Уроборос. Том 1.

Рядовые сотрудники начали вставать со своих мест и медленно двигаться к выходу. Однако менеджмент «Госводорода» и высокие чины из правительства не спешили покидать помещение, продолжив разговаривать друг с другом, уже стоя на ногах.

Шоу присоединился к идущей по направлению к двери толпе. «Арышев, конечно, настоящий корпоративный герой, почти три часа стоять на ногах и разглагольствовать – не самая приятная задача. Надеюсь, что после выборов должность Чековского-младшего достанется именно ему», – подумал Андрэ и вдруг почувствовал на своем плече чью-то руку.

Ну как ты, Андрэ? Прикорнуть успел? – с легкой издевкой спросил Роберт, тоже направляясь на выход.

Конечно, а храп разве не слышно было на слайде с расчетами разницы средних издержек в преломлении собственного финансирования и в позиции с протянутой рукой в сторону минфина?

Хах, шутник! Ладно… Вроде все нормально прошло, не зря сидели по ночам.

Бывали проекты и сложнее. Все веселье начнется на стадии финальных согласований, благо наш департамент в этом будет играть третьестепенную роль.

Это точно. Кстати, как там твой товарищ поживает?

Да… Нормально… Спасибо, что спросили. Дональд пока что лежит в стационаре, врачи говорят, что осложнения маловероятны. Так что верим в лучшее… После конца рабочего дня еду проведать его, сегодня с утра сообщили, что он наконец-то пришел в сознание и готов принимать посетителей.

Н-да, не самая приятная история… Давай там помогай ему, если что-нибудь будет надо – звони, не стесняйся.

Благодарю, Роберт Владимирович, но вроде пока все идет хорошо. Как встанет на ноги – буду приглядывать.

Шоу и Чейз вышли в длинный коридор подземного этажа правительственного здания. Длинный, без окон: одни сплошные кабинеты, ковролин и непокидающее чувство, что такие места никогда не успевают за временем. Всегда отстают лет на пятнадцать минимум.

Слушай, а как так вышло-то вообще? Он че у тебя совсем неадекватный образ жизни вел, что ли? – продолжил диалог Чейз, двигаясь вместе со своим подчиненным в сторону лифта.

Нет, не в неадекватности дело. Когнитивно-перцепционные процессоры, которые у него были в голове уже лет двенадцать, по уму нужно было сменить еще в 2105 году. Такие импланты обычно ставят людям, которые находятся на обязательном долгосрочном трудовом договоре, с последующей плановой заменой за счет компании. Однако легендарная New HI накрылась медным тазом в 2099-м, когда осколки американской экономики в очередной раз сложились пополам, а на обязательства перед бывшими сотрудниками она положила здоровенный болт. Впрочем, как и власти бывшего Нью-Йорка, к тому моменту давно эвакуированные из собственного затопленного города и занятые исключительно дележом того, что еще можно было вывезти. Так Дональд остался с часовой бомбой в башке… А уже перейдя в «Госводород», он стал работать сначала в экономическом департаменте, а потом в собственной безопасности, и закопанные в недрах его мозга производственные мощности больше никому не были нужны.

Понятно… Не жизнь, а мед… Одни сплошные приключения. И че говорят, когда следующее обновление железок планируется?

Эти вроде как на десять лет устанавливают, а там дальше непонятно, как будут себя вести. В любом случае ему еще проходить клеточную терапию. В общем, я не знаю… Не самая простая ситуация… Я просто… Просто надеюсь на лучшее, Роберт Владимирович.

Все будет в порядке. У меня какое-то внутреннее чувство, что у этой истории будет хороший финал. Операцию успели сделать, пациента с того света не возвращали, так что все будет нормально. Не переживай!

Собеседники подошли к лифту, Чейз нажал на кнопку и продолжил диалог. По коридору то влево, то вправо носились государственные служащие с кипами документов в папках. Это выглядело довольно забавно, к 2109 году бумагу достать было довольно трудно, и стоила она прилично. Тем не менее здесь она утилизировалась в каких-то феноменальных объемах, что и без того раздувало космические бюджеты центральных колец Москвы.

Прогресс мог идти вперед семимильными шагами: люди превращались в киборгов, страны основывали марсианские колонии, города тонули в неоновом свете голографической рекламы. Но бюрократическая машина все равно продолжала выписывать самой себе справки по форме № 2716 и ждать подписи начальника, лишь бы не случилось чего-нибудь дурного.

