Портал в параллельный мир

Воодушевившись, начальник ВЦ продолжил:

– В приборе оказалась записанной техническая документация на микросхемы, причём, два таких устройства, вместе с разъёмами, лежали в той же коробке. Алексей показал всё это мне, и мы, подумав, решили попробовать микросхемы в деле, уж больно фантастические были их характеристики. А когда оказалось, что они реально работают, приспособили их к нашей БЭСМ-6, в результате чего добились поразительных результатов…

– Да, результаты действительно впечатляющие, – кивнул Лигачёв. – Продолжай!

– Дальнейшее изучение прибора дало нам выход в информационную сеть иного мира, как бы это не невероятно звучало. Мы читали много новостей и исторической литературы, которая была доступна. Вот этот прибор, – Илья вытащил смартфон из внутреннего кармана пиджака. – Только связь у него с иным миром действует лишь в пределах Лешиного дома. Но и так есть, что посмотреть. Прибор может работать и как фотоаппарат, и как телекамера, – для наглядности Илья сфотографировал Лигачёва и показал на экране его изображение.

Егор Ильич осторожно взял смартфон в руки. Вскинув брови, удивлённо посмотрел на свою фотографию, покрутил прибор в руках, внимательно осмотрел со всех сторон.

– Интересная штукенция, – пробормотал он.

– Мы установили контакт с человеком из другого мира, которому, как выяснилось, принадлежал данный прибор, – осторожно продолжил Илья. – Он готов к сотрудничеству с нами, но поставил ряд условий.

– Какие? – деловито поинтересовался Лигачёв.

– Первое условие – никаких контактов с КГБ, иначе он закроет доступ к этой линии связи. Второе – решение всех финансовых вопросов, связанных с приобретением нужных нам приборов и технологий и их доставки в наш мир. Третье условие – вывести именно вас с ним на контакт, для обсуждения вариантов сотрудничества.

– Почему именно меня? – насторожился глава обкома.

– Валерий Иванович, так зовут этого человека, хочет помочь нам избежать ошибок, которые допустили власти в его мире. Ведь между нами разница во времени составляет ровно пятьдесят лет! У нас идёт 1972-й год, а там – 2022-й, – уточнил Илья. – Звучит как фантастика, но это действительно так. Меня попросили передать вам книги, которые были написаны вашим близнецом из того мира, – закончил он свой рассказ.

– Да, история просто фантастическая, – согласился Лигачёв. Взял бумажный пакет, взвесил на ладони. Усмехнулся:

– Ух, сколько понаписал-то…Работать-то хоть успевал?

Затем глава обкома помолчал пару минут, переваривая услышанное, и принял решение.

– Давай, Илья Сергеевич, договоримся так, – веско сказал он. – Пока об этом никому не говорить! Я прочту книги – недаром же мне их передали аж из другого мира, – а уже после этого буду решать, как действовать дальше… Всё, бывай, был рад знакомству!

На этом их встреча закончилась.

Сразу после отъезда высокого гостя в кабинет к начальнику ВЦ заглянул ректор:

– Ну что, поможет Лигачёв?

– Надеюсь, что да, – ответил Илья. – Сказал, что подумает, пока взял паузу.

– Хорошо бы, – кивнул Сурмин, – если что, я у себя.

Потом забежал Алексей.

– Ну что, клюнул наш Егор? – спросил с порога.

– Скорее всего, клюнул, – успокоил товарища Илья. – Думаю, через два-три дня прибежит к нам с желанием наладить контакт с иномирьем, – предположил он.

Глава 7

Контакт с Лигачёвым

Илья ошибся в своём прогнозе: Лигачёв приехал уже на следующий день. Глава обкома партии буквально ворвался в кабинет начальника ВЦ, захлопнул за собой двери.

– Это уму просто непостижимо! – Егор Кузьмич отмахнулся от попытавшегося встать из-за стола Ильи: мол, сиди уже, не до реверансов.– Я прочёл обе книги. Залпом. Это же надо так было страну развалить! – возмущался он. – И кто?! Высшая партийная элита это сделала! Нельзя допустить, чтобы это у нас произошло! Я хочу пообщаться с этим вашим контактёром с той стороны. Машина у подъезда, поехали! – приказал Лигачёв.

