Эмиссия денег: от производства к услуге

Юрий Изотов

Эмиссия денег: от производства к услуге

Введение

Современное общество – это общество денег. Они соединяют миллиарды людей в глобальную экономическую систему. Они стоят за политическими решениями и государственными процессами. Формируют культуру и социальную структуру. Для многих деньги – это средство и цель жизни. Но, несмотря на ключевую роль в современной жизни, деньги остаются загадочным и малоизученным явлением.

Неуловимая природа денег столетиями привлекала пытливые умы. Третье тысячелетие ведутся научные споры, выдвигаются и терпят крушение теории. Каждая из них пытается дать наиболее точный ответ на один и тот же вопрос – что такое деньги? Если сопоставить все учения о деньгах, то получится странная и противоречивая смесь, которую невозможно свести к единому знаменателю.

Но даже противоречивая теория может применяться на практике. Сегодня в науке доминирует парадигма, основу которой заложил ещё Аристотель. Взгляд на деньги как универсальный товар удачно сочетается с другими экономическими знаниями, в первую очередь, с законом спроса и предложения. Если деньги – это товар, то центральному банку достаточно просто поддерживать нужное их количество на рынке. В этом случае эмитент становится простым «производителем денег». Но так ли это на самом деле?

Если провести научный анализ парадигмы, то можно обнаружить ряд странностей. Во-первых, определение денег почему-то выводится из их функций, а не признаков, как того требует логика. Деньги одновременно это и уникальный товар и «всё, что выполняет функции денег». Универсальность и стабильность почему-то считаются свойствами денег, хотя ни одна банкнота или монета не могут сами по себе быть универсальными и стабильными.

Более того, природа отдельных форм денег со временем менялась. Например, банкноты сначала назывались долгом, а затем почему-то утратили свою кредитную суть и превратились в обычный «товар». Сегодня долгом уже считаются безналичные деньги, но что с ними будет, если вдруг наличные отменят, как того хотят отдельные реформаторы. В этом случае они превратятся в право требования ничего? Здравый смысл подсказывает, что такой дрейф от долга к товару – это не объективное отражение действительности, а последующая адаптация парадигмы к ней.

На научные тонкости можно не обращать внимания, когда у вас начался экономический бум. Но когда финансовые пузыри взрываются, человек справедливо обращается к науке за ответом, почему он оказался не у дел. И ответ, что центральный банк – это простой «производитель денег» мало кого устроит.

Не устроил он и программистов, которые решили взять дело в свои руки. Создание частных цифровых систем, таких как Биткойн, они прямо обосновали отказом от традиционной банковской системы. Если бы такие системы провалились в самом начале, то на них никто бы не обратил внимания. Но они обрели популярность и разрослись до глобальных масштабов, чем вызвали переполох в сонном царстве бюрократии.

Чтобы описать новое явление вновь была задействована парадигма «деньги – товар». Но криптовалюты лишь подсветили её слабые стороны. Чтобы дискредитировать частные системы денежного обращения в ход были брошены всевозможные уловки, эвфемизмы и софистические приёмы. Например, экономисты возродили миф о наличии у денег некого обеспечения. Юристы вспомнили теорию Г. Кнаппа о том, что только государство может создавать деньги. В итоге, после долгого противостояния, центральные банки решили создать собственные аналоги цифровых валют, а криптовалюты вошли в обиход под компромиссным названием «цифровых финансовых активов».

Как видно реальность постоянно проверяет существующую парадигму на прочность. Та, естественно, адаптируется к новым условиям, но при этом распадается на противоречивые части. Главная же догма «деньги – это универсальный товар», остаётся неприкосновенной. Но есть ли альтернатива существующей парадигме? Можно ли взглянуть на природу денег иначе?

В настоящем исследовании предлагается альтернативная концепция. Она появилась, когда был обнаружен следующий факт. Экономические агенты на самом деле используют не деньги как таковые, а систему их обращения. Именно система денежного обращения является тем благом, что позволяет миллиардам экономических агентов координировать свои усилия по производству, обмену и распределению товаров, работ и услуг. Функции денег и условия их существования (универсальность и стабильность) на самом деле тоже относятся не к деньгам как таковым, а к системе денежного обращения в целом.

Но этот вывод – не просто замена одного термина на другой. Он привёл к изменению взгляда на роль эмитента. Теперь это не просто «производитель денег», который существует в вакууме, а исполнитель услуги по управлению системой денежного обращения. Он прямо связан с теми, кто использует его систему.

