Бостонское кровопролитие

— Интересует что-то из наших особых предложений? — спросила Петра, раскачиваясь на месте.

— Почему нет? — Джейд кивнула. — Александр, вы в настроении для номера четыре?

— О, — тот покивал, — каждый день с девяти до восьми, а в воскресенье — до четырёх. В отсутствие других покупателей.

— Конечно.

Нож с шипением выскользнул из чехла. Рукоять со стуком поцеловала столешницу, и звякнул металл.

— Хм, — присмотрелся Александр, — вещица. Предположу… Тибет?

— Ладакх.

— Оружие не ритуальное, верно?

— Нет, — Джейд задумалась на миг, подбирая слово, — он охотничий.

— Так, да. Изготовили лет… пятьдесят назад?

— Около шестидесяти.

— Позволите?

— Без проблем.

Александр поднял нож, повертел в руке, осмотрел со всех сторон. Даже через непроницаемое выражение лица антиквара просачивалось нечто… Джейд вгляделась внимательнее.

Узнавание.

— Видели похожие?

— Как знать. Не очень вероятно, однако, и не полностью невозможно. Петра, — сказал он, не отрываясь от дела, — иди-ка наверх. Принеси две открытки.

— Какие, папа?

— На твой вкус. Иди.

Нехотя, Петра направилась к лестнице, а её отец вернул нож владелице и, не меняясь в лице, сообщил:

— Да. Да, видел. Больше того, мне кажется, что из-за этого ножа вы очень рискуете, потому что подобный на днях искали некие… неприятные господа.

— Сколько их было?

— Двое.

— Двое? И один из них взял у вас визитку? — оживилась Чейз.

— О да. Но…

Дверь в лавку открылась.

— Прошу меня извинить. Новые посетители. Приходите сегодня после восьми. Вот мой номер, позвоните, как будете поблизости. Свет будет выключен, дверь — заперта, но я впущу вас через пожарный выход. Обсудим… — Александр понизил голос, — острые вопросы.

Глава шестая. Зов крови

Джейд сбежала вниз по лестнице. Узкий дворик, поеденный ветром и дождём и стремительно погружавшийся в сумерки, пустовал. Никого — если не считать Сэра Мурселота, свернувшегося у двери. Тот по праву носил титул кота-загадки, а загадочность его заключалась главным образом в том, что он днями напролёт валялся в благодатной весенней грязи, но каким-то чудом умудрялся оставаться белым. Будто облако.

Потревоженный скрипом двери, Сэр Мурселот поднял треугольную голову. Приоткрыл глаза.

— Приветствую, — Джейд присела и почесала кота за драным ухом. Странствующий рыцарь крякнул, перевернулся, подставив для почёсывания белоснежное пузо, и замурчал. — Кончал бы ты пресмыкаться и выпрашивать харчи, добрый сэр.

Мурселот квакнул, снова переворачиваясь на живот, и не подумал, как все нормальные коты, сбежать или хотя бы ощетиниться, когда во двор, расплёскивая свет автомобильных фар и рыча, как целое стадо драндулетов, въехал пикап.

Медленно, словно бы с трудом, машина подполза ближе.

— О, — сказала Джейд, склонившись к открытому окну пикапа, — мэм, я бы хотела купить билет на рейс «Бостон-шестидесятые».

— У нас есть только, — Чейз скорчила препротивную рожицу, — билет на рейс «Садись, заткнись, держись». Берёте?

— Спрашиваете.

Дорогу весьма ожидаемо не скрасила приятная беседа. Джейд не спешила поболтать; о пустяках трещать было бы неловко, общих тем для разговора за последние несколько дней сильно не прибавилось, о странном чувстве и голосе, которые обрушила на неё лавка антиквара, Джейд не хотела и думать, не то что говорить. Потому тишину — ну, насколько это слово вообще было применимо к трясущейся и громыхающей кабине — нарушали разве что редкие замечания Чейз о том, где можно бы срезать, а когда показался нужный поворот, ни с того, ни с сего захрюкало древнее радио:

«…А я напоминаю вам, что в эфире «Бостонские рыцари ночи», с вами Дебби — и сейчас мы слушаем Пэт…

— Не обращай внимания, — Чейз скрутила громкость на минимум, — у «Максин» свой график.

