Дело N...

Отчим смутился – или ей это просто показалось? – и бросил на полицейского косой взгляд. Лейтенант пожал плечами и повторил:

– Пройдёмте.

– Арина, позвони мне, когда закончите, – добавил отчим, отводя глаза. – Твою работу никто не отменял.

* * *

– Наберите на своём телефоне звездочка, решётка, ноль шесть, решётка, – попросил полицейский Арину, продолжая заполнять какие‑то бланки.

Он занимался этим так долго, что она успела внимательно его рассмотреть, отметить про себя достаточно редкое сочетание смуглой кожи, светлых волос и карих глаз, прикинуть, насколько хорошо он получается на снимках – на первый взгляд лейтенант казался довольно фотогеничным. Потом от скуки зашла в чат своей группы, пролистала обсуждение, наткнулась на странное сообщение, что она обещала помочь с закупкой алкоголя к Дню Радио, хотя вроде бы она такого не обещала. Ответила, раздражённо заблокировала телефон и перешла к разглядыванию кабинета директора Дворца, который они бесцеремонно заняли. С тех пор, как Арина была здесь в последний раз, ещё до развода отчима и матери, почти ничего не изменилось, и это ей почему‑то не нравилось.

– Зачем? – спросила Арина.

– Вы же сказали, что часть снимков сделана на телефон, – спокойно пояснил полицейский. – Эта команда покажет уникальный код устройства. Он нужен для идентификации.

– Ясно. Кстати, вы не представились, – сообщила ему Арина, вводя нужную комбинацию. – Ваши коллеги сначала представлялись, а потом уже… Так… Какая‑то картинка с цифрами. Что с ней делать?

– Давайте сюда, – сказал полицейский, забрал телефон у неё из рук, положил рядом с фотоаппаратом и начал вписывать в бланк длинную цепочку цифр. – И продиктуйте код разблокировки.

– Что? – Арина ошарашенно на него посмотрела.

Полицейский поднял голову от бумаг и повторил:

– Код разблокировки. Или вы хотите, чтобы мы в попытках получить доступ к данным сбросили всё до заводских настроек?

В висках застучало. Она наконец‑то поняла, что именно подразумевал лейтенант под передачей фотоматериалов.

– Я не отдам вам телефон, – возмущённо сказала Арина. – И фотоаппарат тоже не отдам.

– А это решать не вам. Ознакомьтесь и распишитесь на двух листах.

Полицейский протянул Арине заполненные бланки, и она упёрлась взглядом в заголовок: «ПРОТОКОЛ об изъятии».

– Я ничего вам не отдам, – повторила она. – Вы можете скопировать фото, техника‑то то вам зачем? Это превышение… – Арина запнулась, пытаясь вспомнить правильную формулировку, но не смогла. – Короче, превышение. Вы не имеете права.

Лейтенант усмехнулся:

– Можете написать на меня жалобу.

Арина сжала зубы и молча расписалась.

– Благодарю! – сказал лейтенант и лучезарно улыбнулся. – Один экземпляр ваш. Кстати, я Игнатов Илья Геннадьевич, оперуполномоченный.

– Я должна ответить, что мне очень приятно, или что?

– А вдруг вы всё‑таки решите написать жалобу? Вот я и представляюсь. Можете написать прямо сейчас, мой непосредственный начальник тоже здесь, сразу ему отдадите. С текстом жалобы помочь, или сами справитесь?

Арина аккуратно сложила один из листов, убрала в карман, затем откинулась на спинку стула и пристально посмотрела на полицейского.

– Вы специально это делаете? – поинтересовалась она. – Пытаетесь вывести меня из себя? Зачем?

Лейтенант Игнатов усмехнулся:

– Попытался, да. Но вы неплохо владеете собой. Необычно для вашего возраста, Арина Васильевна.

– Пришлось повзрослеть раньше времени, – с прорвавшейся ненавистью ответила Арина. – Потому что в пятнадцать лет на мне оказалась куча обезумевших взрослых…

Она заставила себя замолчать. Выдохнула. Поняла, что лейтенант ждёт продолжения, и заговорила уже спокойнее:

– Шесть лет назад моя двоюродная сестра тоже ушла из Дворца пионеров. Вот так же, как Инна. Просто взяла и ушла. Моя тётя, мама Иры, была беременна. Наш общий дедушка был очень болен. У дяди были проблемы в бизнесе.

