Умереть нельзя выжить

Предисловие

Вырезки городской газеты.

17 февраля.

«Ушла в школу и не вернулась в Ленинском районе девочка двенадцати лет, на вид около четырнадцати. Была в черном пуховике и зеленой вязаной шапке, рюкзак зеленый с брелком в виде лягушки. Особые приметы – шрам под лопаткой. Вознаграждение за любую информацию…»

31 марта.

«Разыскивается Света Леонова. Ушла из дома в двенадцать часов дня в школу и до настоящего времени не вернулась.»

27 мая.

«В городе пропал ребенок. Лена Панова тринадцати лет. Ребенок прожил в этом городе три месяца, могла заблудиться. Одета была в легкую курточку синего цвета, футболку с Микки-Маусом, джинсы и кроссовки. Каждому, кто имеет представление о месте нахождения, просьба сообщать по номерам телефонов…»

8 июля.

«Пропала с детской площадки девочка, Олеся Самойленко. До настоящего времени местонахождение неизвестно. Приметы: голубые глаза, брюнетка, лицо круглое, высокие скулы, над правой бровью родинка. Телосложение худощавое…»

15 августа.

«Владельцем завода станет неизвестный предприниматель, ранее приобретший контрольный пакет акций молочного завода, а также выкупивший несколько ключевых предприятий города…»

Глава 1

Ей опять снился тот же самый сон.

Маленькая девочка вылезла в окно, стараясь не создавать лишнего шума. Родители уже точно спали, но вот бабушка засыпать явно не собиралась, возрастная бессонница давала о себе знать. Из под щели тонкой двери пробивался еле заметный свет от лампы для чтения. Наверняка Ба, как они называли ее с братом, читала на веранде в окружении комаров, мошкары и прочей кровожадной гадости, окутанная легкой дымкой постепенно превращающейся в пепел спирали от насекомых.

Девочке была отведена маленькая комнатка на первом этаже садового домика на самой окраине садоводческого хозяйства – гордость отца, приобретенная им лет 5 назад, практически сразу после рождения Анны. Со временем маленькая развалюшка из прогнивших досок превратилась в небольшой добротный домишко, в котором хватало места всем. Маминой же гордостью был сад. Огромный, по меркам Анны, участок мама с помощью вездесущей бабушки пропалывала, высаживала что-то новое, вырезала старое, пересаживала, если с ее точки зрения несчастному кусту было не место среди своих сородичей другого вида. Но все это Анну не касалось.

После того, как она, искренне желая помочь, вытоптала полгрядки укропа и участок с базиликом, ее на метр не подпускали к посадкам, что казалось ей крайне обидным, но очень удобным, и, по-честному сказать, девочку это абсолютно не огорчало. В свои семь с небольшим лет, она уже почувствовала воздух свободы, конечно, не такой, как у старшего брата, но и ее перемещения никто давно уже не ограничивал. Родители считали, что ребенку здесь ничего не грозит, абсолютно ничего. Оно и правда. Что может грозить девочке в садовом товариществе, где летом не пустует ни один дом, где постоянно слышны детский смех и гогот уже подрастающего поколения, где все знают друг друга не только в лицо, но и всю подноготную.

Единственное место, куда не допускался никто младше 10 лет, – это заброшенная шахта, в которой уже давно не велись работы. Разумеется, огораживать территорию, ставить хотя бы временную охрану в виде сторожа, никто не считал нужным. Поэтому, не смотря на запреты, там постоянно проводили время дети всех поколений, различие было только во времени суток, в которое они там находились.

Но родители Анны даже не беспокоились на этот счет. Чтобы дойти до шахты, маленькой Анне пришлось потратить не меньше часа. С их точки зрения, девочка быстро потеряла бы к этому интерес. Но это было не так. Взрослые даже не подозревали, что сегодня у Ани с ее новой подругой Светой было запланировано приключение. Очень интересное и захватывающее. Света была того же возраста, что и Аня, поэтому, все глупые с точки зрения старшего брата Ани, развлечения, она поддерживала безоговорочно.