Обязательственная природа эмиссионной деятельности вскрыла целый пласт социальных явлений и отношений, которые до сих пор оставались за рамками общественных наук. Это позволило:

- изучить правовой статус нового субъекта права – пользователя услугой по управлению системой денежного обращения;

- провести анализ общественного отношения по управлению системой денежного обращения как относительного правоотношения и определить его элементы.

- описать природу эмиссионной деятельности Банка России как публичной услуги, а не полномочия;

- исследовать вопросы обеспечения монополии Банка России на оказание услуги по управлению рублём;

- изучить особенности управления различными формами рубля, в том числе цифровой;

- разработать систему гарантий прав пользователя и предложить альтернативный механизм назначения и отстранения руководства Банка России.

Помимо смены взгляда на эмиссионную деятельность, указанных задач удалось добиться благодаря избранной стратегии исследования.

На первом этапе я изучил систему денежного обращения как таковую – вне её социально-экономического и юридического контекстов. Это позволило сформировать универсальный взгляд на деньги, который можно применить независимо от страны или исторической эпохи.

На втором этапе я поместил систему денежного обращения в социально-экономический контекст. Удалось обнаружить общественное отношение по управлению системой денежного обращения и описать его как правоотношение. Полученные выводы также отличает универсальность, поскольку система денежного обращения во всех странах и во все времена использовалась для одних и тех же экономических целей. Всегда были эмитент и пользователи, суть их взаимоотношений не меняется.

На третьем этапе я поместил полученные выводы в российский юридический контекст. Здесь уже универсальная концепция локализуется, поскольку все правопорядки отличаются друг от друга. На этом этапе концепция применялась для решения сугубо юридических проблем, которые существуют в российской правовой науке и практике.

В заключение хотел бы обратить внимание читателя на то, что в науке редко встречаются верные и ложные теории. Куда чаще нам даётся набор из более точных и менее точных концепций. Каждая из них также отличается большей или меньшей сложностью. Выбор концепции зависит от поставленной задачи. Например, для запуска спутников вполне достаточно уравнений Ньютона, хотя теория Эйнштейна более точно описывает движение тел. Проблема последней – её чрезвычайная сложность. В этом плане она проигрывает конкуренцию и не применяется на практике.

Та же ситуация и в сфере денежного обращения. Читатель может заметить, что я довольно много критикую парадигму «деньги – товар». Но она вполне пригодна для достижения главной цели центральных банков – обеспечения стабильности национальной валюты. И если для этого нужно поддерживать требуемое количество денег в обороте, то какая разница, чем они являются – товаром или информационными единицами? Проблема в том, что эта концепция хоть и удобная, но сильно ограниченная. Её практически невозможно применить для решения юридических задач. Поэтому в этой сфере более применима концепция управления как услуги.

Таким образом, обе концепции применимы и заслуживают свое место в научной дискуссии. Вопрос только в том какую из них выбрать для решения поставленной перед исследователем задачи.

Глава 1. Денежная теория: история и проблематика

1.1. Деньги: от металла к информации

1

Деньги появились в далёкой древности – на территории первых торговых государств Средиземноморья и Месопотамии. Развитие рыночных отношений и создание первых империй сформировали спрос на специфические средства обмена и распределения материальных благ.

В историографии принято делить все деньги на товарные и классические. Товарные деньги помимо своей денежной функции, используются для удовлетворения различных потребностей индивидов, например, в еде (зерно), тепле (шкуры животных) и роскоши (золото, жемчуг и др.). Классические же деньги представлены монетами, банкнотами, безналичными и цифровыми деньгами – они выполняют только денежную функцию. Такое деление денег – традиция, которая существует в рамках парадигмы денег как универсального товара.

Основу существующей парадигмы составили труды эволюционистов. Они считают, что со временем в результате обмена индивиды выбрали один или несколько товаров, которые стали универсальными и на них можно было обменять все остальные товары.

Появление данной парадигмы относится к античной Греции. Впервые она была сформулирована Аристотелем, который в своей «Политике» выдвинул предположение о происхождении денег из обмена2.

В Средние века учение Аристотеля было поддержано христианскими богословами. Например, схоласт XIV века Николай Орезм развил теорию Аристотеля применительно к монетам. В своём трактате «De Moneta» он часто ссылался на античного философа и выводил появление денег из неудобства бартера3. Появление монет он связывал с некими древними мудрецами, которые поняли, что на вес металлы обменивать сложно, а правительственные штемпель на монете может гарантировать пробу4.

