Куратор. Часть 3

Похоже, салагу гоняли с самой ночи, потому что дело резонансное, и требуют ответа. Вот и надо наседать, пока он не проснулся и не понял странностей в этом звонке.

Впрочем, полковник Смирнов из главка всегда орёт как резаный, и отец его был такой же. Это знали все менты, и даже мы были в курсе. А ещё он мог позвонить несколько раз, и не только начальству. Потом пальцем у виска покрутят, мол, забыл, что уже звонил.

– Рабочая версия какая? – наседал я.

– Заказуха, – пролепетал опер.

Если давить, как начальник, то у него даже в мыслях не будет сомнений, что говорит с кем-то другим.

Карасиков дал расклад, и на первый взгляд, не было ничего, чего не говорил Степанов. Под конец разговора опер выдал один важный нюанс.

Всё выглядело, как чистая заказуха, киллер даже не пытался как-то замаскировать убийство, он действовал нагло и с намёком. Прям как в 90-е.

Ничего ценного не пропало, никаких зацепок нет… кроме одной, о которой подсказал только опер.

И это навело меня на важные мысли. Так что я суетился не зря.

В доме Игнашевича были камеры наблюдения. Их ставили спецы из «Альянса» ещё в те времена, когда Игнашевич к нам только устроился, а на этом направлении работал я сам.

Взломать систему нахрапом было сложно, мы устраивали ей жёсткие тесты с привлечением хакеров, и постоянно обновляли. Сейчас всё могло поменяться, но взлома не было.

И главное было в другом – одна из камер засекла силуэт убийцы. Размытый, без лица и особых примет. Просто силуэт в тёмной комнате. Надо дать поручение Степанову, чтобы раздобыл мне снимок, если его успели как-то сделать.

А это значит, что стрелял профи, но он не знал расположения камер и где находится сервер. Большинство камер он засёк и обошёл или испортил, но на одну попался и даже не понял этого.

Камера не поможет его вычислить, раз нет примет. Но она говорит мне о том, что убийца не работал в «Альянсе», и его туда отправил не Трофимов. Иначе бы предупредил о камерах.

Да, это не особо важная новость, ведь я знал, что Трофимов действует другими методами и решается на стрельбу в редких случаях.

И всё же, эту зацепку стоит исследовать. Кто-то его прикрывал? Или опасался, что Игнашевич раскроет не только старика, но и кого-то ещё?

Значит, есть и третья сторона. Возможно, те, на кого работает Трофимов, проводят зачистку. Но что об этом думает сам Трофимов, надо узнавать.

* * *

После разговора я в очередной раз поменял симку. Их становится всё меньше и меньше. А новые достать непросто, нужно опять выходить на какого-то барыгу. Хотя когда деньги есть, то некоторые вопросы решить проще. Подойду к папе Толика, если что, у него должны быть связи. Если он снова не сел, конечно.

У меня три возможных выхода на Трофимова, и выходить на него надо. Потому что мне до сих пор неизвестно, какую ответку предпринял Трофимов на покушение. А она должна быть, это сто процентов.

Значит, надо подключать своего агента туда. Поэтому качаем Витю, которого я раньше знал под именем Костя.

Витя, как и раньше, вёл себя нагло. Я ему наплёл, что с ним якобы не хотят говорить, но, похоже, это было чистой правдой, я это угадал. Его держали в стороне от серьёзных дел, а подключали ровно настолько, насколько необходимо, для какой-то мелочи.

Нет, дело не в том, что они поняли, на кого он работает. Просто они к нему относятся, как к тому, кого им впихнули сверху. Зато тот, кто впихнул, сразу становится главным подозреваемым.

Пока расчёт прежний: привязать его к себе, выдавая информацию, которую он мог получить только от меня, но сделать так, чтобы он совершил большой косяк, за который придёт расплата от Трофимова. И единственное спасение – слушать Фантома. А дальше будет зависеть от него самого.

А пока он пытался быть полезным как для группы, так и для Трофимова. Он всё заигрывает с Катей, пытаясь что-нибудь выяснить у неё, и всё так же пытался держать меня под контролем.

У меня крутилась одна схема, которую я хотел начать сегодня. Она, конечно, рискованная, но живо привлечёт как его внимание, так и внимание Трофимова.

Её минус – она может привлечь ко мне внимание того, кто застрелил Игнашевича, если он в курсе происходящего. Впрочем, так он может себя обнаружить, если клюнет. Станут понятны его связи.

