Навязанная жена лорда дракона

— Ничего себе, — выдохнула я. — Это красиво.

— Лорд Фредерик лично выбирал обстановку, — сообщил Харрис с едва заметной гордостью. — Он хотел, чтобы вы чувствовали себя комфортно.

Значит, мой дракон не полное чудовище. Просто на девяносто процентов чудовище. Это обнадёживало.

— Ванная комната через эту дверь, — продолжал дворецкий. — Гардеробная — через ту. Ваши вещи уже распакованы. Если что-то потребуется, просто позвоните в колокольчик.

Он указал на изящный серебряный колокольчик на тумбочке.

— Мэри будет вашей личной горничной. Она опытная девушка, служит здесь уже несколько лет.

— Спасибо, Харрис. За всё.

Дворецкий поклонился и удалился, оставив меня наедине с Фифи, которая устроилась на коврике у камина и смотрела на меня, как кот на канарейку в клетке.

Оставшись одна (если не считать пушистого шпиона), я решила осмотреться. Гардеробная оказалась набита платьями, которые были красивыми, дорогими и абсолютно не моими по стилю. Слишком много рюшей, слишком много корсетов, слишком мало практичности. Но выбирать не приходилось.

В ванной комнате была настоящая мраморная ванна размером с бассейн, а зеркало было таким большим, что в нём можно было увидеть всю свою жизнь — включая ошибки и сожаления.

Я подошла к окну и выглянула наружу. Вид открывался потрясающий — горы, леса, небо. Красиво, но изолированно. Замок стоял на утёсе, добраться до которого можно было только по одной дороге. Идеальная тюрьма для нежеланной жены.

— Замечательно, — пробормотала я. — Теперь понятно, почему он так спокойно оставил меня здесь. Куда я денусь?

— Никуда, — подтвердила Фифи из своего угла. — И не пытайся. Лорд Фредерик не любит, когда его игрушки ломаются раньше времени.

Игрушки. Прелестно.

Я прошлась по комнате, изучая обстановку и пытаясь понять, где тут могут быть скрытые ходы или подслушивающие устройства. В таких замках они просто обязаны быть. Но больше всего меня интересовало западное крыло. Что там такое творится, что его закрыли даже для жены? Пыточная? Тайная лаборатория? Или просто мужская берлога с разбросанными носками и коллекцией оружия?

— Фифи, — обратилась я к лисице. — А что в западном крыле?

— Не твоё дело, — огрызнулась она.

— Любопытство — мой порок.

— Любопытство убило кошку, — парировала лисица.

— Хорошо, что я не кошка. Я — хромая невеста дракона. Это гораздо опаснее.

Фифи фыркнула, но, кажется, её это позабавило.

К вечеру, когда в замке начали зажигать светильники, я окончательно поняла: моя новая жизнь будет похожа на шахматную партию. Только фигуры живые, ставки — жизнь и смерть, а правила никто не объяснил.

Что ж, отлично. Я всегда любила сложные игры. Пора узнать, на что способна девчонка из другого мира в теле средневековой аристократки в окружении драконов.

______________

Глава 4

Проснулась я от того, что кто-то сверлил мне мозг взглядом. Не метафорически — в прямом смысле. Ощущение было такое, будто невидимый дятел долбит по черепу изнутри.

Я приоткрыла один глаз и обнаружила, что у окна, опершись на подоконник, стоит мой дорогой супруг. В одной рубашке, расстёгнутой на пару пуговиц, с взъерошенными волосами и с выражением лица человека, который всю ночь решал сложную задачу. Или планировал моё убийство. С учётом его характера — скорее второе.

— Доброе утро, солнце моё, — пробормотала я, садясь в кровати и пытаясь привести в порядок волосы, которые за ночь превратились в птичье гнездо. — Как долго ты тут стоишь? И главное — зачем?

Фредерик медленно повернулся ко мне. В его золотых глазах плясали странные огоньки — то ли интерес, то ли предвкушение охоты.

— Я думал, — сказал он таким тоном, каким обычно говорят «я копал могилу».

— О чём? О мировой несправедливости? О смысле бытия? Или о том, как бы избавиться от нежеланной жены самым изощрённым способом?

Уголок его губ дрогнул. Кажется, я попала в точку. Он не улыбнулся — нет. Улыбка — это когда человек хотя бы пытается казаться человеком. А у него дёрнулся рот, как у волка, который обнюхивает добычу перед броском.