Сегодня они были разведчицы. Бесстрашные и смелые. Выбор данного амплуа был неслучаен. Всему виной был иностранный фильм, записанный на видиокассету, которую Анин брат забыл видеомагнитофоне. Нечто страшное, захватывающее и кровавое. За свою забывчивость Тимур был строго наказан родителями, но было уже поздно, девочки увидели, как отважная шпионка в одиночку спасла мир от страшной войны, выкрав секретные документы из вражеского тыла.

Ане так понравился этот образ, что она тут же предложила своей подруге посмотреть, а не замышляют ли чего подозрительного и опасного ее брат и его друзья. Уж очень часто он со своими друзьями куда-то уходит, и возвращается только под утро, а ведь приличные люди в это время уже спят! Нет ли в этом какого-то страшного заговора. Света сразу же согласилась, что это очень подозрительно, и предложила последить за Тимуром и его командой, как называли эту компанию все соседи. Кстати, тоже очень подозрительное название. Именно слежкой они и занимались целых два дня, и сегодня днем им выпала огромная удача, они наконец-то узнали, где собирается вся эта компания. На старой шахте.

Света предложила проехать туда и подслушать их заговор, Аня засомневалась, смогут ли они поздно улизнуть из дома, но подруга ее успокоила, на вопрос о том, как же они будут добираться до шахты, Света не задумываясь ответила, что на велосипедах будет в два раза быстрее, а через лес расстояние можно сократить в три раза.

Молодая женщина с грустью будто бы наблюдала за всем этим со стороны. Если бы она могла помешать происходящему, все было бы по-другому, не было бы этих, повторяющихся из ночи в ночь кошмаров, после которых она просыпалась в холодном поту, но нет, это было не в ее силах… Она могла только раз за разом наблюдать за ночью давно минувшего года.

Аня аккуратно выкатила велосипед, представляя, что толкает перед собой супер мощный мотоцикл, как у той разведчицы из фильма. Вот она и у кромки леса, где ее уже ждала ее верная боевая подруга с розовым рюкзачком, из которого торчала бутылка с морсом. Как они и договаривались, сегодня Света собирала провиант, который им наверняка пригодится в их нелегкой миссии. Если бы они предполагали что их ждет впереди, и та, и другая ни за что бы на свете не встали бы со своих постелей. Но это тот возраст, когда самое страшное, это страшный монстр неустановленной внешности, живущий в чулане или под кроватью… Большая ошибка детства, думать, что с тобой ничего не случится, солнце будет греть тебя еще долго, а бабушка по утрам встречать на уютной маленькой кухне с горячими тонкими блинами или пышными оладьями.

– Как много комаров, – недовольно заметила Света, ударив себя по шее, прихлопнув уже отужинавшего кровопийцу. – Ты взяла что-нибудь от насекомых?

Аня была вынуждена признать, что нет, припастись антикомарином ей даже в голову не пришло. Света только беззаботно махнула рукой, дескать, ну и ладно, прорвемся. Зато Аня не забыла огромный фонарь, принадлежащий брату и подаренный ему отцом на день строителя. Праздновался этот день в их семье свято, и дед, и отец Ани были строителями, и Тимур тоже в этом году поступал на архитектурно-строительный факультет университета, находящегося в столице их области. Ане на секунду стало грустно, ведь хоть ее брат и страшный зануда и грубиян, они больше не будут столько видеться, он уедет, будет жить в большом городе, и приезжать будет только по праздникам, если вообще будет. Ведь взрослая жизнь она такая.

– О чем задумалась?– спросила подруга, крутя педалями.

– Ни о чем,-промолчала Аня, не желая делиться сокровенным и тайным неожиданно проснувшемся чувством любви к старшему брату. Это чувство было новым даже для нее самой. – А мы правильно едем?

Аня спохватилась, глядя на часики с подсвечивающими стрелочками, страшная роскошь и дефицит, подарок брата, который он привез ей из Болгарии, в которую ездил по путевке вместе с классом.

Конечно же они заблудились. К шахте они выехали уже тогда, когда молодая компания уже ушла оттуда, оставив только несколько керосиновых ламп.

Аня предложила проверить, не оставили ли они какие-то зашифрованные письма или карты. Света поддержала ее. Девочки прокрались сквозь охранные посты, прошли коридор с опасными лазерными ловушками и вот, они были у цели. Как не странно, одна лампа горела. Прямо у входа. Но никого не было.

