Дарктвайн

Аш толкнул ладонь вперед. Огненный поток с ревом сорвался с его пальцев в тот самый миг, когда упавшая сзади тварь вцепилась Рею прямо в горло.

Раздался страшный, хрустящий звук. Огонь ударил по скале, выбивая тучу крошки, но не задел монстра. Чудовище, не разжимая клыков на шее Рея, с жуткой скоростью потащило его вверх по отвесной стене уступа.

Кровь брызнула во все стороны, окрашивая серый камень в багровый цвет. Тварь стремительно утягивала дергающееся тело солдата в темноту верхних расщелин.

— Нет! Нет! — истошно закричала Рима.

Меня заколотило, к горлу подкатила тошнота. Я тоже кричала, не в силах вынести этот ужас. Мужчину просто разорвали на наших глазах и утащили наверх, как добычу.

Аш и Кол взвыли от ярости. Аш бессильно бил огнем по пустым скалам, а Кол со всей силы вонзил топор в землю, ломая рукоять. Аарон крепко придерживал ослабевшего Эрика, чье тело все еще подрагивало после изнурительного использования магии. Логан стоял неподвижно, бледный как смерть. На его обычно сдержанном лице застыло пугающее оцепенение — ему тоже было плохо от этого бессилия.

А шайка Зары к этому моменту окончательно скрылась из виду. Впереди, в сером тумане ущелья, их больше не было видно. Они бросили нас.

Сверху снова донесся низкий, нарастающий рык. Новые твари приближались, привлеченные запахом крови.

Аш первый пришел в себя. Он тряхнул головой, сбрасывая оцепенение, и жестко приказал:

— Бежим! Живее, пока нас здесь всех не сожрали!

Мы сорвались с места. Усталость и страх сковали тело, но я заставила себя переставлять ноги. Каждое движение отзывалось острой болью в разбитом колене. Я бежала сквозь пелену пыли, почти не разбирая дороги от нахлынувшего бессилия.

Внезапно носок моего сапога попал в глубокую расщелину между валунами. Я потеряла равновесие и с размаху рухнула на камни. Меч, который я сжимала в руках, со звоном вылетел из ладони и отлетел далеко в сторону.

Ник и Рима в этот момент уже успели уйти вперед. Прежде чем я успела подняться, прямо передо мной с верхнего уступа спрыгнула крупная тварь.

Я замерла, понимая, что безоружна. Монстр двинулся в мою сторону, скаля клыки, с которых капала вязкая слюна. Я посмотрела на свою правую ладонь, где темнели узоры Ценериса. Ничего. Никакой вспышки, никакого щита. Ужас сковал горло — я была абсолютно уверена, что сейчас умру.

— Ламира! — донеслось со стороны тропы. Это был голос Ника.

Тварь оттолкнулась от земли и прыгнула на меня. Я закричала, зажмурившись и инстинктивно выставляя руки.

Раздался глухой хлопок. Вместо ожидаемой боли меня обдало волной горячего воздуха. Открыв глаза, я увидела, что чудовище буквально разорвало на части прямо в полете. Повсюду разлетелись ошметки темной шерсти. Это не была огненная вспышка или свет — монстра уничтожил мощный импульс прозрачной, колеблющейся силы, похожий на невидимую молнию.

Сквозь осевшую пыль я увидела Ника. Парень стоял в нескольких метрах от меня с поднятыми руками, тяжело дыша. Его ладони мелко дрожали. Он сам был в глубоком шоке от того, что только что совершил.

Аш быстро подошел к нему, оценивающе оглядел место взрыва и хмыкнул:

— А вот это уже интересно.

Но Нику было плевать на свой проснувшийся дар. Он оттолкнул Аша, бросился ко мне и упал на колени прямо в каменистую крошку.

— Ты ранена?! — его голос сорвался от паники, а руки лихорадочно ощупывали мои плечи.

— Нет, — выдохнула я, пытаясь прийти в себя.

