Измена (не) порок, и урока не будет!

– Тебя как вообще сюда пропустили? – усмехнулась я.

– Перед моим обаянием – все двери открыты.

– Дерзость, – развернувшись, метнула в него непрошибаемый взгляд. Взгляд, которым можно стрелять без оружия. Пытать без орудия пыток.

– А я черное люблю, – кивнул Ян, указывая на мою руку, в которой я сжимала свой новенький комплект кружевного белья белой расцветки.

– Выйди, – закричала я. – И ищи себе там хоть серо-буро-малиновое с…

Воздух застрял на пути к легким, потому что Волков подошел ко мне вплотную (ему не привыкать. Вообще у нас какой-то строился очень гладкий и в то же время игристый, как шампанское – союз.) и провел пальцами по оголенному и еще слегка влажному после душа участку кожи на моем плече.

– Плохо вытерлась. Помочь? – натянул эту свою ухмылку самоуверенного боя. Его пальцы с плеча поползли к развороту моего полотенца, которое держалось уже на одном честном слове. А в глазах, таких пленительно глубоких, на смену озорству пришли яркие вспышки неконтролируемого желания.

Там, где его пальцы чертили узоры на моем теле, кожа предательски горела, и я набрала побольше в грудь воздуха, намереваясь оставить помещение без кислорода.

Глава 8

Ян

Я еле сдерживал ухмылку. Настя – дикая львица. Недоступная. Несокрушимая. Сейчас она выглядела весьма растерянной, как тогда в клубе, когда я припер ее к стенке и слегка надавил на горло. До сих пор помню пульсацию ее венки у себя на пальце.

– Вот еще!

Она сама сдернула с себя полотенце, только я ровным счетом не успел ничего увидеть. Настя к