Сантехник

То есть не какие-то отдельные люди или животные мне видны, просто очень медленно рассеивающийся пылевой след от прошедших по страшно сухой земле чьих-то ног или проехавших колес.

Почему-то мне кажется, что люди не едут, а идут пешком, хотя с такого расстояния подобное трудно разглядеть. Просто след в воздухе не от стремительно проехавшей машины, он не такой густой, а очень рассеянный, как будто она проехала давно.

У меня сразу же появляется идея бежать за самим пылевым облаком вслед. Может еще успею догнать здешних людей до того, как совсем стемнеет. Да они костры потом зажгут или еще как-то себя проявят. Еще, наверно, у них стоянка в конце дневного перехода с водой имеется.

«Черт! Что я несу? Они же возможно на машинах едут, просто только медленно. Ведь по степным буеракам всяким пробираются! Асфальта поблизости не видно! Ну, может еще пастухи гонят стада баранов в том же Казахстане или еще где у нас есть степи? Около Оренбурга? В Туркменистане? А что это тогда за бархан или погребальный курган такой? С настолько странными каменными стенами? Что-то я ни разу подобной картинки в сети не видел, очень приметные у него очертания. Я бы данную картинку не забыл или сразу бы вспомнил, если когда-то уже видел», – говорю себе.

«Ладно, какая-то жизнь здесь имеется, люди проехали недавно, значит, все не так ужасно», – немного успокаиваюсь я.

Где-то недалеко есть цивилизация, похоже, уже проще с таким знанием мне стало сразу.

Давно уже пора определиться, что у нас имеется с четвертой стороны кургана. Поэтому я оставляю ящик с инструментами около кустов и даже вижу там хороший провал в почве, куда он почти полностью войдет.

С собой беру самый большой разводной ключ, чтобы иметь что-то увесистое под рукой, замечаю еще сапожный нож, широкий и плоский, его тоже забираю.

«Мало ли с какими местными столкнусь, еще попадутся навстречу первыми именно здешние гопники», – с большим основанием думаю я.

Однако так просто добраться до четвертой стороны кургана у меня все же не получилось. Ведь по пути к ней я столкнулся с еще одним чудом, произошедшим прямо на моих глазах.

Получается, чертов зеленый светящийся водоворот засосал меня, потом мой ящик с инструментами…

Однако на подобном вообще не успокоился и напоследок еще самого бабушкиного Мурзика умудрился вытащить с его места на каналье, где тот прятался.

«За чугунную трубу особо когтями не зацепишься, такое ему не в мои руки впиваться, паразиту!» – немного даже обрадовался своему старому знакомому.

Поэтому, когда рыжий кот, мой земляк по месту проживания, внезапно из ниоткуда материализовался на двухметровой высоте, я замер на месте.

Естественно, в тот момент, когда Мурзик смог, ловко извернувшись в воздухе, спланировать на все четыре лапы на тоже самое место, где уже приземлились мое тело и ящик с инструментами, я даже не особенно удивился.

Опять раздался какой-то негромкий непонятный звук, что-то вроде, как дунули в огромный рог, в момент его появления и быстрого приземления.

«Значит, непонятное сооружение так сигнализирует, когда кто-то материализуется здесь подобным образом».

Или даже что-то.

Получается так, что водоворот продолжает функционировать и засасывать живых существ, даже просто неживые предметы по-прежнему. Только те, конечно, которые прочно не прикреплены к стенам и потолку с полом.

Кто же дал ему такой толчок, и откуда он берет необходимую энергию для подобного? Почему именно сейчас заработал?

«Только данное знание мне интересно пока чисто в теории. А на практике очень хотелось бы хоть немного прояснить, куда я, то есть все мы попали?» – напоминаю я себе, что стоять на месте, разглядывая обалдевшее пока животное нет никакого большого смысла.

Пока Мурзик с ошарашенным видом замер в центре площадки, наверняка, принюхиваясь и прислушиваясь к новому окружающему миру. Я обошел осторожно кота и добрался до края площадки, так же огороженным легким частоколом из серо-желтых кустов.