– Сейчас, только Алексея придётся взять, – с готовностью откликнулся Илья.

Через несколько минут они вместе вышли из здания, сели в чёрную «Волгу» первого секретаря обкома. Поездка, занявшая двадцать минут, прошла в тишине: Лигачёв о чём-то размышлял с мрачным видом, а молодые люди благоразумно молчали, лишь изредка переглядывались.

В доме Алексей, на правах хозяина, сразу прошёл на кухню и поставил чайник, а Илья написал сообщение Валерию Ивановичу, что его ждёт на связи Лигачёв. Через пять минут планшет подал звуковой сигнал, экран засветился, и на нём крупным планом появилось лицо Миронова.

К немалому удивлению Ильи, глава обкома партии достаточно быстро освоился с незнакомым ему прибором. Впрочем, тому было простое объяснение: мало кто знал, но в 1943 году Лигачёв окончил Московский авиационный институт, работал инженером-технологом, а затем – начальником группы технического отдела на авиационном заводе в Новосибирске. Так что в технике он разбирался не понаслышке.

После обмена приветствиями с контактёром Егор Кузьмич попросил ребят прогуляться вокруг дома – ему нужно было обсудить конфиденциальные вопросы. Молодые люди удалились, и Лигачёв, не теряя зря времени, приступил к серьёзному разговору.

– Каковы ваши мотивы, Валерий Иванович? – первым делом поинтересовался он.

– Мне хочется, чтобы вы избежали наших ошибок, и наша страна, точнее ваша, стала лидером в технологическом плане и по доходу на душу населения, – ответил Миронов. – Это если кратно.

– Мы тоже за всё хорошее и против всего плохого, это и есть наша работа, – улыбнулся Лигачёв. – Вопрос в том, как это сделать? И чем вы сможете нам помочь?

Миронов подготовился к вопросам такого рода, поэтому с ответом не замедлил.

– Даже техническая информация о направлениях развития техники и особенно – военной техники, – сделал акцент Валерий, – даст огромную экономию денег. По сути, вы будете получать информацию из будущего.

Лигачёв кивнул.

– Да, это очень важно, конечно, – согласился он. – Но для того, чтобы этой информации верили, надо будет познакомить с вами руководство СССР. А сделать это не так-то просто. У меня слишком маленькая должность для таких игр, – рассуждал Лигачёв. – Сейчас меня могут легко оттеснить в сторону и закрыть доступ к каналу связи между нашими мирами. Но, судя по моему двойнику, через десять лет я стану членом ЦК, и мой вес резко возрастет – тогда я смогу сделать гораздо больше.

Миронов понял, что разговор идёт в нужном русле. Пожалуй, самый сложный этап – установление контакта – уже можно считать пройденным, пора переходить к конкретике.

– Егор Ильич, а есть идеи, как быстрее продвинуть вас в ЦК, чем-то я могу помочь в этом плане? – спросил он.

Лигачёв задумался, вопрос показался ему неожиданным.

– Сложно сказать… Хотя… – первый секретарь обкома усмехнулся, – если бы у меня была информация о всех членах ЦК, их личной жизни, то я мог бы придумать, кого использовать и какой конфеткой приманить, для того, чтобы заинтересовать в моем продвижении.

– Тогда вам самому надо научиться работать с планшетом, чтобы читать первоисточники. Или привлечь к этой работе проверенных помощников, которые не предали вас в нашем мире, – предложил Миронов.

Лигачёв «завис» на некоторое время, обдумывая слова собеседника.

– Логично, – согласился он. – А ещё мне нужна информация обо всех кадровых перемещениях в ЦК в этот период в вашем мире. Может, используя её, мне удастся продвинуться быстрее…

Первый секретарь обкома партии оживился. Было видно, что он входит во вкус и начинает постепенно ощущать всю полноту открывшихся перед ним возможностей.

