Слесарь 6

– Давайте, Бонс, покажите мне замок, если вы закончили с распределением трофеев, – обратился я к стражнику.

Дождавшись разрешения баронессы, мы вышли из донжона и поднялись на стену. Где прошли от одного края ворот до другого, подойдя в конце к часовому. Наблюдающему за тем, кто приближается к замку и к поселению, находящемуся прямо перед воротами и окружающем замок полукругом.

Дома в поселении оказались интересной постройки, первый этаж из местного камня и обмазан глиной, покрашенной в разные цвета. Не такие яркие, которые дает качественная краска, а, скорее, природные, те самые, которые можно получить недорого из окружающего деревню мира. Слабо фиолетовые, коричнево-серые и яично-желтые, в общем, все равно производящие приятное впечатление своими цветами и качественными материалами. Второй этаж построен уже из бревен, под соломенными или из дранки крышами. В общем, все поселение имеет приятный и зажиточный вид, народу много снует по улицам, все заняты делом, возвращаясь с полей и садов, окружающих замок с другой стороны.

Видно очень далеко, полоса леса хорошо различается вдали, откуда мы приехали ночью.

– Когда уехали за трофеями? – спросил я у Бонса, стоящего рядом в ожидании распоряжений. – И кто вообще поехал?

– Да все оставшиеся, ваша милость, четверо из стражи и четверо возчиков из деревни с парой конюхов. Уехали раненько, за два часа до рассвета, чтобы точно оказаться самыми первыми на месте. Скоро должны появиться здесь.

– Им сказали собрать все без сортировки и досмотра?

– Да, ваша милость, все покидать на телеги, всех лошадей, которые не разбежались за ночь, приказано собрать и сразу ехать обратно.

Мелькнула у меня мысль поехать им навстречу, чтобы помочь и прикрыть при встрече, если столкнутся с другими дворянами, но я ее благоразумно отогнал.

«Раненый я, да еще в одежде простой, хоть назовусь баронетом, но впечатления не произведу ни на кого, авторитетом точно не задавлю, пусть все идет, как идет».

А мне перекусить пора, вчера весь вечер хлопотал без ужина и сегодня еще не завтракал. Заодно с Делией переговорю, узнаю, какие у нее мысли на будущее. В баню бы сходить, энергии добрать, но руку мочить нельзя, придется попросить помочь помыться, может прислугу пришлют доблестному рыцарю. Энергии магической можно и на кухне набрать, только, боюсь, слухи пойдут про такое странное дело. Страшного ничего нет, впрочем, в том, что приезжий рыцарь сидит, прижавшись спиной к печи и греется таким образом, да хотя бы спину лечит от простуды и прострела.

Как настоящий паладин светлых сил.

– Ах да, я ведь высоко моральный и искупающий прегрешения, сильно верующий и прочая, прочая…

Как бы баронессу не отпугнуть своей историей и внешней непорочностью? Женщины – существа практичные и, если они видят что-то, что нельзя сразу же использовать, то теряют к подобному интерес быстро.

Пойду с ней о житейском и греховном поговорю, развею ее сомнения и покажу, что человеческие радости мне отнюдь не чужды по природе своей.

Попросил стражника проводить меня к баронессе, но сначала на кухню, чтобы перекусить в ожидании обеда. До которого еще пара часов, как я понял, но я уже серьезно проголодался.

На кухне выбрал из предложенного прислугой мясной пирог целиком, оценил печь и обошел весь замок. Ломая от пирога куски и получая пояснения из уст самого Бонса, как устроена оборона замка и сколько требуется народа, чтобы полноценно нести стражу.

Услышал про прежнего хозяина, барона Тельпиг, который, будучи уже в солидном возрасте, влюбился в будущую баронессу и, несмотря на все препятствия, добился ее руки. Ей оказалось семнадцать лет, ему около сорока, самое время жениться заново после отошедшей в мир иной первой супруги. Баронство давно уже считается весьма зажиточным, деньги солидные у барона водились, дети, обе дочери, уже пристроены замужем.

Именно поэтому, наверно, семья баронессы и она сама выбрали его, покинув свой родной замок около сатумской границы.

