Том Корбетт-2. Угроза в глубоком космосе

– Что?! – закричал Лоринг, вскакивая на ноги. Он с силой грохнул кулаком по столу и наклонился вперед, оказавшись лицом к лицу со Стронгом. – Вы не можете так с нами поступить!

Капитан Стронг даже не пошевелился.

– Могу, – холодно ответил он. – И уже поступил.

– Но... но... – заныл Мейсон. – Но ведь космические полеты – это все, что мы умеем! На что же мы будем жить?

Стронг сел и откинулся на спинку кресла, чтобы оказаться подальше от зловонного дыхания Лоринга. Он в упор посмотрел на этих двоих.

– Вам следовало подумать об этом до того, как вы угнали ракетный катер экспедиции и совершили несанкционированный полет, находясь на Таре, – ответил Стронг. – Вам еще повезло, что вас не обвинили, не предали суду и не осудили за кражу космического корабля Солнечной гвардии!

– У нас было разрешение на этот полет, – огрызнулся Лоринг. – Этот майор Коннел настолько сдвинулся по фазе на своем космосе, что забыл, как сам дал нам разрешение. А когда мы вернулись, он засунул нас на гауптвахту!

– У вас есть тому какие-то доказательства? – спросил Стронг.

– Нет! Но это наше слово против его слова! – Он швырнул фуражку на стол и погрозил Стронгу пальцем перед самым носом. – Вы не имеете права забирать наши документы только по слову одного паршивого офицеришки Солнечной гвардии, который возомнил себя королем вселенной!

– Убери свою грязную фуражку с моего стола, Лоринг! – рявкнул Стронг. – И следи за языком!

Лоринг понял, что совершил ошибку, и попытался сдать назад.

– Ну, за это я извиняюсь. Но я не извиняюсь за свои слова о том, что он возомнил себя...

– Майор Коннел служит в Солнечной гвардии тридцать лет, – решительно заявил Стронг. – Он трижды награжден Солнечной медалью. Ни один из ныне живущих космонавтов не достигал такого! Даже командор Уолтерс! Он прошел путь от рядового гвардии и получил офицерское звание прямо в космосе во время чрезвычайной ситуации. У него наивысшая квалификация среди всех космонавтов, и никто никогда не уличал его в несправедливости! Он один из лучших пилотов, когда-либо покорявших широты, глубины и высоты космоса! – Стронг замолчал, перевел дух и отвернулся. Он нечасто выходил из себя, но нужно было сказать что-то в защиту своего коллеги-офицера, и особенно в защиту Коннела. Он снова повернулся к двум космонавтам, и его голос вновь стал жестким и холодным.

– Настоящим вы отстраняетесь от космических полетов на двенадцать земных месяцев. Любые дальнейшие прошения об обжаловании этого решения будут отклонены!

– Ладно! Ладно, Мистер Шишка! – огрызнулся Лоринг. – Это значит, мы даже пассажирами летать не сможем?

– Вы не лишены никаких прав, предусмотренных Всеобщим Биллем о правах Солнечного Альянса, за исключением права активного участия в управлении космическим кораблем!

Сигнальный звонок телесивера начал тихонько трезвонить, и на столе снова засветился экран.

– Кадеты Корбетт, Мэннинг и Астро прибыли за назначениями, сэр, – доложил дежурный снаружи.

Лоринг свирепо посмотрел на Стронга.

– Полагаю, в следующую экспедицию на Тару вы отправите каких-то сопляков, а нас, опытных космонавтов, оставите гнить на земле, да?

Стронг не заметил, как раздвинулась дверь, впуская троих кадетов, которые тихо вошли в кабинет. Все его внимание было сосредоточено на злобных, пышущих яростью лицах Билла Лоринга и Эла Мейсона.

– Заруби себе на носу, Лоринг! – горячо выпалил Стронг. – Назначения экипажа Поляриса, будь то на Тару или на Луну, не имеют ничего общего с вашим собственным нарушением дисциплины. Но в любом случае, если бы их туда назначили, они бы справились с задачей лучше, чем вы, "опытные" космонавты, которые не уважают своих командиров и нарушают устав! Если кто-то из вас отпустит ещё хоть одну шуточку о Солнечной гвардии, космических кадетах или о чем-либо еще, я выведу вас на плац и вколочу немного элементарной вежливости прямо в ваши головы! А теперь вон отсюда!

– Ладно, ладно, – пробормотал Лоринг, отступая, но с усмешкой на губах. – Мы еще встретимся, Мистер Важный Космонавт!

