от незнания, что делать приложил меня головой об косяк стены, и я отключилась.

Но, наверное, это надо опустить. Сейчас я приехала отдыхать, а не думать о богатеньком ублюдке и том, что с ним было связано. Гори он в аду.

Держа в одной руке бутылку, а в другой сигарету, я прогуливалась по дому, заглядывая в каждую комнату. Освещение было тусклым, а помещения небольшими, хоть и побольше моего захолустья.

В родительской спальне стояла люлька, привлекшая моё внимание. Я обошла огромную кровать, занимающую большую площадь, и приблизилась к детской постели. Она была полностью белой, держалась на хрупких деревянных ножках, а сверху качались подвешенные игрушки. Я рассматривала её, точно диковинную штучку минут пять.

— Это моего брата, — голос Роя заставил меня обернуться. Он прижался к косяку и пилил меня взглядом, скрестив руки на груди и пальцами держа косяк. Его короткие, почти выбритые волосы были обесцвечены и быстро росли, а толстовка висела мешком на худом теле и широких плечах.

— Не знала, что у тебя есть брат, — сделав затяжку, я отошла от люльки, подходя к парню. Он был выше меня, почти на восемь дюймов[6], если я правильно посчитала.

— Он родился в июне, — пожал плечами парень, выдыхая дым к потолку. Не то, чтобы мне было это интересно, но по тону, можно было бы предположить, что его это тоже не волнует.

Из его комнаты с открытой дверью послышалась музыка, и я вытянула голову через проход, заинтересованно оглядывая коридор. Тишина меня убивала.

Что-то похожее на гранж заиграло на весь дом, а затем раздался вой Дэна, или Даниэля, как его звали учителя. На кресле, больше напоминающий мешок, в комнате Роя развалился Ашер. Его дреды были забраны в хвост, а на карамельного оттенка шее виднелись татуировки. Из-за чего, кстати, в академии на него вечно тыкали пальцем.

— Что же, поздравляю, — уже незаинтересованная в разговоре бросила я, переступая порог и двигаясь в комнату Роя.

Парень пошел за мной. Запах травы именно здесь сосредоточился в таких количествах, что я поморщилась, прикрывая лицо рукой. Стены были облеплены постерами с Nirvana, The Matrix и какими-то еще группами, чьих названий я не знала.

Кровать, занимающая половину пространства, была завалена горкой подушек, а рядом с ней валялся баскетбольный мяч. Я аккуратно прошла по мягкому ковру с каким-то восточным орнаментом, останавливаясь возле окна, плотно занавешенного шторой тускло-синего цвета. Возможно, поэтому света здесь совсем не было, не считая желтой лампы на тумбочке.

— А-а-а это та самая тюремная пташка, — моя голова тут же повернулась к источнику звука, а брови нахмурились. Я была равнодушна к этому прозвищу, однако в последнее время оно меня дико раздражало. Сидящий на кровати Даниэль подмигнул мне, смакуя свой косяк. Его черные глаза уже покраснели, а язык заплетался.

— Ты подумай, тебе тоже подносом прилетит, — усмехнулся Ашер, пока я не села между ними на угол высокой постели.

— Вы решили прославить меня и в Южной Пасадене?, — приподняла я брови, мелькая глазами между Ашером и Роем, оставшимся в дверях. Те переглянулись, сдерживая улыбки. Сплетники.

— Поверь мне, там вообще не до тебя, — махнул в мою сторону Дэн, уже лёжа на подушке. Только одно его тело занимало восемьдесят процентов кровати, оставляя мне гребанный край.

— А что на повестке дня у богатых идиотов?, — повысила я голос, делая вид, что мне безумно интересно. В гробу я хотела слышать об их проблемах.

— Наркотики, учеба и я, — она задвигал бровями, кое-как фокусируя взгляд на мне. Ашер цокнул языком, потушив свой окурок, и я сделала то же самое.

— Не припомню, чтобы у нас кто-то сильно увлекался наркотой, — подал голос Рой, присаживаясь на стул возле рабочего стола, заваленного всякой всячиной.

— Там прям эпидемия!, — восторженно заявил Дэн, — Кто-то с Востока тащит, а богатые ублюдки падкие, оказывается.

Мои губы расплылись в улыбке. Если привилегированных крыс травят наши, то я была готова пожать им руку.

— Будешь? — Даниэль протянул мне косяк, но я отрицательно мотнула головой, проследив за струйкой дыма. Запах травы успокаивающе давил на голову, пока не раздался крик Сорайи.

— Харли, помоги Лулу!

В ванной что-то зашуршало, а потом ударилось о пол. Я закатила глаза, поднимаясь с кровати и делая глоток пива. Пройдя по небольшому коридору и завернув к светло-бежевой двери, я наткнулась на смешную картину.