— Точно?! Скажи мне!

— Нет, Ник, я в порядке, — повторила я, с трудом сглатывая слюну. — Просто ноги…

При падении мои ноги завалило тяжелыми обломками породы. Ник принялся яростно отбрасывать камни в стороны, освобождая меня из ловушки. Всё тело нещадно ломило от сильного удара о землю, но парень аккуратно подхватил меня под мышки и помог подняться на ноги.

— Рима! — хрипло позвал Ник, оглядываясь по сторонам. — Рима, ты где?!

— Я здесь! — донесся ее испуганный крик из тумана впереди. — Я в порядке, идите сюда!

Аш подлетел к нам сбоку, без лишних слов перехватил меня под руку с другой стороны и помог Нику тащить меня по тропе.

— Быстрее надо, убираемся! — прикрикнул дезертир, настороженно поглядывая на верхние скалы.

Опираясь на плечи парней, я переставляла гудящие ноги. Мы быстро преодолели опасный участок и наконец добрались до остальной части группы, которая ждала нас у поворота. Аарон, Логан и бледный Эрик сразу сомкнули строй вокруг нас.

Вокруг снова повисла тишина, нарушаемая только шорохом шагов. Каменистая тропа вела нас дальше, петляя между обломками породы.

— И где эта тварь Зара со своими людьми? — хмуро спросил Аш, не сбавляя темпа и продолжая поддерживать меня под руку.

— Они ушли далеко вперед, — ответил Аарон, сверяясь со свитком.

— Но карта-то у тебя, — подал голос Кол. — Как они ориентируются?

— Они видели маршрут перед выходом и запомнили общее направление, — сухо пояснил Аарон. — Преступникам не нужна детальная точность, чтобы спасать свои шкуры.

Ник с Ашем по-прежнему вели меня, принимая на себя большую часть моего веса. Каждое движение давалось с трудом. Рима поравнялась со мной, испуганно заглядывая в лицо:

— Ламира, ты как? Ногу не сломала?

— Нет, — преодолевая боль, выдохнула я. — Подвернула, кажется.

Останавливаться на узкой тропе было смертельно опасно. Чтобы отряд двигался быстрее и успел покинуть ущелье до темноты, Ник и Аш практически тащили меня на себе.

Ближе к вечеру отвесные скалы наконец расступились. Мы преодолели последний крутой подъем и вышли на просторную поляну. Солнце уже садилось, окрашивая небо в багровые тона. Все были истощены. Эрику до сих пор было плохо, он шел бледный, едва волоча ноги, а Аарон с Логаном бдительно контролировали каждый его шаг.

Впереди показался третий рубеж. Это была еще одна небольшая сторожевая крепость с толстыми стенами и железными воротами.

На площадке перед входом стояли Каздар, Маркус и Харди. А чуть поодаль, лениво опершись на каменные выступы, расположились Зара и ее банда. Они выглядели совершенно спокойными, будто и не было никакого обвала.

Аш зло сплюнул на землю.

— Вот дрянь, — процедил он сквозь зубы.

— Они просто взяли и бросили нас, — тихо произнесла Рима, и в ее голосе проступила горечь.

В этот момент до каждого из нашей группы окончательно дошло, насколько этой шайке плевать на остальных. Они бросили Шона, бросили нас в теснине под лавиной камней и монстрами, заботясь только о собственной выгоде.

Аш и Кол хмуро зашагали вперед, направляясь к открытым воротам. Ник не стал отпускать меня. Он продолжал крепко держать меня за талию, помогая преодолевать последние метры. Я перевела взгляд на его уставшее лицо, перехватила его ладонь своей рукой и тихо сказала:

— Ты сегодня спас мне жизнь, Ник.

Парень на секунду притормозил, бережно прижимая меня к своему боку, наклонился к самому моему уху и твердо ответил:

— Я тебя не брошу, Ламира.