Рискну.

* * *

Ковалёв, руководитель группы, решил не отказывать пацану, который попросил разрешения пострелять. Всё же он придерживался метода «пряника», а я уже оказал им определённую помощь.

Так что ехал туда. Цель-то другая. Познакомлюсь с ними, посмотрю, кто ещё в группе, выясню что-нибудь. Любые мелкие намёки пригодятся.

Они крутились недалеко от управления, и сегодня в группе был новый участник. Быстро они управились, но утром я с ним не связывался, и он ещё не успел поделиться новостями. Хотя он и говорил раньше, что они снова выходят к ним на связь.

К группе присоединился майор Степанов, на что я его давно подбивал. И раз он успешно отбивался от обвинений, то они снова решили подключить его к каким-то задачам. Он даже костюм свой надел и был необычно весёлый и наглый.

Главное, чтобы он не понял, что я тот самый человек, который даёт ему инструкции, и тогда появлялся перед ним в маске.

Но он и не поймёт, хотя наверняка может вспомнить того студента, которого однажды видел в баре мельком. И не более.

Поэтому я и вёл себя как тот студент – немного суетливо, с любопытством оглядываясь по сторонам, робкий от того, что вокруг дяди-ФСБшники.

– Чё, девушка так и не пришла? – спросил Степанов с усмешкой, подходя знакомиться. Как и думал, он запомнил того студента в баре.

– А вы откуда знаете? – я сделал вид, что удивился.

– Память хорошая, – отозвался он. – Ничего, ничего. Все бабы ещё твои будут. С правильными людьми связался.

У Степанова, по сути, разные лица для каждого случая.

С Фантомом он вёл себя аккуратно. Поначалу он пытался как-то уколоть и подмять под себя, но когда не получилось, он спокойно действовал и выполнял все поручения, ведь понял, что они работают.

А Толика он за серьёзного не принял. Да и сложно что-то заподозрить, ведь внешне у нас с Фантомом схожего только рост. Причём Фантом был повыше из-за обуви. А каких-то похожих мелочей в одежде нет, я обращал внимание на всё.

Мне это на руку, но дальше личные встречи с Фантомом будут крайне редки.

– Ну и что там с общагой? – спросил Степанов. – Подсказывай, помогу чем могу.

– Вообще-то, я ничего говорить не могу, – я пожал плечами. – Товарищ майор не велел.

– Во как, – удивился Степанов. – Ну это если что, подходи смело.

– Будет команда – будем работать, – отрезал я. – А так… нет.

– Да к тебе так просто не подойти, я смотрю, – он посмотрел на меня внимательнее.

– А ко мне и не надо подходить. Я тут не для того, чтобы всем встречным обьяснять, что делаю. Инструкции были чёткие.

Значит, Степанова взяли в группу. Поэтому Витю совсем задвинут на второй план, ведь пробивной и матёрый Степанов более подходящий союзник, чем кадровик из местного управления, который в оперативной работе в принципе не смыслит.

– Чё тебе от парня надо? – Ковалёв заметил, что Степанов трётся рядом, и подошёл ближе.

– Кадры ты выбирать умеешь, я смотрю, – ответил тот. – Вербовать себя не даёт.

– И нечего, – проворчал Ковалёв. – У тебя своя задача.

Тут Степанов меня не удивил, я прекрасно знаю его манеру общения. Главное, что он ничего не понял. Потом ещё и писать мне будет, что в группе есть полный тёзка Давыдова.

После меня познакомили с самой группой, хотя она явно не в полном составе, ведь ещё должно быть силовое прикрытие.

Я знал Ковалёва и Катю, ещё, конечно, майора Степанова, ну и Витю-Костю. Но Витя вскоре свалил, потому что Катя надавала ему новых мелких поручений к его вящему неудовольствию.

Ещё была парочка оперативников. Один молодой, его звали Валера, и не проявил ко мне большого интереса, и вскоре уехал.

Второй, Андрей Сергеевич с редкой для наших краёв фамилией Гойко (как у актёра), был пожилой, примерно того возраста, до которого я дожил в первой жизни. Ещё подтянутый, но редкие волосы на голове уже поседели, как и борода.

Вскоре подошёл ещё один человек, которого я тоже знал, и, более того, спасал от людей Трофимова, когда его чуть не грохнули. Это Сергей Фатин, бывший бариста, который всё ещё подключён к группе.

Не знаю, какие задачи ему поручали, но надо бы узнать. Это явно что-то связанное с тем, что поручат мне после общаги. Что-то, с чем справится человек без подготовки.