Пикап свернул в проулок и затормозил.

— Приехали, — сказала она. — Сегодня воскресенье, всё в округе закрыто. А нам нужна… Думаю, вон та дверь.

— Время?

— Почти восемь.

Что же, пора было звонить Александру. Джейд достала мобильник и визитку с номером. Набрала. Гудок за гудком — трубку никто не брал.

— Ну, — заключила Джейд, — подождём. Мы немного рано.

Ждать пришлось недолго.

Миг — и крыша пикапа с грохотом прогнулась под чьим-то весом. Джейд схватила Чейз за края куртки и утянула в пространственный карман. Приземлиться пришлось у стены, чмокнув спинами кирпич, и тут же связки автомобильного радио завибрировали, поливая проулок бодрым голосом Пэт Бэнатар. Взвизгнула соло гитара.

— Твою-то… — на крыше пикапа враздрызг лежал упырь. Асфальт сверкал, припорошенный осколками.

— Рано, говоришь? Как по мне, мы чертовски вовремя, — дрожащим голосом произнесла Чейз.

Джейд подняла голову. На высоте второго этажа было выбито окно, и покачивалась на ослабшей петле створка без стекла.

«Выходит, либо Александр, как Джон Сина, выкинул упырятину в окошко, либо…» — она не додумала. Точнёхонько туда, где располагалось упырье «солнышко», спикировала другая фигура — человеческая, но пространство вокруг неё отчего-то пошло рябью. Фонари на стенах треснули, а из их металлических рёбер брызнули наружу снопы искр. Витки проводов ожили и зашевелились.

Взгляд голубых, как у хищной рыбы, глаз впился Джейд в лицо.

«Демон, — от взгляда в теле напряглась каждая жила, и встал каждый волосок. — Высший».

***

Джейд вовремя оттащила Чейз через карман — из него они вылетели чуть поодаль. Грохотнуло: со стены, у которой они стояли, начисто счистило кирпичную кожу и сорвало бетонное мясо с металлокостей. Реальность застыла: кряхтела, накренившись, пожарная лестница, надрывалась сигнализация, а разновеликие обломки катились по проулку — и даже самый маленький из них вполне мог быть проломить череп человеку. Получеловеку, впрочем, тоже.

С одним нюансом.

Писк. Ещё. Снова.

Искусственный вдох. Насильный выдох.

Мир ожил. Чейз не успела моргнуть, а уже летела спиной вперёд от тычка Джейд. Только бы не лезла в бой, только бы не лезла, только бы…

Прыжок. Острие должно было вонзиться в демонического горло, но… «Дрянь, дрянь, дело дрянь», — успела подумать Джейд. Краем глаза она видела, куда отскочила цель, чувствовала, как сгущается воздух.

Удар пришёлся в грудь. Вспышка и снова темнота — на краткий миг отключилось зрение.

Очнулась Джейд от плевка. Собственного. Солёного на вкус. Кажется, осколки рёбер прогрызли лёгкие. Она закашлялась, пытаясь вдохнуть и выдохнуть хотя бы раз. Выходило… так себе.

Тень скорчилась на потолке. Не вышло ни уклониться, ни откатиться. Джейд нелепо дёрнулась, когда её за горло сорвали с пола.

Миг — и окружение дрогнуло, наконец сложившись в цельную картину. Телекин, похоже, швырнул её через дыру в стене прямиком в лавку Александра. На первом этаже царил бугристый полумрак с красным отливом — из-за лампочек на датчиках дыма, камере видеонаблюдения и сигнализации. Бугры же были поваленной мебелью и разбросанным по полу конструктором под названием «Собери стайку упырей»: руки, ноги, головы с наспех прилепленными к ним жестокой матерью природой пятаками и противными глазёнками…

Другой — и рука с зажатым в ней ножом взлетела. Красно-чёрный металл со шлепком вошёл противнику в шею. Тот, однако, не пошевелился. Скосил глаза на оружие, застрявшее в его мясе.

— А. Вот оно, — Джейд стала вырываться сильнее, когда узнала голос, говоривший с Гилбертом, пока бедолага был жив. «Оно? — мысль трепыхнулась в кровоточащей голове — едва-едва. — То, с чем она сбежала. Она отдала его тебе? Ваше измерение лишает не только сил, но и разума.

