Боги с Нибиру. После вчера 2

Прощай. Теперь — увидимся, лишь после встречи — дельфинов, индов, бомбы.

Ашар, я думаю — поможет. В тюрьму его я не отправляю. Он — подневольный. Чего — сущности твоей не скажешь.

Саргон и взглядом не моргнул — Энки исчез из зоны видимости. Он, растерявшись — заметался, понимая — коли не примет никаких шагов, то — будет гнить в тюрьме, всю жизнь — оставшуюся. — Сотни веков или тысячелетия. Нет, никакой необходимости, тайну держать — открытую.

Он закричал, чтобы вернулся Энки и, тот, на это — согласился.

— Я буду помогать! Я не хочу — в тюрьму! Но, не смогу я — никогда вернуться вновь — на плато… Энлиль мне это — не простит.

— Конечно — не простит, с ним Энки согласился. За то, что бомбу не взорвал, тем паче — разозлится. Ведь обо всём — узнает вскоре.

Рассказывай. Пока, возможно это, в твоей воле.

Не скрою — не уйти тебе от наказания. Но, может — будет то, не столь ужасное, как заточение в тюрьме — на долгие века, во тьме.

По доброте душевной — так и быть, пожизненный срок — смертью можем заменить.

Но это — должен заслужить.

Зато, не будут мучить мысли, раскаяния о никчёмной жизни. Умрёшь — спокойно, и к тому же — быстро. Без сожаления друзей, коих по-жизни не было. — Энлиля пёс цепной.

Пока возможно — выбирай.

Часть 2

Глава 1. Письмо. Сон. Встреча

Известие по голубиной почте, безмерно в бешенство повергло лидера с Килиманджаро.

— Какой наглец — мой кровный братец Энки? — разгневавшись, он высказался — злобно.

Смотря на строчки — сморщился скабрезно, текст из послания читая — негодуя.

Сам — рассказал, что заговор раскрыл, надменно сообщил — Саргон, Маджай и воины осуждены и, наказанию подвергнуты.

Кищара и Ашара — признав, их действия — по принуждению, помиловал. В лабораторию — под наблюдение отправил. В тех — нет сомнения…? Как, интересно — это понял? Даст пояснение?

Индов с дельфинами — в Индийском океане разместил, в закрытой акватории. — Для изучения, принятия решения — дальнейшего использования — в охранных мирных целях, плодотворно.

Пообещали Энки — работать добросовестно, прилежно — во благо мира в государстве Междуречье.

Вчера — создали бомбы, сегодня — миротворцы? Метаморфоза?

— Моё открытие — забрал! И для себя — использует! Какой он, всё-таки — нахал, братишка полу-родный!

Письмо…! Нет! — Вызов мне прислал?! — Мол, как тебя уделал!… Со всех сторон…, по-братски! С грязью меня смешал — змей подколодный!

Саргон — содействовал раскрытию, намеренного преступления — всё честно рассказал, о планах взрыва в Междуречье, с целью — уничтожения правительства и жителей страны — подлейшим взрывом грязной бомбы.

Приговорили — к казни, путём инъекции смертельной — за покушение на жизни ануннаков, согласно разработанного плана поработителя Энлиля.

Маджая воины — рубили скалы, в большинстве — в каменоломне. А кто не пожелал — находятся в тюрьме подземной — шахте заброшенной с пластами маломощными, без права выхода к поверхности — где добычу руды золотоносной, тем — снисходительно доверили.

— Он думает — сломил меня, своей победой — надо мной, очередной — бесчестной! — Энлиль воскликнул громко, сдержать эмоции внутри — не в силах более, расхаживая нервно — меж столами, в зале — Совета КпЗ на плато, в волнении — без устали.

— Чтобы принять ответ — на хамство Энки, понять вначале должен, как вычислил и захватил врасплох — Саргона, и Маджая с войском?

Обычная халатность и беспечность? Или другое, что-то?

Вряд ли…

Скорей всего — случайно, на спящих ротозеев натолкнулись. А дальше — дело техники… Пленёнными проснулись.

Беспечность!

Вреда — всегда, так много — от неё! Ведь — если бы поставили охрану и, не поддались самообману, то не случилось этого.