И его я тоже хотел задействовать, ведь он до сих пор выполнял приказ Фантома – ни слова о диктофоне, который тогда нашёл. Значит, Фантом должен будет с ним связаться и обсудить дела дальше.

Фатин меня узнал, пошёл поздороваться без всяких задних мыслей, вытягивая руку. Он тогда не видел моё лицо, да и был в шоке, так что голос не узнавал.

Раз Ковалёв до сих пор держит меня при себе дальше, то, значит, готовит к чему-то ещё. И раз показал мне Фатина, то какая-то хитрая операция может быть связана с ним… узнаем. Мои-то операции идут дальше.

В тир проходили только по пропускам, но Ковалёв подсуетился, чтобы меня пропустили.

Ведомственный тир располагался в подвале административного здания. Само помещение для стрельбы – это длинный коридор с бетонными стенами, выкрашенными серой краской, которая местами облупилась.

Внутри пахло порохом и оружейной смазкой. Под потолком гудели люминесцентные лампы, часть из них мигала. Огневых позиций было шесть, разделённых перегородками.

Тир старый, никаких интерактивных проекторов нет, только бумажные мишени на стандартных ростовых фигурах, которые двигались на тросах.

Пожилой Андрей Сергеевич показывал мне правила безопасности вместо инструктора. Сначала объяснил, как держать оружие.

– Ствол всегда направляй в сторону мишени, даже если разряжен, – говорил он, демонстрируя хват. – Палец на спусковой крючок кладёшь, только когда будешь готов стрелять. До этого держишь вдоль рамки. Понял?

Я кивнул. Андрей вложил мне в руки «Макаров». Старый добрый ПМ, тяжёлый, зато привычный.

– Теперь стойка. Ноги на ширине плеч. Корпус слегка наклони вперёд. Руки вытяни, но не до упора, локти чуть согнуты. Вот так.

Он поправил мне положение рук, надавил на плечо, чтобы я наклонился. Ну а я держал пистолет так, как держал бы неумелый новичок – напряжёнными руками, судорожно давя на спуск. В общем, для первых выстрелов делал всё то, чтобы пуля в цель не попала.

– Вот, смотри как надо. Гляди, как Анатолий Анатольевич делает, он-то профи.

Ковалёв тем временем встал на соседнюю позицию, тоже решив пострелять, и у него был не старый ПМ, а новенький ПЛК – пистолет Лебедева компактный.

Движения у майора были отработанные, экономные. Поднял пистолет, замер на секунду, выдохнул. Три выстрела подряд, сухих и резких. Гильзы звякнули об пол.

Он нажал кнопку, и мишень поехала к нему по тросу. Все три пробоины легли кучно в центре, почти слились в одну рваную дыру. Десятка. Ковалёв удовлетворённо кивнул и отложил пистолет.

– Мы раньше на ростовых мишенях, ещё в старые времена, рисовали маркером глаза на случай, будто кто-то удерживает заложника, – говорил он, рассматривая мишень. – Если попал, то молодец. Если промазал, то пишешь письмо бабушке убитой внучки, которой якобы прикрывался террорист.

– Но тебе такие понты не нужны, – вмешался Андрей Сергеич, глядя на меня. – Тебе-то вот для первого раза только пострелять. Целься нижним краем мушки, – продолжал он. – Совмести её с прорезью целика. Плавно дави на спуск, не дёргай. И дыши ровно, стреляй на выдохе.

Здесь, конечно, приходилось сдерживаться, чтобы сыграть салагу. Но и совсем бесполезную бестолочь нет смысла играть. Надо же показывать, что учусь.

Пистолет дёргался от отдачи, в нос бил запах горелого пороха, гильзы падали рядом, на стол и на пол, много их каталось под ногами.

Просто новички боятся выстрелов и неосознанно пытаются компенсировать отдачу, доворачивая оружие. А для короткоствольного пистолета это слишком сильно влияет на точность. И помню, что в новом теле поначалу приходилось это всё контролировать.

– И как успехи? – спросила Катя.

Когда подошла поближе, то не удержался, и несколько раз уложил точно в цель. Не одни десятки, но достаточно кучно, и Андрей Сергеич удовлетворённо крякнул, думая, что объяснения прошли не зря.

Девушка порадовалась, после вернулась к разговору, ведь Ковалёв время впустую не терял и что-то обсуждал со Степановым.