Подошел к ним я, особо не скрываясь ни от кого. Однако, только бросив первый взгляд дальше, тут же присел на корточки и потом упал на колени, спрятавшись за кустами.

И ведь есть там такое, от чего мне сильно испугаться и спрятаться пришлось.

В полусотне метров от верхушки холма видны еще какие-то каменные сооружения, как я успел рассмотреть. Какие-то столбы, стоящие вертикально, целых четыре штуки, высотой метра в три, образующие ровный квадрат. Еще горизонтальный длинный камень там лежит и что-то перед ним – вот и все, что я успел рассмотреть сначала.

Пока не заметил в половине километра от подножия холма, под также продолжающим меня слепить солнцем, колонну непонятных зверей с всадниками на них.

За ними остается такой же рассеянный пыльный след, как за предыдущим караваном, только это все хрень полная! Совсем не важно, какой за ними след остается!

А важно именно то, что слитная масса движется как раз к моему холму. И в первом ее ряду скачут на неизвестных мне зверях, похожих на помесь того же верблюда и гиены, совсем непонятного вида страшные существа.

Я не стал, конечно, долго разглядывать их, еще ничего четко не видно, они довольно далеко и едут медленно. Не скачут, как мне показалось, именно едут с невысокой скоростью, не быстрее трех-четырех километров в час.

– Это что же? Да какого черта! Куда меня на хрен занесло? Это же не массовка фильма о пришельцах, как там его название? Ковбои против пришельцев! И не вторая серия Кин-дза-дза! Да, как же так-то! Какое там кино, там впереди похожие на ящеров красавцы на гигантских гиенах скачут! И еще прямо ко мне! – прямо чуть не в голос ругаюсь я.

Меня пронзил прямо настоящий ужас от мгновенно осознания того, что я точно оказался где-то не на родной Земле.

До сего момента я казался себе вполне спокойным, оставшись целым и живым после водоворота и оказавшись на твердой земле.

«Что же это за место где-то у нас на планете и скоро ли прилетит вертолет для эвакуации перемещенца, случайно попавшего в какой-то научный эксперимент?» – вот какие примерно мысли до сего момента посещали меня.

А вот теперь сразу стало понятно – это или массовка фильма о чужих мирах сюда перемещается? Или самые настоящие инопланетяне ко мне едут?

Не слишком такие разумные, зато очень свирепые.

– Что делать? Куда бежать? А, может, стоит только проснуться? – и я хорошо вмазал себе по руке ключом, пытаясь побыстрее закончить страшный сон.

Однако ничего не закончилось, только кисть пронзила боль от удара.

Теперь я уже пробежал мимо кота, совсем за него не переживая, пытаясь найти взглядом с плоской верхушки высокого холма-кургана какое-нибудь хорошо укромное место, выглядывая из-за каменных стен во все стороны.

Ничего! Абсолютно ничего для того, чтобы спрятаться! Ни кустов каких-то солидных, ни оврагов, в которые можно убежать! Ничего такого укромного не видно с задней стороны холма, одна только плоская степь передо мной!

Конечно, и в степи можно найти углубление или впадинку какую, чтобы пересидеть такую колонну, если бежать в сторону от накатанной дороги.

«Стоит попробовать такое сделать, пока курган меня прикрывает от взглядов подходящего каравана? Вполне возможно, они просто проедут мимо, как проехали их предшественники, не заглядывая сюда, ведь подъем на вершину довольно крутой», – искренне надеюсь я.

Наверняка им известно, что тут ничего интересного нет, то есть не было раньше.

«Обязательно нужно за Мурзиком присмотреть, чтобы он сдуру не выскочил за кусты и не демаскировал меня своим ярко-рыжим цветом!» – напоминаю себе я.

Поэтому я снова оказался около кустов и приник к сухим веткам, осторожно раздвигая такие же сухие листья, чтобы снова разглядеть приближающихся существ.

Они уже проехали половину расстояния до кургана, теперь я могу гораздо лучше рассмотреть их лица, фигуры и тот странный транспорт, на котором они передвигаются.

Животные действительно похожи на гигантских гиен, такие же зубастые морды, и еще солидный рог на голове у них есть.