Это придало девочкам смелости. Они прошлись, разглядывая все вокруг, но, ни зашифрованных карт, ни сообщений найдено не было. Расстроенные они уже повернули обратно, и увидели, что у выхода кто-то стоит.

–Кто тут? – воскликнула Света.

Ответом ей была тишина. Лампа погасла. На девушек накатила волна дикого страха. И не зря.

***

Молодая женщина резко открыла глаза. Она уже давно не вскакивала с постели, как это было когда-то, но горло побаливало от немого крика. Повторяющийся сон с одними и теми же составляющими уже стал частью ее жизни. Он приходил уже не каждую ночь, но с определенной периодичностью, которую она не хотела отслеживать.

Часы показывали 5 утра. Что ж. Уснуть ей уже не удастся. Поэтому стоит встать и закончить приготовления к поездке.

Когда кофемашина, установленная на просторной светлой кухне варила кофе, она была уже полностью одета, свежа и бодра.

Высокий широкоплечий мужчина с изуродованным лицом лениво вошел на кухню.

–А мне кофе есть? – задал он первый вопрос.

– И тебе доброго утра, – чуть наклонила она голову, подставляя макушку под поцелуй. – Кофе в кофеварке. Тосты на столе. Все для вас.

– Благодарю.

Он сел напротив нее, предварительно растрепав практически белые прямые волосы своей собеседницы. Она лениво поправила их, даже не подняв красивых голубых глаз, под которыми давно уже залегли черные тени, на него.

– Плохо спала?

– Ты слишком наблюдателен.

– Может тебе не стоит ехать?

– Как? И пропустить все веселье? Ну уж нет, мой дорогой, куда ты, туда и я… По местам боевой славы и прекрасных добрых воспоминаний.

– Тебе совершенно не обязательно туда ехать, – заметил он.

– Это твое мнение, я считаю по-другому.

– Упряма как всегда?

– Это моя уникальная черта, которая делает меня крайне очаровательной, не находишь? – мило улыбнулась девушка.

– О да, несомненно.

Они в молчании посидели минут пять. Каждый думал о своем.

– Как ваше вчерашнее банное совещание?

– Тимур не хочет отдавать свои акции.

– Ты предложил хорошую цену?

– Достаточно хорошую. Я бы согласился, если бы мне предложили такую стоимость.

Мужчина назвал сумму, и девушка присвистнула, задумчиво почесав за ухом.

– Ты слишком щедр.

– Думал, такая сумма его образумит.

– Что говорит?

– Говорит, что ему нравится всех нас держать за яйца.

– Да что ты, каков извращенец, хотя, что бы еще от него ожидать, любитель яиц… У него после этих слов все цело?

– Не совсем, – уклончиво ответил мужчина.

– Это мой тебе подарок, – протянула она ему два пухлых конверта под документы формата А-4.

– И что же это? – поинтересовался он.

– Я же тебе говорила, я решаю проблемы иначе, чем ты. В одной пачке документы, подтверждающие неоднократный уход от уплаты налогов, государству причинен вред в особо крупном размере, этого вполне достаточно для того, чтобы против него завели уголовное дело. Схемы, обнал, подставные конторы, кстати, не сказала бы, что схемы очень хитрые. Ему не особо то достает фантазии, все сделано грубо, топорно и некрасиво. И, ты не поверишь, переписка с его личного компьютера с одним высокопоставленным государственным чином, который за определенную сумму благодарственной мотивации соглашается на компромисс в виде отсутствия налоговый проверок в отношении него и его контор. Кстати, мелочен стал наш чиновник, откат не особо впечатляющий. И поверь, я могу устроить общественный резонанс, минимум три блогера и четыре газеты готовы опубликовать эти материалы за исключительно символические суммы. И никакие властьимущие друзья ему не помогут. Тем более, если станут известны материалы из второго конверта.

– Материалы выездных налоговых проверок ничего не показали? – уточнил мужчина.

– Проверки были, но бедным налоговикам очень быстро подрезали крылышки. Бюрократия и коррупция, мой дорогой.

– Доказательства?

– Доказательства бюрократии и коррупции? – уточнила девушка. Мужчина кивнул. – Ну нет, анонимные источники, не пожелавшие быть назваными.

– А за финансовое стимулирование, и определенные соц гарантии?

