Созвездие между нами

Время тянулось медленно. Они сидели недолго — смеялись, переговаривались, иногда слишком громко, но вскоре начали собираться. Я заметила это краем глаза, когда убирала соседний столик.

Джессика встала первой, поправляя сумку на плече, бросила короткое «пойдём», будто делала одолжение всем вокруг. Подруги тут же зашевелились.

Рексфорд поднялся последним. Он уже почти развернулся к выходу, и я была уверена, что на этом всё закончится. Что он так и уйдёт, делая вид, будто меня не существует.

Но у самой двери он вдруг остановился.

Я не смотрела на него — по крайней мере, мне так казалось. Я протирала стол, сосредоточенно, слишком старательно. И всё же почувствовала.

Взгляд.

Один короткий, тяжёлый взгляд, скользнувший по мне — без улыбки, без насмешки, без слов. В нём было что-то непонятное, словно он увидел меня иначе, чем привык.

Потом он отвернулся и вышел вслед за Джессикой.

Колокольчик над дверью стих, и кафе окончательно вернулось к своему обычному вечернему ритму. Я ещё несколько секунд смотрела на пустой столик, будто могла найти там ответ на вопрос, который сама себе боялась задать. Потом стряхнула с себя это наваждение, убрала посуду и закончила смену так, словно ничего особенного не произошло.

Но, конечно, произошло.

По дороге домой я ловила себя на том, что снова и снова прокручиваю в голове один-единственный момент — тот короткий взгляд у самой двери. Не дерзкий, не насмешливый, а странно задумчивый. От этого становилось только хуже. Я злилась на себя за то, что позволяю какому-то парню занимать мои мысли, когда у меня есть куда более важные вещи: работа, планы, будущее.

Ночью я долго не могла уснуть. В голове крутились обрывки фраз, запах кофе, шум кафе и ощущение, будто что-то медленно, но неизбежно сдвинулось с места. К утру усталость лишь притупила эмоции, но не убрала их полностью.

Именно поэтому, когда на следующий день мама предложила сходить вместе в магазин, я неожиданно согласилась. Обычно я находила сто причин отказаться: домашка, усталость, банальное нежелание таскаться по торговым рядам. Но в этот раз мне отчаянно хотелось отвлечься, занять руки и голову чем угодно, лишь бы не возвращаться мыслями к вчерашнему вечеру.

Супермаркет встретил нас запахом свежего хлеба и гулом голосов. Я катала тележку, мама методично вычёркивала позиции из списка. Всё выглядело спокойно, но внутри меня бушевала буря, которую я прятала за привычным безразличием.

— Ты в последнее время какая-то напряжённая, — заметила мама, останавливаясь у полки с макаронами.

Я вздохнула, делая вид, что выбираю упаковку.

— Всё нормально. Просто устала.

— Эли, — мама посмотрела на меня, и в её взгляде было слишком много понимания. — Я ведь вижу.

Я замерла, чувствуя, как внутри сжимается всё до боли.

— Может, расскажешь, что случилось? — продолжила она. — Ты всё время ходишь сама не своя.

Я прикусила губу, но быстро отвернулась.

— Ничего, правда. Просто школа.

— Ты уверена? — голос мамы был мягким, но настойчивым.

Я кивнула, глядя в пол.

Она вздохнула и больше не стала настаивать. Но я видела, как в её глазах промелькнула тревога.

Если бы ты только знала, мама, что всё это из-за одного самодовольного парня… — подумала я с горечью.

После похода в магазин стало только яснее: отвлечься по-настоящему у меня не получается. Я делала вид, что слушаю маму, кивала в нужных местах, помогала складывать продукты, но мысли упрямо возвращались к одному и тому же. К кафе. К вечеру. К короткому взгляду у двери и звону колокольчика, который почему-то засел в голове сильнее любой фразы.

Мама больше не поднимала эту тему, но я чувствовала её тревогу кожей. Она словно боялась задать лишний вопрос, чтобы не сломать хрупкое равновесие, которое я так старательно изображала.

Ночью я почти не спала. Переворачивалась с боку на бок, убеждала себя, что мне всё равно, что Рексфорд — это просто раздражающий фактор, который скоро исчезнет из моей жизни. Но утро всё равно принесло с собой тяжесть, будто впереди меня ждало что-то неизбежное.