А, кстати, дорого вышло? В нашу страховку такое ведь не входит, – продолжил интересоваться жизнью своих сотрудников Чейз.

Что именно?.. – занервничал Шоу, пытаясь выиграть несколько секунд «на подумать».

Съездить в отпуск на курорты Краснодарского края, Андрэ… Операция дорого вышла? Экстренная хирургия плюс новые импланты – это не очень дешево.

Прилично… – делая вид, что не хочет об этом говорить, пробормотал Шоу.

Не мое дело, конечно, но откуда деньги, если не секрет? Незаметно, чтобы Дональд или ты шиковали в последнее время.

У него были сбережения, часть я ему подкинул, часть пришлось занять кое у кого. Теперь этих сбережений нет, есть долги… Но деньги – ничто, пыль, когда речь идет о жизни.

М-да… Не очень приятно.

Какой смысл думать о деньгах, если перед тобой стоит выбор: умирать или все-таки распрощаться со своей кубышкой и продолжить жить, – увел диалог в философское русло Шоу.

Тут ты прав. Мое предложение в силе, серьезно, если что-то нужно – говори, потом порешаем как-нибудь. В любом случае, когда этот проект выстрелит и мы начнем качать водород во Францию, я постараюсь выбить у совета директоров хороший гонорар нашему подразделению, – сказал Чейз, заходя вместе с Андрэ в лифт.

Рад слышать, босс! Тогда придется еще недельки три посидеть до утра?

А ты как думал? Когда-то было по-другому?

Лифт поднялся на первый этаж. По коридору все так же сновали клерки, время близилось к обеду. Оба мужчины вышли из лифта и двинулись к выходу из здания.

Андрэ, слушай, сегодня уже никакой работы не будет, кроме легкого празднования в честь закрытого дела, можешь сразу ехать к своему товарищу. Отпускаю. – Хорошее настроение и удовлетворение от завершения работы над проектом, как видно, положительно сказались на человеческих качествах Чековского-младшего.

Да? Отлично, пожалуй, с удовольствием воспользуюсь вашим щедрым предложением, – радостно ответил Шоу.

Давай, до понедельника, впереди новая неделя, будешь отрабатывать, – произнес Чейз и двинулся куда-то дальше в глубь здания.

Разумеется, до понедельника, – попрощался Шоу, вышел на улицу и направился к стоявшей рядом «Электре».

Настроение Андрэ испортилось: дежурные разговоры слишком дотошного Чековского-младшего были скорее похожи на легкую форму допроса, а не на доброжелательную беседу, как казалось со стороны. «Согласен он со мной насчет ценности жизни… Сказал небожитель, который каждую субботу ест в «Триумфе» красную рыбу и прихлебывает натуральный кофе», – попытался поговорить сам с собой Шоу.

Вскоре он добрался до черного, видавшего виды водородного монстра, открыл водительскую дверь и рухнул на сиденье. Уперся лбом в руль и закрыл глаза руками.

«Madre mía, что за месяц такой?..» – подумал Андрэ и после короткой паузы запустил двигатель. Он набрал адрес больницы, а затем выехал на проезжую часть. Из динамиков автомобиля раздались аккорды синтметалла вперемешку с долбежкой барабанов и электронными визгами, но, очевидно, перекричать шум в голове водителя им не удавалось. Андрэ пытался успокоиться, однако траектория полета мыслей все время возвращала его к размышлениям о здоровье друга и дальнейших совместных действиях с Еленой.

«Электра» заехала на парковку городской больницы № 204 на Шестом кольце Москвы. Андрэ заглушил двигатель, взял пакет с подарочным провиантом для больного, вышел из машины и направился к учреждению. В приемной стоял медицинский дроид.

Hola, меня зовут Андрэ Майкл Шоу, мне нужно посетить Дональда Джеймса Мак’Дугалла, – представился он.

Добрый день, пожалуйста, следуйте за мной, – ответила машина.

Мужчину сопроводили в нужную палату медицинского центра «Госводорода», занимавшего несколько этажей городской больницы. Интерьер не изобиловал роскошью, однако в помещениях определенно соблюдалась предельная чистота. Шоу зашел в комнату стационара, в которой лежал его друг. К счастью, в палате никого больше не было.

Ну что ты, hermano, простудился немного? – с улыбкой спросил он.

Кори открыл глаза, промычал что-то невнятное, но уголки его губ слегка приподнялись, имитируя улыбку.