«Прямо, как у единорогов из сказок, однако точно не единороги – любители девственниц. Такие скорее просто сожрут нежное девичье тело без всякого сексуального подтекста».

Всадники, уверенно восседающие на огромных гиенах, похожи, как мне кажется, на каких-то ящеров, судя по цвету кожи, такому серо-зеленому. Как у нас на Земле у тех же варанов или крокодилов такой же самый цвет.

«Если они ящеры, то точно сожрут меня!» – продолжается приступ внутренней паники.

Ужас продолжает захлестывать сознание, однако внутренний голос уже говорит, что рассчитывать больше не на кого, спасти себя могу только я сам.

«Черт! С побегом с кургана придется все-таки повременить», – замечаю я про себя, обратив внимание на выставленное с каждой стороны каравана охранение в виде пары гиен с наездниками.

Они едут немного впереди и метрах в ста от основной колонны.

– Еще и вертят башками постоянно, поэтому легко заметят мою убегающую фигуру за курганом, – предупреждаю я себя от неразумных попыток бегства.

Теперь вариант только один из двух – или прятаться здесь, неистово надеясь, что здесь какое-то достаточно священное место для подобных существ.

Или бежать прямо сейчас вниз, пока меня еще прикрывает курган, а там, где-то немного дальше, зарыться в какую-то ямку или выкопать подручными средствами мини-окопчик.

Только кажется мне, что времени на побег уже почти не осталось. Есть вот такое настойчивое ощущение у меня, да еще я просто откровенно боюсь срываться с немного укромного места для наблюдения из-за кустов в совсем открытую степь.

Где вообще ничего не буду видеть, а меня легко заметит каждый инопланетный черт с высоты своего положения на гиеноконе.

Такое у меня название сформулировалось само собой при виде непонятных животных.

«Вот если бы я побежал сразу, как первый раз дошел до дальних кустов вместе с ящиком инструментов! Тогда реальная фора у меня еще имелась, и смысл в побеге получался конкретный!»

Если не оставил бы никаких следов в степи, а рогатые гиены точно не смогут их даже свежими унюхать, что далеко не факт.

Да мне просто страшно выбираться из-за какого-то относительного укрытия на ровную поверхность степи. Откровенно страшно, ужас прямо накатывает волнами раз за разом на мою не до конца пришедшую в себя сущность.

Теперь я продолжаю следить за колонной и дозорами непонятных существ, которые направляются прямо к сооружению перед курганом, судя по всему. Мысли о невозможности случиться тому, что уже реально случилось, пока на время покинули мою голову.

Сейчас приходится думать о немедленном спасении жизни и судорожно считать мои ускользающие шансы. Не до переживаний пока уже о несправедливости судьбы или проклятий в бабкину сторону, из-за которой я и попал сюда.

Ведь знал же, что с подвалом в том доме нечисто!

«Но все равно поперся премию квартальную спасать и начальству задницу лизать! Пусть даже в совсем переносном смысле!» – ругаюсь я на себя.

«Вот бы их сейчас сюда, моего мастера, бабку, ее внука, раз уж этот чертов кот теперь тоже здесь оказался!»

Глава 3

Поэтому я никуда не побежал, а только присыпал у дальних кустов свой ящик высохшей землей с камнями, быстро собранной руками с площадки. Сам ящик из потемневшего дерева перестал выделяться цветом и больше не привлекает своим видом лишнего внимания.

Если сильно не присматриваться, конечно.

До первого дождя или урагана в степи, как он часто тут бывает – мне опять же вообще неизвестно.

Очень уж он удачно в промоину по центру кустов встал, прямо под здоровый кусок нависшей высохшей травы, которую я на него положил и поправил.

Неидеальная маскировка, однако, что имеем, то и используем для своего дальнейшего выживания. А выживать мне точно очень серьезно придется, подобную ситуацию я уже хорошо понимаю, выживать изо всех сил и умений.

Не прилетит сюда вертолет с учеными мужами, не заберут меня отсюда с извинениями и компенсацией в СПА-курорт на долгую реабилитацию. Как я очень до последнего момента надеялся, верил, что попал в какой-то научный эксперимент чисто случайно.

