Пломбир с шоколадной крошкой

– Ты убьешь его, Кэтти, гарантирую. Если этот мазафакер не потеряет сознание при виде тебя, то он нам не подходит, – заявила Холли, ведя машину.

Я рассмеялась, хлопнув себя по коленке.

– Кэмпбелл, ты как скажешь! А причем тут он и для чего ему нам подходить? Это я должна была подойти для его клипа. Может, получится просто спросить у него, по какой причине я не подошла? Я ведь должна знать, над чем лучше поработать в дальнейшем. Кстати, я так и не услышала ни одной его песни.

– Сейчас что-нибудь включу, подай провод. – Я протянула Холли переходник. – Стоило загуглить, снова вылезло его фото. Нет, я должна как-нибудь лично убедиться, что он не творение фотошопа. Только слишком белый, прямо как лист бумаги или Аштон Холл. Вы с ним в паре будете словно пломбир с шоколадной крошкой.

Я снова захохотала, громко и безудержно.

– Прекрасное сравнение, – сказала я, успокоившись. – Прекрати говорить о нас. И хватит им восхищаться.

– Восхищаюсь я только тобой, крошка. О, включаю трек «Таким ты считала меня?».

Интересное название. Вступление у минусовки тоже было интригующим, нетипичным, с низкими басами и спокойными клавишными.

Я знаю, что снова расстроил тебя,Да и вообще все мои слова – яд для тебя,И что люди так не поступают, любя,Ты считала, что достаточно быть без белья,Чтобы свести меня с ума и вознести к небесам…

Какой у него был голос… я замерла, вслушиваясь в строчки и наслаждаясь мелодией. Нет, у него не было специфической скорости читки или исключительных рифм. Но его низкие протяжные окончания фраз вибрировали, отдаваясь в груди. А еще его акцент… черт, такой резкий, гортанный, я никак не могла вспомнить, какой язык мне напоминало его произношение…

– Кэт?

– А?

– Песня закончилась. Мы у причала.

Я пришла в себя и осмотрелась. Точно. Мы уже на парковке, а я и не заметила, как пролетела дорога.

– Значит, ты оценила его песню, – протянула подруга, щипая меня за ляжку.

– Заткнись! – Я хлопнула дверью, показав Холс средний палец.

Эта засранка врубила трек ВиДжей Тага на всю громкость, возмутив всех посетителей причала. Заткнув уши, я побежала к парому.

Ох, Нью-Йорк! Осенью ты еще прекраснее, чем весной или летом! Сойдя с причала, я прошлась вдоль Визи-стрит, восхитилась размерами и архитектурой Всемирного торгового центра и направилась к остановке. В автобусе я села у окна, чтобы рассмотреть город. Лучшие магазины, сотни именитых кафе и ресторанов. Все же Нью-Йорк был одним сплошным торговым центром, магазином. Мне нравилась жизнь в больших городах, меня никогда не смущали шум или обилие людей, но, если выбирать мегаполис, я бы отдала предпочтение Лос-Анджелесу. Жаркому, громкому, полному энергии, пальм и талантов. В Принстоне большинство жителей были образованными, аккуратными, под стать самому городку. Мне встречались в основном лишь прилично одетые люди со сдержанными эмоциями, и эта воспитанность и сдержанность вызывали ощущение жизни в одном большом офисе или лаборатории. Так что я бесстыдно рассматривала каждого встречного в Нью-Йорке, поражаясь разнообразию образов.

Прибыв в клуб «Пэрэдайз» на Таймс-сквер, я сняла пальто и оставила его в гардеробе ближайшего ресторана, выкрав номерок. Надеюсь, пальто мне вернут. Согласно приглашению на сайте, встреча должна была состояться в семь вечера. Уже стемнело, и огни Нью-Йорка показались во всей красе. Без десяти семь я подошла ко входу. Десяти минут должно было хватить для осуществления моего коварного плана. У дверей, естественно, стоял представитель секьюрити – точь-в-точь вышибала из голливудских фильмов.

– Документы? – хмуро спросил он.

– Э… ой, да где же они! – Я захлопала глазками, копаясь в сумке. – Вот черт! Прошу прощения, я, похоже, оставила документы дома! Какая досада, ведь я добиралась сюда битых три часа! Слушайте, я Келли Сандерс, есть в списках. Может, позовете мистера Тага, он тотчас меня узнает?

Блефовала я, мило улыбаясь буйволу в костюме, при этом стараясь делать жалостливый вид. Он что-то прорычал и уставился в лист.

– Как, еще раз?

– Келли, Келли Сандерс.

Здоровяк пробежался глазами по списку.

– Ладно, проходи. – Он отстегнул атласный канат и пропустил меня вперед.