Не напрягайся, amigo, лежи спокойно, я тут тебе подарков съедобных принес, – сказал Шоу, поставил на тумбу пакет и сел на койку пациента. – Ну как ты? Никто не обижает тебя тут?

Здарова… Не, пока никто не бычил, – хрипло заговорил Кори.

Как голова, как общее самочувствие?

Ох… Пиздец… Болит и кружится одновременно, мне тут капельницу ставят, отпускает понемногу. Так вроде нормально, но ужасно хочется затянуться. Сказали, что нельзя теперь мне, могут быть сильные побочки, – медленно проговорил хакер.

Ну и слава богу, слезешь с этой дури, если жить захочешь. Сегодня, кстати, прошла презентация. Чековские довольные были. Роберт меня даже отпустил к тебе пораньше. Жду вот новостей от Елены. Честно говоря, нервяк сильный ловлю, прям как пиздюк какой-то перед красоткой на выпускном.

А ты че не пиздюк, что ли? Ха-ха-ха… К-хе, – начал смеяться Кори и поперхнулся. – Нормально, брат, прорвемся, я скоро встану на ноги и всех задушим.

Че, прям хреново, да?

Ну я неделю в отключке провалялся на седативных, так что однозначно я рад, что хотя бы проснулся.

По-другому и быть не могло.

Слушай, а сколько у нас осталось после операции моей?

Из твоей доли два ляма еще есть, перехватиться пока что хватит. Подгон от Елены очень помог. Правда, теперь у этой змеи есть лишний повод повыкручивать нам яйца.

Да похер, пусть хоть че пиздит, главное, чтобы не кинула, когда все закрутится.

Не кинет, я каждый разговор с ней записывал на отдельный диктофон. Если попробует устроить какую-то клоунаду – нам будет чем надавить.

Главное, не спались… – медленно сказал Кори и, кажется, начал засыпать.

В комнату зашел медицинский дроид и сообщил, что больному нужен отдых.

Давай,amigo, отправь мне сообщение, когда тебе можно будет в экран смотреть, на следующей неделе я еще заеду.

Шоу поднялся с койки, посмотрел на друга и вышел из палаты. Мысли понемногу стали укладываться в голове. На одну проблему формально стало меньше, а значит, можно слегка выдохнуть. Андрэ вышел из медицинского учреждения, добрался до машины, сел на водительское сиденье, открыл окно и закурил. В салоне снова заиграла музыка, но в этот раз она уже не стремилась выбить стекла из окон, а просто нежно ласкала слух своим милым рычанием. Громила спокойно выкурил две сигареты, выбросил из окна бычки, запустил «Электру» и газанул со скрипом шин в сторону места постоянной дислокации.

Погода в Москве продолжала удивлять нелояльным отношением к гражданам города. Кажется, начал капать легкий дождик, а солнце сегодня напрочь отказалось показываться на людях. Некоторым даже пришлось надеть одежду с длинным рукавом. Гигаполис с каждым днем был все ближе к наступлению зимы, и атмосфера на улицах стала портиться все быстрее и беспощаднее. Словно весь город начал готовиться к «холодам».

Весь – но только не комплекс «Госводорода», и в частности не департамент Чековского-младшего, где сейчас проходил вполне себе жаркий корпоратив – особенно на фоне погоды за окном.

На столах стояло настоящее шампанское и, кажется, даже не синтетические канапе. В помещении подразделения, расположенного на 65-м и 66-м этажах, громко играла музыка, в потоке умело генерируемая контент-экосистемой от «Vetotechs». Офис был построен в формате большого «опен-спейса» для рядовых сотрудников на 65-м этаже и второго света на верхнем уровне – для руководителей. Там же наверху располагалась стеклянная серверная комната с процессором корпоративного ИИ, предназначенного для моделирования перспективных решений и анализа больших объемов данных.

Интерьер департамента стратегии и развития изобиловал живыми растениями, свисающими с 66-го этажа на 65-й, семиметровыми окнами и очень качественным биопластиком, имитирующим натуральное дерево. В центре помещения толпилось около тридцати сотрудников, празднующих успешное закрытие проекта. Роберт Владимирович, опершись на перила, стоял наверху и о чем-то непринужденно беседовал с Арышевым, держащим в руках бокал игристого вина. Время близилось к 20:00.