– Надеюсь, что да, Лоринг. И если мы встретимся, надеюсь, ты перед этим примешь ванну. От тебя даже разит скверно!

Из глубины комнаты раздался взрыв смеха. Том, Роджер и Астро незамеченными наблюдали за своим командиром в действии. Когда Лоринг и Мейсон покинули кабинет, они подошли к столу, вытянулись по стойке смирно и отдали честь.

– Экипаж Поляриса прибыл для прохождения службы, сэр! – отчеканил Том.

– Вольно, – сказал Стронг. – Вы всё слышали?

– Так точно, сэр капитан! – улыбнулся Роджер. – И поверьте мне, вы здорово утерли нос этим космическим бродягам!

– Ага, – согласился Астро, – но сомневаюсь, что даже вы смогли бы хоть чем-то помочь Лорингу. Ему на роду написано смердеть!

– Не берите в голову, – сказал Стронг. – Полагаю, часть беседы насчет ваших назначений вы тоже слышали?

Трое кадетов напустили на себя вид сама невинность.

– Мы не слышали ни слова, сэр, – сказал Том.

– Из тебя выйдет отличный дипломат, Корбетт, – рассмеялся Стронг. – Ладно, садитесь, расскажу вам все как есть.

Они поспешно заняли стулья и приготовились слушать командира.

– Вы назначены кадетами-наблюдателями в миссию по тестированию дальности нового аудиопередатчика дальнего радиуса действия. – Стронг сделал паузу, а затем многозначительно добавил: – Испытание будет проходить в глубоком космосе.

Трое кадетов лишь просияли от восторга.

– Ваша цель – Тара, – продолжил Стронг, – планета, во многих отношениях похожая на Землю, находящаяся на орбите звезды Альфа Центавра. Вы направите Полярис прямо на Венерианскую космическую станцию, где передатчик прошел первичные испытания, оснастите Полярис гипердрайвом и стартуете!

– Простите, сэр, – перебил его Том, – вы сказали "вы"?

– Я имею в виду, – ответил Стронг, – вас, в том смысле, что я с вами не полечу. О, не волнуйтесь! – сказал Стронг, подняв руку, когда на лицах троих юношей внезапно отразилось разочарование. – Вы не полетите одни! У вас будет командир, не сомневайтесь. На самом деле, вы получите того, кто ближе всего к званию идеального командира в Солнечной гвардии! – Он выждал ровно столько, чтобы каждый парень успел перебрать в уме подходящих кандидатов, и добавил: – Вашим командиром будет майор Коннел!

– Майор Коннел?! – хором воскликнули трое кадетов.

– Вы имеете в виду майора Коннела по кличке"Взрывной"? – недоверчиво произнес Роджер.

– Именно его, – подтвердил Стронг. – Это лучшее во всей Вселенной, что могло с вами случиться!

Роджер встал и отдал честь:

– Прошу разрешения освободить меня от участия в этой миссии по причине несовместимости, сэр, – сказал он.

– Несовместимости с чем? – с улыбкой спросил Стронг.

– С майором Коннелом, сэр, – ответил Роджер.

– В разрешении отказано, – ответил Стронг, улыбаясь. – Выше нос! Всё не так уж плохо. – Стронг сделал паузу и встал. – Ну, вот и всё. Время близится к одиннадцати утра, и вы должны явиться к майору ровно в одиннадцать ноль-ноль. Надеюсь, Полярис у вас в хорошей форме.

– Мы не спали почти всю ночь, сэр, – сказал Том. – Корабль готов к вылету.

– Он в лучшей форме, чем мы сами, – вставил Астро.

– Очень хорошо. Немедленно доложите майору Коннелу. Ваши документы уже переправлены, так что вам нужно только явиться.

Стронг обошел стол и пожал руку каждому кадету.

– Это важная миссия, парни, – серьезно сказал он. – Позаботьтесь о том, чтобы оказать майору Коннелу всю возможную поддержку, на которую вы способны. Она ему понадобится. Сомневаюсь, что увижу вас до старта, так что на этом всё. Космической удачи каждому из вас!

Глава 3

– Ну что, похоже, теперь мы большие мальчики, – сказал Том, когда трое кадетов шли по коридору прочь от кабинета капитана Стронга. – Секретные и важные миссии не поручают кадетским экипажам, если они не знают свое дело на отлично!

– Но нам еще предстоит укротить майора "Взрывного" Коннела, – проворчал Роджер.

– Что значит "укротить"? – спросил Астро.