– Вы просто чудо! Спасибо, спасибо огромное! Да благословит вас Бог! – торопливо прокричала я ему, чуть не рассмеявшись, когда мужчина закатил глаза.

Войдя в темное помещение, я тяжело выдохнула и схватилась за сердце – как же бешено оно стучало. Шанс, что Келли еще не явилась на мероприятие, был невелик, так что я врала на свой страх и риск. Но, похоже, высшие силы сегодня на моей стороне. Правда, как быть, когда она явится, я не знала, но пока рано об этом задумываться. Мне нужно было встретиться с козлом Тагом.

В клубе стояла плотная дымовая завеса с фруктово-мятным привкусом – курили кальян. Сразу стало ясно, что клуб на сегодня арендован исключительно для того, чтобы устроить эксклюзивную вечеринку: столики сдвинуты к стенам, между барной стойкой и ВИП-диванами огромное пустое пространство, которое сойдет за танцпол. Я приблизилась к девушкам, которых узнала по кастингу.

Тот самый темнокожий парень, который на просмотре старательно отводил от меня взгляд, говорил в микрофон:

– Девочки, сегодня мы устраиваем для вас веселый зажигательный вечер. Напитки, закуски – все в вашем распоряжении. Но для начала мы бы хотели убедиться, что сделали правильный выбор. Сегодня у нас в гостях несколько важных персон, включая ВиДжея, конечно. В комнате слева вы найдете костюмы, мы бы хотели, чтобы вы исполнили для нас еще один танец.

Девушки заверещали. Я прикрыла уши, чтобы не оглохнуть. Последовав за обезумевшей толпой, я зашла в комнату. Здесь были развешаны восточные костюмы, на каждый из которых прилепили бумажку с именем. И снова все заверещали. Девушки сносили друг друга в узком помещении в поисках своих именных костюмов и без умолку трещали:

– Мы будем танцевать восточный танец?

– Важные дяди решили устроить себе волнующее представление…

– Ура, у меня синий!

– А где мое имя?

Отовсюду слышались голоса. Я быстро нашла костюм Келли – восточная полупрозрачная повязка на бедра цвета бирюзовых мальдивских вод, расшитая золотистыми монетками, позолоченный бюстгальтер с пышными полупрозрачными рукавами под цвет низа, повязка на лицо, которая должна была скрыть губы и подбородок, также украшенная звонкими монетками, как и элементы одежды. Костюм был мне слегка великоват, в основном в груди. Облачившись, я оценила себя в зеркале, пару раз крутанувшись вокруг своей оси и двигая ягодицами под воображаемую музыку, – да, Волкер, я тебя уничтожу.

Когда все до единой девушки вернулись в основной зал, тот же парень взял микрофон.

– А теперь, девочки, покажите нам класс!

Я затесалась в задних рядах, чтобы оценить обстановку: перед нами полукругом стояли пять диванов, на каждом из которых восседали по два-три человека, а в центре стояло кресло Короля вечеринки – на нем вальяжно расселся Волкер, попивая виски со льдом. Он криво улыбался, но глаза выражали абсолютную пустоту и скуку.

Подожди, милый, я попробую тебя развеселить.

Включилась песня: Стинга «Desert Rose», восточный мотив полностью овладел моим телом. Послышался звон монеток на наших костюмах. Девочки отлично справлялись: кто танцевал животом, кто изгибался на полу, исполняя что-то вроде тверка, только бюстом, другие творили волшебство переплетением рук. Я же медленно двигала бедрами и руками, выжидая. Девушки пытались танцевать как можно ближе ко всем деловым гостям, чтобы обратить на себя их внимание. Обходя их, чтобы пробиться вперед, я узнала Аштона Холла и Реймонда Беннета. Да уж, в этом клубе становилось жарко. Рядом с Реем сидела грудастая маленькая девушка с очень красивыми чертами лица и ровным черным каре. Наверное, это Офелия Коулман – та самая «любовь всей жизни» Беннета и писательница, выпускница Принстонского университета.

Они были хороши собой, но меня интересовал другой. В самый разгар мелодии, когда вступили труба, скрипка и гитара, когда инструменты набрали обороты, требуя отдаться музыке, я почти подлетела в танце к Волкеру и затрясла бедрами, умело двигая талией.