Так, ладно, я, наверное, буду закругляться, еще есть кое-какая встреча, вы тут постарайтесь не разломать все на свете и в «Андромеду» шампанским не брызгайте, у нее и без этого багов хватает. – Чейз покосился на серверную комнату и на секунду задумался. – Коллектив на тебе, смотри, чтобы никто из окна на радостях не сиганул, – сказал он заму, поглядывая сверху на импровизированный танцпол.

Понятно, хороших выходных, – безэмоционально ответил Арышев.

Окей, давай. – Чейз хлопнул собеседника по плечу, спустился с верхнего уровня, помахал рукой разогретой толпе и двинулся к лифту.

Сотрудники «Госводорода», казалось, пока что и не думали заканчивать. Арышев, понимая, что какое-то время ему еще придется задержаться в офисе, чтобы побыть нянькой, тоже спустился вниз и присоединился к публике.

Чековский-младший тем временем зашел в лифт и нажал на кнопку «А». За несколько секунд проскочив двадцать этажей вверх, он вышел к авиапарковке, которая представляла собой огромный ангар между 86-м и 90-м этажами.

Роберт добрался до своего четырехместного люксового авиамобиля, сел на заднее сиденье и сказал бортовому компьютеру: «Домой». Темно-изумрудный летательный аппарат на четырех винтах оторвался от поверхности и направился к открывшемуся в стене шлюзу.

Чейз развалился на заднем диване и стал что-то смотреть через смарт-очки. На стеклянную крышу коптера падали мелкие капельки дождя, где-то далеко искрила молния, за окном виднелись ночные огни гигантского города, а приглушенная подсветка и спокойная музыка только усиливали и без того яркую атмосферу «мини-нирваны» на борту летательного аппарата. Роберт, привыкший наблюдать такие виды каждый день, решил не отвлекаться на чудеса реального мира, предпочтя ему виртуальный, а потому продолжил смотреть контент через смарт-очки.

– До места назначения осталось пять минут, – прозвучал из динамиков бархатистый женский голос. Чековский мысленно набрал сообщение: «почти на месте» и отправил двум адресатам.

Воздушное «судно» приземлилось на крыше пентхауса. Пассажир выбрался из транспортного средства и все так же, не отрываясь от просмотра увлекательного контента в очках, побрел в сторону стеклянной двери. Поверхность взлетно-посадочной площадки на террасе элитной недвижимости начала опускаться вниз, образуя гараж с горизонтальным выдвижным люком. Чейз зашел в дом, побросал обувь и верхнюю одежду, а затем направился на кухню.

С возвращением! Как прошел твой день, будешь ужинать? – встретил хозяина дома домашний андроид, изготовленный в виде девушки, слабо отличимой от реальной.

Привет, день – прекрасный. У тебя без происшествий? Там Кузнеченко должен был отправить че-то, не приходила никакая посылка? – усаживаясь за барную стойку, ответил Роберт, продолжая потреблять контент через смарт-очки.

Его домашний секретарь скинул мне сообщение, что посылку направит на следующей неделе. Так что насчет ужина? – милым тоном продолжила диалог электрическая девушка.

Да, придумай что-нибудь на троих, вино же еще оставалось?

Осталось четыре закрытых бутылки белого сухого «Шардоне» и одна начатая того же. Мы ждем гостей?

Да, я жду гостей. Будут Эд и Юна, я не особо голодный, но Эд, вероятно, не откажется перекусить.

Я тебя поняла, сейчас все сделаю, будут какие-то предпочтения по закускам или все как всегда? – спросила рободевушка, затем, повернувшись спиной к хозяину, изящно наклонилась и подняла с пола только что разбросанные вещи Чейза.

Сделай так, чтобы Эду можно было есть. Да… И отключи режим разврата этого… Сейчас это ни к чему, – отдал ценные указания человек, встал со стула и забрался на диван.

Принято, – одновременно металлическим и спокойным голосом ответил робот.

«Будем через 30 минут» – высветилось на экране смарт-очков сообщение от Юноны Шталь.

Рина, у тебя 30 минут! – крикнул с дивана Чейз.

Поняла. – Электрокухарка начала очень быстро оперировать кухонными приборами.

Роберт провалялся на диване около десяти минут, затем наконец-то снял смарт-очки, распустил собранные в хвост волосы, встал на ноги и отправился в уборную приводить себя в порядок. Легкий дождь за окном прекратился, электронные часы на стене в гостиной с камином показывали 21:23.

С кухни раздавались глухие звуки ударов ножа по доске, похожие на автоматную очередь. Из окон виднелись огни царственных имперских зданий центра Москвы. Почти во всем пентхаусе площадью около 450 квадратных метров царила теплая темнота, слегка разбавленная легким свечением подсветки в отдельных местах.

