Актриса

— Конечно, — кивнул Спаситель. — Ведь иначе тебе бы не удалось скопировать с моего коммуникатора то, за чем ты на самом деле прилетела.

— Что? — я изобразила недоумение. — О чём ты?

— О том, что ты так долго делала, сидя перед экраном. Не в игры же играла. К тому же у меня их нет.

Я похолодела, вынужденная отмести очередную идею оправдаться. Но виду не подала:

— Тебе всё приснилось. Я всего лишь выключила коммуникатор. Заметила, что он включён, когда проходила мимо. Случайно. Ты забыл, наверное. А так я вообще не собиралась к нему приближаться. Зачем мне?

— Вот и мне любопытно, зачем. Может, признаешься, на что охотилась? По-хорошему.

— Мне не в чем признаваться. У меня ничего нет, — тут я взяла небольшую паузу и выложила свой главный козырь: — Можешь обыскать меня, если хочешь.

Приняв сей сомнительный довод, Спаситель с готовностью встал, шагнул ко мне — и внезапно защёлкнул на моём запястье невесть откуда взявшийся браслет.

— Что ты творишь?.. — я тотчас попыталась его снять, но всё было тщетно. — Что происходит?!

— Теперь ты не сможешь покинуть планету, — отступив, буднично сообщил Спаситель. — Никак. Попробуешь — умрёшь. Более того. Отойдёшь от меня больше чем на сто метров — узнаешь, что такое настоящая боль, — он продемонстрировал мне свой браслет, на который раньше я не обращала внимания. Слишком тонкий и изящный, чтобы быть чем-то большим, чем простое украшение. На первый взгляд. — Так что о побеге можешь даже не мечтать.

И меня накрыла паника.

— За что ты так со мной?! Что я тебе сделала?!

Спаситель молчал. И я, взяв себя в руки, сменила тактику:

— Если тебе было так нужно, чтобы я осталась, мог просто попросить! Стала бы тебе женой, на худой конец, любовницей — с удовольствием. Мне ведь тоже не хотелось тебя покидать! А ты вместо этого сделал меня рабыней. Так знай же — покорности не дождёшься! Я не стану служить тебе. Никогда!

— А мне этого и не надо. Я всего лишь хочу услышать правду.

— Я уже всё тебе сказала!

— Прекрати. Если ты рассчитываешь, что я поверю в твою невиновность, то ты сильно заблуждаешься. Отныне я не куплюсь на красивую мордашку. Женские прелести и уловки тоже не заставят меня отступить. Тебя спасёт только чистосердечное признание.

Я прикусила губу, судорожно прикидывая свои шансы.

— Знаешь, моментами это было даже забавно, — вдруг улыбнулся Спаситель. — Смотреть, как ты выворачиваешься чуть ли не наизнанку, стремясь завоевать моё расположение. Притворяешься наивной овечкой, не имеющей понятия, во что ввязывается, строишь из себя шарк знает что... И выдумываешь всё новые и новые способы добиться желаемого. Но я устал подкидывать тебе лазейки и идти на уступки. Игры кончились. Как и моё терпение.

— Погоди! — не выдержав, встряла я. — Хочешь сказать, что ты с самого начала предполагал, что я на кого-то работаю — и всё равно подпустил меня к себе?

— Я не предполагал. И даже не догадывался. Я точно это знал.

— Но откуда?.. — возмущённо протянула я. И сразу ответила: — Камеры! Ты подслушал наш разговор!

Так глупо я себя ещё никогда не чувствовала!

— Если ты про твою стычку с теми двумя подонками — то нет. У меня не было доступа к записям в зале. Да и к чему он мне? Читать по губам я не умею, а жучков натыкать по стенам владельцы клуба не соизволили. Для поддержания видимости порядка им вполне хватает камер. А вмешиваться в привычный ход вещей на чужой территории я посчитал излишним.

Я ощутила себя ещё глупее.

Идиотка! Сама себя выдала. Но рвать волосы было уже поздно. Зато разобраться, где именно произошла утечка, никогда не помешает:

— Тогда как?!