— Я думал, — он сделал паузу, медленную, обволакивающую, как капля яда на кончике ножа, — что тебя подменили.

— Что ж, — я выпрямилась, поправила край одеяла. — Хочешь проверить? Отправь на вскрытие. Правда, будет сложно — я не мертва. Пока.

Он подошёл ближе. Настолько, что я почувствовала запах: в нём смешались пепел, металл и что-то резкое, как ладан в закрытой комнате.

— Ты говоришь не так.

— Прости, милый. Не так — это как? С придыханием? Или с дрожью в голосе?

— Ты не боишься.

— А должна? Ты решил меня испепелить или всё же убить морально? Уточни, пожалуйста, в планировании боли предпочитаю чёткость.

На мгновение между нами повисла тишина — тягучая, густая. В ней звенели невысказанные мысли: одна неверная фраза — и всё взорвётся.

— Аманда, — сказал он наконец, растягивая имя, будто пробовал его на вкус. — Раньше ты смотрела на меня снизу вверх. Сейчас ты смотришь... как будто знаешь, как я умру.

Я усмехнулась. Улыбка получилась дерзкой, кривой, но в ней было всё: усталость, злость и тот самый леденящий сарказм, которым лечатся от чувства беспомощности.

— Может, я просто читаю слишком много книг. Или родилась с врождённым чувством превосходства.

Я вытянула ногу из-под одеяла. Хромая, тонкая — как всегда. Но теперь я ею двигала. Не скрывала. Не стыдилась.

— А может, ты слишком привык видеть во мне жалость. А теперь боишься видеть силу. Что, Фредерик? Неужели страшно, что та, кого ты ненавидел, больше не молчит?

Он не ответил. Он смотрел. Жадно. Напряжённо. Как зверь перед прыжком — только не знал, вцепиться ли в горло или остаться на месте.

— Завтрак через полчаса, — бросил он глухо, разворачиваясь к двери. — Не опаздывай.

Я выиграла раунд. Пусть и маленький. Пусть и с трясущимися пальцами под одеялом. Но в этой игре я больше не пешка.

Завтрак подали в той же малой столовой, где мы вчера устраивали словесные дуэли. Я появилась вовремя — не хотелось давать ему лишний повод для нравоучений. Но Фредерик опередил меня и уже сидел за столом, методично нарезая мясо на кусочки одинакового размера. Занятие подозрительно напоминало подготовку к анатомированию.

— Хорошо спала? — спросил он, не поднимая головы.

— Как убитая. Что, учитывая обстоятельства, довольно символично.

На этот раз он определённо улыбнулся. Ненадолго, но всё же.

— У тебя своеобразное чувство юмора, жена.

— У меня своеобразное всё, муж. Это же ты вчера заметил.

Я села напротив него и принялась за завтрак. Еда была восхитительной — видимо, повар в замке знал своё дело. Жаль только, что атмосфера за столом напоминала переговоры между двумя вражескими государствами перед объявлением войны.

— Скажи, Аманда, — Фредерик отложил нож и внимательно посмотрел на меня, — ты помнишь нашу последнюю встречу перед свадьбой?

Ой. Начинаются проверочные вопросы. Я сделала невинное лицо и жевательный звук — отличный способ выиграть время для раздумий.

— Хм? А что конкретно тебя интересует?

— Королевский бал. Полгода назад. Ты танцевала с графом Алленом.

Графом Алленом? Понятия не имею, кто это такой. Но отступать было некуда. Попробую блефовать.

— А что в этом особенного? — сказала я осторожно. — Я танцевала со многими.

— Три танца подряд. С одним партнёром. Это вызвало толки.

Судя по его тону, три танца — это что-то предосудительное. Попробую разыграть равнодушие.

— И что? — пожала плечами я. — Граф хорошо танцует. И неплохо беседует.

Что-то промелькнуло в его взгляде. Подозрение? Или... ревность?

— Неплохо беседует, — повторил он медленно. — Да, он известен своими беседами. Особенно с замужними дамами.

А, понятно. Граф Аллен — местный бабник. И настоящая Аманда с ним флиртовала. Что не понравилось драконьему мужу. Интересно.

— Ревнуешь? — спросила я с невинной улыбкой.

Его зрачки на мгновение стали вертикальными.

— Я не ревную. Я просто помню.

— Что именно помнишь?

— Как ты смотрела на него. И как он смотрел на тебя.