Ремонт был выполнен в стиле старого модерна, ставшего уже, скорее, классическим. В квартире было много мрамора, светлого дерева и стекла; преобладали квадратные формы. В целом можно было сказать, что нейросеть, сгенерировавшая дизайн помещений, точно знала, как жили богатые люди в своей элитной недвижимости лет 60 назад.

Чейз смотрел в зеркало ванной. Отражение показывало мужчину ростом под метр восемьдесят шесть, мускулистого телосложения, с черно-синими волосами до середины шеи и густой бородой. Он смотрел и искал в себе очередной недостаток, скользя взглядом по коже, изгибам лица, линиям татуировок в духе старой школы, набитых иглой. На вид – человек. Но если присмотреться…

Пальцы, аккуратно перебирающие волосы в бороде, были слишком точны и симметричны. Стыки между фалангами, сочленения в локтях, легкие блестящие швы – детали, которые не заметит случайный прохожий, но их не мог не замечать сам Чейз. Руки были заменены до плеч: углеродное волокно, титан, высокочувствительная тактильная сеть. Эти импланты стоили дороже, чем какая-нибудь конура на Седьмом кольце. Но они были такими скучными. Фоновыми…

Сложно сказать, что движет людьми в XXII веке, когда они при отсутствии медицинских показаний заменяют части собственного тела на бионические. Возможно, банальное честолюбивое желание перерасти уже надоевший этап развития sapiens и превратиться в нечто большее, а может быть, просто слепое следование моде и тяга к показу своего социального статуса? Импланты стали способом демонстрации вычурных дорогущих вещиц, вмонтированных прямо в тело, словно зубные коронки. Они были как дорогая машина или новая сумка от элитного бренда – доступные далеко не всем, но встречающиеся в каждом рекламном ролике про «успех».

Шутка ли? Современное безумие – отпилить пару рук и выколоть глаза, чтобы поменять на свеженькие девайсы от «РКС», – стало самой скучной банальностью.

Тем не менее Чейзу было мало рук и идеальной генетики, дарованной матерью, отцом, пробиркой и суммой технологий современности. Аугментации также подверглись кровеносная система, глаза и некоторые части мозга. По совету Дениса Хариса в планах было еще заменить позвоночник на новенькую модель с хост-станцией для нанороботов и улучшенной нервной системой.

Почему?

Да просто потому, что Денис Васильевич однажды сказал: «Роби, крайне тебе советую...» – а в их мире этого хватало, чтобы выковырять из себя часть скелета.

Раздался звонок в дверь. Роберт оделся в домашнее и вышел из уборной. Робот Рина уже стояла у двери и улыбалась во все 32 очаровательных керамических зуба. Чейз открыл дверь.

Два объекта, ослепляющие своим видом, стояли на пороге. Черноволосая зеленоглазая прекрасная девушка и довольно крепкий короткостриженный строгий мужчина среднего роста держали в руках пакеты с гостинцами и тепло смеялись.

Приве-е-е-ет!! – Юнона полезла по-дружески обниматься и повисла у Чейза на шее.

Ах-ха-ха, привет-привет, – радостно ответил на «обнимашки» Роберт.

Здарова, дорогой. – Эдуард по-братски пожал ему руку и приобнял за плечо.

Салам! Заходите скорее, – улыбаясь, ответил хозяин квартиры и жестом пригласил внутрь.

Ой! Офигеть, вживую еще сюрреалистичней, чем на фотках, – с удивлением вскликнула Юна, увидев Рину.

Эдуард молча осмотрел помещение, снял обувь и внимательно уставился на бота.

Прошу прощения, я что-то сделала не так? – Девушка-робот с недоумением начала улыбаться еще сильнее.

Капе-е-е-е-ец… У нее даже голос такой же! Нет-нет, все в порядке, я просто очень удивлена, как сильно ты похожа на свой оригинал. – Снимая пальто, Юнона подошла к Рине и потрогала волосы. – Класс! Как настоящая Эльза! – чуть ли не подпрыгивая от удивления, произнесла Шталь.

Н-да, брат, интересная у тебя жизнь, а ты не путаешь их? – спросил Шакиров, проходя внутрь.

В моменте, когда молчит и бездействует, со спины трудно отличить, Эльза же еще ей одежду как у себя покупает… – словно с мольбой о помощи пробурчал Роберт.

