скачать книгу бесплатно
Сама я уходить не собиралась. Лавочек на этаже не наблюдалось, потому пришлось усесться прямо на пол, у стены. Сначала конечно же терпеливо стояла, вспоминая мамины слова о вреде сидения на камнях, но, когда ноги совсем затекли, вспомнила, что я вообще-то ведьма. Разогрев пол до приемлемой температуры, уселась по-турецки рядом с дверью нужного кабинета. Даже если я вдруг задремлю, мимо меня профессор не пройдет.
Практически сразу, как мы с Евой забежали в замок, сорвался дождь. Причем ливанул, как из ведра, громко тарабаня по стеклам и погружая весь мир в серое уныние. Внутри резко стало темно от непогоды, в коридорах загорелись магические шары. Они парили под потолком, рассеивая мягкий желтоватый свет и создавали иллюзию тепла. Это мало помогало, несмотря даже на подогрев пятой точки, я все равно начала замерзать. К тому же, постоянно прислушивалась и непроизвольно поглядывала вверх, готовая вновь услышать нечто странное. В душу медленно липкими ручонками пробирался страх. Сейчас я даже от общества Шмеля не отказалась бы. Но лучше конечно же дождаться наконец Котовского.
Господи, да где же он ходит?! Сам говорил явиться на отработки, значит в курсе, что приду. Может занят чем-то и не слышал нашего стука?
Я поднялась и вновь постучала. Не просто костяшками, а кулаком – гораздо громче и настойчивее.
– А еще можно попробовать разогнаться и прыгнуть на дверь с разбега. Глядишь, откроется, – вкрадчиво проговорили за спиной.
Подпрыгнув от неожиданности, резко обернулась. И тут же вжалась спиной в терзаемую секундой назад дверь. Как он оказался рядом так быстро? Наверное, телепортнулся.
– Простите, профессор, я долго вас ждала. Думала вы все же в кабинете и не услышали стук с первого раза.
– Ну что вы, такой грохот услышал бы и мертвый.
Ненавижу эту его манеру разговаривать с тобой, как с подошвой своих ботинок! И смотрит ведь еще так… снисходительно. Словно на дурочку последнюю.
– Зачем пожаловали?
Я даже дар речи на мгновение потеряла. У него что, ранняя стадия старческого маразма? Как можно забыть о таком важном деле?!
– Кто-то подложил вам приворотное зелье. А я его выпила.
– Ах, да, – он поморщился, потерев переносицу. Бесцеремонно отодвинул меня со своего пути и отомкнул дверь, – Проходите. У меня сейчас нет времени с вами возиться, да и сил, честно говоря, тоже.
Он вошел в полумрак комнаты, тут же зажигая пару световых шаров. Я последовала за ним. Странное чувство досады и даже обиды пружиной сжалось в груди от его слов. В глубине сознания понимала – в свете последних событий моя проблема и правда капля в море. Но все же, другая часть меня невыносимо хотела оказаться чуть более важнее других важных дел. Проглотив неприятное чувство тяжести, пересилила себя, спросив:
– Та девушка, заточенная в стене… Вы ее вытащили?
– Да. Она жива, но в сознание не приходит, – ответил нехотя, явно не желая об этом говорить.
– Понятно. Вы утром отвлеклись и не дали мне два оставшихся флакона с эликсиром. Может, если вы мне их все же вручите, я не буду докучать вам еще пару дней…
Профессор обернулся, и я поймала себя на том, что слишком смело смотрю на него, блуждаю взглядом по правильным чертам лица, тонким следам усталости в виде морщинки меж бровей и взъерошенных волос. Он, наверное, все это время пытался помочь несчастной, найденной в плену воды. Тут и правда будет не до чего.
Да что же это со мной! Неужели снова приворот голову поднял? Эликсир ведь еще должен действовать!
Он явно понял, что со мной творится неладное, добавив:
– Я их вам конечно же дам, но это мало поможет. Дело в том, что противоядие варится девять дней. А у меня нет основного ингредиента.
– Как это? – внутри будто что-то оборвалось, – Где же его взять?
Он чуть помолчал, странно на меня взглянув. Отошел к столу, скинул мантию с плеч и бросил ее на спинку кресла. Я уставилась на обтянутую белой рубашкой спину. В горле моментально пересохло. Котовский же, не оборачиваясь, продолжил тему немного в другом русле:
– Вся эта история с противозаконным зельем должна в ближайшее время разрешиться. Я запустил диагностику. И если оно все же ваше, лучше б вам признаться заранее.