– Как я подозреваю, – предположил Лигачёв, – криминальный мир в наших мирах примерно одинаковый, и громкие дела, которые произошли у вас, мы можем раскрыть раньше. Ну, например, готовится постановление о вводе в состав ЦК секретаря какого-то обкома. А тут раз – и громкое уголовное дело у него в области, лучше всего – связанное с торговлей, в ней обычно партийные работники высокого ранга замешаны. Постановление о назначение откладывается в долгий ящик, рассматриваются другие кандидатуры. Ну, и так далее, – подмигнул Егор Кузьмич.

– Интересный у вас ход мыслей, – улыбнулся Миронов. – Одобряю! И всё-таки надо вам будет научиться работать с этим прибором, чтобы самому искать нужную информацию. Не зная всех нюансов партийной работы, я могу упустить важные детали… Вот только связь у нас работает только в этом доме, – извиняющее произнёс Валерий. – С этим ограничением придется пока смириться. Может, позднее что-нибудь придумаем.

Лигачёва эта новость ничуть не смутила.

– Не страшно, – сказал он. – Я подумаю насчет того, как мне легализовать свои визиты. Может, решусь книжку написать – буду сюда ездить за вдохновением. Хотя… если у вас появятся идеи на этот счёт, предлагайте – обсудим.

– Хорошо, – кивнул Миронов. – Я также могу помочь в части технической информации, которую вы сможете передать на предприятия области для освоения перспективной продукции. Это поднимет ваш авторитет в глазах членов ЦК, – предложил он.

– Боюсь, что между нашими мирами слишком большая разница в уровне технологии для её копирования, – усомнился Лигачёв.

– В данное время я могу добыть техническую документацию на технику восьмидесятых годов, она потеряла всякую ценность у нас, для вас же это будет рывок на десять лет вперед, – предложил Валерий. – Подумайте над этим.

– Понятно, подумаю. Я еще раз перечитаю свои книги, более внимательно. Посмотрю, кто из моей команды был со мной до конца, и введу их в курс дела. Одному такую махину трудно будет раскрутить, – рассуждал Лигачёв.

– А много ли было таких верных людей? – уточнил Валера.

– Всего трое, как я понял. Остальные отошли на разных этапах по разным причинам, – с грустью констатировал Лигачёв.

Возникла пауза. Миронов понял, что эта тема собеседнику не слишком приятна, и решил поменять тему разговора.

– Егор Кузьмич, а в какой области вам важнее всего добиться успехов? – спросил Валерий.

– В первую очередь, сельское хозяйство, за него больше всего спрашивают. Птицефабрику мы уже построили. Собираемся свинокомплекс строить. А у вас как с этим вопросом? – в свою очередь, поинтересовался Лигачёв.

– Свинокомплекс работает, полки магазинов завалены мясной продукцией, – похвастался Миронов. – В крупных магазинах свинина, мякоть, по триста рублей – это примерно по три рубля на ваши цены. Говядина дороже, продаётся в специализированных мясных магазинах по пятьсот рублей за кило. Куры примерно двести пятьдесят рублей кило. Колбаса – на любой выбор, от трехсот рублей до тысячи, это уже сырокопченая.

– И что, заходи и покупай? – недоверчиво спросил Лигачёв.

– Не просто заходи и покупай, ещё и скидки делают, если больше, чем на шестьсот рублей купишь! – засмеялся Валера. – Вы на планшете, который сейчас в руках держите, можете зайти в международную информационную сеть, она у нас называется интернет. Там можно зайти на сайты – это информационные представительства компаний и частных лиц. На сайтах часто работают в режиме реального времени телекамеры, которые показывают торговые залы. Ещё можно любые товары купить онлайн.

– Это как? – удивился Лигачёв.

– Ну, например, у нас есть крупный магазин самообслуживания «Лента», на его сайте можно заказать товары из магазина с доставкой на дом, а оплату провести через интернет-банк, – постарался как можно доходчивее объяснить Валера. – Рекомендую на этот сайт заглянуть, посмотреть ассортимент и цены. Я показывал Илье, как это делается, он вам поможет.

– А какая у вас средняя зарплата у рабочих? -уточнил глава обкома партии.

– Примерно тридцать тысяч, но, скорее всего, уже больше: в связи с войной высокая инфляция, товары за этот год подорожали на двадцать процентов. Соответственно, пришлось поднимать зарплату, – ответил Миронов.