У самой Делии имеется шесть или семь родных сестер, поэтому девушек родители раздают по первой просьбе. Прожили молодые пять лет, потом барон захворал и быстро скончался. Делия просидела все такое время при нем, показала себя, как по-настоящему благородная жена и хозяйка.

После смерти супруга первый год баронесса входила в управление хозяйством, набиралась сил и знаний. Потом со всей страстью и пылом ударилась в ведение дел усадьбы, окрестных деревень и сел. На предложения выйти замуж отвечает уклончиво, привезла свою сестру из родительского дома и в основном хлопочет об ее замужестве. Очень старается найти той богатого и влиятельного мужа, чтобы упрочить свои позиции на новом месте и приобрести сильных союзников.

Сама же не видно, чтобы стремилась замуж, взяла себе начальником стражи одного симпатичного бастарда, признанного своим отцом. Получившего титул безо всякого имущественного наполнения, очень сильного в бою на мечах и вообще на всем оружии.

Тут словоохотливый новый начальник стражи замолчал и попозже спросил меня, может ли он рассчитывать на мое участие в защите замка и обороне принадлежащих госпоже деревень.

– Конечно, Бонс, я готов помочь пережить баронессе и всем вам такое трудное время. Меч для меня невозможно взять в руки, но копьем я очень хорошо владею. Скажу без лишней скромности – очень хорошо.

Тут прибежал слуга и позвал меня к обеду, сказав, что баронесса ждет. Стражник сверху крикнул, что обоз появился ввиду, через час придет пора распахивать ворота.

Бонс сразу полез на стену, а я, провожаемый слугой, наконец добрался до большого помещения в жилой части замка, где происходят приемы пищи и пиры.

Где меня уже ждут баронесса, ее сестра и мажордом.

«Сейчас что-то решится, судя по серьезным лицам», – подумал я, поприветствовав прекрасных дам.

Подошел к каждой, чтобы приложиться к руке и, судя по их удивленным лицам, первым здесь начал продвигать учтивую куртуазность с сексуальным подтекстом в здешних местах.

Буду, в общем, настоящим пионером в здешнем махровом средневековье.

Глава 4

Дамы, как положено, самым внимательным образом смотрят, каким образом я буду пользоваться незамысловатыми столовыми приборами.

Конечно же, я их не разочаровал. Вилка еще не изобретена на здешней стороне Сиреневых гор, ровно так же, как и на противоположной, но орудуя двумя ножами, я ловко обчистил баранью ногу. Вообще показал недюжинное мастерство в использовании столовых приборов и в чревоугодии.

Хороший аппетит – признак силы и здоровья, вот такой получился мой первый намек.

Если у баронессы и ее сестры еще имелись какие-то сомнения в моем благородном происхождении, то после начала обеда они полностью исчезли. Когда открыли вино, я сразу перехватил бутылку у прислуги, налил немного вина в серебряный бокал и долго крутил его, принюхивался, присматривался и маленькими глотками проверял его, пока не скомандовал разливать по бокалам.

Потом с глубокомысленным видом высказался:

– Чувствуются нотки солнца, кориандра и кардамона, – это на своем языке и добавил на местном. – Ярко выраженный вкус меда и грушевого дерева, чернослива и вишни.

Благо вино оказалось красное, плотное и точно не сухое, тут можно придумать, что душе угодно, какие такие ягоды, деревья и цветы оно тебе напоминает.

Неудивительно, что после таких чудных процедур и на редкость уверенного, безапелляционного заявления все пробующие почувствовали все тоже самое, особенно мажордом Твикс трясет одобрительно головой.

Наш человек в баронстве, вполне бюрократический, уже готов негласно поддерживать меня, если я так же поддержу его в свою очередь.

– Баронет, откуда вы так хорошо разбираетесь в вине? – наконец подала голос младшая сестра, впервые на моей памяти.

Она немного оправилась после событий роковой ночи и явно не так уже убита ужасными воспоминаниями. Наверняка, старшая сестра постоянно напоминает младшей, что вообще не стоит на людях ходить с таким видом, как будто тебя жестоко изнасиловали только вчера. Ни к чему поддерживать подобные мысли у народа и прислуги.

Ведь Телию все равно необходимо выгодно выдать замуж, поэтому слухи только помешают правильному вложению сестры в чьи-то не бедные руки.