— Спасибо, — выдохнула я, чувствуя, как к горлу снова подкатывают слезы, но теперь уже от благодарности.

Я подняла голову и наткнулась на взгляд Каздара. Лидер астерийцев стоял у ворот, и его глаза были прикованы прямо к нам. Он смотрел на то, как Ник обнимает меня за талию, как бережно удерживает и как я сжимаю его ладонь. Черты лица Каздара стали пугающе резкими, челюсть сжалась так, что на скулах заходили желваки, а в темном глазу серая дымка закружилась плотным, тяжелым потоком.

Стоило Нику завести меня за ворота форпоста, как тишину двора нарушил яростный крик Аша. Солдат был в бешенстве.

— Ах вы, мрази! — прорычал Аш, с размаху толкая Люка в грудь так, что тот отлетел к стене. — Чейз вытащил тебя из-под завала! Своими руками глыбы швырял, пока ты там скулил! А ты просто удрал?

Люк быстро восстановил равновесие, его рука инстинктивно легла на рукоять ножа.

— Я не виноват, что он тормозил! — огрызнулся преступник, воровато озираясь. — Обвал шел, там секундное дело было!

Аш замахнулся кулаком, готовый размазать его по камням, а Джек и Хок уже шагнули вперед, закрывая своего подельника. Драка казалась неизбежной. В следующую секунду между ними выросли Маркус и Харди. Двое стражников жестко растащили мужчин в стороны.

— Хватит! — рявкнул Маркус, удерживая Аша.

К ним подошел Аарон. На его лице не осталось привычного спокойствия — только сухая, выжженная потерей злость. Он в упор посмотрел на рыжую воительницу:

— Вы просто взяли и бросили нас.

Зара лишь цинично усмехнулась, скрестив руки на груди. Наглости этой девке было не занимать.

— Мы спасались от камнепада, — равнодушно отмахнулась она. — Это вы где-то там сзади застряли и отстали. Мы никого не бросали. На бегу назад не оглядываются.

Кол, до этого молча наблюдавший за перепалкой, выступил вперед. Он наставил палец на всю банду Зары и отчеканил:

— Если с кем-то из вас что-то случится на следующих рубежах, мы и пальцем не пошевелим, чтобы помочь. Сдыхайте прямо на тропе.

— Ой, испугал, — издевательски протянула Зара. — Как будто нам нужна ваша помощь. Мы и сами за себя постоять можем.

Джек и Хок за ее спиной тихо посмеялись. Насколько же они были противными и пустыми внутри. Сегодня долина забрала Рея и Чейза, лучших из нас, а этим тварям было откровенно плевать на чужие жизни.

Одинокая слеза скатилась по моей щеке, оставляя след на пыльной коже. Рима сразу подошла ко мне, обняла за плечи, и мы безмолвно прижались друг к другу, деля этот кошмар на двоих.

Каздар всё это время наблюдал за перепалкой. Его лицо оставалось непроницаемой маской. Убедившись, что Маркус контролирует порядок, лидер просто развернулся и ушел внутрь форпоста.

Я проводила его взглядом, чувствуя, как внутри всё сильнее запутывается узел из вопросов. Неужели ему действительно всё равно? Да, отбор придумал не он, а правитель Астериса. Каздар лишь исполнитель воли своего правителя. Но неужели и сам командир настолько бессердечен? Он ведь мог дать хоть какую-то подсказку утром.

Маркус и Харди объявили, что завтра отряд остается в крепости. На следующий рубеж мы должны были выдвинуться только через день. По рядам пронеслось облегчение. Многие были ранены, а вымотались абсолютно все. Если бы на рассвете нам пришлось снова столкнуться с опасностью, большая часть из нас просто не выжила бы.

Двенадцать человек потянулись в столовую, чтобы перевязать раны и поесть. Я повернулась к Нику и Риме:

— Я пойду в купальню.

Ник сразу шагнул ко мне, протягивая руку:

— Давай я помогу тебе дойти.

