«ВЕЛЬОР» ЗА ПРЕДЕЛАМИ ИГРЫ

Можно было оставить её такой. Можно было пойти к городу, выполнять задания и посмотреть, куда приведёт игра. Но она уже знала, что сделает в первую очередь. Запишет всё, что успела заметить.

Ей просто нравилось наблюдать, сравнивать и проверять собственные догадки. Именно с этого когда-то начинались самые интересные лабораторные работы.

Она открыла журнал и внесла первую заметку: «Летающие рыбы используют воздушные потоки. Нужно понаблюдать за траекториями и движением плавников. Возможно, поведение зависит от размеров особи».

Потом добавила: «Растение у ограды не распознаётся каталогом. Проверить позже».

И ещё: «Мальчик у лестницы советует избегать торговцев. Возможно, полезная информация».

Вероника закрыла журнал и снова посмотрела на долину.

Выходные только начались. А она уже чувствовала себя студенткой, которой впервые разрешили самостоятельно работать в лаборатории и забыли сказать, во сколько закрывается здание.

Она ещё раз окинула взглядом долину и направилась обратно к лестнице.

Впереди ждал город. И, судя по всему, очень много интересных вопросов.

Глава 4 «Город под облаками»

Вероника спускалась по лестнице медленно, то и дело останавливаясь. Теперь она знала, что город стоит на живом существе, но знание это пока не помогало представить масштаб происходящего. Каменная лестница казалась неподвижной; лишь изредка под подошвами проходила глубокая, едва уловимая дрожь.

Смотровая площадка осталась выше, за поворотом, но летающие рыбы ещё долго не отпускали её внимания. Они скользили между облаками, меняя высоту и направление. Иногда одна из них отделялась от стаи, описывала широкую дугу и возвращалась обратно. Вероника успела заметить, что мелкие особи держались ближе друг к другу, тогда как крупные двигались свободнее.

Она открыла журнал на ходу и добавила ещё одну строку: «Стая не выглядит случайным скоплением. Возможна связь между размерами особей и положением внутри группы».

Потом убрала интерфейс.

Записывать наблюдения было удобно, однако Вероника быстро поняла, что рискует провести весь день, глядя в полупрозрачное меню вместо самого мира.

А мир определённо заслуживал внимания.

Лестница вела вдоль склона. С одной стороны возвышалась скальная стена, покрытая мхом и тонкими побегами растений, с другой открывался вид на долину. По мере спуска воздух становился теплее. Ветер приносил запахи, которые менялись почти незаметно: влажная зелень, дым, что-то пряное и сладковатое.

Внизу слышались голоса и гул городского движения. Сначала звуки сливались в общий шум, но постепенно Вероника различила звон посуды, короткие сигналы транспорта, смех и чей-то возмущённый возглас. По широкому воздушному мосту скользили бесшумные капсулы, а вдоль фасадов вспыхивали и гасли маршрутные указатели. Город жил своей жизнью: транспорт шёл по маршрутам, указатели менялись над переходами, люди спешили по делам. Никто не собирался замедляться ради новенькой, не освоившей интерфейс.

На последнем пролёте лестница вывела её к каменной арке.

Под аркой стояли двое городских инспекторов в тёмной форме с тонкими световыми полосами на рукавах. На запястьях у обоих мерцали компактные устройства связи; у одного на плече сидел небольшой сканер, который бесшумно поворачивался вслед за проходящими. Они не перекрывали дорогу и не устраивали обысков: один помог пожилому мужчине разобраться с навигационной меткой, второй проверял электронную пломбу на грузовой корзине.

Вероника невольно замедлила шаг.

Один из прохожих оказался представителем кошачьего народа: невысокий, гибкий, с тёмной шерстью и аккуратно застёгнутым длинным жилетом. Он спорил со спутницей о маршруте, при этом одновременно выводил лапой на панели схему переходов. Та, не прекращая разговора, поправила ему воротник и указала на другую линию. Ни поклонов, ни театральных жестов, ни загадочных реплик — обычный спор двух горожан, которым нужно было добраться в нужное место. Вероника поймала себя на том, что именно эта будничность впечатляет сильнее любых приветственных заставок.

Стражник поднял голову и посмотрел на неё.

— В город?

— Если туда ведёт эта дорога, то да.

Он усмехнулся.

— Тогда проходи. Дорога действительно ведёт туда.

— Отлично. А то я уже начала подозревать лестницу в обмане.

Стражник хмыкнул и отвернулся к следующему путнику.

Вероника прошла под аркой. Никакого обязательного диалога, никаких вопросов о происхождении, никаких проверок документов. Её просто пропустили, как обычного человека, который пришёл в город по своим делам.

Она отметила это про себя. Возможно, система учитывала её стартовый статус, но дело было не только в интерфейсе: город явно пользовался технологиями, которых на Земле пока не существовало в таком повседневном виде. При этом никто не демонстрировал их специально — они просто работали, как турникеты, навигация и лифты в её собственном мире.

За аркой дорога расширялась и уходила вниз, к кварталам вдоль канала. Старые фасады из светлого камня соседствовали с гладкими зданиями из тёмного материала, пронизанного голубоватыми прожилками. На стенах сохранялись резные знаки ремесленных домов, но рядом с ними светились тонкие информационные панели; над улицей проходили прозрачные транспортные галереи, а по фасадам поднимались бесшумные лифтовые платформы. Балконы с живыми цветами не уступали место технологиям — они были частью городской архитектуры.

По каналу шли грузовые лодки с низкими бортами, а между ними скользили узкие электрические катера — почти бесшумные, с голубыми огнями под днищем. На бортах грузовых судов мерцали номера маршрутов; у причала автоматический подъёмник переносил ящики на верхнюю платформу. Лодочники всё равно переговаривались и спорили с диспетчером через открытые окна: технологии ускоряли работу, но не отменяли привычки выяснять отношения голосом. На мостике двое мальчишек спорили о чём-то, а рядом женщина раскладывала на ткани небольшие круглые плоды.

Вероника остановилась у ближайшего прилавка.

Плоды были размером с крупный абрикос, с матовой синей кожицей и маленькими серебристыми пятнами. Она наклонилась, пытаясь рассмотреть их получше.

— Первый раз видите? — спросила торговка.

— Да. Что это?

— Синники. Сладкие, если спелые. Кислые, если торопиться.

— А как определить спелость?

Женщина взяла один плод и повернула его к свету.

— Пятна должны посветлеть. И кожица становится мягче у основания.

Вероника внимательно посмотрела на плод. Пятна действительно отличались оттенком, а у основания кожица слегка проминалась под пальцами торговки.

— Можно попробовать?

— За монету.

Вероника замерла.

— У меня пока нет монет.

— Тогда пока не пробуйте.

Ответ был произнесён спокойно, без раздражения. Торговка вернулась к своим товарам, а Вероника с трудом удержалась от улыбки.

Вот так. Никаких бесплатных образцов для новичков.

Она мысленно открыла инвентарь. В списке по-прежнему лежал камень, подобранный у смотровой площадки. Ни кошелька, ни стартовых денег, ни подарочного набора путешественника.

— Ладно, — пробормотала Вероника. — Значит, начинаем с нуля буквально.

Она отошла от прилавка и огляделась в поисках чего-нибудь полезного.

На противоположной стороне улицы над входом в небольшое кафе вращался объёмный знак чашки. Из дверей тянуло горячим хлебом и жареными травами. Чуть дальше мастер ремонтировал привод грузовой платформы: инструменты лежали на магнитном коврике, а над разобранным механизмом висела диагностическая схема. У стены сидел мужчина с длинным хвостом, похожим на хвост крупной ящерицы, и терпеливо ждал, пока девочка рядом заплетёт ему волосы в тонкие косички.

Вероника повернула голову вслед проходившему мимо существу. Оно было высоким, худощавым, с длинными ногами и вытянутой мордой. На плечах висела сумка, из которой торчали зелёные стебли. Существо остановилось у прилавка с фруктами, обменялось с торговкой несколькими фразами и двинулось дальше.

Вероника не сразу вспомнила, что надо закрыть рот.

— Ну здравствуй, биологическая классификация, — тихо сказала она себе.

В игре были разные разумные народы. Об этом упоминали рекламные материалы. Но увидеть живое существо, которое нельзя было уверенно отнести ни к человеку, ни к известной группе животных, оказалось совсем другим делом.

Она поспешила за ним взглядом, стараясь не пялиться слишком откровенно.

Длинная морда, подвижные пальцы, прямая осанка, хвост, который помогал удерживать равновесие на поворотах. Одежда была сшита по человеческому типу, но свободнее в области плеч и бёдер. Существо двигалось уверенно, обходя прохожих без столкновений.

Вероника открыла каталог и попыталась найти раздел разумных видов. Там были только общие категории, а конкретных названий не появилось.

— Конечно. Зачем давать мне справочник, если можно заставить бегать по городу и приставать к людям с вопросами?

Она убрала меню.

На ближайшем перекрёстке дорога разделялась. Одна улица уходила к каналу, другая поднималась между высокими домами, третья вела к просторной площади, где слышались музыка и гомон толпы.