– И? – спросил Игнатов.

Надо было остановиться, не было никакого смысла рассказывать о том времени, но Арина поняла, что хочет выговориться. Впервые за шесть лет. Она имела на это право.

– Дедушка умер после того, как узнал про Иру, – со злостью сказала Арина. – Бабушка оказалась в больнице в предынсультном состоянии. Тётя родила раньше времени недоношенную девочку, сначала все думали, что она умрёт, но Крис выжила, только проблемы разгребают до сих пор, плохо со зрением и почти не говорит… А дядя… Дядя ушёл в запой. Замечательное решение, правда? Он не появлялся дома по несколько дней подряд, он даже не пришёл на похороны своего отца, он… – Арина сморгнула навернувшиеся на глаза слёзы. – Мама рвалась на части. И я тоже рвалась. Я пыталась всем помочь, бегала по больницам к бабушке и к тёте Лене. Несколько раз забирала дядю из вашего отдела, он постоянно попадал в какие‑то истории по пьяни… Я даже пыталась не давать ему пить, воспитывала, но потом поняла, что смысла нет. И слушала, слушала, слушала их всех. Они все жаловались, как им тяжело. Я их слушала. Утешала. Говорила, что всё будет хорошо. А сама плакала ночью в подушку, чтобы мама не услышала. И никто, никто не спросил, каково тогда было мне. Поэтому… Поэтому да. Я повзрослела.

Игнатов молча на неё смотрел, и Арина осознала, что он всё‑таки добился своего и вывел её из равновесия.

– Но сейчас всё хорошо, – сказала она и натянула на лицо свою лучшую улыбку. – Мы справились. Дядя закодировался два года назад. Кристина лечится, ходит в коррекционный садик, занимается у лучшего логопеда‑дефектолога Рязани, прогнозы хорошие. Дядя говорит, что скорее всего она пойдёт в обычную школу. Бабушка поправилась. Мама тоже в порядке. У всех всё хорошо.

– У всех всё хорошо, – задумчиво повторил Игнатов. – Отлично. Больше вас не задерживаю, Арина Васильевна. Можете идти.

– Когда мне вернут телефон и фотоаппарат? – спросила она.

– Думаю, дня через три‑четыре, не раньше.

– Чудесно! – Арина взяла со стола свой паспорт и поднялась со стула. – Спасибо вам огромное!

– Всегда пожалуйста, – ответил Игнатов и раздражающе улыбнулся.

Арина вздёрнула подбородок, выпрямила спину и направилась к выходу из кабинета. У порога она задержалась и провела пальцами по дверной ручке, поворачивая её в нужном направлении, а потом шагнула в коридор и осторожно прикрыла за собой дверь. Тихий щелчок – всё такой же, как и много лет назад – оповестил её, что за прошедшие годы никто не удосужился починить неисправный механизм. И прямо сейчас лейтенант Игнатов оказался заперт в чужом кабинете, а чтобы оттуда выйти, надо или знать, как правильно прокрутить ручку двери изнутри, или найти директора – ведь сработал замок, ключ от которого никогда не сдавали на проходной.

На секунду ей стало стыдно за свою выходку, но было поздно что‑то менять. Арина вздохнула и отправилась на поиски отчима.

Глава 5

– Надеюсь, это не слишком тебя обременит?

Вопрос, обращённый к Владу, заставил его отвлечься от собственных мыслей и сосредоточиться на собеседнике.

– Ммм… Я не уверен, что смогу, Вячеслав Витальевич, – пробормотал он, оглядываясь по сторонам в надежде, что прямо сейчас кто‑то из волонтёров, случайных людей или даже полицейских обратится к нему с вопросом или просьбой, и он сможет отвязаться от Давыдова. Но, разумеется, этого не произошло. Влад сделал полшага назад, пытаясь хотя бы увеличить дистанцию.

– Не уверен? – переспросил Давыдов. В его вопросе явно слышались недоумение и обида, а ещё лёгкая грусть и капелька отеческого всепрощения. Он мастерски владел голосом, Влад всегда это знал, но сейчас впервые задумался о том, насколько искренними были демонстрируемые эмоции.

