скачать книгу бесплатно
Мы привычно повскакивали с мест, дожёвывая булки на ходу.
– Лиенна, сиди ты, – хмыкнул я.
Тар ласково опустил её обратно за плечи.
Наша боевая омега так и не привыкла, что её дело теперь – доносить ребёнка. Конечно – столько лет с нами проездила.
Лиенна отдёрнула плечо и уставилась в тарелку. Я понимал: ей не место тут. Среди болтающих о пустяках омег, среди домашних запахов кухни. Она годами проводила угнанные фуры через коммунские КПП, пичкала пулями дальнобоев и охраняла в укрытиях измученно спящую группу.
– Сам не дождусь, – сказал я ей. – Тоска без тебя, знала бы ты. Они такие зануды.
Она раздражённо бросила в меня куриной костью.
Просторный лазарет гудел лампами и пестрел разноцветными простынями на пустых койках. На столе – груда раскрытых книг, которые мы наворовали у коммунов. Знакомая картина, значит, наша лекарка столкнулась с чем-то новым. Ей пришлось стать специалистом по всем существующим болячкам.
Вокруг одной из коек собрались встревоженные Халлар, лекарка Аби со шприцем, рядом крутился любопытный Арон, его попробуй выгони. Расстроенная Нили бросилась на шею Карвелу:
– Она вчера кричала полночи, я тебя будить не хотела!
От её дрожащего голоса меня скорёжило, хоть из лазарета беги. Когда кто-то плачет, всегда такое чувство, что виноват я.
Тару тоже явно не по себе было тут находиться: он как встал у входа, так дальше и не пошёл. Они из-за чего-то повздорили с Аби, лекарка с ним даже не здоровалась второй месяц. Может, это как-то связано с беременностью Лиенны?
Мы прошли к койке: крошечная фигурка Мо лежала на простыне, из-под мокрой тряпки на лбу выбивались рыжие волосёнки. На побледневшем лице Карвела проступили такие же, как у Мо, веснушки. Он потрогал малюсенькую ножку, рыкнул на Аби:
– Горячая, как движок на подъёме! Мы тебе ящик этих срантибиотиков припёрли! Какого хрена?
Я оттолкнул его от лекарки: что бы ни случилось, на омегу орать – последнее дело. Тем более на Аби. Клан обязан ей своим существованием не меньше, чем Халлару.
– Что с ним, Аби?
Лекарка нервно сунула шприц в карман застиранного халата. В глаза не смотрела, её платиново-белые волосы неряшливо торчали из хвоста на затылке, наверно, и ночевала здесь, с Мо. Я насторожился: если даже Аби не может скрыть беспокойство, всё и правда очень плохо.
– На вирусное похоже, – сказала она. – Анализы бы сделать, обследование. Что я тут могу? У меня даже реактивов нет. А если эпидемия?
– Что за пидемия? – вскинулся Карвел.
– Это когда полклана вот так сляжет, – хмуро отозвался Халлар. – Заразятся друг от друга. У нас-то прививки ещё до войны сделаны, а дети?.. Я должен был это предвидеть, кхарнэ. – Он виновато взглянул на опечаленную Нили.
– Ну так лечи эту пидемию! – снова заорал на Аби Карвел.
Лекарка возмутилась:
– Ещё один. Я тебе кто – Отец-Альфа? Первый курс акушерского не успела закончить! Меня роды принимать учили!
Я сгрёб Карвела за рубашку:
– Остынь.
Забыл, кто ему в детстве в этом самом лазарете грудную клетку по кускам собирал? Из года в год весь клан ждал от Аби чудес, непонятно, как она это выдерживала? Каково чувствовать себя виноватой за то, что чего-то не знаешь?
Карвел кивнул ей:
– Прости.
Погорячился. Единственная дочь всё-таки. И та была бы от меня, если бы в тот день я не закрылся в боксе с Зейной.
Гай подошёл и обнял лекарку – правильно, молодец Гай. Никто не обязан уметь всё.
– Она умрё-о-от… – заскулила в углу Нили. Я скривился: это невыносимо.
Карвел покачал головой:
– Нет. Мы всё сделаем, обещаю.
Халлар задумчиво чесал бороду. Он до войны владел фермой, разве что быков лечить умел.
– Арон, уведи Нили! – махнул. – Пусть ему Зейна чаю заварит.
Альфёнок скрылся за плёнчатой шторкой, заботливо провожая Нили к кухне.
Наконец-то. Сюда не позвали бы всю группу, если бы у Аби не было для нас задания. Я прошёл к шкафчику, оторвал лист от тетрадки и сунул лекарке:
– Пиши. Всё, что нужно.
Гай проводил её за стол, ручку подал. Внимательный. На Аби нацелился, что ли? Если лекарка иногда и звала его в свой бокс, это ещё ничего не значит. Она всех звала. Особенно тех, кто подолгу связей с омегами не имел, поэтому я лишь раз попал. Аби нужен не альфа, а его семя, чем больше, тем лучше. А Гай решил, что Аби его выделяет. Наивный. Впрочем, я тоже никогда не забуду свою первую вязку и первую омегу, даром что Керис мне в матери годится.
Я залюбовался: лекарка хоть и сильно постарше нас, но сама ничего так. Глаза большие, синие, плечи сильные под халатом, и пальцы чуткие ручку сжимают. На вид – цветущая здоровая омега, совсем не изменилась. Такой и была, когда Халлар привёл нас с Гаем в клан. Мы были детьми и не понимали, чего Аби лишала себя, чтобы мы все жили.
Крепкий настой полыни предотвращает течку не хуже препаратов. А с началом войны препараты для омег коммуны перестали выпускать. Аби глотала настойку полыни не раз и не два, потому что не хотела бросать на двое суток израненных детей в лазарете и оставлять клан без единственного взрослого альфы – Халлара. В пещере тогда не было ни защиты от коммунских облав, ни склада провизии, только голый камень, солома и кучка мелких оборванцев. И Аби травила себя, а Халлар соглашался на это, потому что они двое были незаменимы.
А теперь… течки у Аби продолжались, но зародить новую жизнь в отравленном полынью теле не сумел никто. Даже у меня не вышло. Она сгубила себя ради нас и продолжала губить. В клане не погиб при родах ни один ребёнок, ни одна омега, в тяжёлых случаях лекарка всегда была рядом… Карвел уйдёт в нокаут, если ещё раз поднимет на неё голос.
– Вот. – Аби протянула Гаю листок. – До войны это в аптеках продавалось.
– Поможет? – с надеждой спросил Халлар.
У Аби ручка в пальцах треснула.
– Синтоиммунитет от любого вируса поможет. Убьёт даже полезные микроорганизмы. Восстановлю потом, если заменители достанут… Больше я ничего не умею. – Она обернулась к Гаю. – Хотя бы по упаковке привезите. А то вдруг правда эпидемия?
– Привезём. – Гай вчитался: – Ла-ди… Чо?
– Аптекарь поймёт, – сказала Аби.
Я заглянул в наполовину исписанный листок. Сколько же надо всего!
– А готовый синто-чего-то-там нельзя купить?
– Готовый сразу вводить надо, он не хранится. Раньше в больницах бесплатно кололи, по назначению.
Значит, и сейчас колют, у коммунов соцуслуги налажены. Жируют, твари.
– Вам омега нужна, – сказал мне Халлар. – Не рискуй, Дарайн.
Я вздохнул. Вряд ли кто из группы сойдёт за настоящего бету. Кто отправится в аптеку? Двухметровый я или Гай с царапинами на подбородке после бритья – бородатых-то бет не бывает. Хоть таблички нам на шеи вешай: «повстанцы».
Легальные покупки – дело Лиенны, но бет с беременным пузом не бывает тоже. По этой же причине третья группа на меня дулась за то, что я их Сино из строя вывел. Сино пускай и на небольшом сроке, да хрен бы кто её пустил рисковать. Также опыт работы снаружи имела Керис, хоть и не выезжала много лет. Но её вывел из строя Халлар. В который раз.
Грабить же аптеку – пустое дело. Никто из нас в этих препаратах не разберётся, не макароны в магазине. Аби не возьмёшь – у нескольких омег роды вот-вот, без лекарки никак. А грести в аптеке всё подряд – это угонять под коробки целый фургон и ехать подальше от Гриарда. Времени мало, кто знает, что будет с малышкой Мо.
Досаднейшая досада.
Из-за шторки выглянула просящая морда Арона:
– Давайте я куплю?
– Нет! – дружно рявкнули все.
Ещё не хватало на вылазках за ним следить. И тут везде суётся, неугомонный. То ступню в мостках защемил – ящик большой нёс, то ухо обжёг – Зейне помогал хлеб доставать. Керис не простит, если старшенького сгубим.
– Я поеду. – Успокоившаяся Нили вошла в лазарет, вытирая лицо. – Это моя дочь.
Нили посмотрела на Карвела, тот – на меня, я на Халлара. Халлар пожал плечами: а что делать? И сам бы поехал – но куда с хромой ногой?
– Лады, собираемся, – сказал я. – Тар, неси коммунские шмотки Лиенны.
Сине-красная шапка Тара скрылась в тоннеле.
Гай рвался на две части: с нами ехать надо, но тогда течная Кэрил не достанется ему в который раз. А кто из альф будет ласкать Кэрил в тёмном боксе? Кто-то из третьей группы либо Халлар. Хоть специально ноги себе ломай, чтобы остаться.
– Без тебя никак, – похлопал я по спине.
Бета из Гая выйдет только с очень большой натяжкой, но всё равно он не такой бугай, как остальные. Он посмотрел зверем, ещё не знал, что претендовать на Кэрил я в этот раз не собирался…. м-м-м… наверно. Но за цивильной одёжкой Гай пошёл следом за Карвелом.
Меня на выходе остановил Халлар, отвёл в угол лазарета. Для назидательного напутствия, по обычаю. Он всё считал нас альфятами, которым лишь бы на воле порезвиться.
– Дарайн, Нили ещё рожать и рожать. Я тебя очень прошу…
Он так и не простил нам тот случай с дальнобоями, когда Лиенна ухватилась за коммунское дуло, направленное на Гая. Альфы бесценны, но омеги бесценны втройне. Каждый палец омеги бесценен. Мы проморгали единственный раз, а уверенность старейшины в своей надёжности подорвали навсегда.
– Она не Лиенна, она не полезет…
– У неё дочь при смерти. Никто не знает, что у омеги на уме. Если с Нили что-то случится, я тебе в зад кирку воткну…
– …и провернёшь четыре раза, я помню, Халлар. Не подведём, клянусь.
Глава 3
Бывший участок Трансгриардской магистрали,
теперь заброшенный
Открытый джип вылетел под апрельское солнце. Неизвестно, на этом же вернёмся или новое что-то пригоним. Клановые омеги быстро затирали мётлами следы шин на серой грунтовке. Оставалась та же старая дорога к шахтам, будто никто не проезжал здесь десятилетиями – пыль и камень. За нашими спинами опускалась глыба, замуровывая вход в штольню, а мы уже не думали о доме.
Впереди стелился извилистым горным спуском, давил встречным ветром, вздымался голубыми вершинами на горизонте украденный у нас мир. Красивый до восторженного вопля и недружелюбный – руки сами тянулись к автомату, прикрытому тряпками в ногах. Вроде обычный куст впереди, а может, за ним пост полицейский? За очередным поворотом не ждёт ли ряд выставленных стволов?
Мы хоть и побрились, и оделись в самое новое, и вероятность встретить здесь случайных путников мала, а всё равно тревожно: за бет мы сойдём только издали либо в потёмках. Паранойя душит – сразу после выезда всегда остро, потом свыкаешься.
– Вперёд смотри. Укачает, – посоветовал Карвел Нили.
Нили вжималась в его плечо, но головой вертела не переставая. Солнце, деревья, облака – сколько она в пещере пробыла безвылазно, лет десять? Щурилась с непривычки, шею вытягивала. Под тонкой кожей вверх-вниз ходил едва заметный кадык, погладить хотелось. Бледная, хрупкая омега – таких надо беречь и лелеять, а не навстречу коммунам выпускать.
Я всерьёз засомневался, справится ли Нили со своим заданием? Вдруг кассового аппарата в аптеке испугается? Она видела их последний раз в детстве… Наша группа за столько лет для любого форс-мажора план действий отточила, а омега – неподготовленная, непроинструктированная. Не любил я такие вылазки.
Надо же было Тару Лиенну забрюхатить! Несколько лет ничего, мы уже думали, не получится у них, и тут – на. Слава Отцу-Альфе, родит уже скоро, вернётся в группу. Снова будет рядом… преданно смотреть на Тара, кхарнэ.
– К Файгату сворачивай, – сказал я Гаю.
Далеко не поедем. Зачем? Легальная покупка не грабёж. К району внимание не привлечём, а наличные где угодно добыть можно.
Гай зарулил к обрыву; замелькал слева довоенный, размытый ливнями поребрик. Здесь коммуны дороги не ремонтировали. Кому ездить в такой глуши? Через борт джипа перегнёшься – пропасть внизу, и бурлит по камням далеко-далеко под нами грязная вода. Мы тут всегда на измене машины вели, чуть не туда рульнёшь – финиш.
– Это Файгат? – Нили высунулась из-под плеча Карвела, по моему лицу метнулись ароматные волосы. – Обмелел как! Мы с отцом в нём рыбу ловили, пламты во-о-от такие… Странно – пламтов помню, а отца – нет.
– Каюк вашим пламтам, – Карвел усадил Нили обратно. – Химзавод выше по течению построили. Передохли.
Пламтов в специальных водоёмах теперь выращивали, откормленных, ладонями бери – и на сковородку. Коммуны забирали у природы то, что приносило им пользу, остальное вытравливали. Как и нас.
Спустя час опасный спуск, разбитый колдобинами, остался позади. Джип выехал на ровную асфальтовую трассу, проложенную по предгорьям Гриарда. Впереди завиднелись крыши агрокомплекса, по бокам замелькали зеленью знакомые холмы и лесополосы. Показался первый попутный грузовик – тут единственный проезд к поселению Зол. Значит, пора добывать наличные.
Расслабляться и любоваться природой здесь мы уже не имели права. Карвел снял руку с плеча Нили – беты не обнимаются. Тар с переднего сиденья привычно подал мне из бардачка наушник-клипсу, пуговку-микрофон – батарейки бы новые пора достать. Халлар сам эту фиговину собрал для нас, долго провозившись над стыренными где-то схемами: координатор группы слышит всех, и каждый слышит его.
Ещё Тар вытащил бутылку с антикомариной «некусайкой» и лоскуток, чтобы Нили намазать. От кровососущих насекомых защищает целые сутки, как гласила реклама. Запах омеги или альфы забьёт часов на двенадцать, ничем не пахнешь, как коммуняка. Это если не потеть. Вспотеешь – только часов на пять хватит. А ты попробуй не потеть, когда любой прохожий подозрительно тебя оглядывает.
Когда Лиенна фургоны через посты гнала, каждые три часа «некусайкой» мазалась. А то остановят документики проверить – унюхают сразу. Документики-то липовые – я бланки на груз заполнял. Да и в фургоне трое альф с автоматами, плюс в кабине за занавеской один, хоть и тоже намазанный. Как тут не вспотеть?
Но до перестрелки доходит редко. Коммуны не ожидают от нас такой наглейшей наглости. Позёвывая, пролистают папку с накладными и отпустят. Лиенна-то вылитая бета: аккуратная, причёсанная, в рабочей форме «Корпорации Питания» и с их же логотипом на стенке фургона…
Всё-таки растрёпанные волосы шли ей больше. Будто только что из-под альфы; когда-нибудь я буду этим альфой. Сколько можно терпеть?
Я прицепил почти незаметный наушник к уху, приколол микрофон к вороту куртки:
– Гай, давай вон под тот холм… Тар, слышно меня?
– Да.
Тар прикручивал к стволу снайперский прицел, согнувшись под панелью. Разговорчивый, как обычно. У него лимит на количество слов в сутки, бережёт.