«Сбежала, отдала, измерение, — Джейд лихорадочно перебирала сказанное. — Алия. Скрылась в мире людей. С ножом. Важным, судя по всему».

— Нож искали те, которых ты…

— Не я. Её смерть. Охота за артефактом. Тогда. Сейчас. Все, кто причастен к этой истории, были обречены. Я исполнил приговор. Осталось лишь… вернуть себе наследство, — демоническая кисть до хруста сжала руку Джейд, державшую рукоять ножа, и потянула. Пальцы на горле сошлись тесней.

«Наследство?» — вопрос вспыхнул в темнеющем сознании, и тотчас кровь брызнула Джейд на лицо. «Какого?» — изумилась она, глядя на фонтан, бьющий из раны демона. Тот взвыл и швырнул добычу прочь. Как раз на кованые перила лестницы. Нож выпал, впрочем, на лету — из сломанных пальцев.

— София! — и далеко не сразу Джейд поняла, что зовут именно её. А потом глянула наверх. Ступени утопали в темноте, но повыше дрожал тонкий луч фонарного света, видно, случайно пойманный окном, и в этом свете проступило лицо изрядного помятого Александра. — Лови!

Свистнул металл.

Джейд подскочила и здоровой рукой поймала нож — точно такой же, как у неё, и на миг всё замерло. Завязло в горячей смоле. Тишина зазвенела.

«Вот, — шепнул кто-то под кожей, — и ты».

В тот же миг от рукояти к пальцам и ладони, и дальше по венам побежал раскалённый поток. Жар залил трещины в костях; с щелчком встали на место выбитые позвонки, и влажно склеились разорванные внутренности.

Раздался рёв. Не просто так: теперь кровь у демона шла носом и лилась из глаз.

— Джейд! — к рваному краю дыры в стене привалилась Чейз, неотрывно глядя на демонические корчи. — Прикончи урода!

И видит человеческий Бог, Джейд попыталась, даже несмотря на то, что каждая клетка в теле рвалась в другую сторону — туда, где сползла по стене Чейз. Блестящее лезвие рассекло багровую вуаль, которую оставил после себя сбежавший демон.

— Твою ж, — Джейд подбежала к Чейз, ничком лежащей на полу, бледной, как простыня. — Твою ж, Томми-младший… так вот что за штучки.

Ведьма. Да ещё какая.

— Девочка… — пыхтел Александр, сбегая по ступеням. — У подобных ей много имён. У нас их зовут бабайлан. Некоторые бабайлан могут…

— Устроить высшему демону кровавое несварение?

«И, — прибавила она мысленно, — почуять бег крови по жилам даже под скромником».

— Вроде того, — Александр остановился подле Джейд. — Она потратила много сил, и ей нужно время, чтобы прийти в себя. А полиция будет здесь — я уверен — с минуты на минуту.

— А с этим, — Джейд кивнула, указывая на развороченный первый этаж, — что делать? Думается мне, раз вы не удивлены, то смыслите в демонах. Может, знаете, что полицейские не увидят истинного облика убитых упырей. Как будете объяснять, хм, пазл «Взрыв в морге»?

— Никак, — невозмутимо ответил хозяин лавки. — Пусть думают сами. К тому же меня нет в лавке.

— Да ладно?

— Представьте себе. Вот уж пятый час как. В конце концов может же у меня быть свободный от работы вечер воскресенья?

— Может.

— А я о чём… Бог велел людям отдыхать на седьмой день. И добрый католик, раб Божий Александр Гальего именно так и поступил. Больше того, он решил отдохнуть ещё и в понедельник, а потому уехал в Нью-Хейвен с дочерью — к родственникам. Они подтвердят.

Джейд ухмыльнулась.

— До Нью-Хейвена ведь…

— Часа три. С остановками. Петра всегда просит остановиться у одного и того же дайнера. Поужинать.

— Стало быть, вы при всём желании не сможете…

— …появиться в лавке раньше, чем через три часа с первого звонка полиции? О да. А вы догадливая девушка… Джейд? Вас ведь так зовут?

— Бинго.