– Да, не уверен, – с нажимом повторил Влад. – Я не постоянный член отряда и не имею никакого влияния на организаторов. Поэтому вряд ли смогу чем‑то помочь.

– Понятно, Влад, понятно, – ещё печальнее сказал Давыдов. – Настаивать я не буду. Помощь должна быть сугубо добровольной, иначе это уже насилие… Я бы, наверное, тоже не стал выбивать для тебя ту аренду, если бы ты на меня давил. Но я захотел сам и сделал…

Влад начал внимательно рассматривать покрытый мрамором пол холла. Перед глазами – возможно, из‑за усталости после целой ночи на ногах – словно висела какая‑то пелена, и он несколько раз моргнул. Наверное, стоило всё‑таки пойти домой и отоспаться, а не соглашаться на встречу с бывшим тренером. В таком состоянии он себя почти не контролировал, а это могло плохо закончиться.

– Кстати, насчёт аренды, – после паузы вкрадчиво заговорил Давыдов. – Ходят слухи, что управление муниципальными объектами планирует поднимать ставки.

Влад раздражённо вздохнул:

– Ясно. Но я на самом деле не могу вам помочь. Обратитесь к Ермолаеву, он на короткой ноге с оргами.

– Да? Не знал. Ну хорошо, хорошо, спасибо. Ты мне очень… – Давыдов умолк, глядя куда‑то за спину Влада. На его лице появилось странное, напряженное выражение.

Влад обернулся и застыл.

– П‑привет, – с запинкой сказала Арина.

– Привет, – эхом откликнулся Влад, удивлённо изучая её новый образ. Накануне вечером она была похожа на какую‑то супер‑модель. Ночью – скорее на мальчика‑подростка. А теперь – в обычных джинсах и футболке, без косметики, с растрепанными волосами и виноватым выражением лица – она стала похожа на саму себя из их общего прошлого.

И он вдруг ясно понял, что уже не в силах справляться со своими чувствами. Слишком много воспоминаний было связано с Ариной, и ещё больше – с её сестрой. Десять лет бок о бок с этими девчонками, вместе почти каждый день, потом шесть лет полной тишины, и вот сейчас… Сейчас – точно так же, как и накануне вечером, и ночью – он мог думать только об одном.

Об Ире.

И о том, что если бы тогда он не поддался эмоциям, не пошёл на поводу у ярости и почти животной ревности, не было бы этих пустых и бессмысленных шести лет без неё.

– Третий раз меньше чем за сутки, – торопливо заговорил Влад, пытаясь избавиться от удушающего чувства потери. – Кажется, у нас есть шансы наверстать упущенное?

– Я… – растерянно начала Арина, но её перебил Давыдов, вставший между ними:

– Ты забыла, о чём я тебе говорил?

Арина моргнула. Чуть наклонила голову, в упор посмотрела на Давыдова и насмешливо, чуть растягивая слова, сказала:

– Да, дядь Слав, кажется, забыла. Напомни, пожалуйста, о чём?

Влад с трудом удержался от ухмылки.

Арина вела себя так, словно ей было всё ещё тринадцать или четырнадцать лет. Те же интонации в ответ на строгий тон отчима, те же жесты, те же взгляды… Казалось, прямо сейчас должна появиться Ира и начать успокаивать младшую сестру.

Ира.

Влад стиснул зубы и отвёл от Арины взгляд.

Ей уже не четырнадцать и даже не пятнадцать. Да и Давыдов давно уже не её отчим. И Ира не придёт их разнимать. Всё изменилось. Непоправимо изменилось.

– Арина! – настойчиво сказал Давыдов.

Влад вежливо улыбнулся и сделал шаг в сторону. Он сообразил, что лучшего шанса сбежать от бывшего наставника может не представиться, и действовать надо было быстро.

– Влад, ты опять пойдёшь на поиск? – неожиданно спросила Арина.

– Скорее всего нет, – ответил он. – У меня не так много времени, нужно работать. Возможно, просто пройдусь пешком, подклею ориентировки.

– Тогда я с тобой. Можно?

Влад не успел отреагировать. Давыдов шумно выдохнул и процедил сквозь зубы:

– Тебе тоже надо работать. Ты и об этом забыла?