— Я сама справлюсь, — ответила я.

Я еле поднялась по лестнице на второй этаж. Подвернутая нога пульсировала острой болью, заставляя сильно хромать и держаться за стену. Добравшись до жилого крыла, я зашла в первую попавшуюся комнату, открыла шкаф и достала чистую мужскую рубашку и штаны.

В купальне я наконец дала волю слезам. Я плакала навзрыд. Перед глазами стояли лица Чейза и Рея. Кошмар этого дня душил изнутри, и я не могла остановиться, пока вода стекала по моим плечам.

Выйдя в коридор, я утерла лицо. Волосы остались мокрыми, чистая одежда сидела мешковато, а глаза и нос покраснели от слез. Я сделала всего несколько шагов, как дорогу мне преградили.

Облокотившись о стену, в коридоре стоял Каздар. Он сразу заметил мое заплаканное лицо.

— Ламира, — позвал он.

— Не сейчас. — Я попыталась обойти его вдоль стены, но он шагнул навстречу.

— Что произошло в ущелье?

— Ты и так всё знаешь, — процедила я.

— Я не спрашиваю о них. — Каздар сократил расстояние, вынуждая меня остановиться. — Что произошло с тобой?

— Я чуть не умерла сегодня, — голос сорвался, и новые слезы покатились по моим щекам. — Если бы не Ник и его сила, меня бы уже разорвали. Я была бы мертва.

— Но ты здесь, — ровно ответил он.

— Сегодня — да! А завтра?! — Я сорвалась на крик, теряя остатки контроля.

Каздар протянул руку, перехватил мой подбородок своими жесткими пальцами и заставил поднять голову. Его хватка была крепкой, не позволяя отвернуться.

— Ты должна быть сильной, если хочешь дойти до конца, — отчеканил он, глядя мне прямо в глаза.

— Сильной?! — Я попыталась вырваться, но он держал намертво. — Да я не боюсь смерти, Каздар! Я боюсь сдохнуть в этой проклятой низине, зная, что моя сестра осталась там одна и ждет меня! Я обещала себе, что вернусь за ней!

Каздар шагнул вперед, впечатывая меня спиной в стену. Его массивная фигура полностью перекрыла свет, лишая меня пространства. Я была настолько истощена, что даже не стала сопротивляться, когда его тело прижалось к моему.

— Тогда выживи ради нее, — жестко произнес он, нависая надо мной. — Твоя слабость убьет и тебя, и ее. Прекрати скулить и начни бороться.

— Тебе легко говорить! — выплюнула я, чувствуя, как его горячее дыхание обжигает губы. — Всё, что ты делаешь, — это стоишь у ворот и считаешь, сколько людей вернулось с маршрута!

— Ты хочешь, чтобы я оплакивал каждого? — его светлый глаз потемнел от нарастающего гнева.

— Я хочу понять, тебе вообще бывает не плевать на нас?!

— Я слишком долго командую людьми, чтобы позволить себе привязаться к каждому, кого могу потерять. — Каздар склонился еще ниже. Его челюсть плотно сжалась.

— Значит, тебе плевать, — горько выдохнула я.

— Я научился жить так, будто мне плевать.

Я издевательски усмехнулась, глядя в его глаза. Ярость, обида и близость этого мужчины окончательно лишили меня разума.

— Знаешь, а я ведь дура, — прошептала я, и мой голос дрожал от презрения. — Думала, ты помог мне, потому что тебе не всё равно. А ты просто бездушный кусок камня. Жалкий, трусливый пес на поводке у своего правителя.

Лицо Каздара исказилось от ярости.

Его ладонь переместилась с подбородка на мою шею, жестко фиксируя голову. Не дав мне произнести ни слова, он накрыл мои губы своими.