— Профессиональная паранойя. Ты же не думала, что будешь у меня первой? Много вас, таких умных. И никто не воспринимает меня всерьёз... Чем я обычно активно пользуюсь. Впрочем, стоит признать, ваш спектакль несколько сбил меня с толку, позволив тебе беспрепятственно проникнуть на мой корабль. Ты ведь сначала действительно меня заинтересовала. А потом разочаровала. Раз за разом я давал тебе шанс завершить этот фарс. Большинство девушек на твоём месте после первого же намёка предпочитали свернуть лавочку и сбежать от греха подальше. А ты упрямо не желала отступать. Алчность всему причина или глупость — то мне неведомо. Но путь ты выбрала верный. Иногда у меня даже проскакивали мысли, что я перегибаю палку, и всё это не более, чем совпадения. А ты вообще ни при чём... Поэтому я твёрдо решил дождаться финала, чтобы получить стопроцентные доказательства твоего предательства. Хотя вчера необходимость в дополнительных уликах отпала. Я едва не сорвался, когда ты напросилась ко мне! Меня остановило только слово, данное самому себе. Его я привык держать. Оно же помогло мне не помереть со скуки этой ночью, прикидываясь спящим, пока ты ковырялась в нашей базе... Зато теперь у меня нет ни малейших сомнений в том, кем на самом деле ты являешься. Честному человеку всё это без надобности.

— Хорошо, — я обречённо вздохнула. — Ваша взяла. Меня действительно наняли — эти двое, через подставных лиц — чтобы я добыла кое-какую информацию. Секретную. Это моя специализация. Но никаких спектаклей мы не разыгрывали! Посмотрев представление, братья передумали и решили отменить заказ, забрав меня с собой в качестве трофея. Я была против. Поэтому ваше вмешательство пришлось весьма кстати...

Во время своей речи Спаситель словно преобразился: посуровел и стал как будто старше. Неудивительно, что у меня язык не поворачивался «тыкать» ему, как раньше. К тому же от его милости зависела моя жизнь, и мне следовало относиться к нему с уважением... А вот ему это было вовсе не обязательно.

— И всё же моё участие не заставило тебя отказаться от своей основной миссии, — холодно парировал Спаситель. — Хотела сохранить безупречную репутацию?

— Я не собиралась возвращаться к прежней жизни. И продавать эту информацию тоже. Заработать можно и честным путём. А на первое время у меня есть сбережения... Единственное, чего я сейчас хочу — оказаться как можно дальше от братьев. Чтобы они не смогли до меня дотянуться.

— И потому ты уверенно назвала точкой высадки ту планету, возле которой они ошиваются уже третьи сутки? — хмыкнул Спаситель.

А я аж чуть не поперхнулась воздухом.

— Они здесь?! — воскликнула, не скрывая своего страха.

— Естественно. Они прекрасно знали, куда мы летим, и следовали параллельным маршрутом. Ни разу не клюнули на нашу уловку. Даже когда мы провели целую ночь на густонаселённой планете, они не бросились её проверять. Зависли рядом, дождались нас и проследовали дальше.

— И вы мне ничего об этом не сказали?!

— А что бы это изменило?

— Я бы сдалась в ту же секунду! Рассказала бы всё как на духу — лишь бы спастись...

— Сомневаюсь. Запаниковала бы — возможно. Ведь твои подельники держались на расстоянии и были уверены, что я не в курсе наблюдения. А значит, ты считала так же. Но у Патриора более совершенные системы слежения. Ты не представляешь насколько. Никто не представляет. У нас столько полезных секретных разработок, что тебе и не снилось. По-настоящему секретных! То, за чем охотилась ты — всего лишь верхушка айсберга. Трагическая утечка информации, которую мы стараемся обернуть себе на пользу. И зачастую весьма успешно... Так что, полагаю, после зрелых размышлений ты бы сумела оценить открывшиеся перспективы. И вцепилась бы в меня мёртвой хваткой — лишь бы не упустить уникальную возможность выведать что-нибудь ещё. Всё-таки в критическом мышлении тебе не откажешь. Однако ты по-прежнему можешь мне всё рассказать в стремлении сберечь свою жалкую жизнь.

Спаситель широко улыбнулся, на мгновение превратившись в удава — и меня охватило отчаяние.

— Вы не понимаете! Я уже всё рассказала! Мне больше нечего добавить!