– Да слушай, парень старательный, – тем временем говорил Степанов Ковалёву.

Приходилось прислушиваться, потому что выстрелы и наушники на ушах мешали, но я разобрал, о чём они. Не обо мне.

– Короче, я бы дал ему шанс.

Ага, Степанов так говорил про Витю. Он же в курсе, что это человек Трофимова, а говорил так по согласованию со мной, то есть с Фантомом. Потому что мы хотим использовать Витю для разных целей, и нам не нужно, чтобы его совсем задвинули. Вдруг в группе ещё агенты врага?

– Неплохо для новичка, – Андрей Сергеич посмотрел на мишени. – Для первого раза в особенности, быстро всё схватываешь. Ну и как тебе с нами? – он усмехнулся.

– Ещё непонятно ничего, – сказал я.

– Ну ничего, ещё разберёшься. Меня тоже в своё время завербовали, – он усмехнулся.

– А чем вы занимались?

– Всем подряд, – Андрей Сергеич отмахнулся.

На руке у него был след татуировки, но она почти сведена, и я разобрать её не мог. Надо бы узнать, кто он такой, потому что на чекиста он походил слабо. Бывший мент? Или военный?

Занятие в тире закончилось, мне ничего не передали, но просили быть на связи.

А пока я был там, Хворостов прислал на телефон данные по аккаунту Rabota_115, который связывался с Мишей.

Конкретики мало, ведь аккаунт новый, а сим-карта зарубежная. И ФСБ вряд ли что-то узнает, ведь такие одноразовые аккаунты создаются очень легко, тем более на зарубежных мессенджерах. И у нас нет технической возможности что-то с этим сделать и отследить.

Но всё же, они были в курсе всех этих переписок. Возможно, получили в руки другой телефон с такими аккаунтами и списком контактов? Ещё одна пометка, чтобы выяснить.

Тут торопиться не надо, потому что любое подозрение – и мой контакт с группой закончится навсегда. Но и откладывать нельзя, ведь надо качать Витю.

Он как раз проезжал мимо на подержанном Солярисе, когда я возвращался из тира. Значит, вместо поручения он ждал меня.

– Пивка, Толян? – предложил Витя, приветливо улыбаясь. – Решил в бар заехать, а смотрю, ты идёшь.

Твою дивизию, а ты прям от меня не отстаёшь. И решил сменить тактику, я смотрю. Но по взгляду видно, что дружелюбие наигранное.

– Мне пиво нельзя, но кофе выпью, – сказал я и спокойно полез в машину.

– Ну и что там рассказывали? – в этот раз Витя решил общаться дружелюбнее. – Весело было?

– Да так, постреляли, – я отмахнулся. – В ушах теперь звенит. Слушай, ты же эксперт в таких делах.

– Ну да, – он покосился на меня. – А в чём именно?

– Да тут какой-то мужик пишет, ваш не ваш?

– А чё он пишет?

Витя собрался было нажать на газ, но передумал и уставился на меня.

– С какого-то аккаунта левого, – объяснял я. – Он в курсе про общагу. И предложил, что может кое-что написать по этому делу, если буду ставить его в курс, что накопал. Вот я и решил посоветоваться.

– А что именно пишет? – он наклонился ближе.

А теперь подсекаем агента всерьёз, чтобы он начал работать со мной на полную катушку.

Я разблокировал айфон и показал ему чат. Это секретный чат с таймером на удаление сообщений. Такой же, с которого я пишу всем сам.

Якобы Фантом написал Толику. Хотя я написал это сам себе с другого номера.

Но, судя по торжествующему взгляду Вити, он понял, что это Фантом, и решил работать. Увидел в этом шанс для себя.

Значит, пора мне работать с ним вплотную.

Глава 6

Витя, он же Костя, очень сильно оживился, когда услышал о сообщении.

Глаза заблестели, на лице появилось выражение азартного охотника, почуявшего добычу. Судя по всему, в мыслях он уже поймал Фантома, сорвал с него маску и демонстрировал пойманного Трофимову. А после катался как сыр в масле, ни в чём себе не отказывал. И тачку себе купил, и квартиру, и, конечно же, замутил с Катей.

Всё это читалось на его физиономии так явно, будто он сам рассказывал всё вслух.

Но потом до него дошло, что пока ещё ничего не сделано, вот он и спустился с небес на землю. Витя уставился на меня, ожидая продолжения.

– Слушай, Толян, – доверительно начал он, как старый приятель. – Он тебе в первый раз написал?