– У вас война? – чуть не упал со стола Лигачёв.

– Да, с Украиной, – вздохнул Валера. – Власть там захватили потомки бандеровцев, вот от них и приходится вновь освобождать территорию…

– Дела… Читал, что Советский Союз разорвали при дележе власти, но чтобы воевать… – задумчиво протянул Лигачёв.

Миронов тактично промолчал, давая возможность собеседнику переварить услышанное, потом продолжил:

– Вы опытный аппаратчик, хорошенько подумайте, как мы ещё можем помочь вам продвинуться вверх по служебной лестнице. Речь идет о судьбе вашей страны – тут не до сантиментов. Если нужно кого-то в верхах задобрить или, прямо скажем, подкупить – давайте это сделаем с помощью товаров из нашего мира. Предметы небольшого размера я могу перемещать между мирами.

Лигачёв уточнил:

– Наверное, вам приходится всё покупать за свои деньги?

– Разумеется, – ответил Валера. – бюджет у меня ограниченный. Но у меня имеется информация о подпольных миллионерах в СССР. Думаю, в вашем мире они обогащаются аналогично, можно их пощипать для пополнения бюджета.

– Не всё так просто, – поморщился Лигачёв. – Да и связываться с криминалом как-то не хочется…

Валера был вынужден согласиться.

– Да, это ещё и небезопасно… А как насчёт кладов? – спросил он. – Клады, которые были найдены в более поздние годы, вероятно, они и у вас имеются, ещё не обнаруженные. Вы же не против использовать их на благое дело?

– Ну, насчет кладов, – я только за! – обрадовался Лигачёв. – Только посылать за ними надо будет доверенных лиц.

– Я думаю, что Илья и Алексей заслуживают доверия, – предложил Валера. – От вас потребуется снабдить ребят официальными документами, чтобы их не проверяли. Кажется, в Калуге через год найдут клад – два миллиона рублей и полмиллиона долларов, это наследство одного отставного дипломата. Я уточню и сообщу Илье подробности.

– Хорошо, а я подумаю, как привлечь к себе вышестоящих начальников. Чем завоевать их благосклонность, – ответил Лигачёв и скривился, как от зубной боли. – Не нравится мне это, но, похоже, без этого никак не обойтись – иначе придётся ещё десяток лет в Томске штаны просиживать.

– Ну, я тогда займусь поисками кладов. А вам нужны люди, кому вы сможете доверить своё будущее, – на прощание дал совет Миронов.

Но собеседник решил задать ещё пару вопросов.

– Я бы попросил вас, Валерий Иванович, немного подробнее рассказать о себе. Уж простите, но слишком необычно выглядит ваша бескорыстность, – попросил Лигачёв.

– Да, конечно, это не секрет, – улыбнулся Миронов. – У меня небольшое предприятие, по-вашему, я капиталист. А по нашей квалификации у меня в собственности микропредприятие со штатом до пятнадцати человек. Мы занимается производством механических деталей для приборов по чертежам заказчиков. Предприятие приносит прибыль примерно миллион рублей в месяц, на жизнь мне вполне хватает. У меня и жены есть большой дом, новые приличные машины, счет в банке на десяток миллионов рублей. Расширять производство я не собираюсь – мне уже шестьдесят семь лет, а подхватить фирму некому, дети занимаются своими делами.

– Но вам, должно быть, всё равно приходится согласовывать расходование прибыли? – предположил Лигачёв.

– Я свободен в выборе использования заработанных средств: могу себе на счет перевести, могу закупить станки, никакого контроля за мной нет, – ответил Валера. – Как говорится, заплатил налоги – живи спокойно. Но на финансирование преобразований в вашем мире, конечно, моих денег не хватит…

– Я понимаю, что вы один не потянете, да и у нас с финансами проблема, чтобы новинки внедрять, – посетовал Лигачёв. – И как вообще прикажете с вами дела вести, на каких условиях?