Так — крепко спали, что врага — проспали! О! Боже мой! Бомбу мою прос@али…

Были бы рядом, разорвал Маджая и Саргона. — Преступных ротозеев (идиотов) — нв мелкие кусочки за беспечность.

Не только не исполнили задание…, отдали ядерную бомбу!

Не только не взорвали…, и выдали секреты… — братцу. Прирученных дельфинов, созданных мной индов — «на блюдце преподнесли» тому. За бдительность его — в награду!

Не предоставит Энки, больше — такого удовольствия. К границе Междуречья, пробраться снова — незаметно, нам не удастся. Явно!

Большим усилием, себя заставил — в кресло сесть и, попытаться — успокоиться, прикрыв глаза.

Мысли — взрываться продолжали, в голове — не слушаясь понятий, смысла здравого. Месть превалировала, доминируя.

Так продолжалось — долго. Иное — в себе поглощая, словно другое — всё второстепенно.

Он, понимая — сегодня трудно будет успокоиться, в круглую комнату отправился, со стенами зеркальными — с чувствительными диафрагмами на фотоэлементах, для регулирования проникновения потока света.

Внутри — стены и дверь покрыты тонкой сталью, с отполированной поверхностью — до блеска.

Дверь, как и диафрагмы — не выделить в стене. Сливались контуры в единое.

Цилиндр зеркальный — нераздельный, представляла — комната. Как и советовал, приснившийся ему Оанн. Диаметром — три и четырнадцать сотых от трости, и высотой в две трети (трости). (Библейская мера измерения — 3,15 метра [6 особых локтей])

Работы в той, сегодня завершили. Воздействий — от неё, ещё не испытали на психике — своей, чужой.

Сначала ожидал, когда уйдут работники с лаборатории… Потом — письмо читал, и переваривал в себе, в том содержимое… Ведь из него узнал — пренеприятнейшее сообщение.

Затем, решил — отвлечься, и заодно — испробовать воздействие, войдя в её зеркальный мир. — Реакция на потрясение — естественное отвлечение. Решил, и смело — в комнату вошёл.

— Не зря ведь — я её построил, подумал — стены осмотрев.

После случившегося, ко всему готов.

Не зря Оанн — её создать мне предложил. Как наяву… Всё помню, что тот говорил. Ни слова не забыл.

Предупредил — не удивляться, о чём узнаю. И, не пугаться — зеркальной информации происходящего, произошедшего.

Не видя в отражении — себя, а лишь — объёмное бесформенное чудище, почти на весь периметр стены — он, растерявшись, замер — неподвижно. Пытаясь рассмотреть того…, прекрасно понимал, что отражение — искажено. Это его физиономия, а не кого другого. Знал.

С трудом воспринимая — таким своё отображение, присел он, в центре круга — в кресло, пытаясь отыскать, что-то знакомое.

Даже натянуто, не смог найти — с собою сходства. Такого — жуткого уродства, ни видел раньше — никогда.

— В том, искажённую поверхность — в прямолинейном восприятии воспринимаю. Он улыбнувшись, успокоился — сдержанно реагируя на искажения.

Реальность искажённая! — мелькало в голове. И что здесь — интересного? Да, ничего!

Почувствовал — несвойственную энергетику, наполнившую с ног — до головы его…

— Странное дело. Не думал раньше. — Если мы с Энки алгоритм программы — развитие цивилизаций на Земле — самостоятельно придумали, разве нельзя мне допустить, что мы и сами — персонажи разработок, нас развитей и выше рангом — сущностей?

— Для разработки алгоритмов интеллекта, простой оценки хода — недостаточно. Поэтому и, алгоритм этой программы пришлось — неоднократно усложнять — разбив на несколько, узконаправленных. — Волной незримой, в них вводить — вновь создаваемый критичный алгоритм, способный выбирать — самостоятельно ход максимально верный или неприемлемый — в чрезвычайно сложной ситуации, внезапно появившейся. Ведь при развитии подобных алгоритмов — искусственного интеллекта, смысл состоит — в ведении возможных ситуаций, и их решения.