– Милая Телия, у отца были и остались большие виноградники в предгорьях, – смело соврал я, ничем не рискуя.

Ведь виноградных плантаций здесь я еще не видел и знаю, что вино поставляют только из Сатума.

В обоих караванах по половине подводы оказалось загружено именно вином для северных графств и королевства. Конечно, такие подводы охраняли гораздо бдительнее, чем все остальные.

– Прекрасные места, где прошло мое детство, – тут я взял паузу и сделал вид, что воспоминания о прошлом заставили меня погрустнеть, поэтому трагически помолчал какое-то время вместе со всеми.

Какая-нибудь роковая волнительная тайна в прошлом, связанная со страстью к молодой жене отца или старшего брата, кровавая развязка и мое искреннее искупление – хорошее объяснение моего теперешнего невзрачного вида и путешествия в одиночку в простой одежде, без всякое свиты и даже простого меча.

После обеда пришло время поговорить о делах баронессы насущных, пока обоз не добрался до замка, когда времени на разговоры уже не останется. Придется принимать лут, распределять добычу, устраивать лошадей в конюшню, распоряжаться о похоронах и отпевании в церкви погибших защитников, еще о просто массовой могиле для нападавших.

«Ну, может, благородных разбойников отдельные могилы ждут, даже с эпитафией, какое злодеяние они совершили и как погибли от рук проезжего паладина. Который поразил погрязших в грехах негодяев солнечным светом из своей длани и еще добавил копьем для верности», – улыбаюсь я про себя.

Если я буду придерживаться своей версии защитника сирых и обездоленных, вполне такое может произойти. Только у меня другие надежды имеются, без такой святости и прочего, более плотские на самом деле. Очень хочется без обиняков попробовать настоящую прирожденную баронессу на той большой кровати, к которой имеется короткий ход, наверняка, прямо из ее покоев.

Очень уж она хороша, с бледным, породистым лицом, зелеными глазами и роскошным бюстом. Во всем Асторе такую аристократическую красавицу точно не найдешь, да и на Севере будет, о чем вспомнить с большим удовольствием, если жизнь туда занесет.

В сильно потрепанные временем и отсутствием ремонта магические Башни, где останется только вспоминать прекрасную баронессу с ее уютным замком холодными зимними вечерами. Еще очень одинокими вечерами.

Разговор пошел вполне откровенный за столом, что стоит сделать в первую очередь. Какие защитные меры предпринять, на какую часть владений баронов можно претендовать и с кем из соседей поделить остальные земли. Так поделить, чтобы приехавшие наследники, если такие найдутся, столкнулись со сплоченным сопротивлением новых собственников земель.

Мажордом Твикс по просьбе Делии показал мне карту, охватывающую оба баронства, лес между ними и три графства, охватывающие земли погибших баронов с трех сторон.

Сама баронесса очень желает, как пострадавшая от нападения дворян-разбойников, получить почти все земли. Но я сразу осознал, что с шестью воинами мы можем только замок кое-как оборонять и ни о какой военной экспансии даже мечтать не способны.

«Уже беру на себя негласное руководство силовой поддержкой наивных мечтаний баронессы, засасывает меня такой процесс довольно неотвратимо в свете кое-каких эротических ожиданий», – понимаю я сейчас.

– Даже я не смогу серьезно вам помочь, хотя очень такого желаю, – опять выразительно посмотрел за корсет красотки. – Лучше брать такой кусок, который вы можете проглотить. Сколько воинов у соседних графов, кстати, в дружинах?

– У двоих по шестьдесят человек в дружине, у того графа, владения которого находятся за баронскими землями – целых восемьдесят, – интересную информацию баронессе напомнил именно мажордом.

Видно, что мужик держит руку на пульсе местной жизни и пытается остановить милую хозяйку в ее наивной, сногсшибательной и хорошо понятной всепоглощающей жадности.

– Вот, тогда отличным результатом окажется получить хоть треть осиротевших земель, ну даже можно подумать о половине, прилегающих к нам. Если прибавить причитающийся вам по праву победительницы замок баронов, земли вокруг него и все. Мы сейчас не в таком положении, чтобы диктовать какие-то условия. Даже если вы сразу наймете каким-то чудом десяток свободных кнехтов, силовым способом никак не решите вопрос. Надежнее всего договариваться, предлагать и торговаться.