– Я понимаю ваши проблемы, они обычны для социалистической экономики – нет свободных денег, все траты зарегламентированы. Поэтому в начальный период нашего сотрудничества я буду спонсировать вас, это означает – буду передавать плюшки бесплатно, – предложил Миронов. – Но впоследствии я надеюсь вернуть затраченные средства и планирую получать прибыль, хотя это для меня не самоцель. Самое главное, – заострил он внимание, – для того, чтобы мы могли полноценно сотрудничать, нужно в вашем мире сделать легальной частную собственность на средства производства и разрешить предпринимательскую деятельность. Тогда бы мы могли развернуться! Товары от нас шли бы у вас на ура!

– Но это невозможно! – категорически возразил Лигачёв.

– Не торопитесь с ответом, Егор Кузьмич, – спокойно отреагировал Миронов. – Вы ещё раз прочтите труды своего близнеца, обратите внимание на развитие Китая в нашем мире, как там решили этот вопрос. Сейчас у нас в Китае правит компартия, многие её члены – миллиардеры, владельцы крупных предприятий. Экономика Китая рвется вверх и в скором времени обгонит США, а в реальном секторе экономики – уже давно обогнала. Вот что значит – отбросить идеологические догмы и жить реальной жизнью!

– Хорошо, я изучу этот вопрос. Но вы же понимаете, что пока мои возможности для того, чтобы изменить жизнь в Советском Союзе, очень скромные, – закончил разговор Лигачёв.

Глава 8

Добыча кладов

Миронову не составило труда найти подробную информацию об обнаружении клада в Калуге в 1974 году: дело давно минувших дней давно вышло из разряда засекреченных.

Два миллиона рублей и полмиллиона долларов были спрятаны в матрасе деревянной кровати на даче бывшего дипломата, заместителя министра. Наследники о них не знали – продали дачу, а клад нашли новые хозяева. Перед этим дом несколько лет стоял заброшенным.

– Сейчас как раз то самое время, когда клад ещё не обнаружили, – закончил инструктировать Илью Миронов. – Так что собирайтесь с Алексеем, Лигачёв вам выпишет командировку.

– О, а вот это интересно! – обрадовался начальник ВЦ, словно ребёнок, которому пообещали новую игрушку. – Теперь мы сможем накупить ноутбуков для себя! Я бы купил игровой компьютер!

– Конечно, купите, – улыбнулся Валера. – Ещё наиграетесь в свои стрелялки… Только надо будет конвертировать деньги, скорее всего, через золото. Кстати, в кладе золотых украшений несколько килограммов – их сразу мне. Это универсальная валюта в чистом виде, для наших задач – самое то…

Изучив подробную информацию о кладе, Илья с Алексеем отправились в Калугу. Всё оказалось даже проще, чем Миронов предполагал: парни спокойно зашли в заброшенный дом, набили большие рюкзаки деньгами и золотыми украшениями и так же спокойно удалились.

На руках у ребят была бумага о том, что они выполняют специальное поручение Томского обкома КПСС. Но документ не пригодился, на парней никто не обращал внимания.

Кладоискатели вернулись в Томск на поезде «Томич», сдали деньги и валюту помощнику Лигачёва – Геннадию Сироткину, одному из немногих, кому мог доверять глава обкома партии. Украшения, по договоренности, перевезли в дом Саши и передали Валерию Ивановичу.

***

Лигачёв начал охоту за «борзыми щенками» для вышестоящих партийных чиновников. Очень помогал интернет – в нем были изложены все подробности жизни партийных функционеров в СССР.

Оказалось, что один из них – Алексей Леонидович Колычев – был заядлым филателистом. Геннадию поручили проверить информацию. Он съездил в командировку в Москву, пообщался с работниками аппарата Центрального комитета партии.

– Егор Кузьмич, всё подтверждается, – вскоре докладывал помощник. – Колычев настоящий фанат своего увлечения. Все стараются преподносить ему подарки марками, любыми – на какие денег хватит. Особо отличившихся дарителей он отмечает, например, направляет в ВПШ или даёт рекомендации по продвижению по службе.

– И как мы можем к нему подойти, Гена? – спросил Лигачёв.