– Оно не мое, – повторила в третий раз за сегодняшний день. И чуть помедлив, добавила, – Но я знаю, чье оно.
– Даже так? – бросил взгляд через плечо, – Чье же?
– Алевтины Юневой. Она хотела приворожить вас, но в ее планы вмешалась я… Совершенно случайно, вы не подумайте.
К чему это глупое уточнение? Ясно же, намеренно в такую ловушку даже полная дура не угодит.
Он неторопливо приблизился, останавливаясь в одном шаге и пристально на меня глядя. В животе затрепетало, невыносимо захотелось преодолеть этот шаг и оказаться еще ближе. До той непростительной близости, когда чувствуешь тепло его дыхания и безрассудно тонешь в синих омутах глаз.
– Тогда у нее талант, – тихо, пуская дрожь по коже, – Судя по всему, мой эликсир вам помогает лишь на приличном от меня расстоянии. У ведьмы получилось либо очень сильное, либо до безобразия бракованное зелье. Жаль будет исключать такое дарование.
– Я… Я не…
– Бросьте, Агния. Я же по глазам всё вижу.
Профессор приподнял уголок губ в легкой усмешке и отошел к стеллажам с книгами. А я спрятала лицо в ладонях, пытаясь унять жар. Какой стыд!
– Вот, держите.
Торопливо отняла руки. Не ожидала, что он так быстро вернется. В широкой ладони блестел тонкий флакончик с розоватой жидкостью.
– Выпейте. И пойдите оденьтесь потеплее. За недостающим ингредиентом придется отправиться в лес.
– Я тоже должна идти?
– Тоже? Только вы и пойдете. Это же вам нужно, не мне.
Сжав зубы, забрала флакон. Даже под действием проклятого приворота нельзя забывать о сволочной натуре Котовского. Мог бы и сопроводить, подлец! Как я одна попрусь в чертов лес?
– Дождь скоро кончится, – не дождавшись моего ответа, проговорил он, – Жду вас через двадцать минут. Я настрою поисковик, вам нужно будет только проследовать за ним, собрать нужной травы и вернуться. Справитесь?
Я кивнула. Поисковик – уже что-то, все ж не в неизвестность меня отправляет, и на том спасибо.
Лес запретных желаний
Метнувшись кабанчиком в нашу с Евой комнату, шустро переоделась в теплое платье, надела мантию с длинными рукавами и глубоким капюшоном, даже обула сапожки, которые планировала начать носить лишь в октябре. Я внутренне мандражировала. Только представлю, что пойду в лес одна-одинешенька, да еще по такой погоде, когда дело к вечеру идет… Сразу же думается, что не так уж этот приворот мне и мешает. Ну, подумаешь, слюни на Котовского пускаю. Одна я, что ли? Вон, многие девчонки добровольно по нему сохнут, а я, как ни как, по несчастливой случайности. Подумала-подумала и продолжила собираться. Выпила эликсир и бесшумно выскользнула в коридор.
Признаться, когда шла домой, собиралась позвать с собой подругу. Но она так сладко спала, уютно свернувшись калачиком под одеялом, что будить ее рука не поднялась. Может получится уговорить самого профессора со мной прогуляться? Уж пол часа из своей жизни мог бы потратить на пострадавшую студентку. К тому же, можно было б телепортнуться до леса. Мне-то пешкодралом придется пилить, а с ним куда быстрее. И безопаснее, чего уж.
В общем, стучала я в уже намозолившие за день двери в твердом намерении слезно просить этого ехидного мужика смягчить свое деревянное сердце и помочь несчастной мне не сгинуть в страшном лесу.
На этот раз тарабанить долго не пришлось. Едва только костяшки пальцев занеслись для третьего стука, в проеме выросла высокая закутанная в черный длинный плащ фигура Котовского. Он вышел, вынуждая меня отступить, и провернул в замке ключом.
Куда намылился? Опять что ли амнезия по мозгам шибанула, забыл, что обещал?
– Эм-м-м, – растерялась я, – Вы уходите? А поисковик?
– Не понадобится. Я пойду с вами. Засомневался в здравомыслии идеи отправлять вас туда без сопровождения.
