скачать книгу бесплатно
– Ах, проклятье… Почему же ты решил ехать так рано? – спросил он с напускным раздражением. Пикироваться с утра пораньше у него намерения явно не было.
– Если бы я это решал, было бы, конечно, прекрасно, но – увы! Министр все распланировал за нас.
Он хмыкнул и прикрыл глаза, защищаясь от утреннего света. Затем негромко сказал:
– Досадно, что ты уезжаешь. Кто же теперь будет меня вытаскивать из трактиров?
Я неопределенно хмыкнул в ответ. Не думаю, что Джорран действительно сильно расстраивался из-за моего отъезда, но жест был приятным.
– Что поделать, долг зовет, – я махнул рукой, как бы изображая зов долга, – буду скучать по нашим… эксцессам.
Он убрал руки от лица и с сомнением посмотрел на меня. Затем засмеялся и покачал головой.
– Что может быть веселее вытаскивания бессознательного брата из опиумного салона, а? – он говорил бодро, но в словах чувствовалась горечь. Я не знал, что на это ответить.
И, к счастью, был избавлен от необходимости благодаря появлению отца. Он, к моему удивлению, зашел с улицы и, посмотрев на меня, сказал:
– Карета уже ждет тебя. Алба приготовила тебе завтрак? Следует поспешить.
Я кивнул, встал и прошел в столовую. Там меня уже ждал салат из свежих овощей явно пришедших с Гальды, нашего главного поставщика продуктов. Аскона и Гальда – два меньших, но все еще достаточно крупных, чтобы выделять их в отдельные принципаты, острова. Их принцепсы следили за тем, чтобы люди Содружества не начинали голодать. Амбары всегда должны быть полны зерна, а рынки ломились от овощей и фруктов. Хотя не всегда они были выращены в Содружестве. Многие доставлялись к нам из Манфольдии, реже – из Нимрада. С Арелией у нас, естественно, никаких торговых отношений не было (по крайней мере официальных), а Серевия поставляла в основном специи. Я тихо рассмеялся, осознав, что мысленно повторяю заученные когда-то уроки – или читаю лекцию о Содружестве каким-нибудь эстрая. Наверное, я уже начинаю вживаться в свою новую роль
Позавтракав, я вернулся в общий зал и позвал отца с братом. Мы вышли на крыльцо. Я глядел на то, как пара сундуков с моими вещами грузятся на карету. В воздухе ощущалась неловкость.
– А когда Лангоберт к нам вернется, отец? – спросил Джорран. Я понял, что даже не задумывался об этом.
– Кто знает, все зависит от него самого, – ответ отца меня, признаюсь честно, смутил и слегка напугал. Лишнее напоминание о великой ответственности, которая была на меня возложена.
– Я не знаю, когда вернусь, но будьте уверены: я буду ожидать с нетерпением новой встречи, – сказал я, попытавшись вложить в свой тон всю теплоту моего сердца.
– Скажи, – начал Джерром, – ты настаиваешь на том, чтобы не брать с собой личного слугу? У меня есть подходящие люди для этого.
– Нет, отец, – покачал я головой, – лучше я найду на месте. Имея в слугах арелийцев, я смогу лучше понять их.
– Но ты же понимаешь, что он наверняка будет за тобой шпионить.
– Может быть. Но лучше иметь рядом знакомых врагов, чем незнакомых.
– Как пожелаешь, – ответил он. – Помни: ты должен быть образцом человека Содружества. Будь честен и справедлив, суров и милостив. Сделай то, чего не добились твои предшественники: подави зреющее восстание и подготовь провинцию к тому, чтобы стать шестым принципатом, войти в Двор Пяти.
– Да, мой принцепс! – отсалютовал ему, прижав кулак к сердцу, а затем… развернулся, прошел к карете и больше не оборачивался на свой старый дом.
****
Ехать пришлось довольно долго, ведь наша резиденция находилась практически на другом конце города от порта. Наконец, мы выехали за стену и двинулись по набережной. Я с восхищением, которое всегда охватывало меня в порту, смотрел на корабли, что выстроились у причалов. Вдалеке, за бухтой, виднелись мачты патрулирующих судов.
