Альпсекция К.У.С.И. История одной вампирки

К читателям

Дорогие читательницы и читатели!

Это — уже вторая книга, которая вошла в призерыконкурса Литнет! Она о дружбе, веселых студенческих временах и ностальгии. Написана по горному дневнику моей мамы, который она вела в альплагерях в 1982-1986 годах. Все детали, герои и места — реальные. Кроме вампиров. Хотя… кто знает?..

Моя первая в жизни книга также стала призером конкурса Литнет.Читатели выбрали её в числе лучших ^^. Это был конкурс романтической эротики и я написала историю о юной девушке, которая в мире похотливых оборотней не может найти себе места. И в итоге идет на преступление, которое всколыхнет этот мир.

Книга выложена бесплатно. Выпаданка (не) обыкновенная: https://litnet.com/ru/reader/vypadanka-ne-obyknovennaya-b296553?c=2882090

Также приглашаю вас в другие вошлебные истории.

В процессеновинка (бытовое фэнтези) Травница по завещанию: https://litnet.com/ru/reader/travnica-po-zaveshchaniyu-b463968?c=5403126

Получила в наследство лавку травницы и двух взбалмошных фамильяров. Теперь живу в волшебном мире, собираю травы, торгую зельями. Коплю денежку, чтобы заплатить колдуну и снять проклятье с сестры, которую считала мертвой. Вокруг крутится красавчик-следователь. Говорит, моими зельями отравили короля. Ой, не наговаривайте на моих клиентов! Это приличные вампиры, оборотни и суккубы! Зачем им яд, есть же клыки. Я отравила?! Нет, это уже перебор!

ЗАВЕРШЕНО Замуж за 69 дней: https://litnet.com/ru/reader/zamuzh-za-69-dnei-b452369?c=5200258

❤️Жених изменил мне с родной сестрой! «Хочу попробовать всех принцесс...!»

Нет, как такое возможно?! Он же МОЙ жених!

Как он мог? Как могла ОНА?! И теперь Я должна сдать за нее экзамен по Магическому Растениеводству, чтобы ОНА вышла замуж! Где справедливость?! Почему я?!

Как я теперь скажу ему, что беременна?! Ведь до нашей свадьбы осталось всего 69 дней…

ЗАВЕРШЕНО Ремонт в замке Дракулы https://litnet.com/ru/reader/remont-v-zamke-drakuly-b334942?c=3356627

❤️ Что будет, если наследницей Дракулы окажется бойкая девушка из провинциального Заяжска? Как это переживут нежненькие вампиры? Маги с тонкой душевной организацией? И как это переживет она??

❤️ Получила в наследство древний замок и целую деревню родственников. Родственники зачем-то начали ритуал передачи мне магической силы, но… не знают, как завершить! А надо! Иначе эта сила меня разорвёт на тысячу маленьких Баженочек Рудольфовночек. Говорите, с этой проблемой поможет мой предок — Влад Дракула? Нужно починить замок, чтобы его воскресить? Что значит — он вампир??А я тогда кто?

ЗАВЕРШЕНО Магическое растениеводство средней полосы: https://litnet.com/ru/reader/magicheskoe-rastenievodstvo-srednei-polosy-teoriya-b380302?c=4026606

☘️Она — ведьма под прикрытием. Он — её прикрытие. Она — секретный агент в теле кошки, он — человек, которому СРОЧНО нужно сдать курсач по маг.растениеводству.

⚡️Что их объединяет? Когтеточка и переноска, загадочное убийство и древний артефакт, ярость и милота, ее изумрудные глаза и его бесконечное спокойствие. Это любовь, скажете вы. Но нет, это работа. Работа в Министерстве Магии! А что до любви… Посмотрим, чем дело закончится, мррррр!

В тексте: маги, вампиры и ведьмы, магический Калининград и волшебная Россия

ЗАВЕРШЕНО Стажёр в Министерстве Магииhttps://litnet.com/ru/reader/stazher-v-ministerstve-magii-b367896?c=3845592

☄️ Говорят, Министерство Магии Российской Империи уже не то! Где это видано — взять на работу человека без магических способностей? Что, думаете не вернется из первой же командировки на Урал? Ха! Посмотрим! Ему экзамены по магическим предметам надо сдать? Ну... придумаем что-нибудь! Может, вампиры помогут, он главе их клана уже понравился!

Сейчас только шального дракона найдем, и все сдадим! У нас и методички с собой, и шпаргалки!