Ресурсов памяти — потребовались больше и, скорости — при мега вычислениях. Реализация их — удалась, лишь увеличив мозг, и в нём — огромное количество извилин, создать пришлось, лишив — части способностей, что появились в результате — развития цивилизаций (эволюций) хомо. Пути другого не нашлось.

Эксперимент удался — неожиданно, при ложном восприятии реальности — как виртуальной. Но почему — мне непонятно.

Произошло это — случайно? Или по чьей-то воле, помощи?

Закрыв глаза — Энлиль задумался, события перебирая — в работе с Энки.

Стало не по себе, и…, провалился — в неизвестность, чувствуя себя в дерьме (проснулось внутри, что-то необычное?).

Одновременно — увидел силуэт приснившегося старца, затем — его лицо. Старец высокий, почти как ануннаки. Одетый в платье — до земли, похожее на кимоно.

— Ты вечный странник — сам Оанн, узнал того Энлиль — мгновенно.

Построил комнату, как говорил… Всё сделал — правильно?

Лишь для того, чтобы тебя в ней встретил?

Что-то сказать или спросить хотел? — пытался разговор затеять.

Но тот молчал.

Прошло немало времени, прежде чем — тот ответил.

— Вы параллельные миры — создали. Хотя не научились — обращаться с ними.

Услышав голос, испугался, хотя и ждал ответа.

— Мы лишь наметили — в конфигурации программы алгоритмы, продумать не успев — взаимосвязь меж ними. До катастрофы это было…

Позже, не занимались — разработками. Создался дефицит IT-ишников и оборудования. Многие улетели…

— И не было необходимости, учитывая — в этом мире много места. И не было угрозы — перенаселения.

Как и сейчас.

Мне непонятно, зачем — хотел ты уничтожить Междуречье? И ануннаков с Энки? Тебе — здесь стало тесно? Есть у тебя — больше пол-Африки. Недалеко — Австралия и Океания. Об Азии — тебе известно.

— Сработал комплекс недооценённости.

Я понимал всегда — рождён для большего, чем то, с чем приходилось жить и действовать… и, если бы не Энки…

Я бы не хуже справился с проблемами при добыче металла, возможно — лучше. Почти всегда — не на своём был месте.

Совет Планеты — это, не увидел, к сожалению.

— Переоцениваешь ты — себя. Вокруг — неполно смотришь, со всех сторон — происходящее не видишь, виня напрасно — брата.

— Это, конечно — можно допустить, но думаю, что видел, сравнивал — происходящее, со строгим отношением к себе, всё время.

Бывает иногда — чужое место сущность занимает. — Не понимая, что оно, не для него — предназначалось.

— Ты истине противоречишь — «Без воли… волос с головы не упадёт».

— Значит, Творец решил, что нужно нам — расстаться. — На всё есть Воля Господа. Он не мешал, прощаться.

— Ты спутал — будущее с настоящим и, по Его согласию.

— Здесь, стороны — одной реальности. При рассмотрении — всех фактов, Воля согласия Его — есть, и Его деяния.

— Тебе дано понять лишь то, что можешь воспринять. О большем не пытаешься — задуматься.

— Пытаюсь. Но, признаюсь — честно, не часто это получается.

— За существующее мироздание, реальность, ты заглянуть хотел — неоднократно?

— Хотелось бы увидеть — существо, не захотевшего — взглянуть за недозволенное. И, по возможности, частично изменить то — к лучшему.

— Я дам тебе эту возможность. Для этого — здесь появился, после того — когда приснился…, чтобы помочь тебе.

Открыв глаза, увидишь — несбывшуюся здесь, сейчас — реальность. Смотри внимательно. Не то, упустишь. И не успеешь её познать — произошедшую тут ирреально.

— Странно, Энлиль подумал — удивлённо. Глаза открыты у меня. Вновь искажённая реальность, в округлой комнате? Везде, она — своя?

Открыл их шире, на всякий случай.

Перед ним — взметнулось пламя, километров — за двести, Намного выше стратосферы. Сжирая всё — в прикосновении, мгновенно — без сожаления, прожорливо — бесчеловечно.

Сияние — затмившее свет солнца, на миг лишь — обозначив контур Междуречья — насколько можно обозреть пространство, от вспышки до Килиманджаро.

За тысячу километров — Энлиля ослепило.