В субботу я проснулась рано, хотя в голове гудело от тяжёлых мыслей. Всё утро металась по комнате, перебирая одежду, то решая идти, то решая остаться дома. «Если пойдёшь — дашь ему повод думать, что тебе не всё равно. Если не пойдёшь — он всё равно будет чувствовать себя победителем».

Телефон завибрировал. Сообщение от Блейка.

Я слышал, что у вас не срослось с Рексом, и я бы хотел тебе предложить сходить развеяться. Сегодня вечеринка у Стивенсона, поэтому приглашаю тебя, если хочешь конечно пойти? Б.

Я уставилась на экран. Интересно, все уже были в курсе того, что никаких отношений между мной и Рексом и не было?

Вспоминая наш последний разговор в школе, я вдруг вспыхнула от злости — да кем он себя возомнил? Словно я не могу ни с кем пойти на вечеринку, помимо него. Это была отличная возможность показать Грину, что мир не вертится вокруг него. Подумав с минуту, я набираю ответ.

Почему бы и нет. Э.

Круто. Могу заехать за тобой. Б.

Я прикусила губу, но через секунду набрала:

Буду ждать. Э.

И сердце забилось быстрее. Неужели я всерьёз собираюсь использовать Блейка, чтобы позлить Рексфорда?..

Я стояла перед зеркалом и никак не могла выбрать наряд. Одно платье казалось слишком простым, другое — слишком нарядным. В итоге я остановилась на тёмных джинсах и облегающем топе, поверх набросив лёгкую куртку. Достаточно стильно, но без перебора.

Я долго смотрела на своё отражение. В голове вертелось только одно:

«Когда Рексфорд увидит меня с Блейком, его лицо изменится. Он больше не будет ухмыляться».

И именно эта мысль дала мне силы выйти из дома.

Дом Стивенсона гудел, как улей. Музыка доносилась ещё с улицы, а внутри толпа подростков с красными стаканами в руках смеялась и танцевала

Я почувствовала дежавю, вспоминая, что произошло на подобной вечеринке в прошлую пятницу, но быстро отогнала от себя эти мысли. Рексфорд с Джессикой, и он не стоит одного пенни моих мыслей.

Блейк шёл рядом, держал меня под руку, и я чувствовала, как он гордится тем, что пришёл со мной. Я до сих пор не понимала, чем я думала, соглашаясь на его предложение, но мне хотелось позлить Грина, так что все средства хороши. На самом деле Блейк не такой уж и плохой, просто настырное внимание я не любила, поэтому каждый раз отшивала его.

И именно в этот момент я увидела его.

Рексфорд стоял у стены, разговаривал с парой ребят, но его взгляд мгновенно упал на нас. Его глаза скользнули по нашему сцепленному локтю, задержались, и я заметила, как исчезла его привычная ухмылка.

Я внутренне вздрогнула, но не подала вида. Наоборот, крепче прижалась к Блейку и улыбнулась так, словно весь вечер предназначен только для нас двоих.

И именно тогда я поняла: я не позволю Рексфорду Грину думать, что он влияет на меня.

Гул басов бил прямо в грудь, оглушая и лишая возможности сосредоточиться. Воздух был пропитан запахом пиццы и сладких духов. Смех и разговоры смешивались в единый шум, но, несмотря на всё это, я чувствовала только одно — его взгляд.

Рексфорд не сводил с меня глаз. Он стоял у стены, лениво прислонившись к полке с какими-то дисками, и будто совсем не слушал собеседников. Но я знала: каждое моё движение под его контролем.

— Ну что, пойдём выпьем чего-нибудь? — Блейк склонился ко мне ближе, перекрикивая музыку.

Я кивнула. Мы направились к столу, где стояли напитки и закуски. Блейк налил нам по стакану колы, один из которых протянул мне.

— Ты хорошо выглядишь, — сказал он с улыбкой.

— Спасибо, — я постаралась улыбнуться в ответ, хотя внутри всё было сосредоточено на том, что творится за моей спиной.

Блейк начал рассказывать что-то про тренировку по футболу, как команда готовится к финалу. Я кивала в нужных местах, но мысли упрямо возвращались к тому, что, возможно, прямо сейчас Рексфорд злится. И это чувство странным образом грело изнутри.