Сорайя с крашенной головой и полиэтиленовым пакетом на ней же сидела на краю небольшой ванны, пялясь в глаза перепуганной Лулу. Подруга стояла в огромных мужских шортах и своей черной кофте на замке, нарядив резиновые перчатки. Её расширенные глаза смотрели только на упавшую на пол тарелку с краской.

— Я боюсь спросить…— начала я, не пытаясь сдержать улыбки. Сорайя, сидящая также в мужской серой рубашке и шортах, закатила глаза, шумно выдыхая через нос.

— Не спрашивай, — она наклонилась, пытаясь удержать на голове пакет, и подняла тарелку, — Лучше помоги мне прокрасить длину. У Лулу голова кружится от запаха.

— Это не так,— прошептала подруга, и я заметила, как покраснели её бледные щёки.

— Это так и есть. Ты уже шатаешься и роняешь посуду, — выдохнула Сора, поставив тарелку в пожелтевшую раковину. Я хмыкнула, не желая больше сдерживать свой хохот.

— Я не умею, — развела я руками, чувствуя запах аммиака в носу ещё сильнее. Не то, чтобы я не умела красить. Скорее просто не хотела. Сорайя была чересчур придирчива к чужой работе, совершенно забывая о том, что мы не парикмахеры и её кудрявые волосы ещё та пытка.

— Спасибо, — фыркнула девушка, прекрасно понимая, что я увиливаю. — Рой! Иди сюда!

Я чуть не прикрыла уши, когда она заорала. Лулу мигом выскочила из ванной в то же время, как рядом со мной появился парень. Он равнодушным взглядом осмотрел ситуацию, медленно выдохнул и зашел в комнату, надевая, оставленные Лулу перчатки.

— Он постоянно меня красит, — видя наши внимательные взгляды, пояснила Сорайя, когда Рой стянул с её головы пакет, — Потому что остальные криворукие.

Я прыснула от смеха в кулак и развернулась обратно в сторону мужской спальни, не желая выслушивать ещё больше ворчания. Лулу хвостиком поплелась за мной.

Насколько мне было известно, Сора и Рой были близки с детства, ввиду соседства, однако я мало, что о нем знала. Как и о его друзьях. Впрочем, я не особо и интересовалась. Рой в моих глазах был непробиваемой серой стеной, а его дружки перевозбужденными травокурами.

Приземлившись обратно на край кровати, я снова сделала глоток, пытаясь насладиться дерьмовым пивом. Не знаю, где Даниэль закупался, но вкус у него не очень. Как и связи. Вроде бы ему было семнадцать. Да — старший курс.

— Что еще расскажешь?, — музыка мне больше не нравилась, поэтому я развернулась к Дэну, мотающему под биты головой. Лулу присела на стул около стола, чинно сложив ручки на коленях. Ашер прошелся по ней взглядом, недоуменно поднимая брови.

— Почему на тебе мужская одежда? — спросил он, заставляя Лулу дернуться. Её паническая боязнь новых людей иногда была так очевидна, что в начале года при нашем переводе в Академию, я думала она будет падать в обмороки прямо на занятиях.

— Рой дал, чтобы мы свою одежду не запачкали краской, — произнесла моя подруга себе под нос, опуская глаза так низко, будто от этого фокус внимания с неё уйдет.

— Тебе идет, — протянул охмелевший Дэн, глядя вообще в потолок, но я тут же треснула его по коленке.

— Не лезь к ней, — мое шипение и удар заставили его заныть, делая вид, будто я разрубила ему ногу пополам.

— Хорошо, Мисс Защитница, — его руки приподнялись, и я увидела татуировки на предплечьях. Всегда было интересно, кто малолеткам их набивает.

— Я скоро умру, вызывайте скорую, — протянул Даниэль, скорчив жалостливое лицо, чем вызвал смешок у Ашера.

— А я, наверное, так больно тебя ударила, — повторив его выражение, я прислонилась губами к горлышку бутылки, сжатую пальцами до побеления костяшек.

Ашер поднялся со своего насиженного места, чтобы взять еще бутылку, как входная дверь распахнулась с такой силой, что подул сквозняк. Даже Дэн приподнял голову, будто вмиг трезвея. Лулу дернулась, выглядывая из-за двери, а я наклонилась в сторону парня, чтобы побыстрее рассмотреть пришедшего.

— Ну и где все любители покурить!? — раздался на весь дом высокий голос Инди, и я мгновенно потеряла интерес, выпрямляясь.

— Закрой рот, сучка!, — полетело ей в ответ из ванной от Сорайи, из-за чего мы с ребятами синхронно издали смешки. Дэн захохотал в голос.

Инди, услышав смех, появилась в дверях незамедлительно. Она светилась, как чертова новогодняя гирлянда в своей джинсовой юбке со стразами, которая не доставала ей даже до линии бедра. Сверху на ней была открытая майка с широкой надписью «Stop being bored», из которой её грудь почти вываливалась, а на ногах красовались открытые каблуки.

Слегка напрягая зрение, я приметила за её спиной две фигуры: мужскую и женскую. Мальчишку я узнала, так как он учился с нами на одном курсе в Академии и получал от богатых ублюдков не меньше меня. Кажется, его звали Серхио.

— И почему так тухло?, — надула губы Инди, проходя и обнимая Лулу, — Познакомьтесь, Глория и Серхио.

Она по очереди показала на всех своих попутчиков, параллельно целуя в щёку Ашера и позже обнимая меня. Я предположила, что оба были из её приюта. Инди никогда нас не знакомила, но я знала, что она часто с ними зависает на разных домах.

Девушка, названная Глорией, приблизилась ко мне, обнимая. Она была чуть крупнее Инди и имела специфический запах из сладких духов и перегара. И очень непослушные, черные волосы, сразу же попавшие мне в глаза.

— Неужели передо мной Инди Холлис?, — подал насмешливый голос Дэн, приобнимая и почти заваливая мою подругу на кровать. Инди запищала, чуть не оголив всю свою задницу, пока пыталась встать.

— Вы так близко знакомы?, — произнесла я, хмурясь.

— Мы знакомы гораздо ближе, чем ты думаешь, — то, как он это произнес, заставило меня поморщиться. Его рука всё еще покоилась в ладони Холлис, и он водил пальцем по ней.

— Он тебе врёт, Харли, — запротестовала Инди, улыбаясь во все зубы. Её знакомый Серхио уже куда-то ретировался, ускользнув из моего поля зрения.

— Расскажи нам поподробнее, Дэн, — подначивал его Ашер, снова усаживаясь в свое кресло-мешок. Инди наконец вырвала руку из хватки Даниэля, намереваясь, видимо, устроить взбучку Ашеру, но её тут же остановила Глория, придерживая за талию. Они были похожи, как инь-янь в своих мини-юбках и топах.

— А ты, что не так знаком с потрясающей Мисс Холлис?, — снова расхохотался Дэн, глазами буквально поедая нашу подругу. Боковым зрением я заметила, как со своего стула, словно тень исчезла Лулу.

— У тебя было столько времени, Ашер, — продолжал Даниэль, уже заинтересовывая и меня. Инди игриво хихикала, параллельно забирая что-то из рук Глории. Я сделала последний глоток пива, оставляя бутылку на тумбочке возле кровати.

— Это сколько у меня времени? Тут по часам?, — ответ Ашера заставил Даниэля засмеяться еще громче. Где-то блеснул огонь зажигалки. Я резко развернула голову, сжимая пальцы в кулак. Инди подожгла косяк, медленно затягиваясь. Я не знала, что она этим увлекается.

— Закройте уже рты, — пробубнила девушка, прежде чем передать косяк Глории. Я всё это время следила за ускользающим в потолок дымом. Сердце медленно стучало где-то в горле, пока я пыталась сосредоточиться на общем диалоге.

— Слышь, Холлис, и правда, когда тебя лишили девственности?, — вопрос Дэна заставил вечно возбужденную Инди притихнуть. Мы тоже замолкли, переводя на нее интересующие взгляды.

Она тут же забрала косяк у подруги, покидая с ним комнату. Глория удрученно выдохнула, следуя за ней. Я нахмурилась, оглядывая оставшихся парней, но те будто не заметили смены настроения.

— Больше тебе никогда не перепадёт, — усмехнулся Ашер, отпивая своё пиво и закидывая одну ногу на другую. Дэн махнул рукой, не теряя улыбку с губ.

— Не велика потеря.

Я встала с кровати, молча выходя из комнаты в поисках хотя бы одной из своих девочек. Не то чтобы меня интересовала постельная жизнь Инди, но её реакция была странной. Не припомню, чтобы она хотя бы раз упускала возможность обсудить с нами секс. С учетом, что такая тема вообще не пользовалась среди нас популярностью.

В коридоре меня чуть не ударили дверью ванной. Я еле успела затормозить, когда оттуда показалась Сорайя с мокрой головой. И обновленными корнями, конечно же.

— Что у вас опять произошло? — устало выдохнула она, вытирая волосы полотенцем. Они у нее уже не кудрявились, как раньше. Мимо нас протиснулся Рой, уходя к себе в комнату.

— Я сама не поняла, — пожав плечами, я мельком заметила черноволосую голову Лулу, и двинулась к ней. Пройдя на небольшую кухню, кстати самое светлое помещение во всём доме, я уселась на деревянный стул, наблюдая за подругой. Она перемывала грязную посуду, засучив рукава кофты до локтей. Видимо, её это успокаивало.

