скачать книгу бесплатно
Возможно, если бы мне удалось хоть чуточку поспать, я бы смогла пересилить себя и отвернуться.
Возможно, если бы Ева вчера оказалась дома и все же смогла мне помочь, я бы была сейчас с ней и даже не обратила бы на него внимания.
Если бы я не тронула ту бутыль…
Но увы, множество «если бы» сформировались в один огромный снежный ком, грохнувшийся сейчас мне на голову. Забыв обо всем на свете, я, не отдавая себе отчета, двинулась в сторону мужчины, к которому так невыносимо влекло.
Он наконец обратил на меня внимание, взглянув прямо в глаза.
– Агния, у вас что-то важное?
Тёмная синь опалила душу, подстегнув ускориться и почти упасть в его интуитивно раскрытые объятия.
– Да, профессор. Важнее просто некуда…
Обхватив ошеломленного мужчину за шею, поднялась на носочки и потянулась к губам. Еще мгновение, и я его поцелую. Вот его горячее дыхание на моей коже, его запах, окутывающий, гипнотизирующий… Пара сантиметров до самого желанного и необходимого. И вдруг одним резким движением меня прижали к твердой мужской груди. Я стукнулась носом о пуговицу на сюртуке и немного пришла в себя от резкой боли.
Котовский поднял меня на руки, проговорив кому-то:
– Студентке плохо, она в обмороке. Зовите знахаря, пусть проверит всё, к чему эта девушка прикасалась за завтраком.
– О, милостивые Боги! – заголосила совсем рядом декан моего факультета. Возможно она шла в столовую следом за ним, – А ее куда? Вам надо в больничное крыло!
– Именно туда я и направляюсь, – напряженный, звенящий сталью голос не предвещал ничего хорошего.
Я сжалась в его руках, вцепившись в отвороты мантии и зажмурившись. Если бы не быстрая реакция Котовского, нам бы обоим светило административное разбирательство! Любовная связь преподавателя со студенткой очень строго каралась.
Что ж, радует одно – скрывать теперь от него в общем-то нечего…
Допрос с пристрастием не удался
Тащить груз в пятьдесят кило на своих двоих Котовский не стал. Всего мгновение – и магия перенесла нас прямиком в его кабинет. Бросив меня в кресло, как мешок с картошкой, тут же отвернулся и в гробовом молчании отправился в смежную комнату.
Мигом подскочив, одернула юбку, поправила перекосившуюся мантию и в панике забегала глазами по сторонам. В первую очередь повернулась к рабочему столу, где вчера нашла треклятую бутыль. Ее не было. Глупо конечно ожидать обратное, но все же малюсенькая надежда оставалась. Можно было сейчас схватить зелье и броситься прочь отсюда, найти Евку и заставить ее сварить противоядие. К моменту допроса я б уже была в здравом уме и смогла оправдаться словами типа: «Какой поцелуй? Вам показалось, мне просто стало резко плохо».
– Что-то ищете?
Вздрогнула, обернувшись. Сглотнула ком в горле, пытаясь унять крупную дрожь вновь охватившую всё тело.
– Это не больничное крыло, – только и смогла промямлить я, почему-то попятившись от не пошевелившегося профессора.
Отступать оказалось особо не куда, совсем скоро уперлась поясницей в край столешницы. Схватившись за нее до побелевших костяшек пальцев, обреченно уставилась на предмет своего искусственного влечения. Он стоял у стеллажа с книгами, держа бутылку без этикеток.
– Ваше?
– Н-н-нет…
Неторопливо двинулся вперед, с каждым шагом закручивая узел напряжения в моем животе.
“Не подходите, пожалуйста, только не приближайтесь ко мне! Мы одни в комнате, сюда никто не зайдет, даже со стуком”, – истерично вопил внутренний голос.
Кабинет Тёмных Искусств вообще предпочитают обходить стороной. Если я повисла у Котовского на шее при всем честном народе, здесь вообще нет никаких преград! А судя по его поведению, он не особо переживает о последствиях нашего уединения.