— Ты ничего не рассказала, — отрезал Спаситель. — Просто согласилась с тем, что откопал я. А этого мало. Быть может, на самом деле тебе совсем не нужна защита? И ты будешь рада, если мои приятели отвезут тебя прямиком к кораблю заказчиков и сдадут им с рук на руки...

— Нет! — на моём лице отразился ужас. — Не надо! Они никогда меня не отпустят!

— А с чего ты взяла, что там вообще будет что отпускать?.. — криво ухмыльнулся Спаситель. — После того как мы с тобой поработаем. У меня есть отличные умельцы вытягивать информацию. Да и я тоже кое-чего стою.

Он говорил так самодовольно, что меня невольно передёрнуло от отвращения. А следом пришло осознание, что именно он имел в виду — и я похолодела. Кровь волной прилила к лицу, затем резко хлынула обратно, голова закружилась, я пошатнулась и непременно бы упала, если бы Спаситель меня не поддержал. Впрочем, сознание я всё равно потеряла. Потому что пришла в себя уже на кровати. Рядом, держа меня за руку и сосредоточенно высчитывая пульс, сидел Спаситель, а у изголовья, по обе его стороны, каменными изваяниями замерли два телохранителя, всем своим видом источая презрение.

Глава 4. Спасение

— Ладно, — наконец обронил Спаситель, отпустив мою руку. — Допустим, я тебе поверил. Такое изобразить не под силу даже профессионалу. Ты действительно их боишься, а не изображаешь испуг, маскируя его под страх пыток — ведь ничего по-настоящему жуткого я не сказал. А значит, к тому моменту тебе уже было плохо. И мои слова лишь стали последней каплей... Хотя я не исключаю какой-нибудь третий метод, которым ты умудрилась меня обмануть. Но если это всё-таки правда, может, ты объяснишь причину столь глубокой неприязни?

Голос Спасителя выдавал искреннее участие, а сам он являл собой образец учтивости... И так как особого выбора у меня не было, я выдала:

— Они узнали во мне свою давно пропавшую младшую сестру.

Последовала минутная пауза, во время которой мужчины сосредоточенно переглядывались, но так и не пришли к однозначному выводу.

— Так, — сдавшись, протянул Спаситель. — А теперь давай по порядку. Кто ты, чем занимаешься, как они на тебя вышли и почему вдруг решили, что вы родственники?

— Потому что так оно и есть. Я сбежала от них во время аварии на крейсере, которую сама же и спровоцировала. С подачи братьев. Вернее, по плану нашего отца, они должны были подстроить взрыв, чтобы провалить демонстрацию нового оружия и задавить конкурента, а я должна была выкрасть схемы самой торпеды. Но у них возникли небольшие сложности с выполнением своей части, которые я благополучно разрешила. В итоге всё сложилось удачно, однако во время эвакуации меня смела толпа, отделив от братьев, и я осталась на крейсере. Потерялась. На счастье, мимо пролетал корабль бродячих артистов, они меня подобрали, спасли и обогрели. С тех пор я и числюсь их актрисой. Можете проверить, в сети есть записи выступлений с моим участием. Ребёнком меня старательно гримировали, однако в зрелом возрасте необходимость скрывать внешность отпала...

— Мы уже. Нашли тебя сразу после выступления. Хотя искали танцовщицу с твоими параметрами... Дальше, пожалуйста.

Я проглотила очередную метафизическую шпильку в адрес своей шпионской несостоятельности и покорно продолжила:

— Согласна, танцовщица из меня вышла так себе. Зато в вопросах добычи информации я оказалась незаменима. И дела труппы на этом поприще быстро пошли в гору. Конечно, они и раньше ей торговали, но не в таких масштабах. Обычно продавали то, что само попадало им в руки. И уровень значимости подобных данных был довольно низким... Со мной стало иначе. На нас посыпались заказы, с большинством из которых справиться могла только я. Слух об этом добрался и до моего отца. Он-то вас мне и заказал. Не лично, понятное дело. Сам он старается светиться поменьше. Однако на самотёк пускать такие вещи не любит, вот и отрядил братьев проконтролировать процесс. А они, с ходу определив во мне исполнителя, сопоставили мой возраст и прочие данные с образом пропавшей сестры, и решили всё переиграть.