Вероника выбрала площадь. Ей хотелось понять устройство города, найти ориентиры и заодно выяснить, как здесь зарабатывают деньги. Продавать подобранный камень она пока не собиралась: даже если тот не представлял никакой ценности, сначала следовало понять, что именно она нашла.

С высоты площадь казалась сияющей мозаикой. Светлые дорожки расходились между башнями из стекла и тёмного металла, на крышах переливались сады, а водные каналы отражали небесную синеву так ярко, будто в них текло расплавленное стекло. Цветущие деревья росли прямо из широких архитектурных платформ; корни скрывались в специальных нишах, а тонкие датчики на бортиках следили за влажностью и состоянием почвы. Здесь природу не выставляли напоказ — для неё заранее оставили место в самом устройстве города.

Улица постепенно становилась шире. Дома отступали, открывая большую площадь с фонтаном в центре. Вода поднималась из нескольких каменных чаш и стекала по уступам тонкими струями. Вокруг фонтана стояли лавки, где продавали еду, ткани, посуду и всевозможные мелочи. Между ними ходили люди и существа самых разных форм и размеров.

Над площадью тянулись праздничные ленты с флажками, вплетённые между старинными фонарями и тонкими проекционными полосами, которые выводили объявления местных событий. На одном из балконов кто-то играл на струнном инструменте, а рядом на стене мягко переливалась голографическая афиша концерта. Мелодия была быстрой, с неожиданными переходами, и Вероника поймала себя на том, что отбивает ритм пальцами.

В нескольких шагах от фонтана торговец в широкополой шляпе демонстрировал компактные навигационные приборы. Они напоминали старинные компасы, но вместо стрелок внутри вращались тонкие светящиеся кольца; рядом на прозрачном экране проступала карта района, обновлявшаяся по мере движения прохожих.

По площади деловито прошёл небольшой пернатый динозавр — ростом примерно с крупную собаку, в мягкой городской шлейке с адресной меткой. Он остановился у автомата с едой, ткнул мордой в нижнюю панель и получил длинную полоску сушёного мяса. Хозяин, молодой мужчина с чашкой кофе, даже не отвлёкся от разговора по браслету.

Динозавр жевал на ходу, пока не заметил другого, чуть более крупного, с ярким красным ошейником. Они обменялись короткими щёлкающими звуками, после чего первый гордо унёс добычу в переулок. Вероника проводила его взглядом.

— Конечно. У вас даже динозавры умеют заказывать еду сами.

Она не стала выяснять, были ли они домашними, разумными или просто очень хорошо обученными. Пока ей хватало того, что никто вокруг не считал происходящее чем-то необычным.

Вероника подошла ближе.

— Что это?

— Путевые указатели, — ответил мужчина. — Показывают направление к выбранному месту.

— Работают по карте?

— По карте, по знакомым маршрутам и по некоторым ориентирам. Если место неизвестно, указатель бесполезен.

— А если карта устарела?

Мужчина посмотрел на неё с явным интересом.

— Тогда придётся обновить карту.

Вероника одобрительно кивнула.

— Звучит разумно.

— Разумно, но не бесплатно.

— У вас тут вообще что-нибудь бывает бесплатным?

— Воздух. Пока.

Она засмеялась. Мужчина тоже улыбнулся, но скидку предлагать не стал. Вероника отошла от стола с ощущением, что местная экономика устроена вполне узнаваемо.

Она снова вызвала карту. Теперь на ней появились новые улицы, площадь и канал. Часть пространства вокруг всё ещё оставалась неразведанной. Когда Вероника повернула голову в сторону одного из переулков, на карте добавилась тонкая линия маршрута.

— А вот это удобно.

Она попробовала мысленно отметить фонтан как ориентир. На карте возник маленький символ, а рядом появилась надпись: «Фонтан центральной площади».

Вероника удовлетворённо кивнула и убрала интерфейс. Теперь у неё была точка, к которой можно вернуться, если она заблудится. Для начала достаточно.

Рядом остановились двое кошачьих — оба почти человеческого роста, с выразительными мордами, подвижными ушами и одеждой, сшитой по городскому крою. Один держал планшет, другой недовольно постукивал когтем по его краю.

— Ты опять выбрал маршрут через старый квартал, — сказал первый.

— Там короче.

— Там лестницы.

— Я умею пользоваться лестницами.

— У тебя лапы скользят на полированном камне.

— Это клевета.

Они ушли, продолжая спорить, и Вероника проводила их взглядом. В рекламных материалах упоминались разумные народы, но там всё выглядело как список особенностей. Здесь кошачьи спорили о маршруте так буднично, словно она случайно подслушала разговор двух коллег в московском метро.