Словно прочитав мои мысли, мужчина остановился в двух шагах и открыл бутыль. Поболтал содержимое, понюхал и на моих расширившихся от ужаса глазах поднес горлышко ко рту…
– Нет! Не пейте из нее! – вскрикнула, подавшись навстречу.
Профессор замер, вопросительно вздернув черную бровь.
– Почему? Это же не ваше, откуда вам знать, что в ней?
Я молчала. Ответ уже вертелся на кончике языка – послать все к чертям и сдать Лёльку со всеми потрохами. Пусть ее отчисляют прямо сейчас, без долгих диагностик и разбирательств. В самом деле, сколько можно из-за нее мучиться? Но едва я успела хоть что-то произнести, он все же завершил прерванное действие и сделал большой глоток из бутылки.
– Нет-нет-нет! – чуть ли не завизжала я, отскочив обратно к столу и зажав лицо в ладонях.
Мало мне своей болячки, фальшивой влюбленности Тёмного я просто не переживу! Даже собственным желаниям противиться не в состоянии, а если уж они станут взаимны… Мама, спаси меня!
– Успокойтесь, Агния. Ваше любовное зелье в другой ёмкости.
Спокойный, без капли эмоций голос словно плеснул в лицо холодной водой.
Он знал! Прекрасно понимал, что делает и все же издевался надо мной! Вот же… Вот же гад!
– Оно не мое!
– И всё же можно было пойти до конца, поискать в умных книжках, как это зелье действует, – гнул свою линию, не обращая на мои слова внимания. – Сварить мозгов хватило, а довести до ума – увы, нет. Что ж, просвещаю: если вы желаете кого-то приворожить, зелье должен выпить объект вашей тайной страсти, а не вы сами…
– Да не мое оно! Это любая диагностика подтвердит, хватит издеваться, – я внутренне кипела! Удивительно, но от злости все влечение как рукой сняло, хотя сердце продолжало неровно биться, а руки – дрожать. Правда не ясно, причина тому приворот или же мое негодование.
Объект тайной страсти! Это ж надо было так сказать! Лицо пылало от стыда, что он так обо мне подумал, я не знала, куда себя деть.
– Хорошо, тогда чье? На бутылке следы вашей энергии, значит вы последняя трогали ее. Должно быть тогда же и подхватили эту… болезнь.
– Да какую болезнь, это же настоящее проклятие! – меня прорвало, – Я всю ночь не спала, мне такое мерещилось! Вы не представляете, я чуть с ума не сошла!
– Ну почему же… Вполне себе представляю. А вместо того, чтобы лезть на стену от сомнительного содержания фантазий, пришли бы ко мне.
Поперхнувшись следующими словами, вытаращила глаза. Эт на что он сейчас намекнул?! Во рту резко пересохло, и вся готовая было вырваться тирада загнулась в зародыше. Вместо нее со скоростью звука сформировалась другая, абсолютно не подходящая для разговора с профессором.
К счастью, меня опередили:
– Я бы вручил вам вот это, – он вытащил из кармана мантии тонкий маленький флакончик с розоватой жидкостью, – Это не антидот, но на некоторое время притупляет действие приворота. Берите.
Слава богу, я ничего не успела ляпнуть! Неловкая ситуация переросла бы в невыносимо ужасную. И пришлось бы самоисключаться из академии, не дожидаясь громких разбирательств.
– Спасибо! – шагнув навстречу, забрала флакон. Наши пальцы соприкоснулись всего на мгновение, а по коже прошелся разряд. Вздрогнув, опустила глаза и поторопилась отойти.
Сразу же открутила деревянную крышечку и выпила содержимое одним глотком. Поморщилась. Какая же гадость! Горькая, как полынь!
– А теперь, присаживайтесь, у нас выйдет долгий разговор.
Что ж, я и не рассчитывала быстро отделаться…
Пару секунд не шевелилась, прислушиваясь к себе. О действии эликсира ничего не знала, но меня бы устроило просто отсутствие всяких мыслей об этом мужчине. Пусть все станет, как прежде – пусть вызывает страх, раздражение и желание не попадаться ему на глаза. Только не всё то, что пришлось прочувствовать за последние сутки.