– Какие, например?

– Предложим место работы.

– Чтобы они, когда им станет это выгодно, сдали со всеми потрохами тебя и пару твоих компаньонов?

– Найти другие источники информации?

– Остальные только исполнители, им как скажут, так они и делают. Скажут закрыть глаза на правонарушение, закроют, скажут пойти на должностное преступление – пойдут. Круговая порука в действии.

–А во втором конверте у нас что?

– О, это ты можешь посмотреть сам, – улыбнулась она.

Мужчина открыл конверт и засмеялся.

– Откуда это у тебя, Милана? – задал он вопрос, разглядывая фотографии, распечатанные на обычном принтере.

– Ты даже не представляешь, где у меня есть друзья, и какой у них моральный облик и уровень социальной ответственности.

– Не бесплатные, я полагаю.

– Разумеется. Дружба такого рода это всегда не бесплатно.

– Это кто, жена главы дорожного департамента?

– О, это не так интересно, посмотри еще дальше, там есть племянник одной очень крупной персоны. На сколько я знаю, эта крупная во всех отношениях персона славится своей нетерпимостью к представителям сексменьшинств. Наш дорогой крупный яйцедержатель оказывается разнообразен в своих сексуальных предпочтениях.

– Не то слово. Вот только неразумен в выборе партнеров.

– Зато, наверно, предполагается, что это безопасно для здоровья. Да с партнерами это пол беды… Крайне неразумен в выборе мест, где можно предаться сладостным утехам. Потереться небритой щекой о небритую щеку, так сказать.

– Как интересно к этому отнесется его жена.

– Не имею ни малейшего понятия, но точно знаю, что она не в курсе, что у нее не соперница, а соперник. Тут уж конкуренцию ей будет сложно поддерживать. А в целом, как я поняла, в наличии у дорогого супруга кого-то на стороне, она в курсе.

– Дорогая моя, я подарю тебе эти акции.

– Оставь их себе. Мне вполне хватает лесопилки.

– Как, кстати, дела на ней?

– Миш, к чему ты спрашиваешь? Ты и так все знаешь, – усмехнулась Милана.

– Хочу услышать от тебя.

– Твои бесконечные аудиторские проверки меня и моего главного бухгалтера уже утомили.

– Зато я точно знаю, что у тебя все в порядке. Кстати, мне вот интересно, почему ты ничего не утаиваешь от налоговой?

– Зачем? – пожала девушка плечами. – Мне хватает и на бизнес, и на развитие. Думаю, не пустить ли линию по производству резной мебели… Так сказать, безотходное производство.

– Разумно. По возвращению, обдумаем этот вопрос.

– Хорошо. Только, надеюсь, ты понимаешь, что твое мнение в этом вопросе мало значит. Будет так, как я решу.

Милана мило улыбнулась, обнажив ровные белые зубки.

– Конечно. А что на личном фронте, погибшие есть?

– Только раненые и контуженые, – в ее голосе прозвучали стальные нотки.

– Милана, я должен знать, тебе не кажется?

– Нет, не кажется. Но чтобы тебе стало легче, могу сказаться тебе, что слухи о моем блядстве и алкоголизме сильно преувеличены.

– Тебя видели со стриптизером, – ласково улыбнулся Михаил.

– Твоей секретарше пора укоротить несравненно длинный язычок. Я была с Глебом. А из него любовник, как из меня балерина, попытаться можно, выйдет не долго и слегка позорно, что больно ранит мою самооценку в первую очередь. Вся сила в мышцы ушла. Но выпить с ним забавно. И поговорить на волнующие темы.

– Это какие?

– Разные… Есть жизнь на Марсе – нет жизни на Марсе, – уклончиво ответила Милана.

– И? – с интересом обратился Михаил.

– Пришли к выводу, что это за 50 с лишним лет ничего не изменилось, науке все еще не известно.

– Аргумент. Это ж сколько нужно было выпить?

– Ну, достаточно.

– Витрину зачем разбили?

– Нам понравился медведь. А магазин был уже закрыт.

– Да, я видел, как вы старательно тащили плюшевого медведя, размером с Глеба по улице.

– Было весело, не так ли.

– Милана…

– Слушай, все и так считают, что я алкоголичка, блядь и ненормальная. Так зачем же их переубеждать? Зато пищу для разговоров периодически нужно давать, заняты этими сплетнями, не лезут в другой. Как ты думаешь, почему хозяин магазина даже не попытался вызвать полицию?

– Ты с ним договорилась? – удивился Михаил.

– В некотором роде. Я развлекаюсь, но так, чтобы не перебарщивать.

– Не боишься доиграться?

– У меня есть ты, и я всегда знаю, что ты меня прикроешь, – беззаботно пожала плечами Милана. – Кстати, что с моей квартирой?

– Ремонт почти доделан. Ты сможешь въехать сразу же по возвращению из нашей увеселительной поездки.

– Это радует.

– Ты так хочешь съехать?

– Мне неприятна мысль, что я могу мешать твоей личной жизни.

– Загнула.

– Перефразирую. Я считаю неправильным то, что тебе приходится прятаться со своими дамами по гостиницам.

– Ты думаешь, что не будь бы тебя, я хоть одну бы привел в свою квартиру?

– Ну, может найдется одна единственная?

– Милана, эти разговоры уже не нравятся мне.

– Око за око, мой дорогой. Ты не лезешь ко мне, я не лезу к тебе. Едем?

– Повторю вопрос еще раз. Не для того, чтобы обидеть, для того, чтобы напомнить. Мы едем в небольшой городок с отрицательной демографической ситуацией и раздутым слоем социально незащищенного населения. Это не наш город. Красот и развлечений не так много.

– Я знаю, куда я еду. Не волнуйся. Круглосуточные наливайки там точно есть. А больше мне ничего и не надо.

Михаил слишком хорошо помнил тот скандал, который закатила Милана, услышав, что он хочет поехать в город, в котором родился и вырос, который пережевал и выплюнул его на обочину жизни. Однако, девушка после этой новости достаточно быстро отошла, но не на долго, следующей шокирующей ее информацией было его заявление, что он поедет туда один. Забыть этот памятный день не давало и коричневое пятно, расползшееся по выкрашенной стене кухни, оставленное разбившейся кружкой с недопитым кофе, не очень метко выпущенной ему в голову. После этого разговор шел на повышенных тонах уже с обеих сторон, и это, не смотря на всегда безупречную выдержку Михаила. Было разбито еще несколько предметов сервировки, но необратимых последствий все же не было. В тайне Михаил был рад, что вся техника на кухне была встроенная.

За три месяц так никто и не удосужился закрасить кляксу. Через полчаса после ссоры Милана затерла пятно мокрой тряпкой и, критически рассмотрев дело рук своих, с независимым видом сказала, что кухне и так уже давно требуется освежить стены. Михаил был с этим не совсем согласен, но, опасаясь новой ссоры, сопровождаемой битьем хрупких предметов, удрученно кивнул головой, соглашаясь с необходимостью ремонта.

Все последующее время до дня, назначенного датой выезда, они собирались уже вместе. Не смотря на дурное предчувствие Михаила, о том, что багаж расширится не в два, а раз в пять, Милана подошла к этому вопросу очень практично. В принципе, в этом плане пожаловаться на девушку было нельзя, она никогда не таскала с собой отягощающий груз, и лишнего не брала. Проблемы ходить в одном и том же спортивном костюме Сам процесс сборов не отличался от приготовлений к обычным для них поездкам за границу, так же они сначала обсудили план действий, так же составили список необходимого. Только вот содержимое сумок значительно отличалось от их привычного скарба.

Михаил обвел взглядом прихожую, вдоль стены которой грустно выстроились две спортивные сумки средних размеров. Одна принадлежала ему, другая – Милане, в которых помимо одежды и личных предметов лежало по небольшому кейсу, содержание которых, потянуло бы на внушительные проблемы, если бы хоть на один из предметов содержимого отсутствовало бы разрешение, а оно, разумеется отсутствовало.

Телефон Михаила зазвонил, заставив их обоих вздрогнуть из-за резкого звука в воцарившейся тишине. Посмотрев на экран, мужчина кивнул своим мыслям и, сбросив звонок, подхватил сумки, перебросив одну из них через плечо. Жестом Михаил предложил девушке открыть дверь и посторонился, давая ей возможность выйти первой.