Когда мы отошли в сторону, к нам подошла Джессика с двумя подружками. Она окинула меня взглядом с головы до ног, её губы растянулись в хищной улыбке.

— Ого, Элиана, — протянула она громко, чтобы все услышали. — Неужели у тебя наконец-то появился кавалер?

Её слова вызвали смешки в компании. Блейк слегка напрягся, но тут же выпрямился, демонстративно обнял меня за плечи.

— Да, а что? — ответил он уверенно. — Есть какие-то возражения?

Джессика усмехнулась и, не отводя глаз от меня, добавила:

— Просто удивительно. Ещё недавно ты утверждала, что занята… помнишь?

Моё сердце ухнуло вниз. Конечно, она знала. Все знали. Видимо Рексфорд и растрепал всю эту чушь.

Я почувствовала, как лицо вспыхнуло. Но тут же собралась.

— Люди меняются, — холодно ответила я. — Не все вечно застревают на одном месте.

Джессика прищурилась, но больше ничего не сказала, лишь фыркнула и отошла к своим.

Блейк посмотрел на меня вопросительно, но я сделала вид, что ничего особенного не произошло.

— Забудь, — сказала я, отпив из стакана. — Она просто любит внимание.

Но на самом деле внутри меня всё дрожало. Я знала: Рексфорд слышал. Он мог не слышать каждое слово, но уж намёка ему было достаточно.

Музыка становилась всё громче, и народ потянулся на импровизированный танцпол в гостиной. Блейк тоже предложил:

— Пойдём?

Я хотела отказаться, но взгляд Рексфорда, который я снова поймала через толпу, сделал своё дело. Пусть видит. Пусть понимает.

Мы вышли в центр, и Блейк положил руки мне на талию. Я старалась двигаться под музыку, хотя сердце стучало так, что казалось, его слышит весь зал.

И именно тогда я заметила, что Рексфорд тоже вышел на танцпол. Не один — рядом с ним крутилась какая-то девчонка, но было очевидно: он танцевал не для неё. Его взгляд всё время возвращался ко мне.

Я почувствовала, как по телу разливается злость. Это была игра. Мы оба понимали это.

Блейк склонился ко мне ближе, почти касаясь щекой.

- Мне кажется или у Джессики сейчас из ушей пар пойдет?

Я проследила за его взглядом и засмеялась.

- Тебе не кажется.

Через какое-то время мне стало душно, и я выскользнула из комнаты, направившись на кухню за водой. Но едва я наливала себе стакан, как услышала знакомый голос:

— Отличная постановка, надо признать.

Я обернулась. Рексфорд стоял в дверях, руки в карманах, ухмылка вернулась на его лицо.

— О чём ты? — холодно спросила я.

— Не делай вид, что не понимаешь, — он сделал шаг ближе. — Пришла с Блейком, которого два года подряд отшивала? И всё ради чего? Чтобы я заметил?

— Не льсти себе, — отрезала я. — Я вообще сюда пришла не ради тебя.

— Правда? — он прищурился. — Тогда зачем держалась за него так, будто хотела мне что-то доказать?

Я почувствовала, как внутри всё закипает.

— Потому что я могу! — выпалила я. — В отличие от тебя, я не трачу жизнь на то, чтобы каждый день менять девчонок!

Его ухмылка исчезла. Взгляд стал жёстким.

— Значит, ты решила играть в мои игры? — голос его был тихим, но в нём звучала угроза.

Я подняла подбородок.

— Я не играю. Я просто больше не позволю тебе думать, что я одна из тех, кого можно поддевать, когда скучно.

Мы замолчали, глядя друг на друга.

В этот момент в кухню вошёл Блейк, положил руку мне на плечо.

— Всё нормально? — спросил он, бросив недоумённый взгляд на Рексфорда.

— Всё отлично, — я ответила и улыбнулась, хотя внутри сердце стучало, будто я пробежала марафон.

Рексфорд медленно окинул нас взглядом, задерживая его на руке Блейка, потом усмехнулся и отошёл, растворившись в толпе. Но я знала — это не конец.

Я посмотрела на Блейка и кивнула:

— Пойдём обратно.