Постепенно жар сошел на нет, тугой узел в животе расслабился и стало легче дышать. Отлично!
– Агния, вы слышите меня?
Взглянув на него, поразилась удивительной тишине в мыслях. На фоне калейдоскопа эмоций, мечущихся во мне минуту назад, я словно оказалась в невесомости. Непроизвольно растянулась в улыбке, радуясь, как маленькая.
– Да, конечно, профессор.
Пройдя к креслу, присела на край и сложила руки на коленках, как самая прилежная ведьмочка в этой академии. Теперь я спокойно могла выслушать что угодно и даже попытаться отсрочить разоблачение Лёльки. Хоть она и сволочь последняя, чудесное избавление от действия приворота увеличило уровень моей доброты вдвое.
– Начнем с того, что подобных эликсиров у меня всего три. Повторяю, это не антидот, их действие временное. Приблизительно восемнадцать-двадцать часов. И на вашем месте, я бы подождал вечера, прежде чем его пить.
Радость избавления заметно поугасла. А нельзя было сразу об этом сказать? До того, как я выхлебала всё до капли! А теперь, если слова его верны, очередной приступ нездоровой влюбленности атакует меня приблизительно к четырем утра.
– Но вы же дадите мне оставшиеся два флакончика?
Он не успел ответить, дверь в кабинет вдруг распахнулась и на пороге показалась высокая блондинка с заколотыми в высокую прическу волосами. А я думала, сюда без стука никто не заходит…
– Алан, мне очень нужна твоя помощь… – начала, даже не удосужившись убедиться в отсутствии посторонних. Но осеклась, разглядев наконец меня, – Ой, я не думала, что ты занят.
Это была училка по ритуальной магии, Флора Ригз, которую и профессором-то сложно назвать. Появилась в академии в конце прошлого года, сразу же принявшись строить из себя не пойми какую леди. А сама лет на пять всего старше студентов выпускного курса.
– Я позже зайду!
– Нет, ничего, оставайся, – Котовский мягко улыбнулся, заметно посветлев в лице.
Вы ж только гляньте на него! Хвост трубой, рожа табуретом!
Бесспорно, Флора относилась к тем женщинам, на которых не обратить внимания – по-черному сглупить. Красивая, но по мне слишком приторная: пухлые губы, тёплые карие глаза, почти белые длинные волосы, правильный овал лица. Стройная, любит эффектно одеваться – корсеты, юбки с воланами, высокие каблуки. В общем, не женщина, а оружие массового поражения мужской половины человечества!
– Агния, вы пока свободны. Декану можете сказать, что переутомились за учебниками, а я дал вам восстанавливающий силы отвар.
Я не поверила своим ушам! То есть, мурлыканье с этой шваброй гидроперидной важнее чертовщины с любовным зельем?
– После занятий, жду вас на отработках. Поможете мне с изготовлением некоторых зелий, – добавил он, явно намекая на противоядие, что меня окончательно излечит.
– Хорошо, – сдержано ответила я и поторопилась удалиться.
К отработкам уже привыкла. А уж если в этот раз мне от них еще и польза будет – вообще блеск! Главное, чтобы не произошло ничего непредвиденного. Вдруг противоядие варится слишком долго или с ингредиентами будет проблема? Я никогда не интересовалась подобным. Приворот относится к запрещенному колдовству, на факультете Целительства эту тему ставят лишь к концу последнего курса. Сугубо для ознакомления с общей информацией и технологией изготовления антидота. По ней даже практики нет. По желанию можно конечно самообучиться более углубленно и даже попытаться сварить зелье. Как сделала Лёлька. Или же поступить на темномагический, дабы уделить этому пару лет, как Ева.