Арина пожала плечами:

– Рада бы, да не могу. Твой лейтенант, – она немного покраснела на этих словах, – забрал у меня фотоаппарат. И телефон. Изъял, вот. Так что мне очень жаль, но ничего не выйдет.

– Какая‑то ерунда, – пробормотал Давыдов. – Сейчас решим вопрос. Где он?

Арина мило улыбнулась:

– Не знаю, дядь Слав, – сказала она. – Кажется, он собирался в свой отдел.

Давыдов мрачно кивнул, развернулся и, тяжело шагая, направился в противоположную часть холла – туда, где в окружении нескольких человек стоял крупный мужчина в полицейской форме.

– Мне надо бежать, – виновато прошептала Арина. – Очень надо.

– Почему? – тоже шёпотом спросил Влад.

– Я… закрыла того лейтенанта.

Влад подавился воздухом.

– Что‑что ты сделала? – недоверчиво уточнил он. – Закрыла? Где? Зачем?

– Бери быстрее листовки и пошли, – сказала Арина и потянула его за руку в сторону выхода. От прикосновения её тонких прохладных пальцев Влад вздрогнул. – На улице всё расскажу.

* * *

– Итак, – самодовольно, явно красуясь, сказала Арина и поудобнее перехватила нож, – семь метров.

Влад с тревогой огляделся по сторонам. Но, к счастью, во внутреннем дворике, куда выходила задняя дверь его мастерской и двери соседних зданий, было пусто.

Арина прищурилась и резким движением руки отправила нож в полёт. Через долю секунды он воткнулся в центр мишени, нарисованной мелом на толстой коре старой ивы.

– Круто, – искренне сказал Влад, любуясь Ариной.

Она изобразила реверанс, делая вид, что придерживает кончиками пальцев несуществующую пышную юбку, и отправилась за ножом.

– Девять, – сообщила она.

Влад вздохнул:

– Мужская дистанция.

– Это сексизм, – заявила Арина и начала отсчитывать шаги.

– Ну давай, – с усмешкой сказал Влад. – Только учти, что если не получится, то вытирать твои слёзки я не буду, а тупо поржу.

Арина фыркнула:

– Как будто хоть раз было иначе.

Она встала в позицию, размяла шею, прикусила губу и метнула нож. И он снова, как заговорённый, полетел точно в цель.

– Ничего себе, – восхищенно пробормотал Влад. – Сколько занималась?

– Ножами? – Арина задумалась, нахмурив лоб. – Чуть больше двух лет. Полтора года бокса, два года ножи, получила разряд по стрельбе, а потом всё. Перешла на светлую сторону и тихо‑мирно хожу плавать в бассейн.

– Впечатляет, – заметил Влад. – Только непонятно, зачем ты бросила танцы, раз всё равно осталась в спорте.

Арина стала серьёзной:

– Решала не я, ты же знаешь, – сказала она и замолчала на несколько секунд. – Ладно, не буду тебя больше отвлекать. Рада была пообщаться, Влад, у тебя крутая мастерская, и вообще всё круто. Но мама меня, наверное, уже потеряла. Пойду куплю хоть какой‑то телефон на время, позвоню ей.

– Тебе скоро двадцать два, – напомнил Влад. – А мамочка до сих пор тебя контролирует?

Арина дёрнула плечом:

– Ну да, ничего не изменилось. Она у меня немножко того.

– Позвони с моего, – предложил он.

– Тебе надо работать. Туристам нужны ножи, кольца и ожерелья.

– Понедельник, Ариш. Нет туристов, – зачем‑то сказал Влад. Она на самом деле ему мешала, отвлекала от дела, но он не хотел её отпускать.

Арина обхватила себя руками и задумчиво на него посмотрела.

– Мы хотели выпить пива, – добавил Влад.

– Моя машина у Дворца, – со вздохом ответила она. – Стоит посреди пожарного проезда. Так что я точно пас.

– У тебя машина? Хм… Понятно, – сказал Влад. – Тогда в другой раз?

Арина начала что‑то говорить, но её перебило жужжание телефона.

Влад достал его из кармана, увидел на экране надпись «Давыдов» и выругался.

– Что такое? – Арина подошла ближе и посмотрела в телефон. – О. Ясно.

– Алло, – обречённо сказал Влад в трубку.

