Эссе о друге или Шорр анн Кейн: клинки возмездия

Шор чуть наклонил голову, всматриваясь в знакомые лица. Его взгляд был спокоен, но избегал длительного контакта. Он тщательно подбирал слова:

– Рад вас видеть, и поздравляю, – все же Шор не смог удержаться и улыбнулся.

И в этот момент к ним подошла крупная андроидша. Ни на нагрудном экране, ни в мыслекоме не было никаких данных. Только Шор знал, что перед ним Телингер. Она остановилась на почтительной, но точно обозначенной дистанции.

Цыля с Сином деликатно отвернулись, притворяясь, что внимательно изучают стену достижений, но их глаза все равно не могли оторваться от Телингер. «Андроидша без знаков различия и без титула. Кто она и как попала в Среднегалактическое училище?»

– Отчет об окончании училища принят. Результат соответствует критериям, – прозвучал ее ровный голос, лишенный интонаций.

– Смотрю, ты старательно учился, – в ее голосе проявилась насмешка.

Глаза Сина расширились, когда он узнал подошедшую к Шору андроидшу. Син шепотом обратился к Цыле, едва сдерживая удивление:

– Это же… Телингер, личная помощница Императрицы Кейна …

Цыля толкнула его локтем и самодовольно улыбнулась:

– А, шо ты думаешь, я просто так рот открываю? Можешь теперь расписаться, шо я таки была права – как и всегда.

Син подрагивал от волнения, и не переставал переводить взгляд с Шора на Телингер и обратно.

Шор внимательно посмотрел на Телингер, ощущая тревогу и привычное давление ее безупречности.

– Поздравляю с успешным завершением учебной программы, – продолжила она без тени улыбки. – Имею сообщить…

Син, шепча с восхищением, едва сдерживал эмоции:

– Значит, Шор Кан…

– Да тихо ты, зайчик, – перебила его Цыля, – Не кипятись. Тут люди нервные, а нервы нынче – удовольствие дорогое.

Телингер повернула голову, ее взгляд скользнул по Сину и Цыле. Наставница слегка поклонилась, обращаясь к Сину и Цыле, стоявшим за спиной Шора:

– Поздравляю вас, Ваша Милость Син анн Кривер, с успешным окончанием училища, Ваше Благородие5 Цыля Блаж – вы превосходно выглядите в форме.

Шор удивленно посмотрел на Телингер. «Как? Почему она открылась его однокурсникам? Уж не означает ли это окончание его тайны?»

– Ее Благородие уже под мыслепечатью, а ваш друг – наследник Син анн Кривер, должен принять временную мыслепечать молчания. Согласно протоколу безопасности. Это необходимо.

Син радостно кивнул и быстро дал обещание молчать о настоящей личности Шора, а Цыля пожала плечами, шепча:

– Да, у меня на мозгах, как говорится, штамп молчания – ни слова не вытянешь, даже если вином поливать.

Телингер вернула взгляд к Шору, ее пальцы были сложены перед ней.

– Ваш отец предоставил сертификат на яхту. Модель соответствует стандартам для всегалактического класса.

Цыля не удержалась и добавила:

– Яхта, говоришь? Та я очень надеюсь, шо это будет не абы какая, а такая, что сама Среднегалактическая Императрица слезет с трона и скажет: «Ой, хочу такую же!»

Телингер проигнорировала ее реплику, как нерелевантный шум.

– И шоб, между нами, не хуже той, шо мне папа подарил. Ну та шо с мраморным туалетом. А то неудобно перед царевичами будет, понимаешь ли, яхта достойная наследника. – продолжала Цыля, не обращая внимания на Телингер.

А у той при взгляде на андроидшу через мыслеком в нагрудной оффобласти проявились данные: «Специалист 29 класса. Инструктор пилотирования межзвездных вымпелов высшей категории. Эффективность: 98.7%». Глаза Цыли округлились, а Син смотрел с восхищением.

– В течение перелета в торговый сектор я проведу курс пилотирования и навигации, – спокойно, декларативно произнесла Телингер. – Цель: получение вами лицензии пилота.

– Процедура обучения будет соответствовать регламенту? – с едва заметной улыбкой передразнил ее Шор. – Обучение будет индивидуальным? – его голос стал ровным, без намека на улыбку. Шор спрашивал не о комфорте, а о соответствии стандартам.

– Шор, родненький, – удивленно воскликнула Цыля, – Глубины Галактики, ты это сейчас серьезно? Ты сам хочешь пилотировать? Ну ты герой, только скажи, где скафандр, я заранее надену.

У Сина тихо вырвалось:

– Я тоже хочу пройти обучение у знаменитой Телингер.

Цыля пожала плечами, не понимая, зачем наследникам эти навыки.

– Ваше Высочество6 специалист Телингер, – сказал Син, стараясь говорить также четко и почтительно. – Можно мне с вами? Я быстро учусь, и Шор не откажется от компании, правда?

Шор еле заметно кивнул. Внутри он анализировал ситуацию: присутствие друга могло снизить напряженность, но также отвлекать от обучения.

И в этот момент Цыля осторожно поинтересовалась:

– А можно я спрошу без крика: можно мне тоже чуть-чуть поучиться пилотированию? Ну так, чисто шоб в случае чего знать, какие кнопки не трогать – особенно красные?

Шор попытался перевести разговор на другую тему:

– Син, вы упомянули сюрприз. Что это?

Цыля хитро улыбнулась и погрозило Шору пальчиком:

– Вот я понимаю – мастер! Хитрый, как кот у сметаны. Тему отвел так элегантно, шо я аж забыла, о чем просила.

Син, видя, как Цыля взглядом подталкивает его, наконец, прокашлявшись, сообщил главное:

– Шор Кан, Наша Милость Син анн Кривер, наследник звездного государства Криви, официально приглашает вас на нашу помолвку с Цылей Блаж.

Шор почувствовал, как внутри что-то сжалось. Дружба шептала: «Скажи да». Но сама мысль о празднике, о толпе, о необходимости быть при большом скоплении знати, что наверняка опознают его не давала возможность согласиться.

Шор удивленно поднял бровь.

– Ого, и давно вы решили? Это… неожиданно… Поздравляю. Вы подали официальное уведомление в соответствующий реестр? – спросил он, цепляясь за бюрократическую процедуру.

Син радостно и смущенно пожал плечами.

– Я жду, как королева, – сказала, притворно возмущаясь Цыля, – Говори же свое «да». Мы же не просто так спрашиваем, мы ж от всего сердца.

Шор видел, как Син смотрит на Цылю – с такой нежностью, что даже Шор, скованный внутренним конфликтом, почувствовал что-то теплое и неуместное. «Если я откажусь, это будет ошибкой. Но если соглашусь… как бы сделать это так, чтобы не навредить?» И тогда он вспомнил манеру Цыли – ее легкость, ее иронию.

Цыля требовательно приподняла бровь.

– Конечно, я буду обязательно. Я же не могу пропустить момент, когда Син расстанется со своей свободой насовсем. Так сказать, до самой смерти.

«Ох, что же я делаю», – пронеслось в голове парня.

Телингер, наблюдая за сценой, оценила ее с точки зрения эффективности и потенциальных рисков и неодобрительно покачала головой.

– В качестве подарка на вашу помолвку могу предложить обучение совместно с Шором. Дружеская конкуренция повышает общую эффективность, – ее предложение прозвучало не как поздравление, а как поправка к плану операций.

Цыля не удержалась от шутки:

– Ой, шо там говорить? Все одно – полетите, вляпаетесь, а потом, я с мешками и кляпами на перевязи помчусь к вам. Я ж уже шубу не покупаю – все, на ваше спасение пойду выбирать кожаные штаны.

– Завтра в 08:00 по стандартному Среднегалактическому времени встреча в глоклассе. Координаты и требования к экипировке уже направлены вам, – ее фраза прозвучала как приказ, полностью игнорируя шутку.

Телингер протянула руку для обмена контактами. Ее взгляд стал острым, аналитическим. Она осматривала новую группу, приближающуюся к ним, автоматически выискивая потенциальные угрозы и оценивая их статус.

Син подскочил первым. За ним подтвердила передачу контакта и Цыля.

В этот момент подошли несколько гостей. Высокий и подтянутый Зил Кривер держался рядом с рыжеволосой супругой Эдель, слегка паря над землей в глотелах, на которые не действовала сила гравитации. Эдель поправила рыжую прядь. Когда ее глаза скользнули по Алаафии, в них мелькнуло одобрение холодного расчета, будто она уже просчитывала возможные династические последствия этой встречи.

К ним шли Пурньемат и Алаафия Блаж, с острыми чертами лица и такой же, как у Цыли толстой иссиня черной косой на конце обрамленной металлическим кольцом. Алаафия кивнула Цыле, одобряя действия дочери. От Алаафии Блаж волнами исходил пряный, почти огненный аромат специй. Рука Пурньемата, лежащая на руке жены, сжималась чуть сильнее, чем нужно, будто даже здесь, на празднике, он не ощущал не одну угрозу своему делу.

Телингер, глядя на Зил Кривера, на мгновение зависла, ее взгляд стал отсутствующим. Это было не воспоминание, а системное микрозависание. В ее памяти всплыли эмоции и события давних времен: «Попытка династического брака между Ольгой Кейн и Зилом Кривером. Результат: провал. Вероятность военного конфликта: 0.78. Статус: исчерпан».

– О, Телингер, очень рад вас снова видеть, – сказал Зил, внимательно разглядывая и выводя андроидшу из зависания. – Кто ваш подопечный на этот раз?

– Ваша Милость Зил Кривер, – ее голос стал ровным и четким после сбоя. Она слегка склонила голову, соблюдая субординацию, но не выказывая почтения. – Под моим наблюдением находится талантливый наследник Шор рода Каннов с Калгары.

– Вы знакомы? – удивленно спросила Цыля.

– Да, имели честь познакомиться некоторое время назад, – ухмыляясь, пояснил Зил Кривер.

– Ваша Светлость7 Эдель бер Кривер, – добавила она тем же ровным тоном, обращаясь к супруге правителя Криви и также слегка кланяясь.

– Примите мои извинения. Нам необходимо отбыть. Расписание полета утверждено и не подлежит изменению, – длительный перелет, – заявила Телингер всем присутствующим. Она сделала точный, указывающий жест Шору в сторону выхода.

Син дернул Шора за рукав, его улыбка вдруг стала немного грустной. – Ты ж не забудешь? Как я там без тебя? – прошептал друг так тихо, что только Шор услышал. Цыля молча кивнула, и в ее взгляде читалось то же самое: «Прилетай обязательно, Глубины в твою Галактику». Шор лишь слегка наклонил голову и улыбнулся своим мыслям – большего он позволить себе не мог.

Они быстро удалились. Телингер перемещалась размеренно и эффективно. Он шагал рядом с андроидшей, чувствуя, как плац остается позади, а вместе с ним – последние отголоски той жизни, где он мог быть просто курсантом.

Глава 10. Струны бесконечности или призраки в глотелах.

«Эманации осознают себя, и они выбирают, кого забрать с собой» – из лекции Телингер

Космическое пространство развернулось на огромных глоэкранах. Там, где в обычных помещениях были бы стены, здесь уходили в глубину высокоточные глопанели, на которых в космическом пространстве мигали транспортные маршруты, зоны запретных перелетов, границы межзвездных государств и области темных миров. В этом сияющем темно-голубом свечении, полуреального мира стояла в глотеле с идеально статичной и прямой спиной андроидша Телингер.

Появились Шор и Син, также в глотелах, их ауры мягко сияли, отражая свет глоэкранов. Шор занял позицию чуть в стороне, его осанка была безупречной, но взгляд избегал прямого контакта с андроидшей. Друзья оглянулись и увидели, как к ним присоединилась Цыля, с удивлением окидывая глокосмическое пространство вокруг.

– Сверхсветовая навигация – это наука и искусство, – дав студентам оглядеться и обвыкнуться, начала Телингер ровным размеренным голосом. – Ошибка на сверхсветовой скорости – мгновенная гибель.

Двое юношей и девушка обменялись тревожными взглядами.

– Та, ты посмотри, шо делается! – удивленно воскликнула Цыля. – А мне все ж рассказывали, шо эти межзвездные перелеты – ну просто прогулка утром в парке. Ну так говорили в рекламе, или это чтобы мы не нервничали?