– Ты же знаешь, он самый суровый офицер в Академии, – ответил светловолосый кадет. – Он ест кадетов на завтрак, обед и ужин. А потом съедает еще одного на десерт. Он не просто суров – его шкура сделана из броневой стали. Но у меня есть предчувствие, что если мы сначала прикинемся дурачками, а потом будем потихоньку умнеть, то заставим его поверить, будто это его заслуга. И тогда он станет к нам мягче.

– Послушайте, уже начало двенадцатого! – воскликнул Том. – Нам лучше поторопиться!

Внезапно, словно прямо в коридоре стартовал ракетный крейсер, их уши заложило от оглушительного, мощного рева. И за этой яростью безошибочно угадывались три слова:

– Экипаж Поляриса – смиииииир-нооооо!

Каждая мышца, каждая кость в их телах одновременно вытянулась по стойке смирно. Глаза прямо, подбородки втянуты – кадеты ждали, какое бедствие обрушится на них в этот раз. Сзади послышались быстрые, тяжелые шаги. Они приближались, пока не поравнялись с ними, а затем резко оборвались. Прямо перед ними стоял единственный и неповторимый майор "Взрывной" Коннел!

Хотя он был на несколько дюймов ниже Астро, он представлял собой то, во что Астро мог бы превратиться через тридцать лет: мускулистый, с бочкообразной грудью, туго обтянутой черно-золотым мундиром. Он стоял, слегка покачиваясь на носках своих небольших ступней, как боксер, свободно опустив руки по швам. Бульдожья челюсть выдавалась вперед на его грубо вытесанном лице так, словно он собирался откусить голову ближайшему кадету. Он возвышался над Томом и Роджером, и, хотя уступал в росте Астро, с лихвой компенсировал это чистой силой личности. Когда он заговорил, его голос прозвучал как басовитый ревун туманного горна, который вдруг научился выговаривать гласные.

– Так вот он каков, великолепный экипаж Поляриса, а? – рявкнул он. – Вы опоздали на две минуты!

Тому вдруг показалось, что они с товарищами остались в коридоре один на один с майором. Он осторожно скосил глаза в одну сторону, потом в другую, и увидел, что коридор пуст. И на то была веская причина! Никто не хотел находиться рядом, когда "Взрывной" Коннел извергал пламя. Кадеты, рядовые и даже офицеры не были застрахованы от его внезапных вспышек ярости. Он так выкладывался сам, что выходил из себя, когда другие не могли придерживаться его темпа. И дело было не в раздутом эго, а скорее в желании во что бы то ни стало довести начатое до конца. Не раз он распекал капитана Солнечной гвардии тем же тоном, что и зеленого "земляного червя". В Академии ходили легенды о том, как однажды, будучи уверенным в своей правоте, он ворвался в сам Зал Совета, чтобы отстоять свою точку зрения. И добился единогласного решения в свою пользу. Никто и ничто из когда-либо придуманного не могло остановить "Взрывного" Коннела. Каждое мгновение бодрствования в своей взрослой жизни он посвятил погоне за новыми знаниями о космосе, космических путешествиях и жизни на других планетах.

Теперь же, доведенный до белого каления их опозданием, он стоял перед кадетами, обрушив свой гнев сначала на Роджера.

– Твоя фамилия Мэннинг, не так ли? – прорычал он.

– Так точно, сэр! – ответил Роджер.

– Отец получил медаль – был офицером Солнечной гвардии?

– Верно, сэр. Он погиб в космосе.

– Я знаю. Он был хорошим человеком. Тебе никогда не стать таким, как он, проживи ты хоть десять тысяч лет. Но если ты не попытаешься стать лучше, чем он, ты не продержишься со мной и пяти минут! Это понятно, кадет Мэннинг?

– Предельно понятно, сэр! – сглотнул Роджер.

Коннел повернулся к Астро.

– А ты, стало быть, доморощенный гений атомных ракет по-венериански, а?

– Так точно, сэр, – выдавил Астро. – Я с Венеры.

– Еще мальчишкой вкалывал на старых ракетах с химическими двигателями, прежде чем поступить в Академию, так? – спросил Коннел. Между лицом Астро и челюстью майора Коннела оставалось меньше полутора дюймов.

– Так точно, сэр, – ответил Астро. – До поступления в Академию я служил рядовым.

– Так вот, заруби себе на носу, укротитель ракет, – проревел Коннел. – Мне нужен реакторный отсек, который будет выдавать то, что я хочу, и тогда, когда я этого хочу, иначе ты снова вылетишь в рядовые. Это понятно, кадет Астро?