Офигеть! Слушай, а вы это… Ну… Ну это… – двусмысленно начала реплику Юнона.

Уж скажи вслух, – предсказывая вопрос, ответил Роберт.

Ну в смысле втроем у вас было ха-ха-ха?! – спросила Юнона и по-девичьи рассмеялась.

Да… И это, кстати, полное сумасшествие. Иногда страшно, там прям очень сложно отличить в самом разгаре. Не сказал бы, что это неинтересно… Но потом хочется постоять в душе несколько часов и смыть с себя всю эту грязь высоких технологий.

Компания прошла вглубь квартиры. Рина тем временем принялась аккуратно поправлять верхнюю одежду и обувь гостей. Молодые люди уселись за кухонным островком с приготовленной роботом натуральной пищей.

Крепко тебя, брат, охомутали, она невесте твоей случайно прям с оптики не стримит, как ты на унитазе сидишь? – посмеиваясь, спросил Эдуард.

Нет, я на щеколду закрываюсь. А если серьезно, то робот на меня оформлен, так что какая-никакая приватность соблюдается, да и просто так ее не обмануть, ничего лишнего не скажет. Хорошая когнитивная модель. Вообще, конечно, мне кажется, что это слишком… Поэтому стараюсь с ней не особо имитировать живое общение.

Ну видишь, как Эльза тебя любит, Чейзи, не хочет тебя никому отдавать, даже копию свою подарила. С ума сойти… – прокомментировала Юна.

Ага, сама-то с матерью свалила на острова отдыхать, а эту тут оставила. Лучше бы ее отправила вместо себя. Ладно, блин, вы как дикари какие-то, робота в первый раз увидели?.. Лучше расскажите, как у вас дела!

Брат, мы с Юной, как всегда, в суете, все как обычно, ты давай лучше поведай, че вы там сегодня успешно у государства деньги выпросили?

Да все по плану, отец там еще поехал культурную программу устраивать с замминистра экономики. Весь политес соблюли, дальше уже мелочи. Я своим тоже разрешил корпорат закатить, пусть отдохнут. Сидели почти весь месяц шестидневку по 12 часов.

Понятно, ладно… Это дело благое, не буду спрашивать, сколько вы распиливать собираетесь на этом. У нас даже генерал не особо интересуется, главное, чтобы выхлоп был от ваших махинаций.

Будет, не нуди, – фыркнул Чейз и посмотрел на подругу. – Юна, а у тебя что нового?

Ой, да все суетно, как Эдик сказал. Ты ж сам знаешь, активной аудитории на пол-России, а в штате у меня я, зам и инженер. Мне, видимо, тоже нужно свою астральную проекцию купить, чтобы «Вьюгу» вела вместо меня, – сказала Шталь и взяла гроздь винограда со стола. – Вальтер иногда меня подменяет аватаром… Но фишка же в натуральности… Хотя разницы и под микроскопом не увидишь. Все, как всегда, короче, Роби.

Ха-ха-ха, ну это ж твое детище. Если еще «Вьюгу» будет ИИ вести, то, считай, последний оплот человеческой журналистики отправился вслед на помойку за всем остальным, – ответил Чейз.

Да ну как бы да, но мне будто надо уже в отпуск. Я сколько лет не отдыхаю-то… Еще все эти сессии, журналы, закрытые вечеринки, слишком много внимания, я устаю…

Ты бы лучше так же личной жизнью занялась, как работой, Юн, а то мы с Чейзом уже до возраста Чековского-старшего доживем, станем старыми дедами, а ты все так же тридцатилетней красоткой будешь скакать из камеры в камеру. Детей не хочешь? – с дружеской заботой обратился Шакиров.

Ну ты батю моего дедом-то не называй, он, конечно, еще тезку своего у руля застал, но фору много кому даст по физухе, ха-ха-ха, – встрял Роберт.

Это безусловно, брат. – Хлопнул Эдуард по плечу Чейза. – Только ты не думай, что мы с тобой такими же бодрыми будем.

Ну, Эд, ты на больное-то не дави. Нет у меня времени на личную жизнь, не могу я взять и бросить все, чем занимаюсь, чтобы бегать за каким-то непонятным мужиком. Детей, наверное, хочу, но кто ж их воспитывать будет? На мне слишком много всего. Короче, ты знаешь мое отношение ко всему этому… Видимо, я не для этого рождена была. Сложно… Я не вписываюсь в такую сферу жизни, как романтика и семья.