— Это — взорвалась ядерная бомба! — вскричал Энлиль — обрадованно сверх ликуя.

Видно, пытался Энки — разобраться, не думая, что может, та — взорваться.

Меня по праву — Свет несущий, теперь возможно — называть, в той ирреальности! Виват! Виват! Виват!

Вырвалась — магма раскалённая с поверхности Земли, смешавшись с водами морей и океанов. — Образовала перегретый пар, в большом количестве — В себя вобравший — магму раскалённую, создав изображение объёмное в глазах Энлиля — страх и ужас в Междуречье.

Пространство над землёю — в виде гриба, заполнило — закрыло свет собою.

Огромной силы — ураган, поднял волну — на высоту в сто метров. И затопил все номы — города, селения, материки. И населяющих их — ануннаков, хомо, гомо, других существ, зверей, животных — приручённых, свободных.

Поднявшаяся магма — разнеслась по сторонам, огромным ураганом. — Падала ливнем огненным с небес. — Сжигая на земле — всё повсеместно, что не затопленным осталось — в пепел, и пемзу превращалось. Вскоре не стало видно солнца. Лишь дым сплошной — густой, как взвесь.

Энлиль, в восторге — продолжал кричать, и восхвалять себя — забыв о страннике Оанне.

— Теперь — нельзя больше молчать! Имя моё — значительнее более, чем я себе — представить мог, оно — Несущий Свет и Тьму. Я Богом избран — быть Его десницей, и покарать всех непокорных — мне, Ему — по всей Земле. Спасибо Тебе — Господи!

В этот момент — увидел тучу чёрную, огромную — неимоверно разрастающуюся, заполнившую всё пространство пред собою — от неба до земли на северо-востоке. К ним — быстро приближающуюся. Та, расширяясь — пространство заполняла, и западнее и восточнее его.

Ещё какое-то мгновение и, это облако, приблизившись — накрыло плато. Огонь, камни и пепел, искры — везде, в количестве огромном — обрушилось, живое уничтожив — далёкое и рядом.

— Явный прообраз — апокалипсиса, Энлиль подумал и, закрыл глаза — испуганно, вспомнив их бегство — на спасительное плато. И тут же, «в руки взял себя». — Реальность искажённая — вспомнил о разных сторонах реальностей. Я жив, хотя мог и погибнуть — в огромном облаке дыма, огня. Это событие — из ирреальности, где нет меня.

— Ты мыслишь — верно, старец подтвердил нежданно — его мысли. Но, в то же время — всё не так на самом деле. А относительно, многообразие — значительно. Не буду говорить загадками. — Произошло бы это — в случае, взорвавшейся огромной грязной бомбы — в Междуречье.

— Не думал я, что взрыв — такие может вызвать катаклизмы. Думал, что будут — меньше, ограниченнее.

— Мог разбудить — тело планеты, её нервы. Возможно было — уничтожить всю планету. И править — негде было бы тебе. Да и тебя — не стало.

— Хотелось уничтожить ануннака, несправедливо — относившегося к нам. С его сподвижниками и прислужниками, нас обманувшими — ушедшими с ним с плато.

Я тех — не прогонял. Им — оставаться предлагал.

— Всех, кто ушёл с ним — лидером СССР (союз свободных существ разумных)., тебя не признавая? Те, кто на стали пред тобою — в позу, тебя не прославляли.

— Лишь из названия — СССР, прекрасно видно, что честным не был до конца, ни перед кем из нас, живущих вместе — Энки. Хотел, чтобы — все будущие гомо, кого держали в резервациях за сеткой — по разуму сравнялись… И жили — вместе с нами. Когда-то стали равными.

— Всё относительно. Иметь свободу — в степени определённой. И соблюдая — кастовость у гомо, не означает — равные права, тех — с вами. Зато, довольными бы были — те, после признания достоинства. Вы получили бы — из гомо, вассалов для рабов из хомо.

Кстати, сейчас — там, в Междуречье и в Египте. Энки, Агьло, Аниретаке — для гомо божества верховные. Всё — так и стало, как задумывали — ранее.

— Это, лишь говорит — о том, что он всегда — политиком был хитрым, нечестным ануннаком. — Идя к цели намеченной — во что бы то ни стало, он добивается задуманного им — плюя на мнения, желания других. Каким он был — таким остался.