В коридоре раздался шум, отвлекающий меня от залипания на девушку.

— Мы все выдвигаемся в «Деву Марию», — послышался громкий голос Даниэля, когда парни уместились в смежной гостиной. Хрупкий диван под ними скрипнул, но никого это не смутило.

— Что за «Дева Мария»?, — произнесла я, пока Рой вставлял кассету в магнитофон на кофейном столике, куда положил ноги Ашер.

— Грех тебе не знать, Тюремная пташка, — я сдержалась от того, чтобы не кинуть в Даниэля вымытой тарелкой, когда он усмехнулся, — Клуб, где собираются все восточные ублюдки независимо от возраста.

— Почему именно я должна о нем знать?

— Потому что там очень не любят богатеньких детишек с верхов, — мои брови заинтересованно приподнялись. Верхние районы, где находились наши школы, были забиты драгоценными ублюдками, чьи руки никогда не были в грязи. Например, мои одноклассники во главе с Джорданом Грином.

Из магнитофона заиграла мелодия, напоминающая Nirvana — Heart-Shaped Box. Даниэль, заметив в моих глазах проблеск азарта, продолжил, поправив черные волосы.

— Тебе точно нужно туда попасть. Я познакомлю тебя кое с кем.

Он подмигнул мне, когда в арке между гостиной и кухней появилась Сорайя. Её волосы почти высохли.

— Тогда нам нужно собраться, — её рука потянулась к моей, поднимая со стула и прерывая наш зрительный контакт с Дэном.

— Кольца моей матери больше не берите, — крикнул нам в спину Рой, пока Сора не завела меня и Лулу в родительскую спальню. Там уже крутилась Инди, припудриваясь и надувая губы в зеркало, встроенное в шкаф. Глория прикуривала косяк. Какой это по счету? По её красным до предела глазам было сложно понять.

Сорайя закрыла дверь и плюхнулась на пол перед шкафом с зеркалом, передвигая к себе косметичку, которую я только что заметила на полу. Сев на кровать, я развалилась на простынях, подтягивая к себе Лулу. Кажется, её голова всё ещё кружилась, усиливая симптом запахом травы. Я вытянула руку, дотягиваясь до окна и открывая его на микропроветривание.

— Мы и правда пойдем в «Дева Мария»?, — фыркнула Инди, мазнув по губам блеск. Её настроение переменилось, хоть она и пыталась это скрыть. Но я видела серьёзность в её глазах.

— Что у тебя произошло с парнями?, — повернулась к ней Сорайя, размазав консилер, явно не подходящий ей по тону, по лицу. Инди поджала пухлые губы, видимо не желая об этом говорить. Музыка в зале стала громче, особенно в нашей тишине.

— Даниэль чушь нёс, — она мельком посмотрела на меня, будто пытаясь проверить, поверю я или нет. Заинтересованность всё ещё бурлила во мне, хоть и не так сильно. Но всё же, я не могла не спросить, уставившись в зеркало рядом с ней. Её напряжение слишком сильно витало в воздухе, параллельно с дымом от косяка.

— Инди, а правда, когда ты лишилась девственности? — я отвернулась от зеркала, найдя глазами блондинистую голову с голубыми прядями. Общее молчание снова ввело меня в ступор. Даже её вечно ухмыляющаяся подруга выглядела так, словно эффект травки на нее больше не действовал.

— Я, например, в пятнадцать, — мне казалось, что ей будет легче, если я откроюсь первой. По крайней мере на групповых занятиях в центре говорили именно так, — Это было в центре. Парень, который сидел за избиение, я рассказывала о нём Сорайе.

— Которому было семнадцать? Погоди, вы, что, переспали? — наконец отмерла Сора, чуть не попав подводкой в глаз. Я усмехнулась, разворачиваясь к ним полностью и сложив ноги по-турецки.

— Да, мне нужно было пойти в одиночную камеру, так как моя соседка снова ловила приход от таблеток. Поэтому я решила таким образом нарушить правила.

— За вами же там следят, — я победно ухмыльнулась, услышав проблеск интереса от Инди. Мне совершенно не прельщало видеть ее тоскливой и молчаливой.

— Да. Из-за этого всё прошло за минуту и не больше. Стоило лишь зайти в мужской туалет, — я расхохоталась, услышав, как Сора пытается сдержать улыбку. Инди не выдержала, начиная смеяться в надрыв, пока не упала на кровать рядом со мной.

— Как вы успели за минуту? — её зелёные глаза заискрились от предвкушения сплетни.

— Я сомневаюсь, что он что-то прям успел, — усмехнулась я, вспоминая как этот бедный паренек отскочил от меня, как только надзиратели зашли за нами в туалет.

— Было больно? — прошептала Лулу, заставив перевести взгляд на себя.