Первым серьёзным вызовом существующей парадигме стало появление бумажных денег. Первые банкноты были простыми расписками банков о принятии на хранение определённого количества монет. Оборот расписок значительно облегчил совершение крупных сделок – банкноты были легки и удобны в обращении. Но почти сразу банки отошли от практики полного резервирования и принялись выпускать банкноты на суммы большие, нежели суммы монет в своих хранилищах. Другими словами, банкноты почти сразу из товарных свидетельств превратились в долговые инструменты.

Пока банкноты оставались «представителями» монет, доминировала металлическая теория денег, которая выводила их ценность из ценности драгоценного металла5. Но когда государства, так или иначе, отказались от полного резервирования и обязанности менять банкноты на монеты, возникло другое учение – номинализм. Как следует из названия, представители данной теории считали, что ценность денег проистекает из номинала, а не металла6.

Следующий шаг в развитии денежной теории – переход от статики (описания денег как объектов) к динамике – скорости их обращения (количественная теория денег)7. Теперь деньги перестали восприниматься по отдельности и стали «денежной массой», часть которой постоянно находится в обороте, а другая пребывает в резервах частных и публичных.

Последний этап развития учения о деньгах – появление информационной теории денег. Её основной тезис – деньги – это информация о стоимости, «знаки стоимости» или «информационные единицы»8.

Эти четыре теории-этапа составляют основу существующей парадигмы учения о деньгах. Есть также ответвления, которые раскрывают те или аспекты теории применительно к отдельным областям действительности. Например, государственная теория Г. Кнаппа – это ответвление номинализма, поскольку её основной тезис «государство придаёт платёжную силу деньгам»9 полностью соответствует утверждению номиналистов, что ценность денег зависит от их номинала. Учение К. Маркса согласуется с количественной теорией, поскольку экономист большое внимание уделял количеству денег в обороте10. Долговая теория Д. Гребера утверждает, что деньги – это долг, а первые деньги были долговыми расписками о получении зерна11. Другими словами, эта теория близка к металлизму, где ценность металла заменена ценностью прав требования, которые выражены в количестве зерна.

Как видно, денежная теория на протяжении времени реагировала на появление новых форм денег и усложнение экономической системы. Помимо этого, каждый следующий этап отличался большей абстракцией, что свойственно развитию научного знания как такового. Изначально деньги воспринимались исключительно как штампованный металл (металлизм), затем на первое место был вынесен их номинал (номинализм), затем деньги превратились в «массу в обращении» (количественная теория) и, наконец, стали знаком стоимости (информационная теория).

1.2. Критика существующей парадигмы

Эволюция денежной теории, так или иначе, связана с позицией Аристотеля, которая была озвучена две с половиной тысячи лет назад. Одни исследователи пытались адаптировать выводы Аристотеля к современным им реалиям жизни. Другие хотели провести ревизию выводов античного философа и создать новую теорию, которая бы не нуждалась в постоянной донастройке.

Поскольку в исследовании денег нельзя обойти позицию Аристотеля и эволюционистов, для дальнейшей работы следует её обозначить кратко в виде тезисов:

1. деньги – это товар;

2. они возникли в результате обмена;

3. деньги обладают самостоятельной ценностью;

4. деньги выполняют функции: средства обращения, меры стоимости, средства накопления, средства платежа и мировых денег;

5. чтобы деньги оставались деньгами, они должны быть универсальными и стабильными.

Одновременное сочетание приведённых тезисов и всех ответвлений эволюционной теорий, за исключением, металлизма, невозможно. Например, основной тезис о том, что деньги – это товар (если понимать последний как материальный объект, который обладает потребительской ценностью) не сочетается с позицией номиналистов, а также сторонников количественной и информационной теории денег. Они отрицают наличие потребительской ценности у денег.

Это противоречие представители указанных теорий пытались устранить путём расширения категории «товар», сводя её чуть ли не ко всем экономическим благам12. Но устранив одно противоречие, появилось другое – как сочетать расширенное понятие «товар» и вывод об уникальности денег как универсального товара?

Нагляднее всего данную проблему демонстрирует знаменитое определение из учебника «Экономикс»: «деньги – это всё, что выполняет функции денег»13. Если взглянуть на различные товары, то почти каждый из них можно использовать в качестве денег. Следовательно, можно перефразировать вторую часть формулы «Экономикс»: «деньги – это почти всё». Но как «почти всё» может быть уникальным и универсальным? Это первое слабое звено эволюционной теории.