— Не говорил тебе, что Энки — совершенный и идеальный ануннак — как не считаю, таковым тебя — презренный себялюбец.

Энлиль — не задохнулся чуть, от наглости фривольной, позволенной — в их разговоре старцем.

Давно, никто не разговаривал в таком — с ним тоне. Впрочем — никто, пытаться бы не стал — делать такое. Но — этот старец…, наглея, сравнения такие допускает! Мерзавец!

Потеря бомбы, смерть Саргона, пленение Маджая, войска — всё отошло на второй план — став значимым, намного менее — фривольности Оанна. Но понимая, что видению, он — ничего не сможет сделать, как бы того не захотел, сдержался — вынуждено «в руки взял себя», довольно жёстко. И, смолчал.

— Ты о себе, так сильно — возомнил, продолжил, в том же тоне — старец, в глаза смотря — презрительно.

Не понимая толком — принцип реальности, пытался выйти — из её границ, и на неё воздействовать — принципиально. По виду, ты — не сумасшедший. Быть может — псих беспечный?

Эту вселенную — материальною воспринимаешь? Вы пролетели чрез огромное пространство — на спутнике Нибиру. Оно — частица космоса огромного — прекрасно понимаешь. Системы — состоящей из планет, и спутников, с метеоритами, кометами, болидами и астероидами. Все разновидности — не перечесть, и их отличия. Они — не виртуальные, из мира вашего, для вас — физического. И, до поры определённой — временной, полёт по траектории своей — без столкновений происходил.

Затем, оно произошло… Это, само собой — для вас трагедия. Причина — неизвестная, хотя и предсказуемая. Явно — назревшая.

Какой — реальность мира тебе видится?

— Не знаю. Это — признаю.

— Только безумный, возомнить себя мог — Творцом избранным!

— Возможно, буду я не прав, коли, ответив, не скажу — об относительности и подобии миров — во всех вселенных космоса.

И если — малое подобие принял, поняв действительность. За это, Бог меня — накажет?

— В одном мгновенье увидеть вечность,

Огромный мир — в зерне песка,

В единой горсти — бесконечность

И небо — в чашечке цветка [ У. Блейк. ].

— Спасибо старец — «разбудил» меня, и снял завесу с моих глаз. Закис на плато — этих гор великих, как понял ты меня. Признаюсь честно, злой на Энки я — за то, что кинул он меня — в тот час, когда ушёл — бросив на плато.

Быть может — некрасиво я повёл, но он, всех лучших — за собой увёл. Хотел «на землю — его опустить», и показать — нельзя по-хамски жить и, заставлять — других страдать. Не понимать.

Да, с выборами, я «переиграл», не смог остановиться — своевременно и, этим себя наказал.

И вот, теперь — живу я без друзей. Не слышу смех, идущий — от души моей. Мысли мои — грустны, страдаю я… в глуши — на плато. А хочется — размаха.

Я, пожелав — войны, надеялся, что испугавшись, попросит мира Энки. А вышло всё — наоборот. — Он выиграл, мне — «от ворот, вновь — поворот».

Вижу прекрасно, что ты — за него. Ему — вновь выигрыш, а мне — лишь только пенки. Больше ничего.

Одних безжалостно — убил, других — в тюрьму под землю посадил. Загнал меня — тот, снова в угол… Вновь — Энки победил.

Как быть мне? Мир вернуть и, тех освободить? В прострации — я нахожусь. И, если честно — я его боюсь. Ведь знаю, каким сильным стал. Не то, что — бедный я, на плато брошенный — ничтожный, и одинокий. Что ждёт меня, в такие — непростые времена, проблемные, как жизнь моя?

Направь на путь — для исправления, без ложного притворства.

— Зачем стараешься — вновь обмануть меня? Я знаю, что повергнуть хочешь Энки, стать лидером Земли — вместо него и, сделав — пленником своим, отвергнуть — все достоинства его, как будто он — ничто…, пустое место.