Читайте, что было дальше... в официальном отчете Министерства Магии о стажировке Феликса Шрайдера!

___

Спасибо вам за внимание, отзывы и ваши комментарии! Все время, пока писала, чувствовала вашу поддержку и она очень помогла мне в трудные моменты. Всегда знала и чувствовала - ждете новую главу, следите за приключениями, переживаете за Кару и девочек! Бежала писать новые главы с удовольствием и радостью! Спасибо вам!

Желаю вам хорошего настроения, крепкого здоровья и больше интересных книг. Я вас очень люблю!

Ваша Юлия Шеверина

Глава 0. Всему свое время

Горы безмолвствовали, но у костра было тепло и уютно. Мы придвинулись ближе к освещенному пятачку.

— А я знаю другой вариант истории про Черного Альпиниста, — в тишине звонкий голос Ирэны ударился о скалы и разлетелся неожиданно жутким эхом, — рассказать?

Вокруг костра поднялся одобрительный гвалт.

— Хорошо, хорошо, — рассмеялась она, — Слушайте. Это и правда было ещё до войны. У подножия гор было тепло, зеленела трава, колхозы уже готовились собирать урожай, но мандарины были еще жесткими.

— Прямо как сейчас! — зловеще добавил кто-то из ребят.

Мы зашикали на влезшего и пригрозили облить водой спальник, если будет перебивать олимпийскую чемпионку.

— В горы пошли двое альпинистов, — продолжила Ирэна, — парень и девушка. Они очень любили друг друга. По крайней мере, она его, — немного грустно отметила она и дальше начала говорить более зловеще, — Они вышли на ледник. Прямо как вы сегодня. И на их пути встретилась скрытая расселина. Прямо как у вас сегодня. Снег под ногами девушки провалился, весь пласт ушел на дно и она повисла над ледяной пропастью. Парень успел зарубиться, а её ледоруб упал вниз. «Бросай рюкзак!» — крикнул парень. Девушка бросила. Но тут расселина начала расти. Он видел, как край пропасти медленно движется в нему. Веревка уходила все ниже и ниже. Он понял, что им не выбраться. Последний раз он взглянул на любимую, достал нож и обрезал веревку.

Мы ахнули. История Ирэны была гораздо интереснее, чем обычная легенда. Но оказалось, что на этом она не закончилась. Девушка отхлебнула чай и усмехнулась:

— Но он обрезал веревку слишком поздно. Потратил бесценные секунды на сомнения и не успел отползти, снег под ним осел и он провалился вслед за ней.

— Получается, они оба погибли? Кто же тогда бродит по горам?

— Девушка чудом выжила. Она упала на свой рюкзак, сломала ноги и повредила спину. Парню повезло меньше — он свернул шею.

— Так ему и надо, уроду, — прошептал кто-то.

С этом никто не стал спорить. Урод он и есть урод, очень точно замечено.

— Какая страшная смерть. Он её предал и бросил покалеченную!

— Умирать от кровоподтеки и голода… Тут кто хочешь станет Черным Альпинистом.

— Она не умерла, — Ирэна вскинула голову, — очнулась, заваленная по пояс снегом. Смогла выбраться, но вылезти наверх уже не могла. Неделю она ждала, что её найдут, что придет спасотряд. Но никого не было. В тот день началась война. Все были заняты другим. У нее закончились продукты. Еще неделю она голодала. А потом…

Мы замерли, а Ирэна резко выкрикнула в ночь:

— Начала отрезать куски от тела своего парня!

Мы все шарахнулись от костра, у кого-тов пала кружка, на углях зашипел пролитый чай.

— Она съела своего парня, всего! — кровожадно рассказывала Ирэна, — ей было противно, мерзко, но голод превратил её в настоящее животное. Все дикие инстинкты вылезли наружу. Ведь кто мы без достижений цивилизации — просто животные! Она съела его и выжила!

— Но потом умерла и стала призраком?

— Не сразу…

Глава 1. Гришагин сделал из меня авантюриста!

В девять утра, пока общага КУСИ дрыхла беспробудным сном после сдачи последнего экзамена, наш факультетский альпотряд стартовал в аэропорт Казани.

Нас шесть человек — Юрка и Олег Гришагины, Оля Михайлова, Вахит Барафутдинов, Ленка Ковалева и я.

По пути покатывались с того, как Юрка с Олегом снова выступили со своим коронным номером и сдали таки сопромат.

Ну не идет у Юрки инженерка, хоть ты тресни. А рисует хорошо!