Я прекрасно справлялась практически со всеми дисциплинами, но вот с Тёмными Искусствами дела как-то сразу не сложились. В моей жизни этот предмет появился в прошлом году. Тогда же я познакомилась с графом Аланом Котовским и шедшими в комплекте отработками. Сначала он упрямо пытался научить меня и еще парочку таких же нерадивых студентов тому, чего мы не понимала на парах, но потом заменил это нелегкое дело банальной физической работой. Что поделать, не каждому дано преуспеть в темной магии. Главное, что теорию я знаю, а уж если вдруг попадется в моей практике пациент пострадавший от редкого проклятья, сделаю всё возможное, дабы эти знания применить.
Удар колокола, оповещающий о начале первой пары застал меня как раз на лестнице четвертого этажа. Если потороплюсь, успею проскочить в аудиторию до блокировки дверей. Профессор Травологии, по совместительству мой декан, обычно задерживалась по утрам. А сегодня скорее всего не появится, пока не перепроверит все меню завтрака. Мне еще нужно как-то ей объяснить свое внезапное исцеление от утрешнего недуга. Она такая дотошная! Голых слов Котовского про «восстанавливающий силы отвар», что он якобы мне дал, может и не хватить.
Я сорвалась на бег. По левую сторону высокие арочные окна, справа сплошная стена и далеко впереди пара дверей в женский туалет. На этом этаже располагались всего три кабинета и все они были в самом конце, за поворотом.
В ушах эхом отражался звук колокола и дальний шум спешащих на другие пары студентов. Даже не смотрела под ноги, уверенная, что никаких преград в прямом коридоре встретиться не может. А зря!
Следующим шагом нога вдруг поехала на чем-то скользком. Первой реакцией взмахнув руками, постаралась удержать равновесие – не удалось. Еще секунда и я распласталась на каменном полу, больно ударившись копчиком, а затем затылком.
– Ой-ёй… – застонала, считая звездочки перед глазами.
Похоже на этой неделе я соберу все возможные несчастья!
Звук приближающихся шагов немного привел в чувства. Не хватало еще деканше меня обнаружить во втором припадке за день – письма отцу не избежать! Заерзав, словно черепаха, перевернувшаяся кверху пузом, попыталась встать.
– Давай помогу… – знакомый голос над головой и мужские ладони быстро подхватывают меня под руки. – Не ушиблась, Огонек?
Злой рок! Снова Шмель. Ну что за беда на мою несчастную голову? Кстати о ней… Я поморщилась, растирая затылок. Неплохой вышел удар, такими темпами все же попаду сегодня на больничную койку.
– Спасибо. Ты меня преследуешь?
– Прости милая, но не в этот раз.
Высвободившись из его рук, оглядела пол:
– Вода? Откуда тут такая лужа?
Именно на ней я поскользнулась. Да еще кажется промочила мантию!
Ёся молчал. Заинтересовавшись, взглянула на него. Отсутствие привычной глупой улыбочки, сведенные на переносице брови и в целом серьезный вид не на шутку напугал. Я его таким еще ни разу не видела…
– Я тут кое-что нашел… Собирался звать кого-то из профессоров, но услышал смачный звук шлепнувшейся на пол задницы. Пришлось отвлечься на героический поступок.
Скривившись, скрестила руки на груди. Все нормально, дело не так плохо, раз истинная натура Шмеля барахтается на поверхности.
– Хочешь, покажу?
– Не тяни кота за хвост, выкладывай! Что бы то ни было, я из-за этого пострадала.
Он кивнул, поманив меня пальцем:
– Пойдем.
Идти пришлось не далеко, всего-то до входа в женский туалет. Я непонимающе уставилась на Ёсю. Это очередная тупая шуточка? Он опередил мой вопрос, указывая на тонкую, едва заметную трещину. Прищурившись, подошла ближе. Словно ручеек, она спускалась с потолка, следовала по стене, перемещалась на пол… Внутри нее что-то блестело, переливалось, словно находилось в движении. Захотелось протянуть руку и коснуться, пощупать. Но Шмель перехватил мою ладонь.
– Это вода. Трещина тянется как раз до того места, где ты упала.
Я перевела на него вопросительный взгляд.
– Если это просто вода, почему нельзя ее коснуться?
– Тебе не кажется странным ее поведение? Она движется по тонкой колее трещины. Откуда взялась и что за сила ею руководит?