– Так точно, сэр! Всю мощность, на которую он способен, по первому требованию, сэр.

– А еще я люблю, чтобы в реакторном отсеке было так чисто, чтобы с палубных плит можно было есть!

– Так точно, сэр, – заикаясь, произнес Астро, окончательно сбитый с толку. – Вы любите есть с палубных плит, сэр!

– Клянусь кратерами Луны, нет! Я не люблю есть с палубных плит, но хочу, чтобы они были достаточно чистыми, чтобы я мог это сделать, если захочу!

– Так точно, сэр! – Голос Астро едва ли был громче шепота.

– А ты – тот самый гений тактики, который недавно в одиночку выиграл космические маневры, так? – спросил Коннел, наклоняясь к Тому.

– Наша сторона выиграла, сэр. Если это отвечает на ваш вопрос, – ответил Том. Он нервничал не меньше Роджера и Астро, но изо всех сил старался держать себя в руках. Он твердо решил не поддаваться на запугивания.

– Я не спрашивал, кто выиграл! – рявкнул Коннел. – Но это был ты, без вариантов. Кадет с командного мостика, а? Что ж, ты будешь работать со мной. На командном мостике есть место только для одного мозга, одного решения, одного ответа. И когда я на мостике, это решение, ответ и мозг будут моими!

– Я прекрасно понимаю, сэр, – безжизненным тоном ответил Том.

Коннел отступил на шаг, упер руки в боки и оглядел троих кадетов. Он был наслышан о том, с каким трудом притирались их характеры, когда они только прибыли в Космическую академию. И он слышал об их триумфе в борьбе с марсианской пустыней. Его впечатлило всё, что он о них узнал, но он также знал о своей репутации жесткого командира и о том, что эта репутация обычно пробуждает в кадетах их лучшие качества. На заре своей долгой и блестящей карьеры он усвоил, что его жизнь зависит от мужества и изобретательности товарищей по космосу. Став инструктором в Академии, он задался целью сделать так, чтобы каждый кадет становился только лучшим, и чтобы в будущем, когда они отправятся в космос, на них можно было положиться.

Он смотрел на трех кадетов и чувствовал легкий укол волнения, который никак не отразился на его хмуром лице. "Да, – подумал он, – из них выйдут отличные космонавты. Потребуется немного времени, но материал стоящий".

– А теперь слушайте сюда! – рявкнул он. – Мы стартуем к Венерианской космической станции ровно через тридцать минут. Живо тащите свои вещи на Полярис и готовьтесь к взлету. – Он понизил голос и еще больше выпятил челюсть. – Это будет самое тяжелое путешествие в вашей жизни. Вы либо вернетесь оттуда настоящими космонавтами, либо не вернетесь вообще. И я приложу все усилия, чтобы вы стали... – он сделал паузу и холодно добавил: – никем! Потому что если вы не сможете выдержать мои требования, значит, вам не место в космосе! Экипаж – разойдись!

Он развернулся на каблуках и исчез на эскалаторе, больше не взглянув на троих застывших кадетов.

– Да уж, укротим мы его, как же, – тихо произнес Астро, подмигнув Тому. – Заставим его поверить, будто он всё для нас сделал.

– Ой, иди продуй дюзы! – огрызнулся Роджер, к которому наконец вернулся дар речи.

– Пошли, – сказал Том. – Нужно подготовить Полярис. И, парни, я имею в виду – по-настоящему подготовить!

Билл Лоринг и Эл Мэйсон стояли у входа в диспетчерскую вышку космопорта Академии и наблюдали, как трое кадетов "Поляриса" спешно поднимаются на борт гигантского ракетного крейсера.

– Каждый раз, когда я вспоминаю, как этот Коннел вышвырнул нас из космоса на двенадцать месяцев, мне хочется проломить ему башку гаечным ключом! – прорычал Лоринг.

Мэйсон фыркнул.

– Ну и какой смысл здесь торчать? – спросил он. – Этот Коннел не пустил бы нас на борт Поляриса, даже если бы нас оправдали и вернули документы. Мы ничего не можем сделать!

– Не сдавайся так легко. Там, в космосе, запрятано целое состояние – только и ждет, чтобы мы пришли и забрали его. И ни один важный индюк из Солнечной гвардии не помешает мне до него добраться!

– Да, да, – проворчал Мэйсон. – Но что ты собираешься делать?

– Я покажу тебе, что собираюсь делать! – сказал Лоринг. – Мы отправляемся в Венерапорт.

– В Венерапорт? Клянусь лунами Юпитера, что мы там забыли?

– Попытаемся прокатиться зайцами до Тары!

– Но как? У меня всего пара сотен кредитов, да и у тебя не больше. Никто не повезет нас на пятьдесят миллиардов миль за просто так!

Глаза Лоринга следили за массивной фигурой майора Коннела на движущемся тротуаре, который пересекал поле космопорта, направляясь к "Полярису".

– Просто купи нам пару мест на следующую ракету до Венерапорта и перестань задавать глупые вопросы. Когда мы снова увидим майора "Взрывного" Коннела, мы будем отдавать приказы, держа в руках парализующий пистолет!

Двое недовольных космонавтов резко развернулись, зашагали к ближайшему движущемуся тротуару и скрылись за углом здания.

На борту "Поляриса" Том обратился к своим товарищам по экипажу.

– Послушайте, парни. После той взбучки, что устроил нам майор Коннел, давайте-ка постараемся с этого момента действительно быть на высоте.

– Я не против, Том, – кивнул Астро.

– Ты витаешь в космических облаках, Корбетт! – протянул Роджер. – Что бы мы ни делали для старого "Взлёта", всё равно окажемся крайними.

– Но если мы действительно постараемся, – настаивал Том, – если каждый будет делать свое дело, ему не к чему будет придраться.

– Мы не оставим ему ни единого шанса влепить нам взыскания, – вмешался Астро.

– Вот именно, – сказал Том.

– Это не сработает, – проворчал Роджер. – Вы же видели, как он нас отчитал, и за что? Спрашивается – за что?

– Он просто пытался соответствовать своей репутации, Роджер, – ответил Том. – Но здравый смысл подсказывает, что если ты делаешь всё как надо, взысканий не будет.

– В чем дело, пижон? – прорычал Астро. – Боишься немного поработать?

– Послушай, ты, венерианский чурбан, – усмехнулся Роджер, – я заткну тебя за пояс в любой день недели, и титанские дни не исключение!

– Ладно, – улыбнулся Том. – Побереги хоть половину этой энергии для Поляриса, Роджер.

– Да, используй часть своего горячего пыла, Мэннинг, чтобы надраить латунь! – предложил Астро.

– Хватит. Давайте приведем эту колымагу в порядок, – сказал Том. Он повернулся к приборной панели и главному пульту управления.

Мгновение спустя трое кадетов уже усердно начищали немногочисленные латунные детали и перепроверяли множество тумблеров и рычагов. Внезапно внизу хлопнул люк, и по интеркому раздался шепот Астро:

– ...осторожно, парни. Он идет!

Герметичный люк, ведущий на командный мостик, отъехал в сторону, и внутрь шагнул майор Коннел. Одним быстрым взглядом он окинул мостик и результаты их работы.

– Экипаж – смиииииир-но! – проревел он.

Астро поднялся на командный мостик и вытянулся по стойке смирно вместе с товарищами, пока Коннел проводил быструю, но тщательную проверку многочисленных циферблатов, переключателей и реле на пульте управления.

– Хм-м-м, – задумчиво произнес он. – Я смотрю, вы тут немного поработали.

– О, ничего особенного, сэр, – ответил Роджер.

– Так вот, с этого момента всё будет по-особенному! – рявкнул Коннел.

– Так точно, сэр, – поспешно согласился Роджер.

– Ладно, вольно, – приказал Коннел.

Когда трое парней расслабились, Коннел подошел к астронавигационной панели и щелкнул тумблером. Огромный экран звездной карты тут же заполнился изображением. Это был черно-белый вид планеты Венера.

– Сюда мы отправимся в первую очередь, – сказал он, указывая пальцем на шарообразный спутник на орбите туманной планеты. – Это Венерианская космическая станция. Как вы знаете, у Венеры нет собственных естественных спутников, поэтому мы его построили. Мы стартуем отсюда и направимся прямиком к станции, где Полярис оснастят гипердвигателем для полетов в глубоком космосе. Находясь на станции, вы ознакомитесь с работой нового аудиопередатчика связи. Когда я буду удовлетворен тем, что вы способны управлять им в условиях длительного космического перелета, мы стартуем, чтобы протестировать его дальность и характеристики.

Майор Коннел сделал паузу и посмотрел прямо на кадетов. Затем он продолжил:

– Это важная миссия – миссия, которая, я надеюсь, позволит Солнечной гвардии основать первую базу за пределами нашей Солнечной системы. Пункт нашего назначения – Тара, в звездной системе Альфа Центавра. Тара – это планета, находящаяся на стадии развития, похожей на ту, что была на Земле несколько миллионов лет назад. Климат там тропический, и сушу покрывает буйная растительность – по сути, настоящие джунгли. Континенты разделены двумя огромными океанами. Один называется Альфа, другой – Омега. Я был в составе первой экспедиции, когда Тара была открыта, и буквально недавно вернулся со второй, в ходе которой мы ее исследовали и провели исследования, чтобы выяснить, может ли она поддерживать человеческую жизнь. Все проверки показали, что Тару можно превратить в рай.

Коннел сделал паузу, глубоко вздохнул и продолжил:

– Я буду ждать от вас большего, чем просто тяжелой работы. Я хочу получить всё, на что вы способны. Не просто хорошей работы, а превосходной! Я не потерплю ничего меньшего, и если мне придется прибегнуть к крайним дисциплинарным мерам, чтобы получить желаемое, тогда ждите, что получите все взыскания, какие только существуют! – Он шагнул ближе к троим кадетам. – Запомните! Космонавты – или никто! А теперь приготовиться к старту!

Не говоря ни слова, трое кадетов бросились к своим постам и приступили к стандартной процедуре подготовки к взлету.

– Все отсеки к взлету готовы, майор Коннел, – доложил Том, четко отдавая честь.

– Очень хорошо, Корбетт, приступайте, – сказал Коннел.

Том скомандовал по интеркому:

– Приготовиться к старту! – Затем он включил канал связи на телесивере над головой и обратился к диспетчерской вышке космопорта.

– Полярис – управлению космопортом. Прошу разрешения на старт. Прошу орбиту.

– Управление движением космопорта – Полярису. Ваша орбита свободна, ноль-восемьдесят девять – повторяю, ноль-восемьдесят девять – старт через две минуты...

– Орбита ноль-восемьдесят девять – до старта минус одна минута пятьдесят девять... пятьдесят восемь.

– Вас понял ясно, Полярис...

Том щелкнул тумблером и повернулся к интеркому.

– Командный мостик – радарной палубе. У нас чисто по вектору прямо и вверх?

– Прямо и вверх всё чисто, Том, – ответил Роджер.

– Командный мостик – реакторному отсеку. Запустить охлаждающие насосы!

– Охлаждающие насосы работают, – бодро ответил Астро.

Гигантский корабль начал дрожать, когда мощные насосы в реакторном отсеке с воем начали медленно набирать обороты. Том сел перед пультом управления, пристегнулся к амортизационному креслу и начал проверять циферблаты и датчики. Убедившись, что всё в порядке, он приковал взгляд к бегущей красной секундной стрелке на астрохронометре. Экран телесивера передавал четкое изображение пространства вокруг основания космического корабля, и он видел, что там всё чисто. Секундная стрелка достигла десятисекундной отметки.

– Приготовиться к подъему корабля! – крикнул Том в интерком.

Красная стрелка неуклонно, уверенно приближалась к нулю на самом верху циферблата. Том потянулся к главному рубильнику.

– До старта минус пять – четыре – три – два – один – ноль!

Том повернул рубильник.

Медленно гигантский корабль оторвался от земли. Затем, всё быстрее и быстрее, вдавливая четверых космонавтов глубоко в амортизационные подушки, он устремился в космос.

Через несколько секунд "Полярис" преодолел гравитацию. Земляне вновь отправились в путешествие к звездам.

Глава 4

– Приготовиться сбросить скорость на три четверти! – проревел майор Коннел.

– Есть, сэр, – ответил Том и начал производить необходимые настройки на пульте управления. Он заговорил в интерком: – Командный мостик – реакторному отсеку. Приготовиться уменьшить тягу главных двигателей на три четверти. Мы подходим к космической станции, Астро.

– Реакторный отсек принял, – отозвался Астро.

Дрейфуя по устойчивой орбите вокруг своей родной планеты, Венерианская космическая станция выросла перед "Полярисом", словно огромный металлический шар на фоне холодного, черного космоса. Она была усыпана зияющими отверстиями – шлюзами, которые служили посадочными доками для космических кораблей. Внутри станции располагался компактный город: жилые кварталы, узлы связи, ремонтные мастерские, метеорологические службы, центры отслеживания метеоров – всё необходимое для обслуживания огромного флота Солнечной гвардии и торговых судов, курсирующих по космическим трассам между Землей, Марсом, Венерой и Титаном.