– Да, – совершенно честно сказал я, ведь сам себе я раньше не писал точно.

Мы сидели в баре, куда он меня пригласил. Место было так себе – полутёмный зал с деревянными столами, пропахший пивом и жареным с кухни.

Зато народу хватало. За соседним столиком расположились две девицы лет двадцати пяти: одна рыжая, с веснушками и в обтягивающем топе, вторая – темноволосая, с ярко накрашенными губами. Обе то и дело поглядывали в нашу сторону, но Витя пока их не замечал, слишком был занят собственными мыслями.

Он даже купил мне кофе и картошку фри, которую, впрочем, никто не ел. От неё сильно несло старым маслом, видно, на кухне его меняли раз в квартал в лучшем случае.

– Дело такое, – Витя понизил голос, – это очень опасный преступник.

– Так его надо в полицию сдать? – я сделал вид, что такого не ожидал.

– В полицию? – он усмехнулся. – А мы-то, по-твоему, кто? Мы ещё круче!

– Ну да, точно, забыл, – я полез за телефоном. – ну всё равно. Сейчас наберу Анатолия Анатольевича, скажу.

– Погоди, погоди, – торопливо затараторил Витя и потянулся ко мне, чуть не опрокинув кофе. – Тут надо иначе работать.

– А как?

– Ну смотри, Толян, – начал льстить он. – Ты же шефу приглянулся, а он человек такой, который любит инициативу, но не любит пустые отчёты.

– Не понял, – я внимательно смотрел на него.

А всё-таки котелок у него варит, когда нужно. Жаль только, что не в ту сторону.

– Спросит тебя: «И что? Что по этому поводу предпринято? Ничего? Ну и нафиг ты воздух колышешь?». Вот и надо подготовиться. Хорошо, что ты мне сказал. Ты же ему приглянулся, это видно. Вот и надо конкретно сказать, что именно мы придумали. Так что пока молчком, проработаем и передадим, всё отлично будет. Ты же человек способный, вот и всё получится.

Парень мне ещё и льстить пытается. Но неплохо, такими темпами, глядишь, мог бы стать чекистом годам к сорока. Хотя, скорее всего, он получил втык от Трофимова, что от него нет никакой пользы, вот и начал стараться.

Сейчас же он вцепился в возможность раскрыть Фантома мёртвой хваткой. На лбу аж выступила испарина от напряжения. Мозги работали на полную мощность.

– Мы его поймаем, – убеждал он сам себя. – Вычислим и возьмём.

– А что ему писать-то? – спросил я.

– Напиши, что согласен, – Витя серьёзно посмотрел на меня. – Что всё передашь, как нужно.

Он помолчал, обдумывая следующий шаг.

– Только никому не говори, – голос стал совсем тихим, доверительным. – Чтобы не спугнуть. Кого-нибудь подключат из группы, видел этого… как у него там фамилия? – Витя задумался и вспомнил: – подключат Степанова! Тому точно не говори, он какой-то подозрительный. И Андрею Сергеевичу тоже, да и Кате… Вообще никому, понял? Никому. Кроме меня.

Витя выдержал паузу и наклонился ближе. Ветровка расстёгнута, стало видно плечевую кобуру с табельным. Но зря он берёт такие вещи в интернете, там совсем ненадёжные ремешки.

Он сматерился, когда на пол грохнулось что-то тяжёлое, а после полез под стол. Я наступил на выпавший из плечевой кобуры пистолет, пока его никто не увидел, и Витя его забрал, обернув ствол в салфетки. При этом он громко пыхтел. Лицо покраснело от напряжения и неловкости момента.

Не, Игнашевича завалил точно не ты. Не знаю, как ты стреляешь, но проникнуть к нему с такой грацией и ловкостью ты бы точно не смог. Оружие – это не твоё. Только зачем ты его таскаешь? Опасаешься, что и от тебя избавятся?

– Табельный? – спросил я.

– Угу, – Витя сел на место.

– Дашь посмотреть?

– Потом. И главное, Толян, – он убрал ствол во внутренний карман куртки, а после поморщился, вытаскивая оттуда салфетки со следами масла, и скомкал их. – проси его на личную встречу. Скажи, что всё передашь лично.

– Как-то палевно будет, – сказал я сомневающимся голосом, чтобы немного сбить его пыл. – Всё по телефону обычно решаю, а тут вдруг личная встреча. Я вообще с людьми редко пересекаюсь. Не заподозрит ничего?