Это была не нежность, а чистая агрессия и злость. Он вжал меня в стену всем весом своего тела, полностью перекрывая воздух. Его губы грубо, на грани боли сминали мои, а затем его язык бесцеремонно ворвался мне в рот, подчиняя себе и выжигая любые мысли. Я попыталась заколотить кулаками по его груди, но он перехватил мои руки одной ладонью, пригвоздив их над головой, и продолжил терзать мой рот. На какой-то короткий, безумный миг я сама подалась ему навстречу, отвечая на поцелуй прежде, чем успела осознать, что делаю. Горячий напор его языка, его вкус и животная мощь, с которой он удерживал меня, заставили сердце забиться на пределе. Каздар целовал меня так, словно хотел присвоить себе каждую мою мысль, наказывая за дерзость.

Он отстранился, освобождая мои запястья. Я тут же уперлась ладонями в его грудь и с силой толкнула назад.

— Отойди от меня, — тяжело дыша, процедила я. Губы горели, а сердце колотилось как сумасшедшее.

Каздар остался стоять в полушаге. Он окинул меня потемневшим взглядом и цинично приподнял бровь.

— Ты сама мне ответила, Ламира, — произнес он.

— Это ничего не значит, — ответила я, пытаясь взять себя в руки.

Каздар сделал шаг ко мне, сокращая расстояние. Он поднял руку и провел большим пальцем по моим губам. Затем заглянул прямо в глаза.

— Не ври самой себе, — произнес он. — Я чувствую твою ложь.

Я дернула головой, убирая его руку от своего лица.

— Это из-за сегодняшнего кошмара, — зло выплюнула я, отступая. — Из-за всего, что я пережила в ущелье. Из-за смерти Чейза и Рея. У меня просто сдали нервы, и ты оказался рядом. Ничего больше.

Не желая оставаться под его прицелом, я развернулась и, хромая, поспешила уйти прочь. Каздар молча проводил меня тяжелым взором.

Глава 17

Я лежала в кровати, уставившись в потолок, и прокручивала в голове события вчерашнего дня. Мысли хаотично сменяли друг друга: гибель Чейза под обвалом, страшная смерть Рея на скалах, оскаленная пасть твари прямо перед моим лицом и Ник, который спас меня. Напоследок память подкинула поцелуй в коридоре. Я коснулась пальцами губ и рвано вздохнула. Кожа до сих пор помнила жесткое прикосновение Каздара. Я сердилась на себя за то, что ответила ему, но этот поцелуй оставил внутри слишком глубокий след. Воспоминание о том, как он прижал меня к стене, заставило сердце биться чаще, а дыхание — сбиться.

— Ты так громко вздыхаешь, что скоро разбудишь всю крепость, — раздался тихий голос сбоку.

Я повернула голову. Рима лежала на соседней кровати, подперев щеку ладонью.

— Я думала, ты спишь, — прошептала я.

— Спала, пока кое-кто не начал вертеться каждую минуту и вздыхать на всю комнату. — Рима села, спустив ноги на пол. — Что случилось?

— Ничего.

Подруга устало усмехнулась, поднялась со своего места и пересела ко мне на край матраса.

— Ламира, расскажи.

Я повернулась к ней, подтянув колени к груди. Скрывать то, что по-настоящему грызло изнутри, больше не было сил.

— Я думаю, что не дойду, — тихо призналась я. — Не выживу здесь.

Рима опустила взгляд на свои ладони и помрачнела.

— Я тоже об этом думаю. Вчерашний день показал, что мы ходим по краю.

— Мне страшно, Рима, — выдохнула я, зарываясь пальцами в волосы. — Но у меня все равно не было другого варианта. Прийти в Дарктвайн и заслужить право на жизнь — это единственный способ спасти сестру. Ты не жалеешь, что пришла?

Рима молчала несколько секунд, а потом грустно улыбнулась:

— Жалею. Но уже поздно. Никто из нас не знал, насколько Дарктвайн окажется опасным. Мы думали, что готовы, но это место ломает любые планы. И самое паршивое, что чем дальше мы продвигаемся по долине, тем страшнее становится.