Можно подойти к определению природы денег и более сложным путём. Его суть сводится к противопоставлению категорий «товар» и «финансовые инструменты».

Экономическая система – это сложная общественная система, она существует для удовлетворения потребностей индивидов14. Человек может жить только, если он потребляет определённые вещества. Но, чтобы потребление было возможным, нужно придать этому веществу надлежащую форму15. В случае с элементарными продуктами (водой, воздухом, овощами и т.п.) их достаточно собрать и доставить. Более сложные продукты (жильё, лекарства, топливо и т.п.) требуют сложной переработки. Существуют также товары, использование которых не связано с физическим потреблением, но которые удовлетворяют другие потребности, например, телефоны, компьютеры, транспорт и т.п. Их использование связано с поддержанием жизни косвенно.

Однако, далеко не все потребности можно удовлетворить посредством благ указанной категории. Во многих случаях для этого требуются действия другого человека. Например, массаж, стрижка, консультации и т.д., связаны с воздействием одного человека на другого. В результате такого воздействия последний удовлетворяет свою потребность.

Третий класс экономических благ составляют те материальные блага, которые непосредственно не удовлетворяют потребности индивидов, но создают для этого условия. Например, станки, инструменты, производственные линии, здания заводов и т.п.

Таким образом, под экономическим благом следует понимать всё, что способно удовлетворять потребности индивида или создавать условия для удовлетворения потребностей. Прямо удовлетворить свои потребности индивид может только двумя способами – самостоятельно использовать какой-то предмет (например, яблоко) или же обратившись к другому индивиду (массаж, стрижка и т.п.).

В экономической науке нет единого обозначения данных категорий. Наиболее близкое их определение было дано представителями экономической науки запада – товары и услуги соответственно16. Третья разновидность (косвенное удовлетворение через создание товаров и услуг) именуется капитальными благами или капитальными товарами17. Все три класса экономических благ связаны с преобразованием и использованием вещества и имеют связь с материальным миром18. Поэтому в экономической науке их принято относить к так называемому реальному сектору экономики19.

Реальный сектор экономики может существовать сам по себе. Однако, в более сложных экономических системах и более развитых обществах производство, обмен, распределение и перераспределение экономических благ невозможны без финансовых инструментов, которые составляют финансовый сектор экономики. Если реальный сектор экономики непосредственно связан с преобразованием и перемещением вещества, то финансовый сектор экономики отражает исключительно общественные отношения по поводу такого преобразования и перемещения20.

Существование финансового сектора обусловлено тем, что для создания сложных товаров и услуг, а также капитальных товаров, требуется координация большого количества индивидов21. Применение различных административных методов, как показали социалистические эксперименты, для этой цели неэффективно. Однако, использование финансовых инструментов (денег, ценных бумаг, деривативов и т.п.) как нельзя лучше отвечает данной задаче.

Помимо этого координация множества индивидов неразрывно связана с образованием и передачей информации, прежде всего, о количестве затраченного труда и его ценности для производства определённых благ. Поэтому финансовый сектор опирается на различные информационные системы, которые часто объективизируются в виде ценных бумаг (информации о долге или вкладе в получение прибыли) и денег (сколько человек затратил труда и сколько он может приобрести благ – результата труда других индивидов).

Тот факт, что финансовые инструменты, так или иначе, связаны с общественными отношениями, а не с материальными благами, оказал влияние и на другую особенность рассматриваемой категории – финансовые инструменты нематериальны.

Все материальные блага возникают в результате применения труда к природному веществу. Финансовые же инструменты возникают в результате эмиссии – акта волеизъявления. Это хорошо видно на примере денег и ценных бумаг – они возникают только тогда, когда эмитент (центральный банк или юридическое лицо) принимают соответствующий правовой акт. Банкноты и монеты, которые находятся в резервах, деньгами не являются. Однако, когда должностное лицо центрального банка распоряжается об их перемещении в оборотные кассы, они ими становятся22.

Вторая особенность финансовых инструментов, которая также следует из их нематериальной природы, – отсутствие у них потребительской ценности. Это не удивительно, если учесть, что они не потребляемы априори. Ни деньги, ни ценные бумаги, ни деривативы не могут удовлетворить ни одной потребности человека. Они нужны лишь для создания социальных (правовых в том числе) условий для такого потребления. Например, деньги не могут удовлетворить потребность в еде, однако, на них можно купить еду. Складские свидетельства можно использовать для получения товаров со склада. Акции и облигации дают право на доход – деньги, на которые можно купить товары или получить услуги.