Он сначала поступал на строительство, вместе с Олегом, но провалил математику и пошел к нам, на архитектурный.

Юрка с Олегом — близнецы! Мы их пока не научились различать.

Они говорят, их даже мать иногда путает. А преподы с соседних факультетов — тем более.

Второй курс проворачивают один и тот же прикол — Юрка сдает за Олега черчение на строительном, Олег за Юрку все, где надо считать. А вчера сопромат был на два факультета — общий экзамен. Так эти кадры по очереди зашли.

Олег сдал за себя, вышел, они прям в коридоре под наши нервные всхлипы в очереди на заклание, поменялись рубашками, зашел и сдал за Юрку.

Мы ржали как кони на весь автобус. В итоге кондуктор не выдержал и нас ссадили перед самым аэропортом — пришлось тащить рюкзаки со всеми нашими ледорубами и горелками по августовской жаре до терминала.

Вообще, у нас в отряде все с архитектурного, а Олег прибился в секцию в нагрузку к Юрке и так и прижился.

Все уже получили путевки в альплагерь, кроме меня.

— Не боись, Танька, на месте стрясем, — пообещал Юрка за неделю до отъезда, когда мы вместе изнывали в очереди на какой-то бесполезный экзамен, — там начлагеря — мужик нормальный, шлепнет не глядя.

А я, вообще, и не боялась. Экзамены шли подряд, от недосыпа уже не помню, что там было, то ли тервер, то ли история партии. Все смешалось в голове и было совершенно все равно, что сдавать и что нас ждет впереди.

Мы к тому времени вовсю готовились в горы. Получили свои заслуженные тройки и постарались побыстрее слинять.

Мать будет в шоке, конечно. Школу я закончила с серебряной медалью, поступила на архитектурный аж в Казанский Университет Строительной Инженерии.

— Приличное место, — говорила она, — лучше только в Москве, но это далеко, для каких-нибудь авантюристов. А Танечка у нас — хорошая девочка!

«Далеко» — это плохо. Чем дальше — тем хуже. Если б в нашей Бугульме был приличный универ, туда бы отправила. Но мне повезло — я в Казани, в «приличном месте», где мне попалась «неприличная компания», которая быстренько затащила меня в альпсекцию.

Ну как «компания». Конкретно Юрка Гришагин. Поймал меня у доски с выбором секций. Плавания, на которое я хотела в школе, не было. Я выбирала между троеборьем и гимнастикой.

— Давай, Танька, — сказал он, — к нам. Альпинизм — спорт академиков! У нас уже пол факультета, включая преподов. Тебе понравится!

Всю зиму мы занимались и вот летом, после экзаменов, вместо того, чтобы гнуть спину на огороде вместе с братом и родителями, я умотала в горы.

— Танька, а как тебя мать отпустила? — Ленка была у меня в гостях и очень кстати напомнила мне об одном важном проколе.

— А никак, — беспечно ответила я, — она меня не отпускала. Доедем до Минвод, отправлю телеграмму. А там уже будь, что будет, не поедет же она за мной в горы?

Мать, кстати, меня правда не отпускала и мне за это еще крепко влетит по возвращении. Для нее даже «спорт академиков» — не аргумент. Но не могла же я отбиться от коллектива?

— Это ты зря, — усмехнулся Вахит, — за Венеркой с третьего курса в прошлом году приехала. Но она сбежала и сдала на значок.

— Венерка молодцом, — подхватил Юрка.

Венерка должна была быть седьмой в нашем отряде, но провалила половину экзаменов и осталась пересдавать. Клятвенно обещала, что успеет. Если не на учебку, то в горы.

Хорошо ей, учебку она может и пропустить — у нее уже разряд. А я — зеленый новичок, мне все занятия нужно отсидеть и зачет получить, п то не видать мне гор. Если только из окна самолета.

На свой рейс в итоге еле успели, перед самой посадкой случилась заминка. На трапе Юрка с Олегом так бодро прозвенели прикрученными к рюкзаку лесенками и крючьями, что их не хотели пускать. Вызвали милицию с собакой, распотрошили все наши рюкзаки, ледорубы забрали — сказали, отдадут только в Минводах.

За рюкзак было обидно — я его два дня собирала: тяжелое вниз, легкое наверх. Битком! Под скучающие взгляды милиционеров, которым тоже не улыбалось стоять на солнцепеке ради нас одних, пришлось покидать все как попало.

