Дарктвайн

Уже на исходе дня впереди наконец показались очертания рубежа. Измученные, грязные и уставшие, мы приблизились к стенам. Каздар спокойно стоял возле ворот крепости в сопровождении Маркуса и Харди.

Я собиралась пройти мимо, но в какой-то момент мой взгляд опустился вбок. У коновязи у стены мирно стояли три лошади астерийцев.

Я замерла на месте.

— Ламира, что случилось? — Ник обернулся ко мне, заметив мою остановку.

Я ничего не ответила. Мои глаза были прикованы к животным. Они никак не могли перевести этих лошадей через тот канатный мост, который рухнул в пропасть. Животными там пройти было невозможно. Значит, правый путь действительно вел в обход без всяких обрывов.

Я перевела взгляд на Каздара. Внутри закипела такая злость, что пальцы сами сжались в кулаки. Неужели нельзя было нормально, человеческим языком объяснить, почему мы обязаны были повернуть направо? Почему он вечно изъясняется загадками и приказами, из-за которых сегодня погиб человек? Лидер астерийцев поймал мой взор, но его лицо осталось совершенно безразличным.

Я сделала еще пару шагов вперед. Каздар скользнул взглядом по моей содранной ладони и поврежденной ноге, а затем равнодушно поднял глаза к моему лицу.

— Я сказал держаться правой стороны, — ровно произнес он.

Внутри меня всё окончательно взорвалось.

— Ты сказал держаться правой стороны! — выкрикнула я, делая шаг к нему. — Ты не сказал, что слева нас ждет разваливающийся мост над пропастью и монстры!

— Но ты все равно пошла налево, — ответил Каздар.

— Потому что я не поняла, о чем ты говоришь!

— Очевидно, — холодно обронил он.

Горло сдавило от нахлынувших эмоций.

— Шон погиб, — процедила я сквозь зубы.

Лицо Каздара стало серьезным. Он обвел взглядом уставших людей позади меня.

— Я видел, сколько вас пришло.

— Так почему нельзя было просто нормально объяснить?! — Мой голос сорвался на хрип. — По-человечески сказать, что там тупик и опасность?

— Потому что здесь вам не должны объяснять каждый шаг, — отчеканил Каздар.

— Но ты зачем-то сказал мне эту подсказку! — Я шагнула еще ближе.

Лидер замер, задерживая на мне долгий взгляд. Воздух между нами снова словно потяжелел.

— И ты все равно не послушалась, — ответил он.

— Шон погиб, — повторила я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы бессильной ярости. — И это всё из-за вас. Из-за твоих дурацких загадок.

Каздар сократил расстояние между нами, нависая надо мной своей массивной фигурой.

— Это был ваш выбор — прийти на наши земли, — жестко произнес он. — И это был ваш выбор — пойти по широкой дороге. Привыкай отвечать за свои решения.

— Да пошел ты к черту, — выплюнула я ему прямо в лицо.

Я развернулась и похромала прочь.

Вся группа молча потянулась внутрь крепости. Мы оказались в столовой, где на столах стояли кувшины с чистой водой, сухие перекусы и лежали чистые бинты. Ник и Рима сразу устроились у окна, а Аарон принялся промывать Эрику разбитые костяшки пальцев. Люди принялись обрабатывать раны, умываться и обсуждать пережитое.

Мне не хотелось находиться среди них. Забрав небольшую миску с водой и чистую ткань, я вышла через противоположную дверь, ведущую на внутренний дворик форпоста. Здесь было пусто и тихо.

Я опустилась на скамью у стены, полностью игнорируя боль в горящем колене. Окунув ткань в воду, я принялась прижимать её к содранной ладони. Злость жгла изнутри. Я злилась на эти проклятые испытания, на безжалостных астерийцев, на Каздара с его каменным лицом. Но сильнее всего я злилась на саму себя.

Если бы я проявила твердость, если бы настояла на своем и смогла уговорить команду пойти в правое ущелье — Шон сейчас был бы жив. Эта мысль отравляла сознание, не позволяя сделать нормальный выдох.

Я положила миску и мокрую ткань рядом с собой на скамейку, закрыла лицо ладонями и разрыдалась. Силы окончательно иссякли, а в груди все разрывалось от боли из-за пережитого кошмара, гибели человека и собственной беспомощности.

Шорох шагов по камням заставил меня вздрогнуть. Я поспешно убрала руки от лица, вытирая слезы, и увидела Каздара. Он остановился прямо передо мной.