— Еще семь рубежей, — произнесла я, сжимая одеяло. — А мы уже потеряли троих. Что будет дальше?

Рима молча потянулась ко мне, крепко взяла за плечо и заставила посмотреть на себя. В ее глазах не было жалости, только твердость.

— Ламира, — серьезно произнесла она. — Перестань хоронить нас раньше времени. Да, вчера был ад. Но если ты сейчас утонешь в этой панике, то точно не дойдешь. Опустишь руки — долина тебя сожрет. Нам нужно держаться. Нужно трезво думать головой и контролировать каждый шаг. По-другому здесь просто не выжить. Понимаешь меня?

Я кивнула, чувствуя, как ее уверенные слова немного приглушают внутренний страх. Она была права. Слабость в Дарктвайне каралась мгновенно.

В этот момент на соседней кровати зашевелился Ник. Мы обе вздрогнули и обернулись, но парень лишь перевернулся на другой бок, подложив руку под голову, и продолжил спать.

Рима снова повернулась ко мне и уже мягче улыбнулась:

— Ладно, раз мы встали так рано, пойдем перекусим. Поищем, что там осталось в столовой, а потом выйдем во дворик, подышим свежим воздухом. Тебе нужно проветрить голову.

Мы тихо оделись и постарались не шуметь сапогами, чтобы не разбудить Ника. Покинув комнату, мы с Римой спустились в столовую.

В зале было пусто, если не считать двух фигур в углу. За дальним столом сидели Кол и Аш. По их сгорбленным спинам и опущенным головам сразу угадывалось разбитое состояние. Раньше эти двое вызывали у меня только страх и неприязнь, но после вчерашнего кошмара всё изменилось. Я видела их боль.

Рима уверенно потянула меня за рукав к их столику. Мы молча присели на край деревянной лавки рядом с ними. Аш даже не поднял глаз, продолжая крутить в пальцах пустую кружку.

— Рей был хорошим лидером, — тихо произнесла Рима, нарушая тишину. — И отличным солдатом. Вчера в ущелье он сразу взял всё в свои руки. Если бы он не командовал нами и не пытался вывести из-под удара, погибших было бы гораздо больше.

— Да, — согласилась я, чувствуя, как сжимается горло. — Его смерть была ужасной. Мне очень жаль.

Аш тяжело вздохнул и наконец поднял на нас потемневший взгляд. На его лице не осталось и следа от былой наглости.

— Он не заслужил такого конца, — глухо отозвался дезертир. — Да, мы совершали ошибки в Торендо. Нас выгнали из регулярной армии за жестокость, за постоянные драки и потасовки. Мы не были святыми. Но Рей всегда держал нас вместе. Он не заслужил, чтобы его загрызли и утащили как добычу.

Кол насупился, крепче сжимая кулаки, и добавил:

— Никто не заслуживает сдохнуть в этой долине. Ни Рей, ни Чейз, ни этот парень Шон. И самое паршивое, что неизвестно, кто из нас останется на камнях завтра.

Рима перевела взгляд с Аша на Кола. В ее карих глазах светилась удивительная, мягкая сила.

— Именно поэтому мы должны дойти, — твердо сказала она. — Ради них. Раз они отдали свои жизни, чтобы мы успели проскочить ущелье, мы просто не имеем права опускать руки. Мы выживем и пройдем эти рубежи. Вместе.

Аш и Кол замерли, уставившись на нее. В их глазах проступило искреннее уважение к девчонке, которая нашла в себе силы подбодрить их в самый темный момент.

— Нам всем не помешает перекусить, — произнесла я, прерывая затянувшееся молчание.

Аш и Кол согласно кивнули. Я поднялась со своего места и направилась к углу столовой, где громоздились деревянные ящики с припасами. Рима сразу пошла за мной. Мы отыскали коробки с едой, достали вяленое мясо, сухие лепешки и немного сушеных фруктов. Разложив всё по деревянным тарелкам, мы вернулись к столу и расставили еду перед мужчинами.