Александр поморщился. Комната, такое чувство, что насквозь пропиталась упырьей кровью, и вонь от этой жижи, как и запахи мяса и горячего железа, стояла такая плотная, что её можно было раздвинуть руками, как шторы.

— Ну раз так, — Джейд подняла Чейз и закинула себе на плечо, — полезайте в машину. Проведём воскресный вечер с пользой.

Глава седьмая. В самое время

Они приехали к пятачку с видом на залив через сорок минут. Смотровая площадка была закрыта, и не работало кафе, а потому парковка, затянутая туманом и запертая в кольце гравийной дорожки, в тот час тоже пустовала.

— Здесь мы, пожалуй, и подождём, — пробурчал Александр. Не выпуская рукояти ножа, Джейд обернулась — на заднем сидении всё ещё лежала без сознания Чейз. — Не волнуйтесь за неё. Если то, что я знаю о бабайлан верно, то вскоре она придёт в себя невредимой.

Не глядя на Александра, Джейд хмыкнула:

— Да уж, известно вам немало. Кто бы мог подумать, простой любитель старины…

— О, я бы так не сказал. Во-первых, я не любитель, а профессионал. А во-вторых, моя семья — вот уже шесть поколений — имеет дело с необычными артефактами.

— Вроде этого? — Джейд повернулась к собеседнику лицом и подняла нож.

— Вроде него, — вздохнул Александр, снимая очки и потирая натруженные глаза. — Как можно видеть, он как две капли воды похож на тот, которым вы пользовались прежде. Этот, по словам моего отца, вышел из-под молота демоницы. Полагаю, она же изготовила и ваш?

Джейд кивнула:

— Да, но Алия почему-то забыла сделать мой особенным…

— …или специально отдала вам обычный нож, — перебил её Александр; тон у антиквара был тревожен и строг. — Видите ли, вручая моему отцу кинжал, демоница приказала беречь его, как зеницу ока, а также добавила, что вложила в него часть своего духа, и что однажды за ним придёт полукровка с таким же ножом. Зачарованный металл должен был откликнуться на зов её крови. И вот она явилась, вернее, вы явились. С правильным реквизитом. Скажите, вы ведь почувствовали что-то странное — в тот самый миг, как впервые вошли в мою лавку?

— Так и было.

Джейд запрокинула голову и закрыла глаза. Из темноты за веками потянулась к приёмной дочери высохшая рука Алии. Сжалась на плече. Джейд схватила костлявое запястье и стиснула, и отшвырнула от себя…

Хруст. Вой Томми.

«Джейд!» — завыла память.

«Вот и ты», — вторил тихий голос кинжала.

— Джейд, — гулко позвал Александр. — Разожмите руку. Кости у вас срастутся, а у машины нет. Что произошло, когда вы пришли ко мне в лавку?

— Я, — ответ вышел липким, — слышала голос. Он сказал: «Вот и ты».

— Вот и вы.

Хотелось хохотать и плакать одновременно.

— Да уж, — Джейд запрокинула голову, — вот и я. Десятилетия спустя. Между прочим, для некоторых — это целая жизнь. Вы знали, что люди стареют, Александр?

— Догадывался, — сухо ответил антиквар, зачем-то почесав неумолимо лысеющий затылок.

— Само собой, вы же всё на свете знаете, чтоб вас драла стая асвангов…

— Последнее было совершенно лишним.

— …и про то, что демонам в мире людей приходится не лучше, наверняка тоже в курсе. Бывшая хозяйка этого артефакта, с которым вы и вся ваша, должно быть, многочисленная родня так носились, иссохла и была убита почти полвека назад. Считайте меня сумасшедшей, но может, ну, это… не стоило, будучи запертой в людском измерении, во что бы то ни было вкладывать часть своего демонического духа? Но да хрен с ней, — эти слова Джейд выплюнула, — возможно, ей жизнь опротивела — её дело. Еб…

— Попробуйте закончить это предложение, и Христос мне свидетель, я…

— Вот и я, да, — Джейд откинулась на спинку сиденья. — В самое, мать его, время.

Ненадолго в кабине пикапа повисла тишина. Если можно так выразиться, конечно, ведь для тех, в чьих жилах течёт кровь демона, наверное, только в могиле могло бы быть тихо. Даже сейчас полукровка слышала и свист дыхания Александра, и едва различимое сопение Чейз.