Боги с Нибиру. После вчера 2

Боги с Нибиру. После вчера 2

Часть 1

Глава 1. Отмщение Аниретаке

Энки, собрав для братьев биороботов и, объяснив задачу, отправил тех — на запад, к братьям. Прибыть должны — самостоятельно, в указанное место и, если те отсутствуют, там ожидать — пока появятся.

Для встречи место указал — в часе пути от поселения на бреге Хапи, где жили братья — ануннаки.

Сам же, отправится к Энлилю в тыл — произвести разведку, чтобы знать мощь и, силы — ситуацию. Без этого, не воспринять масштаба действий брата, и не понять, какие силы применить им — для защиты, от его — подлого вмешательства. Экспансии — не только серединной части Африки…

Новости нехорошие, он получил. Энлиль — на день опередил.

Убит Анирнтаке, Агьло сошёл с ума. Поздно спасать их, государство. — Ради чего он прибыл — с биороботами. Но опоздал — немного.

— Хомо, без помощи моей не выживут, подумал он — определяясь, решая… — на чём остановиться. Аниретаке не поднимешь — здесь, забрать в лабораторию придётся. Агьло, удастся — вылечить. На это — дни уйдут, возможно — месяцы. Нужно найти и, увезти с собою — тех, сегодня, пока ещё не поздно.

Он помнил встречу с ними — позавчерашнюю…

— Ну, подчинятся хомо брату. Он — тех, навряд ли уничтожит, свои задачи выполнять поставит. И в управление отдав — вассалам, вскоре — о тех забудет.

Внезапно вспомнил об их детворе — трёх сыновьях у братьев.

— Детей нельзя бросать! Энлиль их заберёт к себе, не дай Господь, использует — в экспериментах.

И оставлять без наказания — убийство… Аржана нужно наказать! Ведь это слишком! — стрелять по ануннакам! И убивать.

Ночью ушли на юг, укрылись в скалах, чтобы не обнаружили. Решив — оттуда Энлиль не ожидает, пришёл сам — с юга.

Агьло случайно — по дороге встретил, невдалеке от трупа брата, бесцельно и бессмысленно слоняющегося по саванне. Как ожидал — тот, Энки не признал его и, стал на них кидаться, не понимая — с биороботом (одним) не справится. Пришлось вколоть снотворное, чтобы тот успокоился. Не навредил себе.

Один из биороботов — отнёс Агьло и, брата труп — в стоящий вертолёт, в укромном месте, где аккуратно в кресла положил. Сердце и мозг Аниретаке — унёс в лабораторию, чтобы попытку произвести — восстановления.

А Энки, к лагерю Энлиля подошёл — вплотную, решив — на месте действия определить, как наказать преступников. Жестоко, и законно

Энлиль не спал. Сидел на берегу, злобно смотрел на остров, где — гомо, хомо братьев — спрятались. Нагло, беспардонно.

— Скорей всего, деликатесы, пропитание, и ценное имущество, там же припрятали — решил, что те — были неглупыми. Наглыми, беспардонными.

Оставшиеся гомо, хомо братьев — в живых, и воины Маджая — спилили все в округе пальмы вековые. — Из тех — плоты готовили.

Средства передвижения — на острове остались, чтобы к тем не добрались.

— И вновь рутина начинается, Энлиль подумал. Мне стало скучно. Ну, захвачу я этих хомо — завтра и, что ещё? Аржан с Маджаем справится и без меня — с толпою «обезглавленной» — без братьев. И, что с того? Становится здесь — скучно.

Начало главному, положено — легла покорно под меня — вся Африка, а дальше…, мне неинтересно.

Второй не будет кульминации момента. Нужно энергию направить — на Междуречье, где Энки создал новую коммуну и, говорят лазутчики — успешно правит ею.

Прибор на братьях — не испытаю, быть может — выбрать добровольца из своих? Опробовать на плато?

Опасно, не оправдано, и слишком рано. Мне с ними вместе — долго жить, зачем же мысли негативные плодить.

Здесь мне не нравится. Полоска — вдоль реки, затапливаемая временами, пригодная для сельхозработ, а не для отдыха. Нет пляжей океана. И, слишком много крокодилов — этих ужасных тварей.

