Непокорная для горца. Сломаю твои крылышки

Я закрыла глаза на миг. В голове билась одна мысль: «Тамир. Там, где же ты?» и поняла это по звуку. Он был здесь, внизу. Оттуда раздались глухие удары, хрипы, звуки шагов нескольких человек. Я обернулась.

Тамира тащили двое. Лицо разбито до крови. Двое держали его за плечи, но он не сдавался, пытался вырваться, тянулся ко мне. Увидев Мансура, замер на мгновение. В глазах – понимание, ярость и страх. За меня.

– Ясмин, – выдохнул он, харкая кровью.

Мансур усмехнулся. Подошел к Тамиру, наклонился, заглянул в глаза.

– А вот и наш герой-любовник.

Тамир рванулся, но его ударили в живот. Он согнулся, закашлялся. Я вскрикнула и шагнула к нему, но дуло пистолета уперлось мне в грудь.

– Стоять, – приказал Мансур. – Иначе он умрет быстрее, чем ты думаешь.

Я остановилась. Смотрела на кровавое лицо Тамира сквозь пелену слез. Он пытался поднять голову, чтобы видеть меня, но люди Мансура избили слишком сильно.

Мансур… Он зашел слишком далеко. Это было уже не просто преследование, не просто угрозы, не просто поджоги отелей. Он напал на нас в открытом море, на чужой земле. Здесь в Турции свои законы, свои правила, но ему было плевать. Кажется, он правда был готов на всё.

– Это и есть твоя месть? – мой голос дрожал от плача.

– Я говорил тебе, что не отступлю. Вы двое поплатитесь за то, что унизили меня и мою семью.

Он кивнул своим людям. Тамира подняли, поставили на колени у борта. Меня же Мансур схватил за подбородок, повернул к себе.

– А теперь, – сказал он, – мы сыграем в одну игру. Кто кого любит сильнее, – и усмехнулся так дико, что мне стало еще страшнее. Хотя дальше было некуда. – Если тебе дорога своя жизнь, ты прыгнешь, Ясмин. Доплывешь до берега, выживешь. С твоим дикарем у меня будет отдельный разговор.

Ветер рвёт волосы, внезапный холод пробирает до костей. Губы дрожат, когда я шепчу:

– Не надо. Пожалуйста.

Внизу – чёрное море, холодное, глубокое. Передо мной – бывший жених с пистолетом. В его глазах то, чего я раньше не видела: белое, безжалостное безумие.

– Ты была моей невестой, Ясмин. Опозорила меня перед всей семьей, перед гостями, перед городом. Убежала со свадьбы с этим дикарём.

Я смотрю на него и чувствую только пустоту. Никогда не любила. Ни секунды. Даже когда согласилась выйти за него под давлением родителей внутри была только тоска.

Он наводит дуло на того, кого я люблю пять лет. На того, с кем сбежала с собственной свадьбы.

– Я тебя не выбирала! – голос срывается. – Меня заставили! Я никогда не хотела за тебя, Мансур. Прошу...

– Мне плевать, – его голос становится жёстче. – Ты была обещана мне. Я привык получать то, что хочу.

Мой любимый на коленях. Лицо разбито, но глаза упрямо смотрят на меня. В них – пять лет ожидания, наша свадьба, наша любовь. Всего несколько дней назад мы лежали на этой же яхте, смотрели на звёзды, и я верила, что счастье возможно. А теперь он на коленях, а я должна прыгнуть в чёрную воду.

– Прыгай, – Мансур кивает за борт. – И я, возможно, отпущу его, как только закончу.

– Не смей! – кричит любимый, но его тут же бьют прикладом. – Ясмин, не смей!

Я смотрю на его разбитые губы, на кровь на скуле. Мы слишком многое пережили, чтобы всё закончилось так. Но я делаю то, что должна.

Мансур взрывается:

– Прыгай или я стреляю в него прямо сейчас!

– Я беременна, – выдыхаю я, прикрыв на секунду глаза.

Тишина становится громкой, до звона в ушах. На секунду мне кажется, что это спасёт нас. Но взгляд Мансура становится ещё холоднее. Зря сказала.

Любимый смотрит на меня так, будто я ударила его в спину. В глазах – шок, неверие, надежда.

Я поворачиваюсь к нему, слёзы текут по щекам.

– Прости, Там... я хотела сообщить радость на ужине... не успела.

Он дёргается, пытаясь встать.

– Ясмин...

– Не надо, – я поднимаю руку. – Всё будет хорошо.

Мансур зло усмехается. А в глазах любимого одна мольба: «Не надо, пташка, не надо».

– Я люблю тебя. И нашего ребёнка.

Кладу руку на живот, словно смогу защитить и прыгаю за борт.

Вода принимает меня, как враг. Холодно. Темно. Я ухожу вглубь, и мир сжимается до одного ощущения – ледяной воды, обжигающей кожу.

Я выныриваю. Хватаю ртом воздух. Вокруг бесконечное море. Берег далеко, мне не хватит сил доплыть. Яхта чернеет на фоне заката.

– ЯСМИН! – доносится ветром.

Я слышу. Всегда слышу.

Хочу обернуться и в этот момент – выстрел.

Мир взрывается болью. Что-то обожгло в пояснице. Я успеваю подумать только о том, как сильно люблю, а потом – темнота… и вода, забирающая в глубоко в свои объятия.