В лифте они спускались молча, стараясь не нарушать личное пространство друг друга, каждый думал о своем.

То, что эта поездка когда-то произойдет, Милане было ясно уже давно, с того дня, когда на кухонном столе увидела внушительных размеров папку, в которой были собраны документы на приобретение нескольких объектов недвижимости в далеком зауральском городе, а так же уже оформленные выписки на получение в собственность птицефабрики, пастбища с животноводческим хозяйством и хлебзаводом. Милана была уверена, что были бы там металлургические предприятия, Михаил вывернулся бы, но приобрел и их.

Теперь они ехали в город, в который финансово полностью принадлежал Михаилу. Царь ехал на свои угодья, однако холопы о приближении ревизора и хозяина не знали.

На подземной стоянке, расположившейся сразу же под тридцатиэтажным домом, их уже ждал начальник службы безопасности корпорации, генеральным директором которой, а так же держателем основного пакета акций, являлся Михаил. Ему принадлежало шестьдесят процентов, тридцатью пятью вполне успешно владела Милана и оставшиеся пять процентов бодро были раскиданы между мелкими акционерами. Так или иначе, конечными бенефициарами группы компаний, составляющих единую технологическую цепочку производства так же являлись они, но не явно.

На вид безопасник был ровесником Михаила, внешне они тоже неуловимо были похожи. И дело даже не в каком-то внешне ярком сходстве, как, например, линия подбородка или всегда сжатые в одну линию тонкие губы. Нет. Дело не в этом. От них обоих веяло силой и мощью, не смотря на кажущуюся расслабленность. Но, в общем-то на этом их сходство заканчивалось. Брюнет Михаил, обладающий яркими карими глазами в обрамлении черных ресниц, на голову возвышался над начальником службы безопасности, но голубоглазый шатен не уступал боссу в ширине плеч, и, имея хоть и явный проигрыш в росте, выглядел более тренированным, чем Михаил, хотя того доходягой мог назвать только разве что слепой.

– Машина готова, Михаил Александрович, – сухо, будничным тоном, проигнорировав Милану, сказал он.

– Спасибо, Стас, – мягко улыбнулся Михаил.

– На поезде было бы удобнее, – прокомментировал тот предстоящую поездку, – на самолете быстрее.

Конечно, не стоило удивляться тому, что он в курсе мест, в которое они едут, однако, Милана была уверена в том, что истинные мотивы их поездки остаются для него тайной за семью печатями.

– Не люблю чух-чух транспорт – даже не стал спорить Михаил. – Кроме того, давно не проводили время с Миланой вдвоем.

Сумки аккуратно были размещены в багажном отделении большого внедорожника американского производства, больше похожего на военную технику, чем на автомобиль.

– Вам виднее, Михаил Александрович, – не стал разводить тему дальше Стас.

И он принял правильное решение. На сколько Милана была знакома с характером Михаила, перегибать палку в случаях, когда он уже принял какое-либо решение, не рекомендовалось. Последствия могли быть самыми разнообразными. Михаил увидел то, что он оказался понятым с полуслова, сделал заметку для себя и остался доволен поведением подчиненного сотрудника.

– Не смею вас больше задерживать, – не смотря на сарказм в тоне, позволительный в данной ситуации, Стас вполне дружелюбно пожал протянутую руку босса.

Милана не стала дожидаться развязки разговора и еще в самом его начале заняла пассажирское сидение рядом с водителем. За их беседой она предпочла наблюдать со стороны в боковое зеркало, предусмотрительно оставив дверь открытой для улучшения прослушивания.

Вскоре на место водителя сел сам хозяин, не доверявший руль этого транспортного средства никому, даже водителю, который в рабочее время его всюду сопровождал. К данному автомобилю он относился крайне ревностно, только Станиславу позволялось провести техосмотр и общую подготовку машины. Стекло со стороны водителя было полностью опущено. Стас оперся на него и встал так, что его лицо оказалось на уровне лица девушки, что ей не очень сильно импонировало.

– Милана Юрьевна, удачной поездки вам, – при этих словах его лицо ничего не выражало. Скорее это была дань вежливости, нежели пожеланием от чистого сердца или заинтересованностью ее судьбой. В конце концов, обижаться на его за это Милана не могла, основным нанимателем был Михаил, он же шла как дополнение.