— Замечательно. Но ты упустила одну важную деталь. И она не даёт мне покоя. Как тебе удаётся сохранить добычу, чтобы донести её до покупателя? Что за техническое совершенство вы откопали? Как мы ни старались, вычислить его не удалось. А оно бы очень пригодилось Патриору. Может, линзы с функцией записи? Серьги-невидимки? Особая методика татуажа губ? Подкожные камеры? Или какие-то другие устройства, внедрённые в тело?

— Ничего из перечисленного.

— Хочешь сказать, у тебя ничего нет? — Спаситель недоверчиво прищурился.

— Абсолютно. Для ваших целей я бесполезна.

Спаситель разочарованно отстранился.

— Что ж. В таком случае будет правильнее вернуть тебя отцу. В качестве жеста доброй воли. Сильные союзники Патриору не помешают. Полагаю, это станет началом долгого и плодотворного сотрудничества.

С этими словами Спаситель встал и жестами приказал телохранителям забрать меня с глаз долой...

— Стойте! — я вскочила следом, обеими руками умоляюще вцепившись в его ладонь. — Не делайте этого. Прошу! Не губите меня...

Спаситель лениво обернулся:

— Почему? Мне от тебя нет никакого толку! А так одним противником станет меньше. Уверен, твой отец будет безмерно благодарен нам за подарок...

— Но вы же не хотите, чтобы ему стали доступны исследования по киборгам?..

— Так ты за этим охотилась? Забавно. А мне казалось, дело в роботах... — Спаситель мягко высвободился, взял меня за плечи и угрожающе приблизил практически вплотную к своему лицу: — Одна проблема. Ты утверждаешь, что у тебя ничего нет. Как же ты передашь ему столь ценную информацию?

— Да. У меня действительно нет того, что вы ищете. Можете разобрать меня на молекулы, но ничего не найдёте. Секрет во мне. В особенности работы моего мозга. У меня абсолютная память. Я могу воспроизвести всё, что когда-либо видела в своей жизни. Даже мельком.

Спаситель отпрянул, шокированно округлив глаза.

— Докажи! — глухо потребовал он, щёлкнув пальцами.

Один из подступивших телохранителей тотчас усадил меня на диван, а второй положил на столик передо мной стопку чистых листов бумаги и автоматический карандаш.

— Умеешь этим пользоваться?

Я кивнула.

— Отлично. Тогда приступай. Напиши пятые строки с седьмых страниц всех документов, которые ты успела нарыть. Строго по порядку, как они были распределены по папкам, когда ты их смотрела. Вряд ли ты меняла настройки.

— Только текстовые?

— Да. Если где-то попадались схемы или рисунки, скопируй их на отдельном листе. Разборчиво, но в меньшем масштабе. И не забудь подписать, что и где ты разместила, чтобы мы не запутались.

— А если страниц было меньше?

— Ставь прочерк.

И я взялась за работу.

Рука у меня была уже набита, хотя обычно я использовала цифровые носители — если заказчик не требовал иного или, что бывало несколько чаще, от меня не ждали оригиналов. Которые я предоставить была физически не в состоянии. Зато с лёгкостью подделывала, уничтожая улики на месте.

Беспроигрышный вариант.

В общем, много времени задание Спасителя не заняло. Всё было готово уже к завтраку, к обеду мужчины сверили предоставленные мной сведения с исходниками, убедились, что ошибок нет, и совсем приуныли.

— У меня для тебя плохие новости, — отослав телохранителей, сообщил Спаситель. — Ты была права. Твоё умение не несёт для Патриора никакой пользы. А значит, всё было напрасно...

— В каком смысле?

— Во всех! — Спаситель в сердцах стукнул кулаком по столу. — Мне даже оставить тебя нельзя! Если отец узнает, что я тут устроил, нам обоим не поздоровится!

Такой ответ отчётливо пованивал трусостью — и мне снова стало противно.

Какая же он всё-таки тряпка. Лишь о себе любимом и думает. Судьба других его вообще не заботит. Эгоист мягкотелый! А ведь совсем недавно вполне мог сойти за мужчину. Я даже уважать его начала. И в сердце какие-то чувства зашевелились...