— Ничего, альпинизм сделает из тебя человека, Танька, — пообещал Юрка, ловко укладывая свои бренчащие лесенки.

В самолете все дрыхли, кроме меня. Я решила изучить методику юного альпиниста.

В Юрка сунул мне в последний день эту толстенную книгу с самодельной наклейкой «Альпсекция КУСИ» на обложке.

— В горах каждый грамм на счету, брать нужно только самое необходимое. Ты — новичок, в горах первый раз, так что вот это тебе очень надо!

Книжку я не удосужилась тогда открыть и впопыхах сунула в рюкзак.

На первой странице я нашла назидательные строки, накорябаные Юркиным косым почерком:

1. Альпинизм — школа мужества (а не замужества!!!)

2. Альпинисты — это люди, которые ищут способ, как похуже перезимовать лето.

3. Инструктор — это не роскошь, а печальная необходимость:

1) Инструктор всегда прав.

2) Если инструктор не прав, смотри п. 1).

3) Не спускай камни на голову инструктора, т.к. он опытнее и сделает это лучше

4. Ледоруб — это палка о трех концах.

5. Если гора не идет ко мне, то пошла она к черту!

Остальные страницы оказались пустыми!!! Книга оказалась блокнотом с чистыми налинованными страницами. Юрка — коряга! Теперь придется таскать эту тяжесть с собой! Решила вести в нем альпдневник. Не выбрасывать же?

После обеда были уже в Минводах. В местном аэропорту наша помятая компания не вызвала никаких вопросов. Тут желающих перезимовать лето — каждый пятый, как китайцев на планете.

По дороге на автостанцию считали друг друга — раз, два, три, четыре, китаец. Почему-то китайцем каждый раз оказывался Вахит. На шестой раз он начал что-то подозревать и ругаться, что он — чистокровный татарин и нечего его записывать в рисоеды по узкоглазому признаку.

Тем более, что глаза у него почти что не раскосые, так, немного.

На автостанции мы взяли билеты и начали активно убивать время: свалили рюкзаки горой в тенечке.

Олег с Юркой ушли в штурмовать магазин. Судя по очереди, там что-то выкинули. Что — было непонятно, но очень интересно. Я убежала на телеграф (ух и крику будет, когда мать получит телеграмму! но ничего, тогда я буду уже далеко, в горах). Девчонки сели играть в подкидного дурака, а Вахит — довязывать на спор ленкин шерстяной носок. К моему возвращению он уже дошел до пятки и пытался справиться с этой сложной задачей в окружении побросавших карты девчонок.

Время автобуса приближалось, приближалось, пока не наступило. Автобуса не было. Мы подождали еще полчаса, пока идущая домой кассирша не порадовала нас прекрасной новостью новость — автобус до альплагеря непременно будет — но завтра.

Коряга!

Ночевать на вокзале не улыбалось. Порядком подуставшие, голодные и злые, мы посовещались и медленно и без особой надежды потащились к выезду из города, попутно шестеря водителя неприехавшего автобуса.

Город закончился довольно быстро, пошли гаражи, кусты, остановки. Дорога была совершенно пустой и мы всерьез начали обсуждать вариант поставить палатки и переночевать здесь, а завтра вернуться и накостылять тому водителю.

— Местные говорили в том году, — сказал Вахит, — не надо у дороги ночевать. Места дикие, преступный элемент шастает.

Мне было уже ровным счетом плевать. Рюкзак натер плечи, ноги ныли. Я молчала, стараясь сосредоточиться на том, чтобы не сбиться с общего ритма. Не показывать же, что я устала? Да мы даже до лагеря не дошли, а я уже начну ныть? Да никогда! Нытикам в горах не место.

— К началу смены опоздаем, — тоскливо и голодно напомнила Ленка, — а нам еще документы делать.

Мальчишки как-то подозрительно переглянулись, но я тогда не придала этому значение. А зря!

В сумерках становилось прохладно. Почти хорошо. Горы почернели, небо порозовело. Красота, аж дух захватывает.

На дороге было тихо, только сверчки гремели в кустах так, будто их тут больше, чем листьев.

За спиной у нас загрохотало, блеснул свет фар.

Мы переглянулись и по лицам друг друга мгновенно поняли, что думаем об одном и том же — машина на ночной горной дороге — не к добру. Это — Кавказ. Приличные местные ездят днем. Как и милиция. А ночью ездят контрабандисты, грабители и… лучше не думать кто… и что они сделают с группой студентов. У нас еще и половина — девчонки.

— В кусты! — успел среагировать Вахит, швырнул рюкзак в колючки и прыгнул за ним.

Юрка с Олегом нырнули тужа же, прямо с рюкзаками, спиной вперед. Ленка упала на живот и ящерицей проползла под куст, Ленка рванула за ней.

Я… растерялась. Кусты вдоль дороги тряслись и сдавленно ругались голосами парней, из единственного лаза поблизости торчали ленкины ноги, а мои будто свело судорогой.

Я обреченно смотрела, как приближаются фары.

«Может, не заметят, — крутилось у меня в голове, — проедут мимо…»

С трудом сделала единственный шаг назад в надежде, что меня прикроет тенью и водитель пролетит дальше.

Машина притормозила на повороте, кабина с черными дырами окон поравнялась со мной, лязгнула.

Я почувствовала, что перестала дышать. По виску, несмотря на горный ветер, медленно потекла капля пота.

Кабина проплыла мимо, за ней — открытый грузовой кузов с деревянными бортами.

По ногам больно ударило мелкими камушками, отлетевшими из-под колес, но я не пикнула.

Кусты за моей спиной тоже замерли, только ветки едва заметно покачивались совсем не в такт стелющемуся по земле ветру.

Один камушек отлетел прямо в лицо. Я сморщила лоб, но боли не почувствовала. Даже когда вниз, по носу, на щеку и дальше, за шиворот новой футболки, попозла еще одна капля — но уже горячая.

Я так и стояла, статуей, когда машина моргнула фарами, лязгнули тормоза.

Ленка активнее заработала локтями.

— Танька, дуй сюда, — шипела Ольга, — быстрее!

Я рванула к ней, но было уже позно. Водитель дал заднюю и медленно покатился к нам, шурша шинами по щебенке.

Я бросила рюкзак, девчонки схватили меня за руки и потащили внутрь куста. Затрещала футболка, щипастые ветки впились в штаны.

Мне в спину ударил свет.

— Эй, там, в кустах, — послышался мужской бас, — помощь нужна?

Девчонки взвизгнули и потащили сильнее. Слева зашевелились мальчишки. Ломая кусты, на дорогу вывалился помятый Юрка Гришагин, за ним — Олег.

— Это вы кто такие? — в голосе водителя послышалось удивление.

До того он видел, судя по всему, только мои дрыгающиеся на земле ноги.

— Альпсекция КУСИ, — с достоинством ответил Гришагин.

— Мы это, — добавил Вахит, высовываясь из листвы, — отлить ходили.

— Молодцы, пацаны, — шептала Ольга, — отвлекают его.

— Тащи давай, — шипела на нее Ленка.

— Да тащу я! Туго идет! Застряла, кажись.

— Еклмн! — ругнулась Ленка и полезла ко мне поближе, — штанам кабзда, — бормотала она.

Мне было плевать и на футболку и на штаны, лишь бы они вытащили меня побыстрее. Желательно — по ту сторону кустов. Мало ли, сколько еще мальчишки будут заговаривать местному зубы.

Ленка недовольно сопела рядом и шарила руками. Потом дернула какую-то ветку, злобно пискнула, когда та хлестнула нас обеих — меня по заднице, ее — по голове.

— Готово, — она дернулась обратно с сама чуть не застряла, но помогло — Ольга по очереди вытянула нас обеих в узкий лаз внутри куста.

Мы разом выдохнули и развернулись в сторону дороги, пытаясь рассмотреть в редкие прогалины между плотно переплетенными (и колючими!) стволами происходящее на дороге.

Парни столпились у кабины и о чем-то тихо переговаривались с мужиком за рулем.

— Вроде он один, — шепнула Ленка.

— Да кто его знает, — ответила ей Ольга, — это он сейчас — один. Завезет нас в какую-нибудь деревню подальше и кирдык!

Рядом в кустах ворочался Вахит.

— Но мужикам же ничего не сделают? — после ужаса на дороге куст казался мне настоящей неприступной крепостью, но сердце все еще колотилось бешено — было очень страшно за мальчишек.

Над нами ухнула какая-то птица. Мы разом отпрянули вглубь куста, к рюкзакам. Прижались друг к другу потными плечами.

— Девчонки, вылезайте! — весело крикнул нам один из Гришагиных.

Мы переглянулись. Ленка одними губами прошептала «Нет». Ольга кивнула. Я хотела ответить «Ни за что!» но могла только ловить ртом воздух и пытаться унять бешено бьющийся пульс.

Вдох-выдох, вдох - длинный выдох полной грудью. Как на соревнованиях по плаванию, как тренер учил, когда я первый раз выступала на районной спортакиаде.

— Да выходите уже, — Вахит, наконец, вылез на дорогу и парой ловких движений вырвал из зарослей свой рюкзак, — это Сарик, наш водитель из лагеря, он нас подкинет.

— Живей! — подбодрил нас Гришагин, в темноте непоятно какой, — а то будете топать одни.

И превредно расхохотался, а было совсем не смешно!

— Ну Гришагин! — хотелось высказать всё нашему главному факультетскому весельчаку, — Ты сделал из меня авантюриста, это как минимум!

Пробовала еще лягнуть его ногой в подранных штанах, но он ловко увернулся, запрыгнул в кузов и начал хохмить уже оттуда.

Мы погрузились и в приподнятом настроении покатили, наконец, в альплагерь!

Глава 2. Альпсекция КУСИ это вам не уси-пуси

Среди ночи в альплагере нас, конечно же, никто не ждал.

Водитель, назвавшийся дядей Азизом, выгрузил нас у ворот с надписью «АЛЬПЛАГЕРЬ БАЛАБАН» и какой-то хищной птицей (тем самым балабаном, больше походим на тушку недосыпанного куренка) и поехал домой, спать. Как я узнала от ребят, местные в сезон подрабатывают в лагере: тетки — поварихами, мужики — подсобными рабочими, есть пара водителей. Один возит начлагеря, один — гоняет на грузовике за продуктами.

Продуктов он в этот раз не вез, только банки с краской и мотки тросов.

Вахит тросам обрадовался:

— Наконец-то, а то в прошлом году пара человек на старых мочалках послетали вниз.

В домики, положенные нам по путевкам, нас никто не пустил, но мы особо не сожалели — поставили палатки прямо во дворе и решили, что до утра — сойдет, а там разберемся.

Больше всего нас огорчил огромный висячий замок на столовой.

— Это мы до утра картошки не достанем? — огорчилась Ленка.

— Надо было в городе килограммчик достать, а не в очередях стоять непонятно за чем, — разочаровано протянула Ленка, укоризненно глядя на Юрку с Олегом.

Как мы ни стучали, ни картошки, ни морковки нам никто не вынес.

Олег зло пнул ни в чем не повинную столовую дверь, Вахит с надеждой заглянул в зарешеченной окошко.

За окошком было темно, как в ящике с негриятами, сама решетка намертво приварена к железным прутам, торчащим из стены.

Увы, лагерь работал не первый год и еду от голодных студентов тут прятать умели.

Мы еще немного покружили вокруг столовой, попробовали сунуться в занятый кем-то домик. Дверь была заперта изнутри, но там точно кто-то был. Мы слышали шаги и даже мрачное обещание начистить морды новичкам, которые мешает спать приличным альпинистам.

Приличные альпинисты делаться едой и открывать двери раньше завтрака отказались.

Нам ничего не оставалось, как развести костер, пожарить закупленную в Минводах тушенку и завалиться в самую большую палатку — пить чай и травить байки.

— Делиться бесценным опытом с новичками! — приподняв палец к верху палатки сказал Вахит.

Из новичков у нас была только я, так что вся мудрость и бесценный опыт тоже предлагался исключительно мне одной.

Ольга с Ленкой только цедили чай с надерганными на клумбе травками, перебирали тексты песен, которые собирались петь у костра и растирали изодранные колючками руки.

Кусты вообще знатно нас потрепали — мои штаны при ближайшем рассмотрении оказались больше похожими на живописные лохмотья, другие выглядели не лучше.

Встреть мы в таком виде разбойников на той дороге, неизвестно, кто бы от кого драпал.

Мы еще попеняли Вахиту за разведенную панику (и подранную одежду, которую еще пару дней зашивать — не ходить же оборванцами), но постепенно разговоры сошли на нет.

Налобный фонарик, подвешенный сверху, начал тускнеть, ребята — зевать.

— А знаешь, Танька, что самое страшное в горах? — тихо спросил Юрка.

— Сорваться? — вяло предположила я.

На тренировках то и дело рассказывали о том, кто как улетел и в последний момент повис на страхованном тросе. Хорошо, если привязанном к инструктору, хуже — на реальной скале с криво вбитом (конечно же, зеленым новичком!) колышке.

— Нет, не это, — грустно ответил за Юрку Вахит, — я срывался, ничего, живой.