В его голосе послышались нотки, которых там не было раньше. Что-то горячее, опасное.

— И как же я на него смотрела? — Я наклонилась вперёд, подперев подбородок рукой. Опасная игра, но чертовски увлекательная.

— Как женщина смотрит на мужчину, которого хочет.

Бах. Прямо в лоб.

— Так же, как должна смотреть замужняя женщина на своего мужа? — парировала я.

— Именно.

Мы смотрели друг на друга через стол, и воздух между нами практически искрил от напряжения. Я чувствовала, как моё сердце колотится, будто я бежала марафон. А может, это было сердце Аманды, реагирующее на близость того, кто когда-то ей нравился?

— Знаешь что, Фредерик? — Я откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. — Хватит ходить вокруг да около. Говори прямо — что тебя беспокоит?

Он замер с чашкой в руке.

— Тебя беспокоит, что я изменилась. Что я больше не та тихая мышка, которая дрожала от твоего взгляда и готова была землю есть, лишь бы ты обратил на неё внимание. Тебя пугает, что теперь я могу дать тебе отпор.

— Меня не пугают мышки, — сказал он тихо. — И не пугают кошки.

— А что пугает?

— Ложь.

Слово упало между нами, как гильотина. Я почувствовала, как холод пробежал по спине.

— Какая ложь?

— Ты не та, кем была полгода назад. Не та, кем была месяц назад. Чёрт, ты не та, кем была три дня назад, до свадьбы. — Он поставил чашку и посмотрел мне прямо в глаза. — Так кто ты, Аманда Бедфорд?

Моё сердце забилось так сильно, что я была уверена — он его слышит. Вопрос висел в воздухе, тяжёлый как смертный приговор. Что сказать? Что я умерла в другом мире и каким-то образом попала в тело его жены? Что я понятия не имею, где настоящая Аманда и что с ней стало?

Но вместо этого я сделала то, что умела лучше всего — перешла в атаку.

— А ты кто, Фредерик Драгонхарт? — Я встала из-за стола и подошла к нему. — Человек, который женился на женщине, которую презирает? Который считает жену обузой и открыто демонстрирует своё пренебрежение? Который живёт в замке, полном тайн, и запирает от жены целое крыло?

Он тоже встал, возвышаясь надо мной. Жар от его тела был почти осязаемым.

— Я дракон, — сказал он просто. — И драконы не лгут.

— Ну и прекрасно. Тогда скажи мне правду — ты хочешь, чтобы я исчезла? Чтобы вернулась та покорная девочка, которая была тебе нужна для продолжения рода?

Он молчал долго. Слишком долго.

— Я хочу знать, кто ты, — сказал он наконец.

— Я твоя жена. По закону, по магии, по крови. Этого недостаточно?

— Нет.

Мы стояли так близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах. В его глазах плясали золотые искры, а температура его тела была явно выше человеческой нормы. Дракон. Настоящий, живой дракон. И он подозревал, что я не настоящая Аманда.

— Тогда что ты собираешься делать? — спросила я шёпотом. — Пытать меня? Запереть в башне? Или просто выбросить из окна и списать на несчастный случай?

Что-то мелькнуло в его взгляде. Желание? Гнев? Или что-то ещё более опасное?

— Я буду наблюдать за тобой, — сказал он тихо. — Изучать. Искать трещины в твоей маске.

— А если найдёшь?

— Тогда узнаешь, почему мой род называют Кровавыми драконами.

Угроза прозвучала как обещание. Но странное дело — вместо страха я почувствовала возбуждение. Острое, электризующее предвкушение схватки.

— Попробуй, — бросила я ему в лицо. — Только учти — я тоже умею кусаться.

Он улыбнулся. Медленно, хищно, обнажив зубы, которые казались слишком острыми для человека.

— Посмотрим.

И вышел из столовой, оставив меня одну с бешено колотящимся сердцем и ощущением, что только что подписала себе смертный приговор. Или объявила войну. Что в случае с драконом было примерно одним и тем же.

Я рухнула в кресло, прижав руку к груди. Сердце билось так, будто пыталось выскочить. Что я творю? Дразню дракона, который и так подозревает неладное? Но отступать было поздно. Он уже всё понял, или почти понял. Оставалось только играть до конца.

— Ты совсем рехнулась? — знакомый голос заставил меня подпрыгнуть.