Телингер искусственно улыбнулась. Ее лицо оставалось непроницаемым:

– Все верно, для проложенных пассажирских и коммерческих маршрутов. На трассах установлены маяки сверхсветовой связи. Статистика гибели вне утвержденных трасс составляет пятьдесят три процента, – поправила она. – Это не «почти» пятьдесят. Это точное число.

Цыля оцепенела. На ее лице отразился чистый ужас. Син, напротив, сохранял спокойствие, но напряженно барабанил пальцами по столу, а Шор, услышав статистику, инстинктивно сглотнул. Его взгляд погрузился в мыслеком, ища подтверждения этим опасным данным.

Телингер наблюдала за ними, выжидая реакцию, сложив пальцы перед собой.

– Каждый второй прыжок – смерть, – тихо, почти себе под нос, произнес Син, вынырнув из мыслекома, как и Шор.

– Если рассчитать все точно, можно минимизировать риск до приемлемого уровня? – спросил Шор, его голос был ровным, но в нем слышалась потребность в четкой инструкции.

– Именно, – ответила Телингер с легкой усмешкой. – Наше знание галактики еще далеко от совершенства. В неизведанных областях возможны сюрпризы. Согласно протоколу, точный расчет снижает вероятность катастрофы на восемнадцать процентов, – ответила Телингер. – Но переменные в неизведанных секторах не поддаются полному прогнозированию. Гражданские полеты вне разведанных трасс – недопустимый риск.

Шор напрягся, на его лице не было улыбки, лишь сосредоточенность. Он искал лазейку в этом правиле, алгоритм, который сделал бы риск «допустимым».

Син попытался разрядить обстановку.

– А что мешает системе постоянно пересчитывать маршрут на дистанцию, доступную для сканеров?

Телингер повернулась к ним. Ее движение было резким и экономным.

– Переходим к ограничениям сверхсветовых перелетов. Их три. Назовете?

– Наверно, это связано с ресурсами? – неуверенно предположил Син.

– Первое: энергопотребление сканирующих систем, – немедленно ответил Шор, цитируя, только что найденный в мыслекоме параграф из инструкции по межзвездной навигации.

– Верно, – подтвердила она. – Для пересчетов маршрутов нужны данные с активных сверхсветовых сканеров, как сказал Син. Но чтобы получить эти данные, нужна энергия, сравнимая с работой сверхсветовых двигателей и струнной связи. Только представьте сканеры должны проникнуть через триллионы километров по всей сфере вокруг вымпела. И получать данные каждую миллисекунду, чтобы сохранить хоть как-то приемлемую скорость передвижения в космическом пространстве.

– То есть если есть дополнительные генераторы – это все-таки решаемо? – уточнил Син.

– Корректно, – ответила Телингер. – Именно так функционирует Служба Разведки Пространства Среднегалактической Империи. Вывод: высокая стоимость. И именно поэтому полноценная пространственная разведка имеется только у Среднегалактической Империи, Вегийского королевства, Конфедерации Баронов Роя, Королевства Фомальгаут и Лиры.

– Ходят слухи, что для Ллорнов эта одна из обычных систем на вымпелах, – добавил Син с легким восхищением.

Цыля воскликнула, едва сдерживая гнев и недоумение:

– Погодите, а у наших звездных держав Криви и Кейн все через обрывки и в латку? Мы вроде не последние на галактическом базаре!

– Кейн инициировал первую разведывательную экспедицию. Прогресс соответствует плану, – сообщила Телингер, как если бы зачитывала отчет.

– Я ничего не знаю о нашей пространственной разведке… – замялся Син. – Но узнаю, – с азартом добавил.

Телингер кивнула, один короткий, точный кивок. Одобрение, лишенное эмоций:

– Отлично. Приступайте к симуляции. Займите места навигаторов.

В глопространстве вокруг Телингер возникли три базовых кресла-нейропа для навигаторов, словно вылепленные из света и энергии. Слабое свечение исходило от них, подчеркивая технологическую точность и важность момента.

Шор занял свое место с бесшумной, почти незаметной пластикой, его движения были минималистичны и эффективны. Друзья заняли свои места. А Телингер осталась в центре, словно дирижер, наблюдая с позиции контролера.

Нейропривязки кресел-нейропов легли вдоль позвонков студентов, обвивая тела тонкими, мерцающими нитями. Система ожила: вокруг кресел вспыхнули дополнительные проекции звездных трасс. Перед каждым навигатором на глоэкранах появлялись дублирующие данные индивидуальных нейропов, а также данные о состоянии их сознания и тел.

Телингер, наблюдая за учениками, пояснила ровным голосом:

– После подключения нейропов ваша задача – внедрить первый пакет данных: теория навигации и карты безопасных маршрутов. Процедура стандартная. Внедренные данные в ваши тела нужно активировать и осознать паттерны ощущений, знаний и умений.

На глоэкранах перед каждым из них постепенно проявился процесс интеграции данных. Шор справился быстрее всех – информация, структурировалась в его сознании с почти машинной точностью. Следом за ним – Син, осторожно освоился с потоком информации. Цыля же, последняя, медленно усваивала материал, ее взгляд метался, теряя концентрацию.

– Практическая задача: рассчитать маршрут, – продолжила Телингер, когда все закончили. – У каждого свой. Приступайте.

Напротив каждого на глоэкранах возникла надпись: «Навигационная симуляция начата».

Шор уверенно ввел первые координаты. Его действия были выверены, лишены суеты. Он следовал внутреннему алгоритму. В пространстве вокруг него вспыхнули маяки, светящиеся межзвездные трассы, и яркая тонкая нить рассчитанного маршрута. Система подсветила 87% от оптимального результата, и Телингер коротко кивнула. «Приемлемо».

Син старался, но его движения были неуверенными, каждая команда вызывала легкое дрожание выводимого маршрута.

Цыля же отчаянно пыталась осознать загруженные данные, но ее внимание блуждало. Ошибка вспыхнула красным на ее глоэкране: «Ошибка. Курс нестабилен». Она дернулась, что только усугубило ситуацию.

– Да ну… шо за ерунда, а? – проворчала Цыля про себя. – Обещали технологии, а дали нервотрепку!

– Цыля Блаж, сосредоточьтесь. Снизьте темп, – сказала Телингер ровно, без упрека, но и без ободрения. – Просто начните сначала. Без спешки.

Цыля бросила взгляд на Шора, который уже завершал второе задание, и стиснула зубы.

Система Шора объявила завершение симуляции. Шор откинулся назад, довольный.

Цыля подпрыгнула в кресле, но нейропривязки не позволили ей слететь с места – мягкое удержание вернуло ее на место.

На глоэкране перед Сином высветилось 69% от оптимального маршрута. Симуляция принята.

Перед Цылей – красное 49%. Провал.

– Средний показатель первой симуляции – от сорока восьми до шестидесяти восьми процентов. Ваш результат – в пределах статистической нормы. Продолжайте тренировки, – произнесла Телингер, подходя к Цыле.

Телингер тихо сказала Цыле несколько фраз, так чтобы парни ее не услышали. Лицо андроидши оставалось невозмутимым. Не слова поддержки, а четкие, технические указания по исправлению ошибок. Цыля кивнула, сжав зубы, и продолжила шумно сопеть, вновь вникая в задачу.

– Почему ты вообще решил стать пилотом? – тихо спросил Син Шора. – На каждой яхте есть сервисная андроидша, она лучше любого пилота.

Шор внимательно осмотрел друга. Это был вопрос о личном выборе, о мотивации, выходящей за рамки исполнения приказов.

Цыля, слушая наставления Телингер, машинально настраивала маршрут, но внимание ее скользнуло к разговору.

– Я должен найти Эвана, – тихо сказал Шор, – Понимаешь? Я должен сделать это сам, – глаза его вспыхнули предчувствием.

Син посмотрел на друга, мягко и серьезно:

– Тогда я с тобой. Если что-то пойдет не так, я буду рядом.

Цыля услышала эти слова, и ее лицо залила ярость.

– Син… ты таки решил меня похоронить, да? – прорычала она сквозь зубы. – Скажи честно, я уж белые тапки с бубонами приготовлю.

Син проигнорировал ее, продолжая смотреть на Шора. Телингер наблюдала за друзьями, но не вмешивалась. Ее задача была обучить навигации, а не разрешать межличностные конфликты.

Цыля ударила по панели с такой силой, что заискрилось, и по ней прошла вибрация. Нейропривязки отсоединились, и она резко вскочила.

– Ай, в Глубины Галактики, это все и всех, шо тут сидят и думают, шо они гении! – вскрикнула она.

Глотело Цыли растворилось. Син поднялся, тревожно глядя на подругу, затем виновато посмотрел на Шора:

– Я… прости, я… я должен ее догнать.

И глотело Сина растворилось. Шор остался один, его лицо было маской сдержанности, но левой рукой он непроизвольно потер правое предплечье.

Следующие несколько минут Шор провел в пустом глопространстве, слыша лишь тихое гудение межзвездного пространства, что моделировала глосистема. Тишина позволила ему глубже ощутить тонкий холодящий запах глопространства – запах одиночества перед лицом огромной галактики.

***

Прошло несколько часов, прежде чем группа вновь собралась. К этому времени Цыля уже справилась со своим заданием.

Глокласс мерцал в полумраке, словно воздух был соткан из тысяч тончайших нитей, уходящих в бесконечность во всех направлениях. При фокусировке внимания на какую-либо струну от нее исходил уникальный переливчатый, только ей свойственный запах-дух. Эти переливчатые струны создавали ощущение, будто комната не имела границ, а тянулась сквозь бездонное пространство, что сбивало с толку.

Шор жадно оглядывался вокруг, в его глазах отражалось живое любопытство. Цыля скучающе облокотилась на подлокотник кресла-нейропа и начала плести косу, словно предчувствуя очередную длинную лекцию. Син, напротив, выглядел напряженным – его плечи были сжаты, пальцы подрагивали, а взгляд метался по сторонам.

– Навигационный модуль пройден. Уровень усвоения – приемлемый. Переходим к связи, – спокойно произнесла Телингер, ее голос прозвучал, как твердый отсчет. – Теперь пришло время освоить несколько специфических навыков, знание которых выведет вас в элиту пилотов.

Син напрягся еще сильнее, его плечи сжались.

– А если он нам не дастся? – спросил он нервно, словно опасаясь признания своих слабостей.

– Неспособность овладеть навыком не аннулирует лицензию пилота. Она ограничивает ее, запрещая одиночные вылеты, – отчеканила Телингер.

Цыля, играя пальцами с толстой косой, хитро осмотрела Сина.

– Так, шо, может, хватит этих разговоров длиннее прыжка на сверхсветовую? – пробормотала она. – Ну шо тянуть, перейдем уже к самому вкусному?

Улыбка мелькнула на лице андроидши.

– Современная связь основана на эманациях бесконечности.

Шор чуть подался вперед, а Син поднял брови, собираясь задать вопрос.

– Считается, что эманации осознают себя, – пояснила Телингер, опережая его. – Не спрашивайте, как это может быть, – продолжила она. – Мы знаем только, что эманации, которые мы называем нитями или струнами, приходят из бесконечности и уходят в бесконечность. Видимо, благодаря сознанию они группируются. Знание этих групп позволяет устанавливать связь. За это мы платим безумным количеством энергии.

При слове «платим» глаза Цыли чуть хитро сверкнули, будто речь шла о чем-то куда более земном и близком ей.

– Каждая струна позволяет передавать данные мгновенно из любой точки в неограниченных объемах, – продолжала Телингер. – По струнам путешествует наше сознание из глокапсул, расположенных на десятки и сотни парсеков друг от друга. И сам этот глокласс находится в координатах, неизвестных трехмерной системе координат.

Шор замер, зачарованно следя за плавным мерцанием нитей. Син, напротив, сжался еще сильнее, словно каждое слово наставницы прибавляло ему тяжести.

– Ключевое требование, – голос Телингер сделался жестче, – Струны самоосознающие. Для взаимодействия с ними недостаточно оборудования, необходимо устойчивое сознание. Слабость недопустима. Риск – смерть. Любое потакание слабостям грозит смертью связисту.

Андроидша бросила пристальный взгляд прямо на Сина. Тот поежился и втянул голову в плечи.

– Процедура требует использования глотела и мыслекома. Попытка обойтись одним мыслекомом приводит к системному отказу оператора, – добавила Телингер.

Син внезапно оживился, глаза его блеснули:

– А правда, что связисты Ллорнов настолько сильны, что могут утащить по струне не только себя, но и целый вымпел вместе с экипажем?