Тьфу, шарк его побери! Мне такого только полюбить не хватало!

Мерзость какая.

— Вряд ли это будет хуже той участи, что ждёт меня дома, — заявила, обуздав эмоции.

— Ты плохо знаешь моего отца.

— Нет, — я натянуто рассмеялась. — Это вы совсем не знаете моего! О зверствах Инквизитора ходят легенды. Но это ничто по сравнению с тем, на что способен мой отец. Здесь у меня будет хотя бы призрачный шанс заслужить прощение и относительную свободу — если усердно трудиться. Я слышала интервью Инквизитора. Точнее, его доклад, что в вашей империи каждый получает соразмерно своим заслугам... Отец же превратит мою жизнь в ад!

— Прежде всего тебя накажут за подрывную деятельность против империи. Как ты того заслуживаешь. Не делая скидок на возраст и пол.

— И что?

— Будет очень больно. Невыносимо. Поверь.

— Верю. И?

— Ты можешь погибнуть. Сойти с ума. Не выдержать наказания...

— Пусть! Лучше смерть, чем такая жизнь!

— Не смей так говорить! Жизнь священна. Потому что другой у тебя не будет.

— Вот именно! И сейчас я могу повлиять на своё будущее. Сделать выбор.

— Ты не понимаешь, на что подписываешься! Местные порядки очень суровы. Здесь царит жестокость. Во всём. И обычное отношение к женщинам, за редким исключением, оставляет желать лучшего. Вряд ли оно придётся тебе по нраву.

— Но доклад...

— Речь шла о мужчинах. Притом очень одарённых. Среди женщин подобные уникумы редки. Да и они чаще используются для награждения вышестоящих лиц. Чтобы сохранить способности в популяции...

— А как же рабыни?.. — робко уточнила я.

Может, их вообще за людей не считают? С игнорированием мне, конечно, будет сложно смириться, но иногда это единственный выход.

— К ним отношение ещё хуже. Это же низшая каста. Существа, не годные ни на что, кроме грязной работы... Тут даже моя протекция не поможет. Многовековые традиции не так просто искоренить. К тому же на них держится наше общество. И активно процветает.

Похоже, мои дела действительно складывались печально. И я сменила тактику:

— Хорошо. И что вы предлагаете? Стать вашей женой?

Я сказала это с едва уловимым презрением, которое не успела подавить, хотя в глубине души была согласна и не на такое.

Всё-таки есть разница — ублажать одного или многих. Да и подстроиться под характер уже знакомого человека проще.

Не так уж он и плох. Особенно в постели.

— Нет, — Спаситель недовольно поджал губы. — Изначально я собирался подарить тебе свободу, если ты поделишься с нами своим секретом. Отправить куда-нибудь подальше, в обход братьев, дать денег и обеспечить защиту. Но теперь отпустить никак не могу.

— А если я пообещаю молчать?.. — с надеждой предложила я.

Спаситель отрицательно покачал головой:

— Боюсь, этого недостаточно. Ты представляешь серьёзную угрозу для мира в целом и империи в частности... Однако я готов рискнуть. С небольшой подстраховкой.

И Спаситель потянулся к лежащему на столе лазеру, что принёс ему телохранитель. До этого я воспринимала его банальной мерой безопасности и не придавала особого значения, ведь ничего против патриорцев не замышляла... Но в тот момент присутствие оружия вдруг заиграло новыми красками.

Жизнь жизнью, но, возможно, Спасителю не нравилась именно идея долгой и мучительной смерти с непредсказуемым исходом. А быстрое милосердное убийство он считал вполне приемлемым выходом из сложившейся ситуации... С другой стороны, меня этот вариант тоже устраивал — и я зажмурилась, приготовившись отправиться прямиком на тот свет... Однако сразу выстрела не последовало.

Спаситель неторопливо приблизился, взял меня за ворот платья, отодвинул ткань, едва не обнажив плечо... И наконец-то нажал спусковой крючок.

Острая боль пронзила шею, затерявшись где-то ближе к позвоночнику, я вскрикнула, отшатнулась, возмущённо повернувшись к Спасителю, — и с удивлением проследила, как он вытаскивает из меня длинную толстую иглу, а затем заклеивает место прокола.

— Что это?.. — не удержалась от вопроса.

— Многоразовый медицинский пистолет для введения инородных тел, — Спаситель перезарядил своё страшное оружие и положил обратно на стол. — Я установил тебе в трапециевидную мышцу датчик слежения. Не волнуйся, он маленький и дискомфорта не доставит. В ближайшие несколько часов он установит контакт с твоим спинным мозгом, после чего сможет записывать и передавать мне всё, что ты видишь, слышишь и отчасти даже чувствуешь — по составу крови и сердечному ритму. При тебе останутся разве что твои мысли, но мы работаем в данном направлении. К сожалению, влиять на твоё состояние через него нельзя, но если что-то пойдёт не так, я узнаю, найду тебя — и жизнь навсегда перестанет быть лёгкой... Ну а ранка затянется недели через две.

Звучало жутковато. Однако мне такие условия подходили. Напрягло только одно...

— И зачем вам вообще понадобились ещё какие-то разработки, когда ваши собственные выходят за все мыслимые и немыслимые рамки?!

— Знания лишними не бывают. К тому же эту штуку легко определить по излучению и исходящему потоку данных. Для прохождения таможни это незначительный шум, и твоему привычному существованию не помешает, но при целенаправленном поиске вычислить жучок не составит труда. А твой фон был девственно чист, что меня крайне заинтриговало... Кстати, удалять датчик не советую. Из-за образованных нейронных связей это весьма болезненная и опасная процедура. Случиться может что угодно, вплоть до полного отказа нижней части тела или частичной инвалидности, в твоём случае — на левую сторону. Вдобавок энергию он будет получать из твоей крови и без питания вскоре замолчит. И тогда на твои поиски будут отправлены ближайшие группы экстренного реагирования, чтобы убедиться, что ты всего лишь прекратила жизнедеятельность, а не пытаешься нас обмануть. Со всеми вытекающими. Всё ясно?

— Да.

— Отлично, — Спаситель снял с меня браслет. — Ты свободна. Мои приятели отвезут тебя на любую цивилизованную планету по твоему выбору.

— А они точно не сдадут нас Инквизитору? Вы уверены?

— Абсолютно. Они полностью мне подчиняются. Беспрекословно.

— А если он обратится к ним сам? Спросит, чем вы тут занимались?

— Исключено. Отец давно перестал меня контролировать. У него есть дела поважнее.

— И он не увидит, как я улетаю на вашем корабле?

— Нет. В данный момент он отсутствует на планете. В противном случае я бы не рискнул провернуть эту схему.

«Трус! — в очередной раз проскочило у меня в голове. — Решил воспользоваться отсутствием родителя и попробовать власть на вкус... Слабак». Но вслух я сказала другое:

— А вы в курсе, где он находится?

Мало ли. Может, о подлом двуличном характере наследника известно не только мне. И Инквизитор сейчас наблюдает за нами с орбиты.

— Да. Они с мамой в одном закрытом медицинском центре. И в ближайшие дни мы их не ждём. Нужно кое-что проверить, а у наших специалистов не хватает квалификации.

От такого заявления мои брови невольно поползли вверх.

— Да-да. Ты не слышалась. Невозможно быть всегда и во всём первыми. Как бы нам этого ни хотелось. И Патриор тоже далеко не совершенен... Как и его жители.

На сей самокритичной ноте мы и расстались. Потому что к ней мне добавить было нечего.

Каков правитель, таков и народ... Даже если речь шла всего лишь о наследнике. К тому же числиться им Спасителю явно оставалось недолго.

Судя по всему, Инквизитор был чем-то серьёзно болен. Пока это ещё пытались скрыть, но люди интуитивно чувствовали, к кому утекает власть, и ближайшее окружение правительства уже предвкушало перемены.

Пожалуй, на этой информации можно было нехило заработать... Жаль, что отныне торговля чужими секретами была для меня под запретом.

Вряд ли Спаситель одобрит моё самоуправство. А я не желала больше с ним пересекаться. Как и отказывать себе в удовольствиях, несмотря на наличие датчика.

Пускай следит и завидует. Не одной же мне мучиться из-за нашей связи.