Фифи сидела на подоконнике, глядя на меня золотыми глазами, полными осуждения.

— Дразнить дракона — это как дразнить лавину. Плохо кончается для всех участников.

— Он уже подозревает, — сказала я, стараясь говорить спокойно. — Лучше играть ва-банк, чем сидеть и ждать, когда он сам до всего додумается.

— Ты идиотка.

— Возможно. Но живая идиотка лучше мёртвой умницы.

Фифи фыркнула, но в её взгляде промелькнуло что-то похожее на уважение.

— Знаешь что? — сказала она задумчиво. — Возможно, ты и не такая безнадёжная, как я думала.

Это был лучший комплимент, который я получила с момента попадания в этот мир. Жаль только, что он мог оказаться последним

Глава 5

После завтрака, который больше напоминал дуэль на словах с риском получить вилкой в глаз, я решила заняться разведкой. Мой дорогой супруг пообещал изучать меня как лабораторную мышь, но забыл упомянуть, что мыши иногда грызут клетку изнутри.

Я хромала по коридорам замка, изображая прилежную жену, которая знакомится с новым домом. На самом деле я составляла карту выходов, тайных ходов и мест, где можно спрятаться, если всё пойдёт к чертям. А учитывая мою способность влипать в неприятности, это было вопросом времени.

Фифи трусила рядом, время от времени бросая на меня взгляды, полные подозрения и чего-то похожего на уважение. Видимо, моя готовность огрызаться на дракона произвела на неё впечатление.

— Куда идём? — спросила она, когда мы свернули в длинный коридор, увешанный портретами предков с выражениями лиц, варьировавшимися от «я тебя убью» до «я тебя уже убил».

— Исследуем территорию. Нужно знать, где что находится.

— Разумно, — одобрила лисица. — Хотя тебе стоит быть осторожнее. В этом замке много секретов.

— Например?

Фифи помолчала, явно раздумывая, стоит ли говорить.

— В западном крыле живут женщины. Заложницы из знатных семей. Лорд держит их для политической стабильности.

Заложницы. Это объясняло закрытость западного крыла.

— И среди них есть особенные?

— Леди Илона, — фыркнула лисица. — Красавица, умница и полная стерва. Была... близка с лордом до его помолвки с тобой.

Близка. Понятно. У моего дракончика есть любовница среди пленниц.

— А сейчас?

— Сейчас она злится. Очень злится. Так что будь осторожна, если встретишь её.

В поисках более подробной информации я решила начать с самого очевидного источника — прислуги. Служанка Мэри казалась достаточно молодой и болтливой, чтобы случайно проболтаться о семейных тайнах.

Я нашла её в одной из гостевых комнат, где она меняла постельное бельё с тщательностью хирурга, готовящегося к операции.

— Мэри? — позвала я с порога.

Девушка подпрыгнула, как ошпаренная, и поклонилась так низко, что я испугалась — не сломает ли она себе шею.

— Миледи! Простите, я не услышала ваших шагов. Если что-то не так с вашими покоями...

— Всё прекрасно, — поспешила я её успокоить. — Просто хотела поговорить. У меня есть несколько вопросов о замке.

Мэри выпрямилась, но в её глазах плясали нервные огоньки.

— Конечно, миледи. Чем могу помочь?

— Расскажи мне о других женщинах в замке. Я слышала, что здесь есть... гости?

Лицо Мэри сразу стало каменным.

— Какие гости, миледи?

— В западном крыле. Женщины. — Я попыталась изобразить ревнивую жену, что не требовало особых актёрских талантов.

— А, — Мэри заметно расслабилась. — Вы про леди Илону и остальных. Они... они не совсем гости, миледи.

— А кто же?

Мэри заговорщически понизила голос:

— Заложницы. Дочери мятежных лордов. Лорд Фредерик держит их здесь для политической стабильности.

— И среди них есть особенные? — осторожно поинтересовалась я.

Щёки Мэри покраснели.

— Леди Илона очень красива, миледи. И она... она надеялась стать больше чем заложницей.

— Понятно. А сейчас? После свадьбы?

— Лорд Фредерик больше не посещает западное крыло, — тихо сказала Мэри. — С тех пор как объявили о помолвке.

Интересно. Значит, мой муж не совсем бессердечное чудовище. Или просто слишком гордый, чтобы изменять жене в первую же неделю брака.

— Спасибо, Мэри. Ты очень помогла.