– Да? Как здорово! Признаться, мне очень страшно идти в лес одной…
Окинув меня снисходительным взглядом, молча протянул руку. Торопливо схватившись за его предплечье, почувствовала резкий рывок в районе солнечного сплетения. Раз – и мы стоим у кромки леса, под ногами чвакает мокрая трава, а под одежду пытается пролезть сырость. Дождя уже не было, но тучи разбредаться не собирались. Позади, мрачным исполином темнел замок, а впереди возвышались могучие деревья. Они будто подпирали ржавыми ветвями тяжелое небо, не давая тому обрушиться на землю новым потоком воды. Выглядел лес, мягко говоря, не гостеприимно. Это не дубовая рощица, что растянулась рядом с Академией, тут царят совсем другие законы. Водятся дикие звери, смыкаются высоко вверху недружелюбные древа и витает в воздухе магия. Особая, древняя, как сама планета…
– Можете уже меня отпустить, дальше пойдем пешком.
Я одернула руку, словно от огня и вновь почувствовала, как в груди разливается тепло. Эликсир еще действовал, но уже не так, как должен был. Хоть бы его хватило на это маленькое путешествие. Дальше останется сварить зелье, а настояться оно может и без меня. Конечно, впереди ожидают девять мучительных дней и бессонных ночей, но появляться рядом с профессором в этот период я не буду. Уже решила. Придется пропустить несколько пар и отработок, это не так страшно, как грозящая альтернатива.
Вошли в лес молча. Нарушать его настороженную тишину было даже страшно. Здесь казалось еще темнее, словно на мир резко опустились сумерки. Какая прелесть… Полумрак, вокруг ни души, и я наедине с единственным мужчиной, рядом с которым у меня тряслись коленки. И отнюдь не от страха. Надо срочно завести разговор, дабы хоть немного отвлечься.
– Профессор, а можете рассказать о пострадавшей студентке? То ведь была стихийная магия, да? Что заточила ее в стене.
Ответил не сразу. Видно раздумывал, стоит ли вообще со мной говорить. Он шел чуть впереди, я семенила следом, стараясь не отставать дальше, чем на пару шагов. Под ногами совершенно никакой тропинки не наблюдалось, но земля была устлана опавшими листьями, и идти по ним было легко.
– Да, именно так. Стихия Воды… Мы увеличили защиту замка, расставили заклятья слежения и ловушек, настроив их на энергетику того колдуна. Если еще раз объявится, я сразу же узнаю.
– То есть, он сейчас не в замке? – я ускорила шаг и поравнялась с ним, попытавшись разглядеть выражение лица.
Котовский казался задумчивым и мрачным, совершенно на разговор не настроенным. Но все ж отвечал.
– Он приходил из вне. Возможно даже астрально.
– То есть, девчонку заколдовала его душа? Разве такое возможно? И зачем она ему понадобилась, что он хотел получить?
– Слишком много вопросов, Агния, – он остановился, внимательно глядя под ноги, – Вам все это знать не обязательно. Мы выследим этого негодяя и поймаем, больше никто не пострадает – это все, что я могу сказать.
Хотелось бы верить…
Котовский присел, легким движением разгребая мокрую листву. Я подошла ближе и склонилась, уперевшись в коленки.
– Что тут? Наш ингредиент?
Казалось, что оголенная земля абсолютно пуста. Черная, безжизненная, пахнущая сыростью и подгнившей листвой.
– Да, – тихо проговорил профессор, – Я нашел место, теперь ваша очередь.
Подняв глаза, непонимающе уставилась в ничего не выражающее лицо.
– Что мне нужно делать?
– Дайте руку.
Он бесцеремонно взял мою ладонь с коленки, и потянул вниз. Я присела, качнувшись вперед и едва не завалившись на мужчину. Стало трудно дышать, кожа под его твердыми пальцами потеплела, меня бросило в жар. К счастью, контакт длился не долго, Котовский прижал мою ладонь к расчищенной земле и отпустил.
– И? Что-то должно произойти? – прошептала, не поднимая глаз. Мы и так находились слишком близко, не хватало еще встречи взглядов.
– Ждите. Это растение откликается только на определенную энергию.
– Какую?
– Любви, желания, страсти – всего того, что вызывает или обостряет приворот.
Вопреки намерениям я вскинула взгляд. Произнесенное казалось слишком смелым и неожиданным. Зачем он это делает? Знает ведь, что эликсир на соплях держится! Лучше говорить на отвлеченные темы, а не вот так, в лоб, констатировать факты.
Но было поздно. Все видимые и невидимые барьеры, созданные моим самообладанием, страхом или магией эликсира необратимо трещали по швам. Я уже не смотрела на землю, в ожидании таинственного растения, не чувствовала холода и сырости земли, на которую опиралась ладонью. Были лишь синие глаза в непростительной близости, еле ощутимый запах свежести мужского парфюма и распаленный пожар, в котором горела моя душа.
Плевать на все!
Не осознавая, что делаю, подалась вперед, упав на колени и обхватила шею Котовского обеими руками. Прижалась к теплому телу, впилась в губы горячим, почти сумасшедшим поцелуем. Я не видела, не слышала, не чувствовала ничего, кроме пульсирующей в животе энергии и ненормальной потребности в прикосновениях одного единственного, того, к кому жалась сейчас, боясь отпустить.
Вдруг, грудь изнутри опалило холодом! Я пошатнулась, потеряв опору и моментально ощутив себя самой одинокой на всем белом свете. Медленно приходя в себя, осознала, что холод этот исходит не изнутри, а снаружи. Еще и струйки воды щекотали по коже, одежда неприятно липла к телу, пуская ледяную дрожь. Наконец, сознание прояснилось.
Я сидела на коленках, обкатанная водой с головы до ног! А еще… А еще, я только что поцеловала профессора! Одно страшнее другого! Резко вскинула взгляд, обхватывая себя за плечи, зубы моментально принялись выстукивать ритм.
Котовский стоял надо мной со слегка отрешенным видом.
– Простите за душ, это был единственный выход.
Он вновь присел на корточки, провел ладонью по моей спине, моментально согревая. Волна магии прошлась теплой волной по телу, высушивая одежду и волосы, убирая лужу, в которой я стояла. Слова отказывались находиться, единственное, чего мне хотелось – провалиться сквозь землю и больше никогда-никогда не встречаться с Котовским. Стыд, необъяснимая боль и еще куча разных эмоций смешались в один тугой комок и вдруг выплеснулись наружу слезами. Я закрыла лицо в ладонях и расплакалась.
– Ну что же вы, – донеслось до меня сквозь всхлипы, – Не нужно так горько плакать. Ничего смертельного не случилось.
Совершенно неожиданные объятия, на которые не нашлось никакой реакции. Лишь тишина в мыслях и ноющая пустота. Словно приворот достиг своей кульминации и выжег изнутри.
Профессор прижал меня к груди и погладили по волосам.
– Я это так просто не оставлю. Та, кто сварила зелье, получит по заслугам. Обещаю, Агния. И противоядие мы сварим, так быстро, насколько это возможно. Все, что от меня зависит, я сделаю. Только не плачьте. Никто не умер, в самом-то деле!
– Мне ж-жутко сты-ы-ыдно, – всхлипнула, сжав отвороты его плаща в кулаках.
– Никто ничего не видел. Значит, ничего и не было. Успокойтесь, и давайте соберем плоды этой вспышки вызванных приворотом чувств.
Я взглянула вниз. Мы стояли в белых, удивительно нежных цветах. Три лепестка на тонком стебле тянулись к моим ногам, словно я была источником их жизни. От удивления, даже немного успокоилась.
– Это Слепая Ригония. То, зачем мы пришли.
Котовский отпустил меня, склонился к цветам и сорвал несколько пучков волшебного растения. Я вытерла с щек последние слезы, окончательно успокаиваясь.
Лёлька должна поплатиться за все мои страдания. Если профессор сдержит слово и накажет ее по всей строгости, мне ни капельки ее не будет жаль.
Ведьмакам закон не писан
Благодаря выбросу эмоций в лесу, ночь я спала, как младенец. А может второй эликсир, в отсутствии рядом предмета моего искусственного влечения, продолжал действовать в полную мощь. Профессор же говорил, что зелье вышло либо очень сильным, либо бракованным, потому ничего не могло мне помочь, когда мы оказывались рядом. Ложась вчера спать, я очень надеялась, что произошедшее забудется, обратится страшным сном или нездоровой фантазией. Но, увы, реальность была куда бессердечнее… Паршивка Лёлька превзошла все свои умственные и магические способности, сварганив самый ядреный приворот, какой только можно было сделать, не имея опыта.
Едва лишь открыла глаза, в голову ворвались картинки воспоминаний – захотелось немедленно уснуть снова и не просыпаться. Я помнила всё: от приятной мягкости его губ, до прохладной свежести запаха. Впервые за годы обучения в Академии я не хотела покидать свою комнату.
Петух сегодня молчал. Благодаря этому поняла, что сегодня выходной. Значит, можно вполне законно остаться в четырех стенах и слиться с кроватью.
– Как спалось?
Голос Евы прозвучал слишком громко в утренней тишине. Я вынырнула из мыслей, переворачиваясь на бок, и нашла подругу взглядом. Удивительно, она уже была одета! Стояла у зеркала, висевшего на дверце шкафа и расчёсывала волосы. Черные джинсы, темно-синий свитер и подготовленная на зависшей в воздухе вешалке мантия намекали на прогулку.