– Да так надо, – настаивал он.

Не, опыта ему не хватает. Надо же учитывать психологию задействованных агентов, ведь необычными действиями можно слить важный контакт. Но он слишком напирал, слишком торопился.

Впрочем, мне его учить не надо. Даже наоборот, мне так будет проще контролировать агента.

– Ладно, – я открыл чат на айфоне и отправил сам себе короткое «окей» и стикер с рисованным котом, поднимающим вверх большой палец.

– Стикер? – Витя поморщился. – Надо серьёзно общаться, а не стикеры слать. Думаешь, девушки таких любят? Которые стикеры шлют?

– Ты бы удивился, – ответил я с усмешкой.

Он не очень понял, что я имел в виду, но переспрашивать не стал.

Похоже, он расслабился, решил, что дело в шляпе. Взгляд его скользнул в сторону, и он заметил рыжую за соседним столиком. Агент важно приосанился, провёл рукой по волосам. Теперь, когда главное было сказано, он решил позволить себе развлечься.

Зато он преисполнился собственной важности и сел на крючок. Будь у меня ресурсы, я бы послал за ним хвост, пацан замечать такое и сбрасывать слежку точно не умеет, и я узнал бы всё наверняка. Но и так был уверен, что после встречи он поедет прямиком к Трофимову докладывать об успехе.

Поработаем и посмотрим, насколько сопляк на этом завязан. В курсе ли он истинной сути проектов или просто варит кашу, не понимая, что в котле? От этого и будет зависеть его дальнейшая судьба.

* * *

К вечеру я отправился в общагу – проверить, нет ли новостей у Миши. Но его больше не трогали. Оно и понятно: Витя наверняка передал Трофимову об интересе спецслужб к общежитию.

Вряд ли там будут искать новых кандидатов, да и вряд ли вообще сейчас Трофимов или его покровители решатся делать что-то подобное в городе. Поэтому про общагу в принципе можно было забыть.

За исключением тех, кто пропал. Вот этот вопрос всё ещё стоял на повестке.

Соседи по комнате включили на ноутбуке своё аниме про титанов с громкой музыкой и крикливым парнем в главной роли. Но пока оставался, продолжал маскировку. Катя ещё была на работе, но к ней пока ехать рано, я решил сделать ещё одну задачу этим вечером. Думаю, сегодня будет отличный повод, но это зависит от того, что мне скажет другой агент.

А пока же я лежал на койке, вытянув ноги, и делал вид, что с кем-то переписывался и слал мемы. А сам писал майору Степанову. Он не отвечал долго, потом пытался позвонить, но я сбрасывал. Пока некогда говорить голосом, надо соблюдать маскировку.

Наконец, он ответил.

«Накрыли сегодня горизонт! – написал майор. – Но там чисто. Азербайджанцы фрукты там держали, склад нелегальный. Хотя отпирается».

«И азербайджанцы держали продвинутую систему ПВО с машинным обучением для защиты арбузов?» – спросил я в ответ.

«За что купил, за то продал. Сам там был сегодня. Для этого и звали».

Значит, «Горизонт» эвакуировался. Целиком ли его свернули или спрятали там же, где находится территория основной фирмы? Надо выяснять. Но всё по мере необходимости, потому что вопросов накопилось изрядно.

«Ты не поверишь», – пришло от него.

Печатал он медленно, скорее всего, одним пальцем. Но писал грамотно, без ошибок, как Игнашевич.

«Во что я не поверю?»

«Взяли в группу одного пацана-студента для одной операции, – написал Степанов. – Дерзкий, но потенциал есть. Я-то в людях понимаю».

«И?»

«А он, прикинь, полный тёзка Давыдова. Даже имя-отчество такое же. Более того, Давыдов с ним общался ещё в день своей смерти. И это того самого пацана сбили на машине киллеры, которые и грохнули Давыдова. Прикинь, какое совпадение».

«Какое отношение к делу имеет?» – написал я.

«Никакого», – ответил Степанов.

– Толян, ну ты будешь смотреть или нет? – возмутился Миша, обернувшись ко мне. – Такой момент.

– Я же смотрю, – я поднял взгляд на экран.

Очень уж он хотел, чтобы я посмотрел этот мультик, и постоянно поглядывал на меня. Но сам то и дело каждую минуту поднимал телефон, это уже намертво вошло в привычку у него и его ровесников. Все так и смотрят, постоянно тыкая экран телефона.

«Для чего его взяли?» – спросил я.