— Миледи, — девушка вдруг схватила меня за руку, — будьте осторожны с леди Илоной. Она... она не простила.

— Что именно не простила?

— То, что лорд выбрал вас.

Но он меня не выбирал! Хотелось крикнуть мне. Нас сосватали ещё детьми! Но вместо этого я просто кивнула и пообещала быть осторожной.

Судьба, видимо, решила проверить, насколько серьёзно я отношусь к осторожности. Потому что уже через час я столкнулась с леди Илоной лицом к лицу.

Произошло это в библиотеке — огромном зале с полками до потолка, уставленными книгами, которые выглядели старше некоторых королевств. Я мирно изучала том о магических растениях (может, найдётся что-то полезное для побега), когда услышала шелест шёлка за спиной.

— Так вот она, знаменитая жена дракона.

Голос был низким, бархатистым, с лёгким акцентом, который делал каждое слово похожим на ласку. Я обернулась и чуть не выронила книгу.

Илона была ошеломительна. Высокая, изящная, с кожей цвета слоновой кости и волосами, которые переливались всеми оттенками золота. Её платье — тёмно-зелёное, идеально сидящее — подчёркивало каждый изгиб. Она была той самой женщиной, ради которой мужчины развязывают войны, а женщины планируют убийства.

И она смотрела на меня так, словно я была грязным пятном на её идеальном платье.

— Леди Илона, я полагаю? — Я поставила книгу на место и повернулась к ней, стараясь не показать, как сильно она меня впечатлила. — Приятно познакомиться.

— О, взаимно, — она улыбнулась, но её глаза остались холодными как ледяные кристаллы. — Я так долго мечтала встретить женщину, которая смогла заполучить сердце Фредерика.

Сердце Фредерика? Да он меня едва терпит!

— Боюсь, вы переоцениваете мои достижения, — ответила я с дипломатической улыбкой. — Это был политический брак.

— Конечно, — Илона подошла ближе, и я почувствовала её парфюм — дорогой, соблазнительный, с нотками жасмина и опасности. — Но мужчины редко женятся на женщинах, которые их совершенно не интересуют. А Фредерик всегда предпочитал красоту... другим качествам.

Первый удар. Тонкий, изящный, но болезненный. Она намекала, что я некрасива.

— Хорошо, что у меня есть и то, и другое, — парировала я. — Правда, в разных пропорциях.

— О, скромность! Как мило. — Илона рассмеялась, и звук её смеха был как звон серебряных колокольчиков. — Но скажите, дорогая, вы не находите странным, что ваш муж так редко посещает ваши покои?

Второй удар. Прямо в больное место.

— Мы женаты всего три дня, — сказала я спокойно. — Фредерик даёт мне время освоиться.

— Какой джентльмен. А я помню времена, когда он был менее терпеливым в вопросах близости. — Её глаза заблестели триумфом.

Третий удар. И самый точный. Она прямо говорила, что спала с моим мужем.

Хватит играть в дипломатию.

— Знаете, Илона, — я сделала шаг к ней, улыбаясь самой сладкой улыбкой, — я понимаю, что для вас это болезненная тема. Ведь так тяжело должно быть — смотреть, как мужчина, которого вы любили, женится на другой.

Её улыбка дрогнула.

— Но давайте говорить честно. Если бы он действительно хотел быть с вами, разве позволил бы политическим соображениям встать на пути? Разве не отменил бы свадьбу? Ведь драконы берут то, что хотят, не так ли?

Илона побледнела, и на мгновение её маска совершенства слетела, обнажив ярость и боль.

— Он женился на вас из долга, — прошипела она. — Не из любви.

— Возможно. Но он всё равно женился. На мне. А вы так и остались заложницей в западном крыле.

Последний удар попал точно в цель. Илона отступила, её кулаки сжались, а в глазах вспыхнул огонь ненависти.

— Вы пожалеете об этих словах, — сказала она тихо.

— Возможно. Но не сегодня.

Она развернулась и вышла из библиотеки, её каблуки стучали по камню как пулемётная очередь. А я осталась стоять среди книжных полок, дрожа от адреналина и осознания того, что только что нажила себе врага. Красивого, умного и очень опасного врага.

К ужину я подошла с чёткой стратегией: вести себя как можно естественнее, не провоцировать дракона и ни в коем случае не выдать себя неосторожным словом.

План провалился уже через пять минут после начала трапезы.