– Я выяснил, что Колычев давно ищет редкую марку «Изучение полярных сияний», – сообщил Сироткин. – Говорят, в Москве на чёрном рынке недавно продавали её, за десять тысяч рублей, но Колычеву это оказалось не по карману. Сейчас он пытается найти вариант дешевле или с обменом. Если мы преподнесём ему столь желанный подарок, думаю, его благодарность будет прямо пропорциональна цене марки, – предположил Геннадий.

Лигачёву идея понравилась.

– Так, Гена, поезжай в Москву и купи эту марку, – приказал он. – Возьми на её покупку двадцать тысяч и еще пятьсот рублей на представительские расходы – может, кого-то в ресторан придётся сводить. Нет, возьми лучше тысячу рублей на эти расходы, на всякий случай. Нам необходимо любым способом завоевать благосклонность Колычева! Да, кстати, – добавил глава обкома, – проведи, заодно, среди филателистов разведку на будущее – может, придется ещё марки покупать. В-общем, установи с ними хорошие деловые контакты.

– Сделаю, Егор Кузьмич, ради будущего постараюсь! – эмоционально ответил Сироткин, который был посвящён в тайну существования порталов. Вместе с Лигачёвым и вторым его помощником, Евгением Лапиным, они изучали в интернете кадровую кухню ЦК КПСС в разные годы, пристрастия сильных мира сего.

– Ты, давай, без лишнего пафоса работай! Дело наше правое, победа будет за нами, – подбодрил своего сотрудника Лигачёв.

Сироткин вылетел в Москву. Две недели он обивал пороги филателистических обществ, бродил по магазинам и барахолкам, пытаясь выйти на солидных коллекционеров. Гена уже потратил пятьсот рублей на рестораны, водя туда разных прохиндеев, которые обещали ему помочь купить нужную марку, но дальше обещаний дело не доходило. Отчаявшись, Сироткин пожаловался Лигачёву о своих тратах и спросил, что делать дальше, втайне желая уже вернуться домой. Но Егор Кузьмич был непреклонен, дал команду продолжать поиски и приказал денег не жалеть.

Наконец, к исходу третьей недели поисков на Геннадия вышел некий Семён Строев, представитель владельца марки, который запросил за «Изучение полярных сияний» двенадцать тысяч рублей. За свои посреднические услуги Строев намеревался получить комиссионные в размере десяти процентов от суммы покупки.

Сироткин пообещал согласовать цену с покупателем. Он сразу сообщил Семёну, что выполняет поручение одного «важного человека», сам же к филателии никакого отношения не имеет.

Через три дня Сироткин встретился со Строевым и сообщил о согласии покупателя на сделку. По совету Лигачёва, Геннадий подстраховался – попросил провести экспертизу марки профессора Осокина, известного в филателистических кругах, пообещав заплатить ему 100 рублей.

Возражать против проведения экспертизы и присутствия продавца марки при процедуре сделки Строев не стал. Продавец был нужен Сироткину для будущих возможных покупок, поэтому он настоял на этом пункте.

Ещё в Томске Миронов посоветовал снять, на всякий случай, весь процесс покупки марки на видео. С этой целью Валерий передал Гене маленький смартфон с большим объёмом памяти и научил, как им пользоваться.

Сироткин пристроил смартфон в нагрудный карман своего пиджака, проделал отверстие для объектива и замаскировал его значком. Потренировался с устройством, записывая разные видео, в итоге все остались довольны качеством записи изображения и звука.

Таким образом, на оформление сделки Геннадий пришел во всеоружии – с включенным на запись видео смартфоном, в сопровождении эксперта.

Встреча была намечена в ресторане, столик был заказан заранее.

Здесь-то и выяснилось, в ходе знакомства, что редкой маркой владеет Семён Лихачёв, крупный чиновник из Мосгорисполкома, в обязанности которого входит распределение квартир.

Семён Аркадьевич посетовал – мол, жаль расставаться с маркой, но что поделаешь, дети растут, дочка замуж собирается, надо ей кооперативную квартиру покупать… Сироткин с пониманием кивал головой.

Наконец, покончив с формальностями, Лихачёв достал из кожаной папки марку «Изучение полярных сияний» и передал её эксперту. Профессор Осокин, сосредоточенно сопя крупным носом, долго изучал предмет торга под лупой и, наконец, выдал заключение, что марка подлинная.