Что где-то рядом в секретном НИИ высоких технологий произошел сбой, именно поэтому блуждающий портал открылся совершенно случайно рядом со мной в подвале. Мало ли какие уже есть технологии у нас, про которые никто не знает. Только подобное произошло бы на родной Земле, где мне все относительно понятно и знакомо.

А вот теперь я уже так не думаю, внимательно смотрю по сторонам, запоминаю все, что вижу.

Похоже все то, что сейчас имеется вокруг меня – оно и есть моя новая реальность теперь. В которой мне придется теперь постоянно находиться и как-то выживать при этом.

Бывают тут сильные дожди все же, а кусты, значит, специально посажены, чтобы края кургана не размывало совсем.

И кусты, и высокая трава под ними тут как-то слишком странно растут. Вряд ли их кто-то специально поливает, должны были давно засохнуть на краю склона. Однако выглядят вполне живыми, пусть без ярких красок, не видно зелени в них никакой, такие же серо-желтые, как все здесь вокруг.

Пытаться сейчас убежать в степь с ящиком – безнадежное дело совсем, кило десять в нем точно есть. Потому что много всяких ключей и приспособ разных приходится носить хорошему сантехнику постоянно с собой. Все, что можно использовать, как оружие, я уже отобрал, даже остатки синей изоленты прихватил на всякий случай.

«Мало ли, вдруг придется рану перевязывать, есть ведь теперь такой вариант в моем опасном будущем. Под нее лопух местный подложить или еще какой подорожник, если найдется», – заранее задумался я.

Платок носовой еще имеется для такого дела, большой самый, чтобы руки протирать после мытья. Ведь свои личные домашние полотенца клиенты выдают моему брату не так, чтобы очень охотно после выполненной работы.

Видно уже хорошо, что попал я не в развитое общество потребления, скорее, во что-то гораздо более первобытное. Еще возможно, настоящий феодальный строй сейчас на дворе. Или даже еще до него времена.

Какие-то дикие всадники, похожие на ящеров, на каких-то очень страшных животных скачут – вот что по ним можно понять?

«Только то, что точно не родная Земля вокруг, теперь оставшаяся неизвестно где, и такое знание просто ужасно».

Однако по степным воинам так просто не определишь, какая у них ступень цивилизации на дворе в данный момент.

«Инструменты спрятал, может еще вернусь за ними когда-то. Если выживу, конечно, сегодня. И завтра тоже, и потом дальше продолжу выживать каждый день обязательно», – обещаю себе.

Все равно пусть здесь полежат, чем их растащат по степи кочевники вида непонятного и облика самого зверского. У них тут любой кусок металла денег стоит наверняка. Воду тоже прихватил, она мне самому пригодится, если будет время ее выпить, но смысла оставлять в ящике точно никакого нет.

Опасливо посмотрел на кота, ведь та еще горластая скотина, вдруг заорет не в тему, когда проголодается.

Пока животина разлеглась под одной из каменных стен и сладко спит, пригревшись под лучами светила. Наверно, сильно перенервничал бедняжка из-за той зеленой хрени, посмевшей его схватить. Против шерсти его в себя зеленый водоворот затащил. Естественно, кот оказался очень подобным отношением недоволен.

«Вообще не привык он к грубым посягательствам на свою личность, совсем не привык, скотина жирная», – молча ругаюсь я на одного из виновников своего появления здесь.

Молча поругаться можно, так я никак морально не травмирую упутанного Барсика.

Лучше его не трогать пока, если только не решиться совсем успокоить вредную животинку на всякий случай, чтобы не подставил меня своим воем внезапно.

Однако я своего брата по несчастью не могу так просто приговорить к немедленному выводу в полный расход. Единственно родственную душу здесь, последнего знакомого по прошлой жизни, такой теперь невообразимо прекрасной, только оставшейся непонятно где.

Пока еще не могу решиться на подобный поступок даже ради спасения своей жизни. Ведь не набрался еще необходимого количества негативных эмоций и болезненных ощущений. Да еще сердцем не очерствел окончательно, как личность из весьма гуманного общества.

То есть, может, не такого уж и гуманного, только это ведь смотря с чем сравнивать.

Вот те страшные рыла в паре сотен метров отсюда не дадут мне соврать, они про гуманность вообще еще ничего не знают и не слышали никогда.

«Однако могу быстро до подобного состояния психоза дойти, если еще пару часов тут проведу в страхе постоянном и жажде невыносимой», – как-то понял я возможные перспективы.

Мелькнуло даже в мозгу кошмарное видение, как я, откровенно сходя с ума от жажды, подвешиваю за задние лапы Мурзика на кустах, бережно перерезаю ему горло сапожным ножом и аккуратно сцеживаю в бутылку его кровь, которую потом жадно пью, размазывая по обезумевшему лицу.

«Бр-рр! Ужас-то какой! Чур меня! И придет же такое в голову!» – отмахнулся я от подобного видения, истово крестясь.

Снова прильнул к подготовленному месту в кустах и увидел, что колонна местных всадников, однозначно уже опознаваемых, как воины, почти добралась до стоящих колонн. Однако ближе двадцати метров никто к ним не подъехал. Все остановили своих коней в сторонке, если можно подобных крокодилов так вообще назвать. Потом даже спешились в ожидании чего-то.

Видно, место серьезное именно для подобных существ, никто не шутит и не смеется, хотя может они не умеют такого делать в принципе.

«Все же не натуральные ящеры, просто цветом кожи схожи с рептилиями, сами такие похожие на людей прямоходящие существа, очень легко одетые и с оружием в руках. Одни мужики, кстати, похоже по внешнему виду, что воинский отряд без баб двигается куда-то по своим явно нехорошим делам. Что-нибудь типа убить и зарезать первого встречного мирного путника», – разглядываю я вновь прибывших чудовищ.

У всех по две руки и две ноги, голова тоже одна, хвостов еще не разглядеть, так что определенное сходство между нами есть.

У кого короткое копье в руках, у кого что-то на поясе висит, луки почти у всех в седлах на гиенах-лошадях, на теле какие-то штаны непонятного фасона и сплошные безрукавки на теле. Здоровенные руки полностью на виду, вообще фигуры этих ящеров дышат мощью и силой. Угрюмые неподвижные широкие рожи предельно сурово, как мне кажется, смотрят на белый свет.

Под густыми гривами длинных черных волос.

«Крупные такие нелюди, все весом не меньше меня будут, а то и побольше многие», – признаю я.

Я сейчас даже через свои кусты с выщипанными листьями опасаюсь смотреть слишком пристально на существ, стоящих в добрых семидесяти метрах от меня. Вдруг есть у них свой шаман или кто-то с подобным умением найдется, еще почувствуют меня на вершине кургана.

«Чего ждут – непонятно, просто молча стоят».

Даже сторожевые слезли со своих гиен-переростков и молча вытянулись, тоже повернувшись лицом к колоннам. Как я вижу, подвинув пару веток с двух сторон.

Я тоже жду, стараясь не дышать. Еще посматриваю на кота, который пока спит в блаженном неведении, что полной миски корма сегодня не будет. Вообще никогда больше привычной еды не будет у него в изобилии. Просто еще сильно повезет, если он сам кому-то на корм не отправится.

И завтра-послезавтра корма тоже не появится. Да и вообще никогда уже подушечки Пурина Ван со вкусом лосося не просыплются щедрой струей в привычную миску.

Придется рыжему вернуться в ипостась природного хищника, здорово исхудать и ловить мышей, если он еще не разучился подобное делать. Или просто умереть от голода, тоски по хозяйке, еще такому уютному и привычному лотку с наполнителем.

«Вот, какое-то действо началось, через толпу нелюдей протолкался один из них в высоком уборе из рогов, хвостов и еще чего-то, отсюда неразличимого. Высокую шапку он надевает по дороге, сильно торопясь пробраться вперед», – наблюдаю я за гостями.

Шаман, а это оказался именно он, что-то загнусавил на редкость противным, но сильным голосом и начал, активно пританцовывая, продвигаться в район четырех колонн.