И, прижимаясь к нему, я ясно понимала: сделала то, что хотела. Позлила Рексфорда. Но вместе с этим разожгла огонь, который теперь невозможно будет погасить.

Все закончилось в тот момент, когда я вернулась в зал, чувствуя на себе его взгляд сквозь музыку и смех. Взгляд, от которого никуда не деться.

Элиана

Наше время

Я избегала Рексфорда целую неделю. Как и раньше, лучший способ справиться с ним — просто не видеть его. В этом, пожалуй, вся я.

Я не понимала его мотивов. Зачем было снова проявлять внимание, смотреть так, будто между нами ещё что-то есть… если у него есть невеста? Глупо. Наивно. Я снова позволила себе поверить. В коридорах я меняла направление, едва замечала его светлую макушку. На совещаниях делала вид, что полностью погружена в отчёты, лишь бы не встречаться с ним взглядом.

Когда Уилл попытался назначить нам новый совместный проект, я убедила его, что Рексфорд справится сам. Мне действительно стало всё равно. А может, я себя обманывала? Место главного директора — не для меня. А силы что-то доказывать кому-то закончились окончательно.

На следующий день я зашла к Уиллу — хотела обсудить мысль, которая посетила меня совсем недавно. Но, открыв дверь, застыла на месте: рядом с начальником сидел он.

Рексфорд. Ну конечно.

— Элиана? — Уилл поднял голову.

— З-здравствуйте, — выдохнула я, чувствуя, как всё внутри сжимается, но быстро взяла себя в руки. — Я хотела бы взять неделю отпуска.

— Отпуск? — удивился он. — Что-то случилось? Заболела?

Его искренняя забота даже смутила меня. Забавно — ведь тот, от кого я хотела бы услышать подобное, сидел рядом, выпрямившись и демонстративно не глядя в мою сторону.

— Можно сказать и так, — натянула я улыбку. — Просто… нужно немного разгрузить голову.

— Конечно, — кивнул Уилл. — Отдохни. С завтрашнего дня можешь не приходить.

— Отец, — неожиданно подал голос Рексфорд, — разве ты не хотел, чтобы мы начали новый проект вместе?

В кабинете повисла неловкая пауза. Уилл нахмурился и перевёл взгляд на сына.

— С каких это пор тебя волнуют проекты? В прошлый раз я тебя буквально уговаривал участвовать.

Я заметила, как Рексфорд напрягся, но его голос остался ровным, почти холодным:

— С тех пор, как ты решил передать мне управление.

Он чуть повернулся и добавил с подчеркнутым равнодушием:

— Сейчас слишком много тех, кто предпочитает отдыхать, а не работать. Возможно, стоит пересмотреть кадровую политику.

У меня похолодело внутри. Пот выступил на лбу. Он что — мстит мне за то, что я его избегала? Как же глупо было надеяться, что он не заметил.

Но зачем? Зачем всё это?

— Рекс, — голос Уилла прозвучал спокойно, но твёрдо. — Пока ты не генеральный директор, решаю я. Элиана за годы работы ни разу не брала отпуск. Так что умерь пыл.

Он повернулся ко мне уже мягче:

— Можешь идти, Элиана. Не беспокойся ни о чём.

— Спасибо, — кивнула я и бросила короткий взгляд на Рекса.

Он смотрел на меня. Не отводил взгляда. И в этом взгляде было не просто раздражение. Что-то другое. Слишком личное.

Я вышла из кабинета с ощущением, будто с плеч свалился камень. Но стоило сделать несколько шагов, как кто-то перехватил мою руку.

— Спешишь в отпуск? — насмешливо произнёс голос, который я предпочла бы больше не слышать.

Я резко вырвала руку и ускорила шаг, но он обогнал меня и встал прямо передо мной, перекрыв путь. Из-за любопытных взглядов коллег по спине пробежали мурашки.

— Что тебе нужно, Рексфорд? — холодно спросила я. — Мне некогда играть в твои игры.

Он наклонился ближе, и я уловила знакомый аромат его парфюма.

— Игры? Нет. Мне просто интересно, почему ты от меня бегаешь. Прямо как в школе.

— С чего ты взял, что я бегаю? — приподняла я бровь и усмехнулась. — Ты переоцениваешь своё влияние. Мир, к счастью, не вращается вокруг тебя.

Он прищурился.