Как только мы оказались лицом к лицу – узнал ли он меня? – выражение его из скучающего превратилось в заинтересованное, поза стала напряженной. Он выпрямился и посмотрел на меня так, словно впал в гипнотический транс. Я разводила и сводила руки, покачивала грудью в такт ударным, при этом не забывая о бедрах. Эта песня требовала грациозной отдачи, полного погружения, превращала тело в пластилин, а разум уносила в далекую пустыню. Упав перед Волкером на колени, я начала крутить головой, выгибая спину. На последнем припеве я встала и снова шагнула к нему, оказавшись едва ли не между его коленей. Какая-то из девушек попыталась меня отпихнуть, чтобы пробиться поближе к «мистеру Тагу», но только окончательно толкнула меня прямо к нему в объятия. Я вскрикнула, упав на его торс, рефлекторно ухватившись за плечи.

О, Дева Мария, что это были за плечи! Шире только океан! Тверже только алмаз! Пришлось буквально оторвать от него руки. В конце концов, это я должна была его уничтожить, а не он сводить меня с ума своими рельефами.

Волкер опешил. Дыхание его перехватило, я это ясно почувствовала. Он не улыбался, чуть приоткрыл губы в изумлении и пристально смотрел мне в глаза, иногда взглядом пробегая по груди, бедрам, оголенному животу. Остаток песни я извивалась восточной змеей прямо перед его носом, а на последних аккордах увильнула, когда он попытался протянуть руку, чтобы дотронуться до меня, и скрылась среди девушек.

– Браво! Это было потрясающе! Вы окончательно убедили нас в правильности выбора. На этой вечеринке мы также обсудим дальнейшие действия, съемки и сценарий клипа. Возможно, с кем-то из вас будем сотрудничать и после съемок видео, приглашать на концерты, а пока… – заговорил темнокожий качок, но прервался, так как к нему подошел кто-то из охраны.

Тот самый секьюрити, который добродушно впустил меня в клуб, поверив в мою нахальную ложь, что-то шептал в ухо ведущему мероприятия. Я запаниковала и медленно отступила вглубь зала.

– Спасибо, Фредди. Э-э… – Парень повернулся к Волкеру. – У нас тут, говорят, самозванка.

Ведущий выключил микрофон, но так как музыка не играла, мне удалось расслышать обрывки фраз:

– Келли… да, доказывает, что… а Фредди уже пустил…

Черт! Твою мать! Я закусила губу, огляделась в поисках возможного отступления и напоследок взглянула на Волкера. Дурья голова! Он смотрел прямо на меня, и, кажется, я впервые увидела его настоящую улыбку. Как чертовски привлекательно! Улыбка превратила его из угрюмого сапожника в хитрого игривого зверя. Пора давать деру!

Я метнулась в комнату за своей одеждой и сумкой, а потом в суете, творившейся в зале, рванула за ближайшую дверь и попала в маленькое, совершенно темное помещение. Господи, это что, приватная комната?! Здесь еле-еле можно было разглядеть свои руки, что уж говорить о самой обстановке. Ладно, не время разглядывать интерьер, нужно переодеваться и валить отсюда окольными путями. Однако не успела я снять маску, как послышались звуки.

Щелчок. Шаги.

Я громко вздохнула, отбежала к стене и обернулась. Дверь за моей спиной хлопнула, видимо, кто-то ее закрыл, а возле нее теперь стояла здоровенная, высокая фигура. Кто это, невозможно было рассмотреть во тьме. От стены до стены здесь места – как в общественном туалете, то есть его не было вовсе. Может, если я не буду дышать и шевелиться, меня не заметят?

Фигура приближалась. Медленно. Когда до меня донесся знакомый аромат – смесь пряностей, древесины и табака, я все поняла. Он нашел меня. Дева Мария, он слишком близко! Я застыла, боясь пошевелиться, не зная, чего ожидать. Волкер подошел вплотную, коснулся своим животом моего.

Из-за темноты все казалось нереальным, обострились все чувства и ощущения, отчего я растерялась и, словно шаровая молния, источала напряжение и готова была взорваться от любого действия со стороны Волкера. Макушкой я доставала ему до ключиц, Волкер нагнулся к моему плечу, мучительно медленно провел носом по шее, и я мгновенно покрылась мурашками, непроизвольно запрокинула голову и, приоткрыв рот, громко вздохнула. Руками Волкер резко обхватил мою талию, прижав к себе донельзя. Низом живота я ощутила его возбуждение и вспыхнула. На лбу выступил пот, в груди сердце стартовало к полету на Юпитер, живот предательски потянуло.

Стояла мертвая тишина, в которой был различим каждый вздох. Его сердце тоже разогналось до ста с лишним ударов. Он запустил руку в мои волосы, а я разозлилась на себя за то, что стояла будто тряпичная кукла и не могла становить его. Или не хотела?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Уйди с дороги, дурак, я следую за своей мечтой, я буду танцевать балет, и мне плева… (исп.). – Здесь и далее примечания редактора.

2

Пятнадцать градусов по Цельсию.