Когда мы приблизились к назначенному мне кораблю, я поразился до глубины души. Это была не привычная мне галера, на которых ходят по морю между островами. Огромный трехмачтовый галлей с двумя рядами пушек по обоим бортам, а также с носовой мортирой и тремя кормовыми кулевринами, ожидал меня у причала. Это был великолепный, внушительный и величественный корабль. На боку у него блестели бронзовые буквы “Стремительный”. Как я слышал, после открытия пороха и создания первых пушек, нашими крайне важными кораблями стали именно галлеи, хотя переход на них от обычных галер еще был далек от завершения. И его выделили для того, чтобы доставить в Астерию именно меня. Признаюсь, я был поражен и даже слегка придавлен важностью собственной персоны.
Я вышел из кареты и ступил на ровный камень порта. Твердая земля под ногами уверяла в собственной надежности, и это было особенно хорошо ощутимо сейчас, когда я скоро уже с ней расстанусь. Я выпрямился, поправил одежду и прошел к стоящему у трапов капитану. Он с сомнением посмотрел на меня.
– Лангоберт Галбайо, легат Торгового Содружества, – мне всегда нравилось, как звучит мой титул, произнесенный полностью. Он оглядел меня сверху вниз и кивнул.
– Капитан Курт де Грасс, – имя меня удивило. Неужели манфольдиец? – Вы – будущий наместник провинции Больдия?
– Именно так, – я ответил твердо, хотя под взглядом этого сурового и опытного капитана почувствовал себя слегка неловко.
– Отлично, мои люди сейчас занесут ваш багаж, – он кивнул своим матросам на карету, и те двинулись к ней. – А вы, поднимайтесь по трапу. Аллес, проводи его!
Ко мне подбежал один из матросов и пригласил за собой. Я взбежал по трапу и направился следом. К моему удивлению, мы пошли не на нижние палубы, а в надстройку на корме, которая оказалась жилой. Как объяснил мне Аллес, там располагались каюты офицера и важных персон, тогда как остальные матросы располагались внизу. Я вошел в свою каюту и был приятно удивлен. Все было, хоть и по-военному аскетично, но тем не менее вполне приемлемо. Я прилег на свою койку и прикрыл глаза. Поскольку хорошо выспаться у меня не получилось, я решил наверстать упущенное сейчас.
Спустя, как я понял, несколько часов, я проснулся. По легкому покачиванию я понял, что мы уже в море. Я вышел на палубу. Там сновали туда-сюда моряки, занимающиеся своими делами. Дабы не мешать, я решил пройти на нос, и внезапно обнаружил, что не мне одному пришла в голову такая идея. На носу, опираясь на перила стояла женщина лет двадцати. Черное платье, кольцо с рубином на правой руке. В ее также черные волосы был вплетен фиолетовый цветок – мне не было известно его название. Почувствовав, что уже не одна, она обернулась, и взгляд ее зеленых глаз нашел меня. Я, пригвожденный этим взглядом к палубе, не знал, что сделать. В конце концов, неловко кивнул ей. Она смотрела на меня еще несколько секунд, затем покинула нос корабля, оставив меня в легком смятении.
Я подошел к тому месту, где была секунды назад она, и так же оперся о борт. Глядя на бескрайнюю водную гладь, я, тем не менее, думал о неожиданной встрече с женщиной. Кем она могла быть? Это военный корабль, а потому людей, не дозволенных к перевозке капитаном, здесь быть не должно. Вероятно, она важная персона. Аристократка, судя по всему: в ее позе было видно нечто такое, что заставляло меня в это поверить. Однако меня смущало не только само ее наличие здесь, но и моя реакция. Безусловно, она была красива, но разве это повод так теряться? Я и раньше видел красивых женщин, в клубе их вообще полно, но в данном случае было что-то другое. Интересно, почему я, никогда не имевший особых проблем в общении с прекрасным полом и, что самое главное, не стремившийся к нему, застыл перед этой дамой. Следовало расспросить капитана о ней.
Что я и решил сделать, пройдя с носа на корму, но увидел только рулевого. Поинтересовавшись, где капитан, получил ответ, что в кают-компании, куда я и направился, собираясь немного подкрепиться и поговорить с ним. Роскошно обставленная и довольно большая, она впечатляла своим убранством. Я остался доволен. Капитан, который уже завтракал, поприветствовал меня и дал знак дежурившему матросу. Тот принес мне бокал вина и серевийские оливки. Я читал, что они растут на раскидистых серебряных деревьях, и на каждом десятки плодов. Это представлялось мне интересным, но едва ли когда-нибудь у меня будет шанс проверить такую информацию. Присев напротив капитана, я придвинул к нему блюдце. Он благодарно кивнул и взял парочку оливок. Минуту мы посидели в молчании, зачем я спросил:
– Скажите, капитан де Грасс, как долго нам плыть до Астерии?
– Примерно два дня. Если погода будет против нас, хотя вроде бы не должна, то подольше, – он откинулся на своем стуле. Я кивнул.
– А кто та женщина, что я видел на корабле? Мы везем еще каких-то пассажиров?
Капитан де Грасс посмотрел на меня с легким удивлением, затем сказал:
– Мы, вообще-то, везем достаточно пассажиров. Рота салдейских гвардейцев с капитаном во главе, вы и та дама. Кажется, ее зовут маркиза Оливьери. Мне было приказано капитаном гвардейцев содействовать ее перемещению по возможности, поэтому я так и делаю.
Все-таки аристократка. Каков я, а?
– Гвардейцы в трюме? – спросил я из праздного интереса. Он кивнул.
– Пришлось не брать особо груза, кроме провизии, но они поместились. А капитан Луфар в своей каюте.
Что-то щелкнуло у меня в голове. Знакомое имя.
– Как думаете, он планирует выйти? – мне хотелось познакомиться с капитаном своей стражи поскорее. Де Грасс пожал плечами.
– Рано или поздно выйдет, если только не планирует умереть с голоду, – при этих словах, как нарочно, в дверях появился мужчина в черном мундире и капитанской фуражке. На поясе висел пистолет и меч, скорее всего скьявона, потому что, как я слышал, именно она в почете у салдейской гвардии. Мужчина с уже сединой в волосах и усами с бакенбардами чеканным шагом прошел к столу.
– Капитан де Грасс. Наместник Галбайо. Я – капитан Луфар, командир роты салдейской гвардии, приставленной к вам для охраны и всяческой поддержки, – он говорил холодно и сурово, но это едва ли было проявлением отношения – скорее, привычкой.
Я приветливо кивнул и указал на стул.
– Присаживайтесь, капитан. Вы завтракали? – он кивнул. – Матрос, принесите еще вина и один бокал для капитана!
– Это необязательно, господин, – он, вопреки моим надеждам, не расслабился, а лишь смотрел в окно кают-компании.
– Право же, капитан, – сказал я, как мне надеялось, дружелюбно и располагающе, – выпейте с нами. У меня к вам предостаточно вопросов.
Он кивнул и глотнул вино из принесенного матросом бокала. Явно по необходимости, а не из желания выпить.
– Для начала, капитан Луфар, скажите мне – каких действий от нас ожидают Двор Пяти и министры? – я спросил это легко, но Луфар сразу явно напрягся.
Капитан де Грасс встал и сказал:
– Полагаю, лучше вы побеседуете наедине. Пойду проверю, как там команда, – он кивнул матросу, и тот, поставив перед нами бутылку, также вышел.
Я мысленно поблагодарил за тактичность де Грасса и отругал себя за недальновидность. К Луфару же я обернул спокойное и полное интереса лицо.
– Итак, капитан… – Луфар кивнул.
– Первостепенной задачей, господин наместник, является изобличение заговора, зреющего, как представляется разведке министра тайн, среди правящих элит города. После казни Мар-Роверов, династии, которой принадлежала Астерия и ближние земли, аристократических кланов там осталось трое – графы Больдеры и Астеры, а также баронесса Гильдер. Первые двое ненавидят друг друга, а потому едва ли стали бы сотрудничать. Я предполагаю, что сговор с целью свергнуть правительство Содружества и прикончить второй клан, возник между одним из графов и баронессой.
– Свергнуть правительство Содружества? – я помолчал, пробуя эту мысль на вкус. – Но зачем? Что их не устраивает?
– Насколько я понимаю, – начал Луфар, – что аристократы Арелии – люди довольно избалованные. Приход Содружества на земли Арелии означает для аристократов конец их диктатуре. Естественно, их это не устраивает.
– Понимаю, – медленно сказал я. – Значит, эти… князьки считают, что под властью Содружества у них не останется собственной?
– В сущности, примерно так дела и обстоят. Их это не устраивает, и потому они всеми силами в рамках законов (а, может, уже и переступая их) пытаются саботировать нашу деятельность в Больдии.
– Но ведь, – не сдавался я, – даже теперь они могут использовать свои домены и ресурсы как торговые дома – в рамках наших законов. Это будет другим видом власти, но тем не менее – властью.
– Действительно, такой вариант для них существует, – ответил Луфар, медленно подбирая слова, – однако, вам также следует знать, что у жителей Больдии есть стремление к независимости в крови. Когда-то давно Арелия захватило эту территорию, и с тех пор они мечтают об освобождении. Именно поэтому для них приход Содружества, в целом, не означает ничего нового. А аристократы Больдии желают сохранять полноту власти, а не ее толику. Более того, полагаю, что им даже не приходит в голову идея, что они, после признания Больдии новым принципатом Содружества, могут избраться в качестве принцепса.
– Ну хорошо, пусть они мечтают об освобождении и всем прочем – как они собираются сражаться? Сил одной провинции не хватит, чтобы противостоять мощи герцогства Манфольдии и Содружества одновременно.
– Принцепс Гримар предполагает, что они рассчитывают победить в войне на истощение. Больдия расположена очень удачно по суше. От Манфольдии и Серевии ее отделяют два прохода по земле на севере и на юге соответственно. И тот, и другой перекрыты фортами. Гарнизоны этих фортов – в основном, жители Больдии, принесшие присягу Содружеству. Вероятно, они рассчитывают перекрыть эти проходы и оборонять берег внутреннего моря с помощью небольшого количества кораблей, которые там имеются.
– Даже если так, едва ли они смогут противостоять полномасштабной высадке с океана, – сказал я с сомнением, – у них ведь почти нет собственного флота.
– Да, это так, – подтвердил Луфар, – но они, вероятно, игнорируют это. Мне трудно оценить их намерения, не зная их лично, поэтому я ожидаю, что мы сможем лучше их понять, когда пообщаемся с ними.
– Хорошо, – протянул я, – еще какие-нибудь приказы?
– Вы не читали еще документы, присланные вам? – спросил Луфар.
– Нет, руки не дошли, – ответил я, внутренне сетуя, что совсем про них забыл.
– Ознакомьтесь с ними. Насколько мне известно, там должна быть большая часть инструкций по развитию региона, – я кивнул, и он встал.
– Подождите, Луфар – остановил его я. – Еще один вопрос. Кто та дама, что плывет с нами?
– Маркиза Оливьери? – Луфар неопределенно повел плечами. – Мне это неизвестно. Министр тайн приказал проследить, чтобы она добралась до Астерии, а что будет с ней дальше, меня уже не касается.
Я кивнул, и он вышел из кают-компании. Наслаждаясь вином, я глядел в окно на простирающуюся водную гладь и раздумывал о своем положении. Совершенно очевидно, что меня назначили на должность наместника не случайно. Весьма вероятно, что произошло это из-за Салдейского Инцидента, который случился в прошлом году. Я не участвовал в войне, а потому проводил время, наслаждаясь Салдеей. И когда все случилось, лишь по чистой случайности сделал то, что сделал. А в итоге все, знакомые с историей достаточно близко, стали считать меня исключительной фигурой. Я всегда считал свою роль недостойной поощрения. А потому и назначение на должность наместника меня поразило. У меня не было военного опыта, а управлял я разве что одной из факторий отца, да и той – по переписке. Конечно, меня назначили из-за отца. Великий принцепс Салдеи поневоле вовлекал всех близких в водоворот придворных интриг. Ему явно хотели угодить. А, может, и нет. Может те, кто назначил меня, желали показать, как ошибся Джерром Орсеоло, взяв в семью простолюдина. И если я провалюсь из-за своей некомпетентности, это подорвет положение моего отца в Дворе Пяти.
Значит, мне нельзя провалиться.
Спустя пять дней мы наконец добрались до Астерии. Порт ее был, конечно, намного меньше салдейского, но все еще внушительный. Я поставил лицо приятному морскому бризу и с интересом смотрел на приближающийся город. В первую очередь, меня удивила архитектура. До этого я не бывал нигде за пределами Содружества, а здесь нашей высокой культурой, увы, даже не пахло. Меня можно обвинить в высокомерии по отношению к арелийцам, но где мы, а где они? Самая могущественная торговая держава мира по праву могла снисходительно глядеть на большинство других стран, ведь их уровень развития (по крайней мере, культурного) был весьма далек от нашего. Корабль, тем временем, швартовался к причалу. Я подошел к капитану, наблюдавшему за процессом.
– Благодарю вас за чудесное путешествие, капитан де Грасс. Ваш корабль великолепен, – сказал я, не кривив душой. Плавание меня порадовало.
– Спасибо на добром слове, наместник.
– Куда вы отправитесь теперь?
– Нам предписано вернуться в Салдею, дабы переправить сюда несколько рот армии. Мы так и будем курсировать, пока не закончим. Ваша гвардия вела себя пристойно, за что я вам благодарен.
– Ну, это же салдейская гвардия, вряд ли они бы стали вести себя недостойно, – сказал я, оставив в словах лишь легкий намек на сомнение.
– Все мы неидеальны.
Подошедший Луфар кивнул мне и подошел к краю трапа корабля, собираясь спуститься на твердую землю. Я снова кивнул де Грассу и последовал за командиром гвардии. И, мягко говоря, изумился. Никакого эскорта и в помине не было. Не то, чтобы он мне был очень уж нужен, но по правилам этикета нового наместника должна была сопровождать городская стража. Я недовольно огляделся.
– Интересно… Луфар!
– Да, ваша светлость? – я посмотрел на него, но он ничем не выдал своего удивления, лишь сурово осматривал порт и докеров.
– Найдите нам карету. Не пойду же я пешком до дворца.
Он кивнул и собрался уже отдать приказы своим спускающимся по трапам гвардейцам, как вдруг грянула музыка. Я в легком шоке обернулся на звук. Простые люди и докеры расступались, пропуская вперед самую странную процессию, какую я только видел. Впереди на белоснежном коне ехал мужчина лет тридцати. За ним в черных с серебром ливреях шла шеренга парадных музыкантов, игравших бодрый марш. Далее медленно двигалась карета роскошнейшего вида, которую сопровождало три десятка гвардейцев в черных мундирах, маршировавших с алебардами наперевес. Юноша подъехал ко мне, соскользнул с лошади и, подойдя ко мне, поклонился.
– Ваше сиятельство, Дансель Больдер, к вашим услугам.
Я был несколько изумлен происходящим хаосом, а потому не сразу понял, что он говорит. Да, не так я представлял себе первый день в должности наместника. Затем я быстро пришел в себя и ответил:
– Лангоберт Галбайо, наместник Больдии. Благодарю за столь… почетный прием.
– Конечно, наместник, конечно. Карета ждет, вы позволите отправиться вместе с вами? – он дружелюбно улыбался мне, и я не видел причин ему отказывать.
– Если вам так угодно.
Он бодро направился к карете и открыл для меня дверь. Одна из девушек, наблюдавших за процессией, кинула ему цветы и прокричала:
– Дансель Великолепный!
Он ответил ей широкой улыбкой. Я медленно подошел к карете. Этот фарс начинал меня утомлять. Он забрался в карету следом за мной и улыбнулся – на этот раз мне. Так я познакомился с Данселем Больдером, которого все знают как Данселя Великолепного.
4
Я вышел из кареты, ступив на Эрискейскую площадь. Раньше она называлась по-другому – площадь королевской династии Роверов. Довольно вычурно, неправда ли? Зато мы переименовали ее в нечто более пристойное. Нечто вечное, в отличие от самовлюбленных глупцов из Арелии. И смогли угодить людям Эрискеи.
Политика Содружества могла показаться довольно запутанной. Несмотря на постулируемое единство Двора Пяти и Совета Префектов, в реальности все несколько сложнее. Совет, состоящий из шестидесяти префектов (по двенадцать от каждого принципата) разделен на несколько фракций. В сущности, их можно было бы разделить на конформистов, прогрессистов и консерваторов. Первые склонны во всем поддерживать Двор Пяти, предполагая, что принцепсы видят полную картину и делают выводы основываясь на ней. Вторые активно продвигали законы и пошлины, связанные с усилением нашего присутствия на Континенте. Именно они ратовали за то, чтобы аннексировать территории Арелии после войны, что мы и сделали. И, наконец, последние желали, чтобы Содружество оставалось доминирующим на море и отстоящим от политических дрязг народов большой земли. При этом (что меня всегда несколько удивляло) их не смущал союз с герцогством Манфольдией, и они выступали за всяческую поддержку древнему государству. Торговые преференции, предпочтения в поставках и все тому подобное в первую очередь относилось именно к Манфольдии.
Себя я считал конформистом, ведь великий триумвират Джеррома Орсеоло, Феликса Гримара и Эрискейца едва ли мог ошибаться в чем-либо существенному. Принцепсы Гальды и Асконы поддерживали то одного из них, то другого, пытаясь добиться роста влияния своих островов и дополнительных поставок. Это было несколько несправедливо, но спорить с историей было трудно: им просто не повезло править меньшими островами. Появление в составе Содружества Больдии в качестве провинции создавало сложную проблему: будучи по размерам сходна с крупнейшими островами и даже превышая их, Больдия все еще не имела своих представителей ни в совете префектов, ни в Дворе Пяти. Это бы раздражало и злило ее население, если бы те лучше понимали, как работает наша политическая система.
Я огляделся. Черно-серебряные солдаты Данселя выстроились в две линии, образуя коридор, ведущий к ступеням дворца. Луфар своих бойцов отправил к отведенным им дворцовым казармам. Сам он стоял позади меня, словно верный сторожевой пес рядом со своим господином. Впрочем, о его верности пока судить рано. Вернее, нет, не так. Его верность мне была абсолютно отсутствующей, но, не пользуйся он абсолютным доверием Двора Пяти и министров, его бы не назначили моим главным помощником. Потому доверять ему можно было всецело. Дансель встал за другим моим плечом и ожидал, пока я двинусь к дворцу. Я вздохнул и зашагал к дворцу. Солдаты, мимо которых я проходил, мерно били по брусчатке. Полагаю, они хотели придать моему появлению торжественности, но на мой взгляд это отдавало излишним пафосом. Да, «Великолепный» неплохо их выучил. Я шагал и шагал, пока наконец не вошел под тень дворцовой крыши, и я не был спасен от этого безумия.
Даже снаружи дворец выглядел несколько пестро, а как только я оказался под тенью его стен, я понял, что ожидал как раз чего-то подобного. Если в Содружестве дворцы принято оформлять в сдержанных тонах, подчеркивая богатство государства деталями, а не общим видом, то здесь, что было абсолютно типично для разлагающегося аристократического государства гедонистов, яркость и дороговизна буквально били по глазам. Я на секунду замер, пройдя через массивные двери, но понимание и, что куда более важно, презрение сошли на меня довольно быстро. Неосознанно поджав губы, я посмотрел на камердинера, подошедшего меня проводить. Я догадался, что он занимает именно эту должность по богатству его дублета. Хотя, конечно, существовала вероятность, что здесь все слуги носят дорогую одежду. Боюсь представить стоимость содержания всего этого.