Вижу, что мои слова нравятся мажордому, он согласно кивает, но совсем не нравятся баронессе Делии.

Баронесса демонстрирует непобедимое упрямство:

– Тогда соседи станут еще сильнее, я уже никогда не догоню их по влиянию и силе.

Ах, вот о чем мечтает милая зайка…

Войти в число самых влиятельных семейств в округе, создать свое графство по территориальным приобретениям и подняться в своем статусе вровень с самыми авторитетными графами Терума.

Попробую ей возразить, только очень мягко, чтобы она видела, что переубедить меня отдать свою жизнь во имя ее наполеоновских планов – совсем не трудно. Требуется только провести пару ночей в общей кровати и показать все свои вкусности моему жадному взору.

Ну, еще здоровый энтузиазм приветствуется, хорошее свежее дыхание и всякие другие шалости, которым она, скорее всего, не обучена совсем.

Не знаю, найдется ли у меня достаточно время провести полное ее обучение?

Пока я не осознаю, что от меня требуется слишком много за хороший секс и красивое тело с породистой родословной.

Типа, разбить всех врагов оружною рукой, повергнуть в личном поединке всех сильнейших рыцарей в округе. В общем, просто совершить множество полезных для красотки баронессы подвигов.

«Только за красивое тело и еду, как звери в цирке или зоопарке работают. Не мой однозначно вариант, немного циничного человека своего времени», – напоминаю я себе.

Баронесса рассчитывает на мой магический дар, надеется, похоже, что я могу взмахом руки разметать десяток вооруженных кнехтов и остановить в воздухе все болты. Могущие непременно, сразу же после подобного подвига, стаей полететь прямо в мое честное и благородное лицо. Не хочется ее разочаровывать так вот сразу, лучше произнести мои честные аргументы уже потом, после страстного аванса, притом неоднократно повторенного.

– Баронесса, вам лучше использовать путь уговоров, дипломатии и обещаний. Еще выдать вашу сестру, несомненную красавицу, с подобным не окажется никаких проблем, – тут я изобразил учтивый поклон Телии, – замуж за кого-то из влиятельных соседей.

– Больше думать не о приобретении земель, а повышении доходов с тех, которые уже есть и будут получены в результате переговоров.

Баронесса никак не выразила свое отношение к моему предложению и только задумчиво посмотрела на сестру, теребя прядь волос в пальцах, богато усеянных перстнями. Похоже, тоже подумала о подобном варианте, поэтому решила пока прекратить разговор. Ведь как раз вбежал новый начальник охраны и неуклюже объявил, что обоз с трофеями подъехал к воротам.

Мы вышли во двор, куда заезжают подводы с лежащими на них телами, вскоре работа по извлечению нужных в хозяйстве вещей и освобождению от них мертвецов закипела. Но без меня и сестер, не пожелавших участвовать в таком прискорбном деле, как мародерка и последующее отпевание перед захоронением своих героев. Так же простое сбрасывание в общую могилу подлецов от проигравшей стороны. Пока копают могилы, чтобы похоронить рядовых воинов, которых просто переложили в тканевые мешки, отдельно готовят могилу для самого главного защитника чести баронессы.

Уже на верхнем кладбище, где лежат благородные господа, коим он являлся несомненно. Мы стоим на стене замка, смотрим сверху на процесс похорон, которым руководит подъехавший священник. Ведь в неблизкий отсюда храм погибших не повезли, так как обычай торопит закончить погребение сразу после прощания и отпевания.

Да еще других, теперь уже более важных дел, еще имеется множество. Так оно всегда и получается, погибшие защитники – уже немного мешают жить дальше выжившим одним своим присутствием.

Потом мы все же спустились вниз, где Делия попрощалась со своим начальником охраны. Мы постояли в сторонке, не мешая женщине всплакнуть и помолиться над бывшим возлюбленным.

Его хоронили уже в плохоньком, но все же гробу. Тут я даже задумался, не повернется ли так моя жизнь, что мое тело успокоится на местном погосте среди чужих мне людей? Рядом с предыдущим любовником Делии и, наверняка, всеми будущими тоже.

После похорон хозяйка распорядилась открыть кладовые, чтобы щедро помянуть всех погибших населением самого замка и лучшими людьми поселения. Включая, конечно, священника и его супругу, благообразную такую матушку.

Я пока зашел на кухню и, сославшись на застуженную спину, просидел, прижавшись к печке, около двух часов. Поварята и прислуга сначала шарахались от меня, но вскоре привыкли. На кухне пошла прежняя жизнь, парни вовсю прихватывают девок, девки пищат и не особо сильно сопротивляются откровенным домогательствам. Народ здесь живет весьма сытно, поэтому мысли у всех в одном только направлении работают.

Где бы завалиться со своею милой, чтобы не мешали всякими приказами, на пару часиков.

За пару часов набрал полностью ману, еще подзарядил маленький камень на цепочке полностью. Вообще неплохой результат, печка нагрета хорошо, через всю одежду припекает изрядно. Так же, как в бане, даже лучше получается, более полный контакт с горячим камнем выходит.

Уже стемнело, во дворе за накрытыми столами продолжается застолье, дворовые люди уже навеселе, танцуют свои простонародные танцы. Полюбовался на них и поднялся в свою комнату, где мне захотелось отдохнуть и возлежать.

Вспомнил, что так и не приказал перестелить постель и не обновил повязку. Но лекарка про меня не забыла, появилась со стуком в дверь, снова повторила процедуру, я тоже выпил свою таблетку на всякий случай. Выдал ее золотую монету, чем очень удивил лекарку.

Попозже пара слуг принесла бадью с водой, хорошо нагретой и перестелила постель.

«Все понятно, сегодня меня ждет посещение одной красотки. Поэтому подготовительные меры налицо – гость должен хорошо вымыться от походных запахов. Чтобы во всеоружии оказаться готовым к не совсем уже внезапному посещению одной высокой особы», – довольно улыбаюсь я в предвкушении визита.

Чем я и занялся, смыв грязь и пыль, стараясь не мочить повязку, после чего красиво прилег в постель, укрывшись простыней и обнажившись до пояса. Я все-таки раненый защитник прекрасной Делии и поэтому могу принимать ее совсем без штанов.

Заодно демонстрируя мышцы груди и бицепсы с трицепсами в выгодном неярком свете при романтических свечах.

Наверно доверенная служанка хозяйки присматривала за процессом через щелочку в двери. Вскоре я услышал тихие шаги и ко мне без стука вошла баронесса.

Так по-домашнему, просто по-соседски, но в вечернем платье, за ней доверенная служанка занесла поднос с холодным мясом и бутылкой вина с парой высоких серебряных бокалов.

– Лежите, баронет, я решила навестить вас, чтобы подкрепить ваши силы легким ужином, – такое вполне приличное толкование сего позднего визита мне сразу очень понравилось.

Баронесса присела за имеющимся столиком на край кровати, мне пришлось сдержаться, чтобы сразу не прыгнуть на нее и не потащить в постель. Ведь так заманчиво выглядит шикарная грудь в низком вырезе платья. После двух-то недельного воздержания и всяческих соблазнительных представлений, как я буду с ней делать и это, и то, на кровати и у окна с красивым видом на ее владения.

Делия сразу взяла быка за рога, чего я в принципе ожидаю.

Спросила, чего бы я хотел такого героического сделать, чтобы остаться в замке рядом с ней. И заманчиво придвинулась на опасное для моего спрятанного между бедер члена расстояние.

Она озабочена, в первую очередь, своим продвижением в местном абсолютно мужском мире. Но больше не собирается связывать себя браком с сильным мужчиной, а мечтает сама управлять своим баронством, оставаясь при этом абсолютно свободной.

«Похвальное желание. Феминистки бы очень одобрили, но до них еще очень далеко», – понимаю я баронессу.

В местных реалиях – очень непростое дело, почти невозможное без поддержки сильной руки. Которую в прошлом, совсем еще недавнем, предоставлял ее сенешаль, являющийся свирепым бойцом. Он все же был хорошо знаком местной знати в таком своем качестве. Теперь его нет, поэтому баронесса хочет быстро проверить, не гожусь ли я на роль героически погибшего начальника стражи замка?

Ибо время сейчас весьма дорого, а искать кого-то другого на стороне пока нет возможности. Потому что ковать железо нужно именно сейчас и проще всего с имеющимся под рукой воином на этом самом ложе.

Уже завтра придется ехать и разбираться с замком баронов-разбойников. Еще встречаться с оставшимися крестьянами, которые с удовольствием примут нового хозяина после своих предыдущих непутевых баронов.

Будет ли это моя баронесса или кто-то из других благородных соседей, им в принципе все равно. Лишь бы не мешали жить и сильно не донимали налогами, а лучше дали оправиться после разрухи. И не забирали то немногое последнее, что не успели прогулять бароны.

То есть мне придется взваливать на себя силовое сопровождение баронессы. Даже вести сложные переговоры с напыщенными дворянами, которые у себя, на своей земле, с заметным недоумением будут слушать какого-то неизвестного выскочку. Откуда-то из-за гор приехавшего в благополучное такое место, совсем бедно одетого и даже без меча на поясе.

Недолго, кстати, станут слушать, если у меня за спиной найдется всего-то пара воинов, больше из замка народа не заберешь. Против их двух-трех десятков кнехтов.

Даже смешно про подобное противостояние думать, силовым путем однозначно ничего здесь не добьешься. Только вежливые переговоры, уверения в дружбе и добрососедстве, необходимые уступки и все такое прочее.

«Готов ли я заниматься всем таким бардаком, строить служивых, ничем мне не обязанных, наезжать на крестьян, разбираться с гораздо более сильными соседями?» – спрашиваю я себя сам.

«И за что? За несколько хороших трахов с баронессой и за приличную еду?»

Больше ведь ничего не полагается, только такое достаточно скромное вознаграждение за постоянный напряг духа и тела. Еще повышенный риск и возможность быстро погибнуть с девяностодевятипроцентной вероятностью.

«Вряд ли я соглашусь на столь щедрое предложение баронессы. Я здесь вообще проездом, меня ждут другие серьезные дела в самом скором будущем», – напоминаю я себе.

Но говорить об этом, глядя на прекрасную, все сильнее волнующуюся невероятно красивую грудь. Придвигающуюся ко мне все ближе, такое красивое и желанное лицо, я предупредительно не стал.

Зато дал самый простой ответ, просто раздвинул бедра, выпустил на свободу давно эрегированный член. Который выстрелил вверх, как могучая катапульта, в преддверии торжества плоти. И весьма гордо поднял простыню на недосягаемую для конкурентов высоту.

Баронесса все поняла, облегченно вздохнула и без лишних слов возлегла на новое белье со мной рядом, задрала повыше подол платья и раздвинула ноги. Показывая всем видом, что мне пора утолить огонь в чреслах, в такой вот скромной миссионерской позе. А вот дальше уже послушно и внимательно слушать то, что хотела бы получить она сама от меня.

Такое оказалось серьезно наивное желание со стороны прекрасной женщины. Ибо, утолив почти мгновенно первый голод, я раздел Делию полностью, что, как я понял по вспыхнувшему румянцем лицу женщины, оказалось не очень прилично. Однако, просто не обращая внимания на робкие попытки полностью обнаженной баронессы прикрыться платьем или простыней, провел ее по всем основным эротическим позам, переворачивая женщину и так, и этак, и еще вот так.

Провел эротический ликбез, кончая в нее просто неимоверно. Сейчас мысль о том, что мой ребенок останется в здешнем мире с такой красивой матерью-дворянкой, меня очень возбуждает и не дает оторваться от нежного красивого тела три часа. Закончил я все-таки около окна, последние полчаса охаживая красавицу со стороны прекрасной спины и любуясь ночным видом владений баронессы Тельпиг вместе с ней, так же постанывая, как она сама.

Потом мы упали на кровать, сил у баронессы уже совсем не осталось, чтобы поведать мне о своих желаниях и хотениях, мы просто тихонько уснули рядом.

Глава 5

Рано утром я почувствовал, как внезапно встрепенувшаяся баронесса зашевелилась и тихонько уползла с кровати. Потом мгновенно накинула принесенный с собой халат, после чего сразу же выскользнула из комнаты.