Дело такое у него не так, чтобы сильно быстро пошло. Наверно, активно вызывает духов предков, устанавливает с ними плотный и абсолютный контакт, поднимает свой авторитет в глазах племени. Что нужен он местному населению, ведь без него никак не пообщаться с богами. Минут десять он завывает и подпрыгивает, как подстреленный в задницу аист, исполняя свою соло-партию. Еще хорошо видно, что очень старается, совсем не халтурит.

Я уже смотреть на данное представление, стоя на коленях, заметно устал. Тем более камешки впиваются в ноги, они сразу затекают. Если придется быстро бежать, подобное состояние мне серьезно помешает на старте борьбы за выживание.

«Хотя, куда тут вообще имеется какой-то смысл бежать, если меня догонят за пару сотен метров?» – с большим сомнением думаю я.

Поэтому откинулся на задницу, с данной позиции вижу всю толпу в общем, только шамана не вижу. Зато все время слышу его завывания-камлания и еще молюсь про себя, чтобы не встретиться своим в меру симпатичным лицом со страшными рылами вплотную.

«Если они так богобоязненно относятся к посещению самих колонн, может тогда и на вершину кургана не полезут, оставив мне хороший шанс на спасение», – очень на такое надеюсь сейчас.

Больше-то рассчитывать особо не на что!

Наверно, тут реально священное место для них, поэтому мне никак нельзя засветиться именно здесь. Пахнет такой залет вечным проклятием богов или великих воинов, тут захороненных много веков назад. А сами нелюди просто выполнят понятный им приговор высших сил за осквернение святыни.

Правда, он очень невелик, подобный шанс, если у меня остался всего один стакан воды в бутылке на завтра. А пить уже очень хочется прямо сейчас, просто в горле режет, как ножом, от постоянного, сжигающего грудь волнения и суровой жары.

Куда идти и где найти источник с водой мне неизвестно, да еще наверняка сама эта братия, которая мне активно не нравится своим внешним видом, особенно непонятно агрессивными животными, все их знает наперечет в округе.

«Значит, до воды мне так просто не добраться», – констатирую я.

А без нее я просто спекусь, если не найду место с тенью. Даже здешние стены построены так, что не дают ни капли тени от проходящего солнца, как мне кажется. Только кусты на краю кургана могут составить хоть какое-то спасение от жарких лучей, пока единственный здесь источник тени на обозримом расстоянии.

«Точно, каменные стены специально так построены, чтобы солнце или что у них здесь имеется, проходило ровно над ними», – доходит до меня очевидный факт.

Тут я услышал, как сквозь заунывно-тошнотное камлание шамана раздались громкие женские крики, поэтому опять прильнул к своей амбразуре в кустах. Увидел, похолодев внутри себя, как здоровенный нелюдь тащит за собой на длинных веревках, привязанных за шею, сквозь расступившуюся толпу двух пожилых человеческих женщин, истошно кричащих и пытающихся сопротивляться.

Когда он вытащил их за линию, которую никто не пересекает, я разглядел, что руки у них связаны перед собой, на шеях веревка и еще вид крайне измождённый, они едва стоят на ногах.

Видно, конечно, с моего наблюдательного пункта так себе, однако кое-что молодым еще зрением рассмотреть можно. Разглядеть потеки крови на лицах и выражение ужаса на них же под толстым слоем пыли. Еще женщины пытаются отбиваться, только подобное у них против здоровенных нелюдей плохо получается.

Тут мне пришлось отвлечься на что-то рыжее на краю зрения, я взглянул и обмер – чертов Мурзик проснулся. И уже совсем близко подошел к линии кустов, привлеченный криками снизу.

Наверно, сейчас дурень думает, что это его хозяйка таким противным голосом зовет на ужин, по которому он соскучился уже.

Только ему еще лень пропихиваться сквозь плотные сплошные кусты, поэтому он пока раздумывает, как поступить дальше.

«Никак нельзя допустить, чтобы кот пролез через кусты и показался всей толпе нелюдей», – понимаю я отчетливо.