— Как мило. Почти эти же слова ты сказала мне в первый день нашего знакомства.

Я стиснула зубы.

— Забавно, что ты помнишь. А теперь — отойди, пожалуйста.

— К чему такая спешка? — его голос стал ниже, мягче, но в нём появилась настороженность.

— Потому что у некоторых действительно есть дела, — отрезала я и, оттолкнув его, прошла мимо.

В офисе уже перешёптывались. Я знала — завтра половина этажа будет обсуждать «сцену у кабинета».

Чёрт с ними.

Всю дорогу до дома мысли возвращались к прошлому, к тому, что нас связывало. Наше общение всегда было таким — напряжённым, обрывочным. Но почему я вдруг решила, что он искренен?

Он ни разу не упоминал о своей невесте. А в тот день, когда она появилась, я ушла сразу же — лишь бы не видеть счастливые улыбки, от которых хотелось выстрелить себе в висок.

Выйдя из такси, я решила зайти в магазин. Купила любимое красное вино и встала в очередь.

На кассе, роясь в сумке, я поняла, что кошелька нет.

— Да где же ты, чёрт тебя дери? — прошипела я, выворачивая всё содержимое.

— Девушка, вы будете оплачивать? — протянула кассирша лет шестидесяти с ярко-розовой помадой, тут же надувая пузырь из жвачки.

— Да, сейчас… секунду, — пробормотала я, чувствуя, как краснею.

Очередь за спиной начала недовольно шевелиться. И вдруг — спокойный мужской голос:

— Позвольте, я заплачу.

Я обернулась. Позади стоял парень примерно моего возраста — высокий, тёмноволосый, с мягкими чертами и доброй улыбкой. В руках у него была бутылка белого вина.

— Это неловко… — начала я. — Я могу перевести деньги, просто кошелёк…

— Не нужно, — улыбнулся он. — Вдруг в следующий раз забуду я, а вы окажетесь рядом — тогда и рассчитаемся.

Он сказал это с таким лёгким шармом, что я неожиданно рассмеялась.

Когда с покупками было закончено, мы вышли вместе.

— Спасибо, — сказала я. — Вы правда меня выручили.

— Всегда рад помочь. Кстати, меня зовут Кристофер.

— Элиана.

Он кивнул, улыбнувшись уголками губ.

— Надеюсь, это не последняя случайность в нашей жизни.

Я не нашла, что ответить. Просто стояла с бутылкой вина в руках, глядя, как он уходит.

И только дома заметила — бутылка была белой.

— Хотела красное, получила белое, — усмехнулась я. — Как символично.

Открыв вино, я подумала: иногда судьба просто подмигивает, предлагая новый вкус, даже если ты ещё не готова его попробовать.

Первый день отпуска прошёл в странной смеси тишины и хаоса.

Я не включала ноутбук, не брала трубку, не отвечала на сообщения. Телевизор играл фоном — бессмысленно, как шум, который должен был заглушить мысли. Я сидела на диване, завернувшись в плед, с бутылкой вина в руке и пустым взглядом, уставленным в одну точку.

Мысли снова и снова возвращались к нему. К Рексфорду.

Почему он притворялся? Зачем эти взгляды, эти недосказанные слова, если у него есть невеста? Я снова повелась. Снова позволила себе поверить. Глупо — так же, как в семнадцать.

— Ты собираешься когда-нибудь отлипнуть от этого дивана? — голос Люси заставил меня вздрогнуть.

Моя соседка и по совместительству подруга стояла в дверях гостиной с чашкой какао и видом человека, решившего устроить мне «интервенцию».

— Я отдыхаю, — буркнула я, делая вид, что сериал на экране меня безумно увлекает.

— Да уж, вижу. Отдыхаешь от жизни, мужчин и шампуня, — Люси уселась рядом, запахнув мягкий халат. — Эли, хватит. Он того не стоит.

Я тяжело вздохнула и потянулась к бокалу.

— Люси, я не хочу это обсуждать.

— Отлично, не будем, — она резко поднялась. — Просто завтра ты идёшь на свидание.

— Что?! — я чуть не поперхнулась вином. — С кем?

— С сюрпризом. Свидание вслепую. «Bel Canto». Семь вечера, — она улыбнулась своей победной улыбкой. — И надень бордовое платье. Единственное, которое ещё помнит, как выглядит жизнь.