Фредерик сидел напротив меня, элегантно нарезая мясо и время от времени бросая на меня изучающие взгляды. В его золотых глазах плясали какие-то мысли, и я была уверена — они касаются меня.

— Как прошёл твой день, жена? — спросил он между переменами блюд.

— Познавательно. Изучала замок, знакомилась с обитателями.

— И что думаешь о наших гостях?

Гостях? Он про Илону?

— Очень интересные люди, — осторожно ответила я. — Особенно леди Илона. Мы имели удовольствие пообщаться в библиотеке.

Что-то промелькнуло в его взгляде.

— И как прошла беседа?

— Обычно. Женский разговор о моде, погоде, мужчинах. — Я улыбнулась невинно. — Она очень... ностальгическая дама.

— Ностальгическая?

— Любит вспоминать прошлое. Видимо, настоящее её не очень устраивает.

Фредерик отложил нож и посмотрел на меня внимательно.

— Аманда, если Илона сказала что-то, что тебя расстроило...

— Расстроило? — Я рассмеялась. — С чего бы? Мне интересно узнавать мнения людей о нашем браке. Особенно мнения тех, кто был близок к одной из сторон.

Теперь его зрачки определённо стали вертикальными.

— Близок?

— Ну, — я пожала плечами, — она довольно прозрачно намекала на вашу предыдущую близость.

Молчание повисло в воздухе как топор над шеей приговорённого. Фредерик смотрел на меня с выражением человека, который пытается решить — убить сразу или сначала помучить.

— И что ты об этом думаешь? — спросил он очень тихо.

— А что я должна думать? — Я встретила его взгляд. — Ты взрослый мужчина, у тебя была жизнь до брака. Это нормально.

— Нормально?

— Конечно. Главное, что теперь ты женат. На мне. И я надеюсь, что твоё прошлое останется в прошлом.

Он медленно кивнул, но в его глазах я прочитала что-то новое. Уважение? Или просто удивление?

— Ты не ревнуешь?

— А есть к чему? — Я наклонилась вперёд, глядя ему прямо в глаза. — Если ты действительно хотел быть с ней, ты бы отменил свадьбу. Драконы ведь берут то, что хотят, не так ли? А ты взял меня.

Последние слова прозвучали тише, чем я планировала. И гораздо более интимно. Между нами снова возникло то электрическое напряжение, которое заставляло сердце биться чаще.

Фредерик встал из-за стола и подошёл ко мне. Остановился рядом с моим стулом, положил руку мне на плечо. Его пальцы были горячими даже через ткань платья.

— Ты права, — сказал он тихо. — Драконы берут то, что хотят.

И наклонился ко мне.

В этот момент дверь столовой распахнулась, и в неё ворвалась Илона. Её лицо было бледным, глаза блестели от слёз.

— Фредерик, мне нужно с тобой поговорить! — воскликнула она, а потом заметила нашу близость и замерла. — Простите... я не знала...

— Что случилось, Илона? — Фредерик выпрямился, но руку с моего плеча не убрал.

— Я... — она посмотрела на меня с ненавистью, — это личное.

— Всё, что касается обитателей моего замка, касается и моей жены, — холодно ответил он.

Жены. Он назвал меня женой. При ней. Это было неожиданно приятно.

Илона сглотнула, видимо, пытаясь найти слова.

— Мой отец прислал письмо. Он готов заплатить выкуп. Двойной выкуп. Лишь бы я вернулась домой.

Ага. Значит, после нашего разговора она решила, что пора сматываться. Умная девочка.

— Двойной выкуп? — Фредерик поднял бровь. — Интересно. И что же заставило твоего отца стать таким щедрым?

Илона бросила на меня полный яда взгляд.

— Он считает, что я здесь в опасности.

— В опасности? — Я не удержалась от комментария. — Какой опасности? Замок же полон гостеприимства и радушия.

— Замолчи, — прошипела она.

— Илона, — предупреждающе произнёс Фредерик.

— Она не та, за кого себя выдаёт! — выпалила красавица. — В ней что-то не так! Что-то нечеловеческое!

Вот гадина. А ведь я думала, что наша беседа в библиотеке прошла вполне цивилизованно.

Фредерик посмотрел на меня, потом на Илону.

— Объяснись.

— Она... она изменилась! Настоящая Аманда никогда не была такой дерзкой, такой уверенной в себе! А эта... эта смотрит так, будто знает все твои секреты!