— Покажи, — произнес он.

— Что? — Я шмыгнула носом, пытаясь вернуть голосу твердость.

— Руку.

— Я справлюсь сама, — отрезала я.

Я демонстративно взяла ткань, снова окунула ее в воду и принялась аккуратно промакивать содранную кожу на ладони. Только сейчас я заметила, что в спешке забыла прихватить из столовой чистые бинты.

Каздар усмехнулся, заметив мой растерянный взгляд на пустую скамью.

— Вижу, как ты справляешься.

Он без приглашения сел рядом. Расстояние между нами сократилось до минимума. Лидер достал из кармана белый рулон ткани. Не спрашивая разрешения, он просто перехватил мое запястье своей ладонью.

В этот момент я впервые по-настоящему посмотрела на него как на мужчину. До этого из-за постоянного страха и злости я видела в нем лишь опасного лидера астерийцев. Но сейчас, находясь так близко, я не могла не заметить, насколько он красив. У него были сильные руки, уверенные движения и жесткий, четко очерченный профиль. От его фигуры исходило ощутимое тепло.

Каздар забрал у меня мокрую ткань и принялся промывать мою рану. Его пальцы действовали удивительно бережно, несмотря на их видимую силу. Закончив, он наложил повязку и стал забинтовывать ладонь.

Я неотрывно смотрела на него. Мой взгляд скользил по темным узорам на его шее, которые уходили под воротник. Сердце внезапно пропустило удар, и эта глупая, неожиданная реакция собственного тела разозлила меня сильнее, чем жжение в содранной руке.

— Почему у меня не появляется сила? — спросила я, нарушая тишину двора, пока он закреплял конец бинта.

— Она проявится, — ответил Каздар, не поднимая глаз.

— Когда? Когда я буду лететь с очередного разрушенного моста в пропасть?

— Второй сущности нужен толчок. — Он наконец взглянул на меня.

— Какой еще толчок?

— Разный. Страх, смертельная опасность, необходимость защитить себя или кого-то другого. Силе нужна мощная эмоция, чтобы пробить барьер.

Я прищурилась, разглядывая его лицо в наступающих сумерках.

— И у вас она просыпалась так же? Через кошмар?

— У детей нашего народа все происходит иначе. — Каздар покачал головой. — Астерийцев еще младенцами приносят в грот Ценериса и окунают в священную воду практически сразу после рождения, чтобы привязать вторую сущность. Но даже после этого дар может годами не проявляться внутри тела. У всех по-разному. И никто из нас не знает заранее, какую именно силу дал Ценерис.

— И вы просто ждете, пока она сама решит проснуться? — удивленно спросила я.

— Да, — ответил Каздар.

— Астерийцы рождаются без магии? — спросила я, стараясь перевести дыхание.

— Это не совсем так, — ответил Каздар, затягивая узел на ткани. — При рождении у нас есть бессмертие и начальная искра. Но Ценерис увеличивает ее, даруя новые способности.

Я нахмурилась, глядя на перебинтованную ладонь:

— Тогда почему нас нельзя просто оставить в покое? Тоже ждать, пока магия проснется сама.

— У вас нет этих лет, — отрезал он.

— Почему?

— Нашей земле не нужны слабаки.

От его хладнокровия по коже пробежал мороз.

— То есть это отбор? — прямо спросила я.

— Я этого не говорил. — Каздар поднял на меня взгляд.

— Но это именно то, что ты сейчас сказал.

— Я сказал, — жестко выговорил он, — что право остаться нужно заслужить.

В голове выстраивалась страшная картина. Десять испытаний создали для того, чтобы выжили только сильнейшие. Те, у кого пробудится достаточно мощная вторая сущность. Те, кто сможет управлять ею и пережить Дарктвайн, превратившись в сильное оружие.

— То есть вы просто будете смотреть, как мы дохнем, пока не останутся те, кого вы сочтете достойными? — Мой голос задрожал от гнева.

— Вы знали, на что шли, — равнодушно отозвался лидер.

— Мы не знали, что вы намеренно пытаетесь заставить наши силы проснуться, толкая нас в пропасть!

— Теперь знаешь, — обронил Каздар.

— Вы чудовища, — выплюнула я, с силой выдергивая свою руку из его пальцев.

Каздар поднялся со скамьи и холодно произнес:

— Это решение правителя.

Я проводила его взглядом, и внутри наступило странное оцепенение. Каздар — всего лишь командир, выполняющий приказы. Весь этот жестокий отбор происходил исключительно по прямому поручению правителя Астериса. Тардана.

Глава 16

Мы сидели за длинным столом, доедая завтрак — сухие хлебцы и остатки солонины, которые сами разложили из ящиков. На этих заставах не было ни кухарок, ни слуг, так что каждый заботился о себе сам.

Наша группа устроилась вместе с командой Аарона. Я перевела взгляд на Эрика и внутренне сжалась. Обычно веселый и улыбчивый, сейчас он выглядел тенью самого себя. Под его глазами залегли темные круги. Было ясно, что он всю ночь не смыкал глаз.

Аарон повернулся к брату и тихо, но твердо произнес:

— Перестань прокручивать это в голове, Эрик.

Брат ничего не ответил. Он механически ковырялся ножом в тарелке, пытаясь заставить себя съесть хоть немного, но ему явно было тяжело.

— Как рука? — Ник мягко коснулся моего плеча, заглядывая в глаза. В его голосе было столько искреннего беспокойства, что на душе стало немного легче.

— Всё в порядке, — ответила я, поднося к губам кружку с водой. Забинтованная Каздаром ладонь почти не болела, но разговор с ним до сих пор не выходил из мыслей.

Чейз отодвинул от себя миску, оперся локтями о стол и мрачно произнес:

— Эта проклятая долина убьет нас всех. Рано или поздно.

— Что бы нас ни ожидало дальше, у нас нет других вариантов, — жестко перебил его Ник. — Путь только один — вперед. Назад дороги нет.

Логан дотронулся пальцами до линий на своей шее, где под кожей угадывался невидимый поводок, и хмуро добавил:

— Чёртова удавка. Астерийцы специально всё продумали с самого начала. Чтобы мы не смогли сбежать.

— Да, — согласился Чейз, криво усмехнувшись. — Что бы ни случилось с нами между рубежами, эти ублюдки всё рассчитали. Мы зажаты со всех сторон. Либо зубы тварей, либо петля на горле.

Слушая их, я опустила глаза и поправила воротник рубашки. Даже если бы на моей шее не было этой метки, я бы всё равно не повернула назад. Мне плевать на их расчеты и ловушки. Мне нужно пройти эти десять рубежей, выжить и спасти сестру. Иного способа получить право жить на их земле у меня просто не существовало.

Я перевела взгляд в сторону стола Зары и ее шайки. Они вели себя так, будто вчера погиб совершенно чужой человек, а не их товарищ. Зара сидела, открыто смеялась и что-то весело обсуждала с Люком. Джек громко спорил о чем-то с Хоком. Им всем было наплевать на смерть Шона.

В соседнем ряду за столом сидели Рей, Кол и Аш. Даже они вели себя тихо. По их хмурым лицам и тяжелым взглядам было понятно, что они провели ночь без сна, как и вся наша группа.

Дверь столовой скрипнула, и внутрь зашел Маркус.

— Пора, — коротко объявил он, окинув зал сухим взглядом.

Все поднялись со своих мест и вышли на площадку перед воротами форпоста. Обстановка оставалась прежней: у стены стояли длинные стойки с оружием. Каждый молча подошел и взял себе клинок или топор.

Пока мужчины проверяли экипировку, Рима сделала шаг ко мне и легонько обняла за плечи.

— Как ты? — спросила она.

— В порядке, — ответила я, затягивая ремень на жилете.

Рима отвела взгляд, и я заметила, что она сочувственно смотрит на Эрика. Светловолосый стоял чуть подальше, безучастно сжимая рукоять меча. Я дотронулась до плеча подруги, пытаясь ее поддержать:

— Он справится, Рима.

— Ему тяжело, — вздохнула она, поджав губы. — Я вижу, как он страдает. Эрик винит во всем себя.

— Это не его вина, — твердо произнесла я. — Он сделал всё, что мог.

Договорить мы не успели. По ступеням главной лестницы раздался шорох шагов, и во двор вышел Каздар. Все разговоры оборвались. В воздухе повисла тишина, и четырнадцать человек повернулись в сторону лидера.

Каздар кивнул Аарону, подзывая его к себе, и молча протянул новую свернутую карту. Тот перехватил свиток, сжал его в кулаке и сразу развернулся к воротам, не проронив ни слова. Все переглянулись, проводили Аарона взглядом и двинулись следом. Больше никому ничего не нужно было объяснять. Выданная карта означала лишь одно — время двигаться дальше вглубь долины.

Я замешкалась и посмотрела на лидера.

— И всё? — тихо спросила я, делая шаг к нему. — Сегодня никаких советов?

— А ты собираешься начать меня слушать? — Каздар приподнял бровь, глядя на меня сверху вниз.

— Возможно, — ответила я.

— Тогда жаль, сегодня советов нет.

Мы задержали взгляд друг на друге чуть дольше обычного. Вчера он предупредил меня, а сегодня равнодушно отправлял в неизвестность, не сказав ни единого слова. Я совершенно его не понимала. Поправив ремень, я развернулась и поспешила догнать Ника и Риму.

Харди потянул на себя ворота форпоста, открывая проход. Маркус вывел лошадей на открытую поляну перед входом. Вся группа вышла следом за ними под утреннее прохладное небо. Харди запер створки.

Они втроем сели на коней. На этот раз Каздар даже не повернул головы в мою сторону. Он вонзил шпоры в бока жеребца и первым рванул с места, увлекая за собой Маркуса и Харди. Копыта выбили облако серой пыли, и три всадника скрылись в извилистом проходе.

Аарон развернул свиток, сверился с отметками и указал рукой вперед. Мы двинулись за ним.

Эта часть пути с первых же минут начала ощущаться физически тяжелее всего, что мы проходили до этого. Лес и ровные каньоны остались позади. Теперь нас окружала исключительно дикая, бесплодная каменная местность. Это был не один удобный проход, а километры сложного горного маршрута. Дорога постоянно шла вверх: узкие расщелины сменялись резкими подъемами, тропу то и дело перегораживали огромные валуны, а каменистые осыпи заставляли ежеминутно терять равновесие. Местами склон становился настолько крутым, что нам приходилось карабкаться, цепляясь за острые выступы руками. Под ногами постоянно съезжали мелкие камни, с сухим шуршанием улетая вниз.

К середине дня люди вымотались окончательно. Тяжелое дыхание отряда эхом разносилось между скал, хотя монстров вокруг пока не было. И эта зловещая пустота напрягала даже сильнее, чем вчерашнее нападение.

Аш остановился у крупного валуна, вытер пот со лба и хмуро произнес:

— Мне одному кажется, что сегодня нас решили убить вообще без тварей?

— Не жалуйся, — отозвался Кол, тяжело опираясь на свой топор. — Пока хотя бы никто не пытается тебя съесть.

— Подожди, день еще впереди, — проворчал в ответ дезертир, недовольно поправляя ремни.

Бывшие военные переносили дорогу лучше остальных. Рей, Кол и Аш двигались слаженно, быстро преодолевая препятствия благодаря армейской подготовке. Они подсаживали друг друга на крутых подъемах и уверенно шли в авангарде.

Зара, наоборот, не затыкалась ни на минуту. Она постоянно ругалась сквозь зубы, проклиная камни и астерийцев. Люк, Джек и Хок держались плотным кольцом вокруг своей рыжей предводительницы, помогая ей перелезать через обломки скал и бдительно контролируя тыл.

В нашей группе восхождение давалось с трудом. Содранная ладонь под бинтом нещадно горела каждый раз, когда приходилось хвататься за выступы. Нога ныла. Ник шел между мной и Римой, постоянно подставляя плечо на резких уступах и подавая руку, когда под нашими сапогами осыпался рыхлый грунт. Рима двигалась молча, сосредоточенно выбирая места для каждого шага.

Позади нас Аарон, Логан и Чейз пытались расшевелить Эрика. Парень хранил молчание с самого утра, по-прежнему переживая вчерашнюю трагедию.

— Эрик, не отставай, держись правее, там склон ровнее, — подсказал Чейз, попытавшись ободряюще хлопнуть его по плечу.

Логан согласно кивнул, подхватывая его мысль:

— Давай, шевелись. Скоро перевал, там сделаем короткую остановку.

Аарон шел чуть впереди брата, прокладывая безопасный путь и то и дело оборачиваясь, чтобы убедиться, что Эрик справляется и не теряет концентрацию.

В какой-то момент Чейз оступился на камнях. Нога парня резко поехала вбок, и он едва не улетел со склона в небольшую расщелину. Логан среагировал мгновенно, намертво перехватив его за ворот куртки и с силой дернув назад на твердую тропу.

— Осторожнее, — сухо бросил Логан.

— Спасибо, — выдохнул Чейз, переводя дух. — Чуть кости здесь не оставил.

Мы продолжили карабкаться дальше. Камни резали ладони, солнце скрылось за тяжелыми тучами, а уходящий вверх маршрут казался бесконечным. Каждый метр давался с боем, и внутри росло четкое понимание: Дарктвайн испытывал нас не только когтями чудовищ, но и этой изнуряющей горной дорогой, которая методично высасывала последние силы.

Через час на гребне скалы над нами мелькнули тени. Три крупные твари появились на самой вершине уступа. Они не стали нападать сразу, а начали бежать параллельно отряду, ловко перескакивая с одного валуна на другой. Чудовища неотступно следили за каждым нашим шагом. Через несколько минут из-за соседних скальных выступов показались еще три силуэта, присоединяясь к первой стае.

Рей моментально взял ситуацию под контроль. Его холодность сменилась собранностью опытного командира.

— Не останавливаться! — громко скомандовал он, окинув взглядом склон. — Пока они наверху, продолжаем идти здесь. Оружие наготове, смотрите на скалы!

Даже Аш беспрекословно подчинился приказу, вытаскивая клинок. Рей шел впереди, непрерывно контролируя высоту и двигая людей дальше. Стало ясно, что этот человек действительно знает, как вести бой в экстремальных условиях.

Впереди дорога сузилась до предела. Слева поднималась отвесная стена, справа зиял крутой каменистый склон. Разойтись здесь было невозможно. Именно на этом узком участке твари начали спускаться, скользя по камням с глухим рыком.

Первое существо прыгнуло сверху прямо в середину нашей цепочки. Рей ловко ушел в сторону, уклоняясь от массивных лап, и тут же нанес встречный удар. За первой тварью по склону ринулись остальные. Всего их было шесть — достаточно, чтобы четырнадцать измотанных человек оказались в смертельной опасности.

Главной проблемой стала теснота. На узкой тропе невозможно было нормально развернуться, люди мешали друг другу. Аш вскинул руку, собираясь выпустить огненную волну, но вовремя сообразил, что сильный удар по хрупкой породе вызовет масштабный обвал и похоронит нас под камнями.

— Не бей в скалу! — рявкнул ему Рей, отбивая очередной выпад чудовища.

— Понял! — огрызнулся Аш, гася пламя и перехватывая меч обеими руками.

Рима вскинула ладони, и перед нашей группой возник прозрачный щит, принявший на себя мощный удар прыгнувшего монстра. Преграда затрещала, но выдержала.

Эрик снова задействовал свое ускорение. Его смазанный силуэт перемещался между бьющимися людьми. Он то и дело выдергивал из-под когтей тех, кого твари почти зажали у отвесной стены. Но после нескольких таких стремительных рывков парень резко пошатнулся. Его дар оказалась слишком энергозатратной. Эрик возник прямо рядом с братом и пошатнулся, едва удерживаясь на ногах от нахлынувшей слабости.

Аарон вовремя подхватил его под руку, не давая упасть на камни.

— Всё, хватит! — зло выкрикнул Аарон, заслоняя его собой.

— Там Люк… — тяжело дыша, прохрипел Эрик, пытаясь вырваться.

— Еще раз используешь скорость — и я буду вытаскивать тебя самого! — отрезал брат. У магии обнаружилось жесткое ограничение.

В этот момент одна из тварей прыгнула прямо на меня. Память о уроке Каздара сработала сама собой. Я не стала бороться с монстром силой и пытаться принять удар на жесткий блок. Вместо этого я сделала быстрый шаг вбок, уходя с линии атаки. Чудовище пролетело мимо, и в момент его приземления я изо всех сил вонзила меч ему в бок. Клинок глубоко рассек шерсть. Тварь яростно взвыла, истекая кровью, но я успела разорвать дистанцию, оставаясь на ногах.

Один из монстров оказался вдвое крупнее остальных. Из-за его огромного веса со склона поползли первые валуны. Перепуганный зверь заметался, и вслед за ним вниз с грохотом ринулась лавина булыжников.

— Бегите! — заорал Рей, перекрывая грохот лавины. — Обвал!

Теперь нам приходилось одновременно спасаться от летящей массы, отбиваться от чудовищ и удерживать равновесие на краю крутого склона. Всё окончательно смешалось.

Мы с Ником и Римой изо всех сил пытались держаться вместе. Ник бежал чуть впереди, непрерывно оглядываясь сквозь пелену серой пыли.

— Ламира! Рима! — кричал он, перепрыгивая через трещины в породе.

— Я здесь! — отозвалась я, едва успевая уворачиваться от летящих осколков.

— Я сразу за тобой! Не останавливайся! — хрипела Рима, прикрывая голову локтем.

Где-то материлась Зара. Ее шайка пробивалась сквозь хаос, но они не отставали. Вдруг рыжая обернулась и увидела, что Люк оступился. Очередной булыжник ударил его по ноге, парень рухнул на землю, и его мгновенно завалило тяжелыми камнями.

Зара даже не притормозила. Она мазнула по нему равнодушным взглядом и припустила еще быстрее, спасая собственную шкуру. Я заметила это и содрогнулась от отвращения.

Но Чейз, бежавший следом, не смог пройти мимо. Он развернулся, наплевав на опасность, подлетел к завалу и принялся яростно разбрасывать камни, помогая Люку освободиться. Вытащив преступника, Чейз толкнул его вперед:

— Беги!

Люк рванул прочь, даже не обернувшись, чтобы сказать спасибо. Чейз только собрался сдвинуться с места, как я подняла голову вверх. Прямо над парнем откололся гигантский кусок скалы.

— Чейз! — истошно закричала я, вытягивая руку.

Эрик дернулся, собираясь задействовать свое ускорение, но Аарон вцепился в его плечи. Брат понимал: Эрик истощен. Он физически не успеет добежать, и каменная глыба просто похоронит их двоих.

— Пусти! — заорал Эрик, но Аарон держал его намертво.

В следующую секунду многотонная часть скалы рухнула вниз. Чейза мгновенно накрыло сплошной кучей камней. Земля содрогнулась, и над ущельем поднялось плотное облако пыли. Спасти его, вытащить или хотя бы поднять эти глыбы руками было абсолютно невозможно. Чейз погиб на наших глазах, спасая того, кто даже не оглянулся назад.

— Нет! — закричала я.

Эрик с силой толкнул брата в грудь, едва не свалив его на камни, и заорал:

— Какого хрена ты творишь?! Я мог успеть! Я мог вытащить его!

Аарон промолчал. Он лишь тяжело дышал, удерживая брата, и глаза были прикованы к осевшей груде обломков скалы. Нас всех накрыло волной боли. Из-под этих многотонных глыб не доносилось ни звука.

Но Зара и ее шайка даже не подумали затормозить. Они двигались вперед по сужающейся тропе. Им было плевать. Вытащенный Люк бежал впереди всех, ни разу не повернув головы к своему спасителю.

— Двигаемся! Быстрее! — перекрывая гул ущелья, крикнул Рей.

Мы побежали. Ноги скользили по камням, дыхание обжигало горло. Твари сверху сорвались с уступов и ринулись за нами вниз, сокращая дистанцию с пугающей скоростью. Одно из чудовищ уже практически настигало отряд, готовое впиться когтями в спину бегущей Римы.

Рей резко затормозил. Он развернулся лицом к опасности, прикрывая собой уходящих людей.

— Веди их! — рявкнул он Колу, выставляя перед собой меч.

— Рей! — выкрикнул Кол, но подчинился и потащил нас дальше вдоль скалы.

Рей без страха вступил в бой. Первый монстр прыгнул на него, разинув клыкастую пасть. Опытный солдат ловко уклонился и точным движением вонзил сталь твари прямо в сердце. Монстр с глухим хрипом повалился на камни. Мы все на секунду обернулись, и из груди вырвался вздох облегчения. Рей смог! Он победил!

Он уже развернулся и побежал к нам, как сверху на тропу свалилось второе чудовище, перекрывая ему путь. Снова зазвенела сталь. Рей действовал хладнокровно, уходя от когтей и нанося рваные раны на шкуре монстра. Я видела это сквозь пыль и была уверена: он справится.

— Я помогу! — заорал Аш, пытаясь вырвать руку из захвата.

Кол держал его за запястье, волоча за собой.

— Он сказал идти вперед! Слышишь?! Вперед!

Аш рванулся, его лицо исказилось от ярости. В этот момент еще одно чудовище бесшумно упало со скалы прямо за спину Рея.

— Сзади! Сзади, Рей! — в ужасе закричал Аш.

Дезертир вскинул свободную руку, и на его ладони бешено заплясало пламя. Он готов был выпустить огненный поток, но Рей находился слишком далеко. Я видела, как Аш на долю секунды замер — он понимал, что удар такой силы по узким стенам вызовет обвал и похоронит Рея. Но другого варианта спасти товарища у него не оставалось.