Я закатила глаза. Спорить с Люси было бесполезно.

На следующий вечер я всё-таки пошла.

Платье действительно сидело идеально — глубокий бордовый подчёркивал кожу, ткань мягко касалась коленей. Волосы я оставила распущенными, макияж сделал лицо увереннее, чем я себя чувствовала.

«Bel Canto» встретил приглушённым светом и тихим джазом. Официант проводил меня к столику у окна. Я нервно перебирала край салфетки, уже начиная жалеть, что согласилась.

— Кажется, мы уже встречались? — раздался за спиной знакомый голос.

Я обернулась и застыла.

Передо мной стоял тот самый парень из супермаркета.

— Вы… — растерянно сказала я. — Тот самый…

— Кристофер, — он улыбнулся. — И, похоже, судьба решила, что нам стоит увидеться снова.

Я тихо рассмеялась.

— Вы тоже здесь… по инициативе друзей?

— Именно, — он сел напротив. — Сказали, что пора перестать работать и начать жить.

— Как знакомо, — усмехнулась я. — У меня тот же диагноз.

Разговор шёл удивительно легко. Он был искренним, немного рассеянным, с живыми глазами и тёплой улыбкой. Мы смеялись, делились неловкими историями — и впервые за долгое время я не чувствовала напряжения.

Я поднялась, чтобы сходить в уборную, и на полпути столкнулась с кем-то плечом.

— Простите, я… — слова застряли в горле, а по спине прошел табун мурашек.

Рексфорд.

Он стоял прямо передо мной — высокий, уверенный, в бордовой рубашке, почти точно совпадающей с оттенком моего платья. От этого совпадения внутри всё неприятно сжалось.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, — сказал он хрипло. — Хорошо выглядишь.

— Спасибо, — коротко кивнула я и попыталась пройти мимо.

Он шагнул в сторону, перекрывая путь.

— Отпуск проходит продуктивно?

— Не твоё дело, — спокойно ответила я, хотя пальцы на клатче дрожали.

— Значит, теперь мы не обсуждаем работу? — он усмехнулся.

Его взгляд скользнул по мне — не сразу, будто он сопротивлялся этому движению.

Задержался на платье.

Я заметила, как на мгновение в нём что-то дрогнуло — почти незаметно: напряжение в челюсти, едва уловимая пауза перед следующим словом. Он быстро взял себя в руки, выпрямился, вернув привычную уверенность, но взгляд стал тяжелее.

— Тебе действительно идёт, — произнёс он ровно, слишком ровно.

Это был не комплимент — скорее констатация, от которой стало не по себе.

Он словно узнал этот цвет. Или вспомнил.

Я почувствовала, как между нами натянулась тонкая, почти осязаемая нить.

Рексфорд смотрел дольше, чем позволяла вежливость, будто бордовый был не просто оттенком, а чем-то, что выбивало его из равновесия.

— Совпадение, — сказала я холодно.

Он прищурился, и в этом взгляде мелькнуло раздражение, смешанное с чем-то более глубоким — тем, что он не позволял себе называть.

— Совпадения, — тихо ответил он, — редко бывают случайными или ты забыла...

В этот момент рядом появился Кристофер, прерывая его.

— Всё в порядке? — спросил он, нахмурившись.

— Абсолютно, — ответила я раньше, чем Рексфорд успел что-либо сказать.

— Просто старые коллеги, — протянул Рекс с ленивой улыбкой. — Обмениваемся воспоминаниями.

— У нас всегда всё напряжённо, — спокойно сказала я, глядя ему в глаза. — Но прошлое осталось в прошлом.

Он усмехнулся, но во взгляде мелькнуло раздражение.

— Не всё, Элиана.

— Я занята, Рекс, — твёрдо сказала я. — Извини, мне нужно в уборную.

Он отступил в сторону, пропуская меня, но не отвёл взгляда.

— Разумеется, — произнёс он почти равнодушно. — Не стану мешать твоему… отдыху.

Последнее слово прозвучало чуть медленнее, чем следовало. Слишком осознанно.

Я прошла мимо, не оглядываясь, но ощущение его присутствия тянулось следом, будто шлейф — невидимый, но тяжёлый.