Энки низвергнув — хочешь показать себе и Силам Господа, как довелось тебе страдать от вашего противодействия. — Завидуя ему, за ним — вновь станешь наблюдать, обдумывать зло, создавать проблемные последствия. Выискивать, как очернять успехи в экономике, науке, в медицине. Всех убеждать в порочности его стремлений во благо жизни разума и благосостояния — всех ануннаков, хомо, гомо — всех поколений.

Советую тебе — не лги. Пока не поздно — прощения его проси.

Друзьями были в прошлом с Энки — вы. Бежать — не нужно от своей судьбы. Гордыню свою прогони. И голову — пред ним склони, прося — прощения. И он — простит тебя. Если честны будут твои слова.

Ему дороже — мир, чем конфронтация. Да и тебе — она, поверь мне — не нужна. Ты видел, что за малым, чуть не натворил?

Себя ты — также, этой бомбой бы — убил.

Стало темно — внезапно, в комнате, изображение со стен исчезло. Энлиль, ещё немного — оставался в кресле, словно пытался — вновь войти в прошедшее. Обдумывал одновременно — фактический смысл предложения услышанного от Оанна, прекрасно понимая, что тот был прав — во всём, когда советовал ему — как поступить …, и в обличении…

Он, просто — не хотел с тем соглашаться… Не нравились ему — нравоучения.

— Будет указывать?! Пошёл бы тот — подальше…!

В момент явления Энлилю — старца, учёные лаборатории, над резиденцией Энлиля — сияние увидели. Приборы зафиксировали — возмущения магнитного поля Земли и ионосферы — по всему плато Килиманджаро. Об этом — доложили, увидев — вышедшего лидера из офиса лаборатории, в недоумении. По большей части — восхищённо.

— Значит, что видел я и слышал — не показалось мне, он произнёс — негромко.

Учёные подумали — что чувствовал и, в помещении он — возмущения магнитные. Такие — мощные!?

Или те были созданы — его стараниями, действиями — во благо ануннаков оставшихся на плато…

Глава 2. Гера? Нанна. Совет планеты. Нинти

— Я огорчаюсь, сожалею, тебя надолго покидая. Скучаю по тебе — Энки признался, когда из дома улетаю, тебя не вижу — день весь, вечер — любимая жена моя.

— Во лжи, ты — раньше не замечен. Такие — длительные расставания, как и тебя — не радуют меня. Скучаю также — по тебе, призналась Нинти, обрадовавшись — Энки, время нашёл — средь бела дня, увидеться. Не на «работе».

— Сегодня — появился рано. Устал, наверно — от забот? Я знаю, дел — всегда невпроворот.

— Нисколько. Привык к заботам и, необходимости — всё время находиться там, где происходит — новое и важное. Не потому, что сделают не так — как нужно мне, а оттого, что можно получить — события незапланированные. И неожиданные. Мне — интересные.

Кроме того — необходимо сроки корректировать, планы — увязывать с сопутствующими процессами. Не всё — всегда, идёт по ожидаемому плану. И, иногда приходится, те — регулировать. Насколько своевременны они. Не навредят — развитию планеты?

— Никто другой — не сможет сделать это?

— Могут и делают. И не всегда, бывают нужными — корректировки. Но, в этом должен убедиться — самолично, что всё идёт — нормально, процессы — не разладятся, пусть и случайно.

— Твои друзья — неглупые, надёжные помощники. Они — скрывать не будут ничего, если пойдёт, что-то не так, как нужно. Не доверяешь им ты — разве?

— Конечно — доверяю. Но я — любой процесс проверить должен. Считаю — это важно.

— Мне кажется, что не всегда — считаешься с их мнением. Я правильно — в тебе это увидела?

— Конечно — бывают иногда сомнения. Не в них, а в правильности действий их.

Хотя и не всегда — истина, в мнении — не большинства.

Это прекрасно, что меня — всегда ты понимаешь, вздохнул устало Энки, недоговаривая что-то — явно.

Он понимал, что Нинти — чувствует, не только настроение его, но и невысказанное. — До времени им скрытное.

Немного помолчав, раскрылся сам — продолжил говорить, о чём смолчал, что растревожило недавно. — Произошедшее.

— Событие — на днях произошло — неординарное, в лаборатории. Я не могу — научно объяснить его, самостоятельно. За грани понимания мои — оно выходит, неординарно.