Дав указание — прибыть в палатку Маджаю и Аржану, немедленно, решил — устрою им разборку на дорожку, для них полезную.

Купание Маджаю — пользу дало, тот вновь стал прежним — преданно смотрел в глаза, как сучка, при…, во время течки.

— Мне здесь — неинтересно. С хомо — вы справитесь и без меня. Определите — местного вассала, а я уеду, — скучно стало. В моей чудесной, гениальной голове — есть мысли новые, мне интересны более, чем вы — проблемные. Прощаюсь с вами. Не надолго.

Я разрешаю — запрячь повозку для меня. Сейчас же отправляюсь в путь обратный — на плато, в воздух горный и приятный, чистый, благодатный — окунуться.

— Быть может, ночью отдохнёте, а в путь отправитесь — с утра, Аржан пытался задержать Энлиля. Неблизкий путь, наткнуться на врага возможно. Зачем нужа — беда? Чуть не сказал — трагедия.

Предчувствовал он, что-то нехорошее и не хотел, чтобы произошло с Энлилем — по дороге, что-то. Ведь Энки не возьмёт его к себе…

— Я отдохну — в дороге, Энлиль отрезал — тоном, не требующим возражений. Боишься, даже тени — брата моего? Какой ты задолиз, начальник моего СБ!

Энки не знал, как поступить. Взять в плен — возможно, брата. Но…, без него, намного проще — с Аржаном провести сражение и, победить того — без всякого сомнения. Не сомневался, что Энлиль изымет лазер у того, а без него, Аржан беспомощен — никто. С ним — не сложна расплата.

Учитывая, что Маджай обижен, не задалось сражение, у них один путь — к поражению, без смысла.

Так и случилось всё — в итоге. Энлиль, направившись в повозку, тому напомнил невзначай, что лазер не был отдан. Аржан отдал послушно лазер, ответив — тот, больше не нужен.

Энлиль взял пистолет и, дал команду кучеру повозки.

— Вперёд поехали.

За ним вослед посеменили бесы, гоня с собой невольниц.

Здесь — больше делать нечего. Окончено завоевание и, развращать здесь некого.

В ночи светились долго огоньки в степной саванне, от удаляющейся, вдалеке повозки.

Прождав час, вышел Энки с великанами и, осветив, из глаз тех — светом ярким — молний, пленённых гомо и, зверолюдей, нубийцев, Аржана и Маджая — нежданно напугал. Когда один ногою топнул великан, земля под ними задрожала. Маджай дал дёру, вслед Энлилю.

Не торопясь, догнав, одной рукою взял Маджая — биоробот и, принеся — поставил у ног Энки.

— На первый раз, тебя он возвратил, а не прихлопнул, предупредил Маджая и других, Энки — незлобно. Не стоит убегать и падать вам, сбивать коленки. От них — не убежишь, они быстрее всех — на этом свете, быстрей любого зверя и, быстрее птицы. Поверьте в это и, плохого не случится.

Как понимаю, ты убил Аниретаке? — спросил Аржана Энки, лицом к лицу с ним оказавшись. Использовал оружие — супротив ануннака!

— А выбор разве был? — Аржан вопросом на вопрос ответил. Братья за нами гнались, я защищался сам и, защищал Энлиля.

— Ты совершил большое преступление — убив по крови брата — ануннака. Тебе придётся отвечать за это.

— Согласен, только ты учти, что он хотел убить нас первым и, в том числе меня — брата по крови — ануннака.

Пусть разберётся суд, определит — виновен я в убийстве этом? Я думаю, что братьев он осудит — убить гостей пытался — подло.

— Неверно всё! Ведь, были братья безоружными. Убить вас — не могли они.

Я вынес приговор — смерть, за убийство ануннака, согласно — нашей Родины Закона.

Дав биороботу знак, отвернулся, ведь неприятно наблюдать, когда убийство происходит, пусть и заслуженно — врага, убившего — себе подобного.

Тот выпустил луч лазера из глаз, направленный в грудь обвинённому. Аржан ответить не успел и, почерневшим, рухнул, словно подкошенный — с дырой в груди огромной, подобной — у Аниретаке.

— Только всего! Произошло возмездие. Он приказав Маджаю — оттащить Аржана тело, к берегу и, бросить крокодилам — на съедение.

Воины братьев вмиг воспряли духом, пусть было их намного меньше, накинулись на воинов Маджая и, отобрав оружие у них, связали руки, уложили наземь.

— Надёжней будет — понял Энки. Ведь ночь есть ночь.

Душа смеялась над метаморфозой. Он ничего не стал менять и исправлять, расставил биороботов вокруг — всех охранять, на случай — вдруг Энлиль решит вернуться. Ведь, мог, уход быть хитростью тактической и, им придётся вскоре защищаться.

Немало удивился Энки, из дома Агьло утром выйдя — увидев в поселении Агьло, с трупом Аниретаке. Сидел внизу в долине у реки — у тела брата, с опустошённым выражением лица. Он выглядел — намного старше лет своих и, было видно — надломленным несчастьем.

Зная — тот был недавно не в себе, Энки — бесшумно подошёл к Агьло и, положил тихонько руку на плечо, понять стараясь, как воспринимает мир тот — окружающий, действительность. Агьло не шелохнулся, словно не чувствовал руки. Энки присел с ним рядом. Молчали долго, смотря на труп Аниретаке, взглядом — полным тоски и горькой боли.

Хомо стояли в стороне, смотря на них с почтением. Еженедельно, двое-трое умирали, они воспринимали смерть — естественно. Ещё никто и никогда не воскресал. Так и должно быть — знали.

Агьло им говорил, что смерть, — закономерность в жизни. Дети рождаются, и умирают старые. Что этого бояться — не должны они, так как иначе, души не вернутся — в круговорот процесса жизненного, постоянного.

— Возможно, у богов всё по-другому, негромко произнёс один из хомо.

Сказал он это тихо — лишь товарищу, но слышно было всем. И даже птицы — в тот момент замолкли, как и живое всё вокруг — в почтении.

— Мне жаль, что опоздал, понурив голову, сказал, чуть слышно Энки.

— Мне тоже жаль, Агьло ему ответил. А где Энлиль, Аржан?

— Энлиль отправился обратно, Аржана я убил. Отдали крокодилам тело.

— Жаль, что Энлиля отпустил. Не поднялась рука на брата?!

— Не знаю, лгать не стал, оправдываться Энки. Наверное, не смог. Возможно, что ты прав. Не всё так просто.

— Мог пожалеть. Ведь столько лет работали друг с другом.

А я бы не жалел! Я бы за брата разорвал, как суку.

Он не закончил фразу.

Ком звуков стона, из груди сорвался, из глаз полились слёзы.

Не мог ответить Энки — ничего, поднялся — нервничая, понимая. — Не врал он, и Агьло — был прав. Не мог представить Энки, как бы сумел убить Энлиля, хотя прекрасно понимал — не осудили бы за это, после убийства анунака, экспансии попытки — племён цивилизации Египта.

Он, простояв недолго рядом — присел к Агьло, обнял и, не мешая плакать, не мог и сам слезу сдержать.

Прошло немало времени. С глаз слёзы высохли. Часть возвратилась беженцев, с другого берега.

Видя Аниретаке тело — попадали, с почтением, к жилищам пятились — не поднимая лиц. Одна из женщин кинулась к Аниретаке и, ноги обняв — громко зарыдала. Заплакал и Ашшурбанипал, и с ним дети Агьло — Нигушур и Думузи.

Дав указание — обмыть Аниретаке тело и, во всё чистое одеть и лучшее, Энки поднялся и спросил Агьло.

— Где ты решишь похоронить его?

— Там, где убили. На том же месте. Ведь знаешь, дух заснёт — не скоро.

— Когда?

— Могилу выкопают только.

— На воздухе нельзя держать. Пошли, покажешь место, где выбрал для могилы. Дайте мотыги и лопаты воинам Маджая, чтобы трудились в мыле.

Агьло пошёл с войском Маджая вражеским за скалы и, приказал Маджаю выкопать могилу — в семь метров глубиной и, шириной — в четыре. Как выкопали, приказал — часть срубленных стволов пальм ими, когда готовили плоты, для переправы — к могиле принести. Из них — настил и стены сделали для домовины и, подготовили на двухметровой глубине, для склепа — перекрытие надёжное.

Аниретаке опускали в домовину биороботы. Могилу засыпали воины Маджая.

Когда засыпали, Агьло их отпустил, с напутствием:

— Вам повезло, что не убили наших воинов. Поэтому, живыми и остались. Я забираю ваше снаряжение и отправляю в путь обратный — вас, с поражением. Знайте и, помните всегда, своим потомкам передайте и господину вашему Энлилю, что я не буду больше щедрым, и оставлять живыми. Всех уничтожу, не оставлю вам попытки…

И, пусть Энлиль — запомнит навсегда, что у меня к нему есть долг огромный. Не знаю точно, но надеюсь — вскоре, отдам ему я полностью, что причитается — за брата. Настанет день, когда придёт расплата.

Маджай и воины, как только получили разрешение, сразу же кинулись бежать. Бежали налегке, что помогало убегать с немыслимой для хомо скоростью. Боялись, чтобы их, не возвратили вскорости.

Обняв, уже троих детей своих — Думузи, Нигушура и Ашшурбанипала, Агьло, заслушав предложение от Энки, отправиться жить всей семьёй — к ним в Междуречье, для постоянного там жительства, ответил — нет, здесь дом — навечно.

Теперь, уж точно, здесь останусь навсегда. Поближе к брату. Знать, у меня — судьба такая, быть рядом с ним — всегда.

— Я думаю, что облака между собою говорят? — Агьло подметил, неожиданно для Энки. Возможно, не всегда.

— Об этом я не думал никогда, признался Энки, если честно. Они об этом, тебе сами говорили? Или ты сделал вывод, лично?

— Да. Говорили. А я не понял их тогда…, беда свершилось.

Общение меж ними происходит — в виде шума со стрекотанием сверчка. Не понял, что с тревогою — пытались ночью говорить об утреннем несчастье…

— Выходит — знали, что произойдёт?

— Конечно! Те, получив анализ ситуации — сложившейся у нас, с немалой вероятностью — могли предположить, что с нами может быть. Тем более — они, всё видели внизу и, знали, что Энлиль готовил. Ведь даже ты предположил, узнав часть информации — напасть на нас он вскоре может.

Энки, немного испугавшись за него, быть может — рецидив начался, теряет он действительность, из-за больших эмоций, нагрузки большой — нервной, прислушался к словам того.

— Они в тот день бурлили постоянно — в движении, не останавливались ни на миг.

Агьло, немного помолчав — продолжил.

— То приближались к кучке, с ней соединялись, то разрываясь, уплывали; другие — плыли одинокими. Их было много. Одни по небосводу уходили, другие появлялись. Лишь часть — проплыли молча.

— Вообще, как знаю я, ответил Энки, их компоненты «сообщаясь», осадки постоянно создают. Организация осадков на уровне очередном, самостоятельной лишь кажется — вначале, к образованию ведущей — новых облаков. На самом деле — охлаждённый воздух, к встрече с теплом, дождём — несясь, взамен ушедшим облакам — в тучи, мгновенно превращается. Так появляются они. Одни, в дождь превратившись — уходят вниз. Другие, гонимые ветрами по небосводу — хаотично бродят. Этот процесс всё время повторяется — круговоротом воды в природе называется.

— И, что? Какая разница, как создаются облака? Я говорил об их общении, а не создании. Бывает часто, что они не собираются — по многу дней вообще, хотя тепло и испарения, уходят вверх, как раньше — постоянно.

Значит, в то время — в небесах господствуют ветра, их разгоняющие.

— Возможно, ветер помогает им общаться.

Не стал рассказывать Энки — Агьло, что изменение температуры в облаке, есть основная сила, передвижения по небосводу.

Агьло — был в знаниях круговорота не силён и, в принципе, он понимал — не главное в том разговоре, рассказать об их предупреждении, а лишь попытка — другим способом, не надоесть. Он (априори) донести пытался, что никогда не смог бы объяснить.

— Быть может, всё же согласишься — приехать в гости к нам с детьми? Как только ты решишь вернуться, отправлю сразу всех обратно, не задержу вас уговорами. Доставим быстро.

Оставлю биороботов — народы защищать, хотя навряд ли вам они понадобятся. Можешь, спокойно — в Междуречье отдыхать. Энлиль ведь не дурак. Маджай ему расскажет, как великана испугался. И тот, пока всё не узнает, не будет ничего предпринимать.

Он показал рукой — на биороботов, сидящих молча в стороне. Казалось, что заснули те, застыв на месте.

— При случае необходимости присутствия, мне сразу сообщат, и я верну тебя мгновенно. И ребят.

— Не знаю, не категорично, как ранее — Агьло ответил. Если на пару дней лишь, ненадолго…

— Ну вот, и хорошо! — обрадовался Энки. Я рад, что смог тебя уговорить, со мною полететь — к нам в Междуречье. Посмотришь, как живём. Каких успехов мы достигли — в развитии цивилизации. Захочешь, может быть, что-то — от нас, в Египет перенять. Это — возможно.

Недавно, связь восстановили, вновь создаём виманы, вертолёты. Построим корабли и лодки: подводные, надводные и беспилотные, начнём осваивать моря и океаны. Можем помочь и в этом при желании.

— А для чего? — Агьло спросил, не удержавшись от вопроса.

— У вас все сытые, обутые, одетые?

— Все. Кто, всех больше трудится, тот получает больше благ, других.

— Но, нет практически развития. Живёте в допотопном обществе. Всё по старинке. Вот, и Энлиль принёс вам страх.

Мы строим школы, производства и больницы, лаборатории создали и цеха, работают в них много гомо, превратившихся из хомо, чрез поколения.

Места для хомо есть — подсобниками и рабочими…

Всё для того, чтобы народ почувствовал себя уверенно, так было постоянно, не нужно анунакам о хлебе беспокоиться и удовольствиях. В конечном счёте — воздаётся нам при жизни, наша забота, благодарностью плебеев — хомо, гомо.

— Энлиль придёт и всё разрушит! Убьёт друзей, жён, братьев и детей…

— Чтобы такого не случилось, создали биороботов и спецлаборатории.

— У нас нет ничего такого.

Не скоро дорастём до уровня — равного вашему, останемся страной сельскохозяйственной — вздохнул Агьло и, встав — отправился в дорогу собираться. Возможно, будем развивать торговлю с вами, он по пути заметил… и, не только.

— Единственная просьба, — предупреди, не говорить о великанах — Энки Агьло просил, тревожась. Не нужно, чтобы информация дошла к Энлилю — быстро, что остаются здесь они. Пусть думает, что те ушли со мною в Междуречье. Коли надумает с тобой сразиться, то потеряет время.

— Но он узнает это от Маджая?

— Будет в недоумении.

Собрав оставшихся в живых после убийства из клана Аха, Агьло назначил за порядок в поселениях ответственного — Хама, на время своего отсутствия и, предложив тому продумать как, где — строительство начать, не только новых поселений — на левом берегу широкой Хапи, с защитной — крепостной стеной, на случай нападения, но и наметить, для посевов земли — рядом и вблизи.

Узнав, что улетает он на время, все хомо испугались, что улетит надолго…, или навсегда.

Пообещав, что обязательно вернётся, Агьло добавил — здесь останутся, друзьями данные нам — великаны. Вас защитят — при новом нападении…, но это тайна — табу и, будет проклят тот, кто нас предаст — о тех, кому-то скажет, к примеру — бесам.

Глава 2. Подарок

Агьло был встречен — радостно друзьями. О нападении Энлиля, и гибели Аниретаке — не говорили, старались — постоянно отвлекать от мыслей тяжких и воспоминаний. С трудом, но получалось, почти всегда — увлечь того рассказами о планах, в ближайшем будущем, и о преодолении проблем — в недавнем прошлом.

Тот впитывал в себя — все достижения, завидуя по-белому, и радуясь, что получилось — задуманное ими.

Учась — настойчивости и стремлению, при воплощении — принятых планов, взяв те — себе на вооружение, мечтая о развитии страны — подобном, он понимал — не всё сразу получится, хотя — пример перед глазами. Да и, друзья помогут — всем, что у тех имеется.

На предложение — объединиться, ответил — сразу же отказом.

— Жители государства — всегда были свободными, и не порабощёнными. Ни от кого — зависимости не имели. Слишком отсталая наша страна от вашей. Она — мгновенно ею поглотится. И, как самостоятельная единица — существовать, вмиг прекратит. Не суверенной — автономной станет. Этого не желаю. Поэтому — в этом отказываю.

— Энлиль, вас бы поработил, если бы я, с друзьями — вашу страну не защитил. Я предлагаю вам — не рабство. — Равноправие. Одна стран — одни законы и порядки. Все будут — одинаковыми, равноправными.

— Давай, пока повременим. Я обо всех последствиях подумаю. И, предложение твоё — чётче осмыслю. Решение — тогда приму, когда — всё окончательно обдумаю, решу, что для страны — так будет лучше, и не в ущерб — для её жителей.

— Я не настаиваю на объединении. но, в то же время — понимая, что защищать вашу страну — придётся нам, самостоятельно — с врагом не справитесь — вам предложил объединиться. Другой нет выгоды, кроме защиты государства от Энлиля.

Повременить — согласен. Последствия решения — обдумай. Чтобы враг стал вам — не опасен.

Дети Агьло и сын Аниретаке — играли увлечённо с детьми хомо и гомо из Эриду. Было общение таким же, как и дома. Зато игрушки, увлечённее, игры — сложнее и разнообразнее.

Их смеху радовался и улыбкам. И это — от давящего несчастья, немного помогало отвлекаться.

Стеснялся за бардак — устраиваемый детьми в гостях, как будто дома. Шум, гам от игр их исходил — настолько сильным, что слышен был по всей округе.

Время для тех — мгновенно пролетало, дня — наиграться не хватало, ночами — тем, не разрешал играть. Агьло, тех — ночью, заставлял в кровать ложиться — спать. Чтобы, как можно лучше отдохнуть.

Чем больше видел, ознакамливался, тем больше поражался — развитием страны, названной — Междуречье. Казалось, что находятся на Родине. До катастрофы на Земле, таким потенциалом и возможностями, не обладали ануннаки — ни в обучении, ни в сферах производства. Привидеться — такое лишь во сне возможно.

— Это естественно, ответил Энки — на удивление того. У нас была одна задача на Земле — добыча золота. Той, подчинялось всё. — Добыть для Родины, как можно больше.

Здесь и сейчас, создался — рай, почти — для ануннаков. Пусть жизнью радуются, наслаждаются. Они хлебнули — через край проблем. Теперь, пусть отдыхают — на новой Родине.

Тем нравится жить в Междуречье.

Не всё сложилось сразу. Пришлось — всем потрудиться, чтобы — что есть у нас сейчас — добиться.

Придумывали многое мы — заново, учёных много с золотом «ушло».

— Рай на Земле, почти — Агьло шептал задумчиво. Аниретаке — видеть рай не суждено.

— Увидит.

— Из небес?

— Нет. На Земле — в ближайшем будущем. Вы наяву — вновь встретитесь, а не во сне.

Не знаю я, получится ли, как хотели, чтобы не отличался тот — от прототипа.

— Ты чародейством, заниматься стал? Побойся Бога!

— Нет. Медицина, многого достигла. Клонирование, и нам теперь доступно.

— Мн, для чего — ты сделал больно?

— Ты успокойся, выслушай меня.

Анализировав — сердце его, и состав крови, ДНК, отнёс анализы и тело биоробот, в лабораторию. А дальше…, снова медицина.

Когда-то, вызвало — много восторгов, большое удивление — открытие у нейрофизиологов, перевернувшее вверх дном — о мозге представление. Ведь в некоторых случаях — жизнь продолжается и без участия эпифиза

Выходит, что часть мозга нашего — эпифиз, есть — мозг в мозгу. Представишь это?

Отсюда получается, что гибель части клеток, на продолжение работы — нормальных функций мозга, не может повлиять. Можно — спасти мозг, и, восстановить, почти…

— Понять мне это — трудно, Агьло ответил — растерянно, и неопределённо. Почти что — невозможно.

— Хотя, долгое время — мозг Аниретаке пробыл без кислорода, надежда остаётся, что ты увидишь брата — живым-здоровым… снова. Возможно небольшое отклонение — частичный провал в памяти. Ты отнесись к такому изменению — нормально. Прими того — таким, как есть. Не создавай внутри себя альтернативу этому и, не нервируй никого, как я считаю — безосновательно.