– Владислав, – пророкотал в телефоне низкий голос Давыдова, – звоню, во‑первых, чтобы сказать большое спасибо за твою идею обратиться к Ермолаеву, он действительно помог установить контакт с руководством поискового отряда…

– Пожалуйста.

– … и во‑вторых, чтобы попросить ещё об одном одолжении, – не слушая его, продолжил Давыдов. – Ты не против дать небольшое интервью областному телеканалу как активный поисковик?

– Что? – Влад отодвинул трубку от уха, включил громкую связь и с недоумением уставился на Арину.

– Журналисты подъедут к тебе минут через тридцать‑сорок. Руководители отряда поддержали мою идею, они тоже считают, что интервью с успешным молодым предпринимателем‑поисковиком поможет привлечь новых людей в ваше общее дело.

Арина закатила глаза.

– Я не уверен, – сказал Влад.

– Плюсом ко всему мы запишем интервью прямо у тебя в мастерской, – доверительно добавил Давыдов. – Упомянем о ней на телевидении. Реклама.

– «Мы»?! – полушёпотом возмутилась Арина. – Он тоже приедет? Охренеть!

В трубке раздался смешок.

– Кажется, Арина рядом с тобой? – спросил Давыдов. – Это хорошо. Передай ей, чтобы тоже дождалась меня и съемочную группу. Мне сообщили, что и она принимает участие в деятельности поискового отряда. Её тоже снимут. Всё, ждите нас, до встречи.

Влад нажал на отбой.

– Боюсь показаться неблагодарной свиньёй, – медленно начал он, – но…

– Не бойся, – с отвращением сказала Арина. – Говори как есть. Это реально за гранью. Он будет пиариться на пропаже ребёнка.

Влад с облечением выдохнул:

– Окей. Рад, что ты меня понимаешь.

Арина потерла рукой лоб:

– Наверное, я и правда позвоню с твоего телефона. Можно?

Он кивнул, протянул ей смартфон и указал на дверь мастерской:

– Пойдём внутрь?

Арина оглянулась на старую иву:

– Да, только нож заберу. Жалко будет, если пропадёт.

– Понравился? – Влад не смог удержаться от улыбки. Всё шло именно так, как он и планировал.

– Хороший баланс.

– Дарю, – сказал он и рассмеялся, увидев, как вспыхнули глаза Арины.

Что за девчонка! – подумал он.

Час назад, когда они вошли в его мастерскую, совмещённую с магазином, Арина сразу же направилась к стойке с холодным оружием. Две огромные витрины с кольцами, браслетами и кулонами, обычно привлекавшие женское внимание, были начисто проигнорированы. Что‑то внутри Влада откликнулось на эту неправильность, и именно в тот момент он решил, что обязательно сделает ей подарок.

– Он дорогой? – с опаской уточнила Арина.

– Нет, – легко соврал Влад. – Так, я на кухню, приготовлю нам чай. А ты давай звони. Не хватало ещё, чтобы и тебя объявили в розыск.

Он вошёл внутрь здания, спустился по узкой неудобной лестнице в полуподвал, где располагалась мини‑кухня, и включил электрочайник. Через минуту над его головой раздались хорошо различимые звуки шагов Арины – строение было очень старым, перекрытия деревянными, полы давно рассохлись, и только настеленный поверх досок линолеум придавал им видимость надёжности.

Чайник мигнул световым индикатором и отключился. Влад налил в две кружки кипяток, бросил в них чайные пакетики и начал осторожно подниматься по неровным ступеням. Вошёл в мастерскую, и у него перехватило дыхание.

Арина стояла рядом с витринами и, наклонив голову, что‑то внимательно изучала. Яркие лучи солнца, проникающие сквозь узкие окна, падали на её затылок и спину. Светлые растрёпанные волосы создавали сверкающий ореол вокруг её головы, и если не присматриваться, то татуировка на шее – неровная, незаконченная – была почти незаметна.

Но Влад смотрел.

– Ты так и не добавила второй иероглиф? – хрипло спросил он.

Арина обернулась.

– Я передумала, – призналась она. – Сначала всё ждала восемнадцати, чтобы больше не подставлять мастера, а потом передумала.

Влад поставил кружки с чаем на рабочий стол.