Завтрак проходил спокойно. Постепенно, под треск факелов на стенах, разговоры пошли легче. Аш и Кол начали делиться подробностями своего прошлого в Торендо. Они рассказали, что большую часть жизни провели на службе. Совсем юнцами они попали в армейские гарнизоны, и с тех пор их реальностью стали бесконечные пограничные стычки, кровь и суровый воинский устав.

Слушая их хмурые реплики, я ловила себя на мысли, что они не были плохими людьми от природы. Просто когда ты годами видишь только насилие, смерть товарищей и грязь рубежей, ты неизбежно ломаешься изнутри и ожесточаешься, натягивая на себя маску цинизма. Я не знала, какие именно приказы они выполняли и за какую конкретно жестокость их в итоге выгнали со службы. Но сейчас передо мной сидели обычные мужчины, которым тоже было больно. Смерть Рея сорвала с них всю напускную спесь, обнажив уставшие и израненные души.

Закончив с едой, мы с Римой направились к выходу во внутренний двор, чтобы подышать свежим воздухом.

Мы толкнули дверь и вышли на небольшую тренировочную площадку форпоста. В утренней прохладе каменные плиты казались серыми и безжизненными. У самой крепостной стены, прямо на холодных камнях, сидел Эрик. Он обхватил руками колени и неподвижно смотрел вдаль, сквозь зубцы укреплений, туда, где за пределами рубежа лежала погруженная в туман долина.

Я услышала тихий вздох за спиной и повернулась к подруге. Рима стояла неподвижно, не сводя глаз с одинокой фигуры Эрика. В ее взгляде было столько тревоги, что у меня не осталось сомнений: этот парень действительно ей нравится. Сейчас она забыла обо всем на свете, сильно переживая из-за его боли и бессилия.

Рима сделала быстрый шаг вперед, но вдруг замерла и растерянно оглянулась на меня.

— Всё в порядке. — Я мягко улыбнулась ей. — Иди к нему.

Подруга благодарно кивнула, окончательно отбрасывая сомнения, и зашагала по плитам площадки к Эрику. Я проводила ее глазами, чувствуя, что сейчас им лучше остаться вдвоем. Развернувшись, я тихо потянула на себя дверь и скрылась внутри форпоста, возвращаясь в жилое крыло.

Я шла по пустым переходам, как вдруг издалека донеслись мужские голоса. Посмотрев вперед, я заметила приоткрытую дверь, за которой виднелись стойки с клинками.

Я направилась туда, намереваясь заглянуть внутрь, но стоило мне приблизиться, как послышался знакомый глубокий голос. Каздар. Я застыла на месте, затаив дыхание, и стала прислушиваться.

— Смотрю, ты уже с утра пораньше за мечи взялся, — произнес незнакомый мужчина. В его тоне сквозила уверенность человека, привыкшего повелевать.

— Кто-то же должен тренироваться, — усмехнулся Каздар. — Пока некоторые целыми днями просиживают кресла во дворце.

Осторожно подавшись вперед, я заглянула в узкую дверную щель. В просторном зале стоял Каздар и двое незнакомцев. Один из них стянул с плеч белую рубашку и небрежно отшвырнул ее в сторону. Он повернулся боком, и в полумраке комнаты я четко разглядела его лицо. Темные глаза с вертикальными зрачками.

Внутри всё похолодело. Это был он — правитель. Перед глазами вспыхнуло детское воспоминание: мы прячемся за дверями парадного зала и сквозь щель смотрим на визит Тардана.

Тардан подошел к Каздару и сделал короткий жест рукой, приглашая к бою.

— Из-за государственных дел я редко беру в руки сталь, — спокойно произнес правитель. — Но проучить младшего брата смогу всегда.

В углу комнаты раздался смех третьего мужчины. От этого звука я вздрогнула, а незнакомец, услышав шорох, повернулся в сторону коридора.