Третья особенность финансовых инструментов – их постоянная связь с поведением эмитента. Товары существуют автономно, производитель не может оказывать через них влияние на положение покупателя. Приобретение же финансовых инструментов порождает связь с их эмитентом. Например, если юридическое лицо испытывает трудности, то это скажется на цене его ценных бумаг. Если центральный банк не может обеспечить стабильность национальной валюты, то её трудно будет использовать в хозяйственных операциях.

Таким образом, между благами реального сектора экономики (товарами, услугами, капитальными благами) и финансовыми инструментами существует принципиальная разница. Первые существуют для удовлетворения потребностей индивидов и организаций, вторые – для информационного сопровождения экономических процессов, которые связанны с производством, распределением и обменом первых. Поэтому недопустимо под одной категорией «товар» объединять такие разные по своей природе явления23. На основе этого можно сделать вывод, что тезис «деньги – это товар» – ошибочен24.

Опровержение основного тезиса эволюционистов ведёт к опровержению остальных, а именно, что деньги обладают самостоятельной ценностью, они возникли в результате обмена, выполняют функции средства обращения, меры стоимости, средства накопления, средства платежа и мировых денег, а также условий их существования – универсальности и стабильности.

Тот факт, что деньги по своей природе не являются товаром, они не могут обладать и потребительской ценностью. Как было показано выше, свойство любого товара – его способность удовлетворять потребности индивидов автономно, без связи с другими индивидами. Например, яблоки можно есть даже на необитаемом острове. Деньги же на необитаемом острове существовать не могут, они не обладают потребительской ценностью, их можно использовать только при условии готовности других индивидов обменять на них свои товары. Если обобщить сказанное, то экономически деньги используются лишь как информационный посредник при обмене одних товаров и услуг на другие.

На этом же основании можно опровергнуть и другой тезис о том, что деньги появились в результате обмена как универсальный товар. Версия эволюционистов сводится к тому, что из всех товаров выделился один25. Опять же в данном случае речь идёт о деньгах как товаре или материальном благе, что уже было опровергнуто.

Но стоит также заметить, что деньги как таковые появились только тогда, когда появились первые монеты. Так называемые товарные деньги – слитки металлов, шкуры животных, зерно и т.п. с экономической точки зрения деньгами считать нельзя. Перечисленные товары были распространены, а во многих местностях даже наблюдался их избыток (например, зерно или шкуры животных). Это противоречит достаточности (ни много – ни мало) как необходимому условию существования денег.

Помимо этого невозможно определить, чем бартерные операции отличаются от товарно-денежных. Драгоценные металлы во многих местностях были редкими, что отвечает требованию о достаточности денег, но выделение их в качестве универсального товара спорно. Во-первых, опять же, в силу своей редкости и нестандартности они не могли нормально использоваться всеми (поэтому чаще в таких случаях применялось зерно). Во-вторых, драгоценные металлы, равно как и драгоценные камни применялись для изготовления украшений и других предметов роскоши, чему есть большое число археологических подтверждений. Однако, тому, что драгоценные металлы были деньгами, подтверждений не находится. В этом случае исследователи ссылаются на ранние работы по экономике, вроде «Исследования о природе и причинах богатства народов» А. Смита, «Политики» Аристотеля и др. Но если проанализировать эти источники, можно заметить, что их авторы не ссылаются на эмпирические данные и делают свои выводы напрямую из предположений26. Возможно, вывод о существовании «товарных денег» был сделан на основе ретроспективы – если монеты делались из драгоценных металлов, следовательно, последние до этого были деньгами. Но в данном случае можно сделать и другой вывод – монеты делались из металлов, поскольку не из чего другого их сделать было нельзя. Этот факт не говорит о некой универсальности металлов. Равновероятно, что они были точно такими же товарами, как и другие.

Появление монет – это факт, который прямо свидетельствует о том, что кто-то (чаще всего государство, но, возможно, торговцы или ростовщики), создал их для облегчения оборота товаров. Других же объяснений, зачем потребовалось тратить время и ресурсы на штамповку монет нет. Таким образом, можно сказать, что деньги появились не в результате обмена, а для обмена, и их можно рассматривать как изобретение, а не как результат естественного отбора в сфере обмена товаров.