– Да, скандал был что надо, – сказал он. – До сих пор помню, как на тебя орал дядя Коля.

Арина рассмеялась:

– Да, а потом Ира показала, что она тоже сделала себе тату, и его вообще чуть…

Она осеклась, прикусила губу и снова перевела взгляд на украшения.

– Красиво, – бесцветно произнесла она. – Кстати, ты сам придумываешь рисунок, или это какой‑то шаблон?

– Сам, – ответил Влад, подходя ещё ближе к Арине.

Зачем я это делаю?

Он знал ответ на этот вопрос.

Арина была похожа на Иру. Слишком похожа. А он слишком сильно соскучился по Ирине. По её голосу, прикосновениям, негромкому смеху. Он отдал бы очень многое за возможность вернуться в прошлое хотя бы на несколько минут.

– Ариша, – хрипло сказал он, переплетая свои пальцы с её.

Она вздрогнула, взглянула на птицу, выбитую на его предплечье, на свою татуировку‑звёздочку, затем подняла голову, посмотрела на него глазами почти такого же цвета, как глаза Иры, и немного растерянно улыбнулась. Он поднял руку и отвёл самую длинную прядь её волос от лица. Провёл ладонью по щеке.

– Влад… – прошептала Арина.

И его пронзило воспоминание.

Он и Ира. Вдвоём.

– Влад, послушай… – едва слышно говорит Ира, прижимаясь щекой к его ладони. В её глазах стоят слёзы.

Он отводит руку в сторону.

– Влад! – с отчаянием повторяет Ира.

Он размахивается и отвешивает ей пощечину – со всей силы, не думая о том, что может ей серьёзно навредить. Ира почти падает. Выравнивается. Отступает, держась рукой за лицо. Молчит.

– Мразь! – с яростью говорит он. – Как ты могла?!

Влад моргнул, возвращясь в реальность. Посмотрел Арине в глаза. Улыбнулся ей в ответ, наклонился ещё ближе и жадно поцеловал.

Глава 6

Илья вздрогнул от резкого скрежета ключа в замочной скважине. Отложил в сторону телефон Арины, откинулся на спинку потёртого кожаного дивана и постарался принять невозмутимый вид.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл Задоров в сопровождении заметно нервничающего мужчины с огромными залысинами на лбу – очевидно, директора Дворца детского творчества, Ермолаева.

Его начали разыскивать сразу после того, как Илья сообщил начальнику, что заперт. И получалось, что местонахождение директора не удавалось установить в течение как минимум двух часов.

Интересно.

– Я не понимаю, – заговорил Ермолаев, словно продолжал ранее начатую фразу, – как дверь могла захлопнуться? Это же…

– А я не понимаю, почему в рабочее время вас не было на рабочем месте, – отрезал Задоров, бросая на Илью недобрый взгляд из‑под бровей. – Думаю, сейчас мы с вами ещё раз побеседуем.

– П‑поб… о чём ещё беседовать? – сипло спросил Ермолаев.

– Значит, сама по себе дверь не могла захлопнуться? – вмешался Илья, игнорируя недовольную гримасу начальника.

– Не могла. Замок неисправен, надо знать, как его закрывать.

– Вы уверены?

Ермолаев помолчал.

– Вы были в кабинете не один? – после паузы странным тоном поинтересовался он.

– Не один, – подтвердил Илья. – Опрашивал свидетеля.

Ермолаев покосился на фотоаппарат, лежащий на столе, и вздохнул:

– Кузнецову Арину?

– Её, – скучающим голосом произнёс Илья. – Расскажете, как пришли к такому выводу?

Ермолаев нервно рассмеялся:

– Фотоаппарат и закрытая дверь. Других вариантов не было.

– Поясните, – вежливо попросил Илья.

– Арина… – Ермолаев снова вздохнул. – Она дочь Давыдова. Приёмная. Давыдов руководил Дворцом, когда она была маленькой, я был замом. А эти дети, Арина, её сестра и их друг… Они проводили во Дворце всё время, мешали работать и творили, что хотели. Но Давыдов всё спускал им с рук. Просто черти были, а не дети. И кстати, поломка этого замка, я уверен, дело рук одного из них. Надо его снять… Сколько можно…

Илья помедлил пару секунд, но потом всё‑таки решил спросить: